Глава 1. Я снова жив...
Часть 1. Деревня Динсян
Глава 1. Я снова жив...
Глава 1. Я снова жив...
Яркий свет неприятно пробивался сквозь веки. Мужчина поднял руку, прячась от жгучих ощущений. Прилипшие к ладони камушки обрушились на каменный пол. Их падение отразилось в стенах, создавая мелодичное эхо, перебивая кряхтение единственной живой души. Камешки весело застучали, врезаясь в мертвую тишину. В ушах стоял белый шум, тело с трудом откликалось. С усилием приподнявшись на локтях, он тут же почувствовал, как неровные грани вонзаются в кожу под руками. Мужчина сквозь сжатые зубы втянул воздух. Шум в голове утих, но легче не стало. Стоило перевести взгляд под руки — и щемящее сердце чувство отпустило.
— Красиво, — прошептал он. Камушки блестели на солнечных лучах.
Мужчина поспешил подняться. Лениво потянулся, когда заметил тесноту каменных стен. Дыхание перехватило. Яркий вход отдалялся и сужался. Стало тесно. Отталкиваясь от колючей стены, он вышел наружу. Сильные порывы ветра ударили в лицо, не давая возможности сделать вдох. Глаза бегали по сторонам: скалистый хребет, горная река. Позади — небольшая пещера, а внизу — зелёные леса и острые камни. Краски смешались. Шаг назад — и мужчина ввалился обратно в пещеру.
— Я в горах?! Бред! Я не могу быть в горах!
Поджав под себя ноги, он скрыл лицо в коленях. В голове лишь биение сердца и диалог между разными мыслями: «Как я тут очутился? Ничего не помнишь? Ничего!».
Хватая ртом воздух, мужчина метался по чердаку памяти, не найдя ни имени, ни последних событий. Трясущимися руками он провел от лица до макушки, сжимая копну волос. Как бы тот ни старался вспомнить хоть что-то, голову пронзала лишь колющая боль. Всё на миг замерло — кто-то тихо проговорил, засмеявшись в конце: «Эй, а разве тебе разрешили жить? А?! Я покажу тебе любимый кошмар!»
Перед глазами почернело. Мир будто перестал существовать. Мужчина прислушался — ничего. Неожиданная смена обстановки заставила всё тело оцепенеть. Лишь пульс горячими волнами проходился по телу, ярко отзываясь в гортани. Но попытка глубоко вздохнуть была не лучшей идеей. Дышать нечем! Гнилой смрад прожигал дыхательные пути. В голове забил гонг: «Мерзость! Сейчас задохнусь!». Тело забилось в конвульсиях. Каждое движение рук сопровождалось шумом звенящих цепей. Они не позволяли закрыться от зловония. Задыхаясь от вони и паники, он попытался силой освободиться от оков. Издалека донеслись приближающиеся тяжёлые шаги и умоляющие крики, что перебивали лязганье цепей и заставили вновь замереть. Кого-то тащат. Они близко!
— Если бы только вас не существовало, то вы бы не мучились! — ехидный, хриплый голос с трудом перебивал страдания жертвы. — Не демоны и не божества! Вы должны сдохнуть! — лязг металлического меча, что достали из ножен, эхом отразился от стен.
«Проснись! Проснись! Проснись!!!»
Чернота ушла, мужчина вновь увидел рябящие цветные краски. Вжавшись в стену, он слышал биение сердца у себя в голове. С каждым ударом дыхание замирало. Всё ещё казалось, что пахнет разлагающейся плотью. Тело протестовало, желчь подступала к горлу. Держать всё в себе он и не думал. После опустошения желудка мужчина как можно больше набирал в легкие воздуха и потихоньку выпускал. Бросив взгляд на руки, нервно усмехнулся. На запястьях нет каких-либо следов, да и ничем не скован. Страх отступал, а на его месте внутри нарастало напряжение.
Мысленно выругавшись, мужчина вновь вышел из пещеры. Вдох-выдох. Он поднял голову. Небо чистое, а солнце приятно грело лицо. И хоть это не утешало, но пейзаж смягчил раздражение.
«Отвлечься. Нужно отвлечься».
Посмотрев по сторонам, он нашёл это место неплохим: зеленоватые холмы, прозрачная вода и густые деревья. Было даже приятно на душе оттого, что ему довелось увидеть такую красоту. Глаз зацепился за проезжающего человека с тележкой. «Люди?» — с неким отвращением подумал мужчина. Только вот он понять не мог, отчего его это задело.
На затылке волосы зашевелились. Снова хриплый голос из кошмара: «А теперь твоя очередь, ахах!». Необъяснимая сила потянула его, и в одно мгновение он оказался в мелководье горной реки. Тяжело дыша, стоял в кристально чистой воде, той самой, что видел некоторое время назад. Кругом просторно, только камни и вода под ногами. Мужчина покачнулся, когда зазвенело в ушах, а перед ним вновь всё поплыло. Закрыв глаза, почувствовал, как что-то снова происходит. Но это была не ужасающая картина. Объяснения не было увиденному. Как будто собственное сознание показывает всё с птичьего полёта? Ощущения казались нереальными. Гора, река и он. Неужели пейзаж, на который он смотрел некоторое время, так детально сохранился в его памяти? На этом моменте начал считать, что сошел с ума. Как в здравом уме можно «видеть» самого себя и местность со стороны?
«Себя? Я вижу себя!?»
Мужчина открыл глаза и посмотрел в отражение воды. «Это не я!» — кричало его сознание. В долю секунды вся пройденная им жизнь пронеслась перед глазами. Его звали Инь Лин. Музыкальная школа, актёрское образование, убийства, бегство в другую страну, церковь. Картины прошлого не были сопоставимы с тем, что он видел сейчас! На него смотрело молодое лицо, что было в крови. Инь Лин чётко помнил, что умер в пожилом возрасте. Умывшись прохладной водой, он ощупал и со всех сторон осмотрел своё лицо. В молодости у него был другой внешний вид.
— Чё за хрень? — не верил своим глазам. — После смерти очнулся другим на другом конце света? Где я вообще?!
Инь Лин чувствовал, как нутро кипит от абсурда. Всё наизнанку вывернуто. Поставлено вверх дном! Последовал нервный смешок: «Я, должно быть, сплю». Происходящее пугало. А кому расскажи о последних событиях — отправят в дурку. Сравнивая себя из прошлой жизни, Инь Лин был шокирован. Хоть тело и молодое, но физические данные не должны выходить за рамки ненормального! Пещера, в которой Инь Лин проснулся, была на расстоянии не менее 600 метров по диагонали. Ущипнув себя, он покачал головой: «Я под старость своих лет сошёл с ума, да?». Будто мелкого щипка было недостаточно, Инь Лин своими ногтями вонзился в руку. Выступила кровь.
«Ауч! Больно!»
Это был целый калейдоскоп эмоций. Инь Лин почувствовал, как глаз дёргался. Но, вспомнив прошлую жизнь, он теперь понял, почему ему было мерзко, когда увидел человека. Пытался разогнать гнетущее чувство тем, что еще раз плеснул холодной водой себе в лицо. Голову разрывало от шквала мыслей. Они шли одна за одной, нарастая как снежный ком, и это с каждой секундой только сильнее сдавливало морально.
«Прыгаю как блоха!»
Логично мыслить не получалось, а от сравнения с насекомым стало ещё хуже. Тело ощущалось немного иначе, нежели в прошлой жизни. Ха, если бы было привычно, то Инь Лин чувствовал бы себя лучше.
«Нет, я в это не верю. Я вот-вот проснусь, выпью успокоительное — и всё будет хорошо...»
Переполненный отрицанием, Инь Лин чувствовал себя крайне дискомфортно. Его небольшая деревушка была привычна тем, что Инь Лин знал каждого, а главное — там каждый знал его. Никто лишний раз не посмотрел бы на занудного и недовольного всем старикашку без надобности. Казалось, ещё чуть-чуть — и Инь Лин начнёт скучать по когда-то надоедливым лицам. Но это от того, что сейчас земля выбита из-под ног. Вновь переживать знакомство? Выслушивать рассказы людей об их жизни, а точнее — речи, полные ненависти к кому угодно и оплакивание своей жалкой участи. Снова проходить эти круги ада? Нет, спасибо. Одним словом — тошно! Инь Лин не отрицал, что ему неприятны почти все, и каждому придётся свыкнуться с его «кислой миной». Да он и в этой жизни уйдёт в забытое всеми место. В принципе, тут, в горах, его никто не тронет. Хотя последнее всё же ставилось под сомнение.
«Я вообще намерен там просыпаться? Так-то уже давно понял, что уже можно вставать!»
Но закралась мысль, что это не сон. Беспокоило множество вещей, о которых хотелось бы знать. Вспомнив о человеке с тележкой, которого не так давно видел внизу, Инь Лин быстро спустился. Хоть спуск получился неуклюжим, всё же такие возможности тела начинали нравиться. Лошадь испугалась, и кучер поспешил её успокоить.
— Извините. Подскажите, пожалуйста, что это за место и какое сейчас время?
Инь Лин уловил неприятный запах. Решив, что его сознание не до конца выветрило вонь из кошмара, он мысленно разогнал «остатки беспокойства», засунув ненужные навязчивые мысли куда-то подальше от себя. Кучер выглядел старым. На нём была совсем простая одежда: опрятная, чуть потёртая во многих местах. Инь Лин мог сказать, что человек перед ним — обычный работяга.
— Уважаемый старший брат Саньжэнь? — кучер опешил: не каждый день с ним говорит заклинатель. — По солнечно-лунному календарю сейчас малая жара правления императора Мин Юнксу. Вы находитесь подле деревни Динсян, что недалеко от столицы.
«Он назвал меня отшельником??? Это не деревня на отшибе мира, а приближённая к столице. Должна же она быть более развита...»
Инь Лин удивился тому, что пожилой кучер перевозит вещи не на современном транспорте. Даже близко не на современном. Подождите, в истории ведь не было императора Мин Юнксу.
«Этот мир никак не относится к моему предыдущему, или я плохо помню историю. Последнее явно правдоподобней».
В то время пожилой кучер думал: «Его одежды совсем никуда не годятся! Одни клочья на нём! Ох уж эти бессмертные заклинатели! Мало того, что совсем во времени теряются, так ещё ходят на людях почти нагишом! Бесстыдство!»
— Старший брат Саньжэнь, простите этого простого человека за дерзость. В нашей деревне беда, болезнь охватила многих! Ни один орден не приходит нам на помощь. Мы считаем, что это проделки демона! Прошу вас, уважаемый старший брат Саньжэнь, помогите нам.
«Демон? Почему здешние люди испытывают проблемы с единичным нарушителем порядка? О каких демонах идёт речь вообще? С чего он решил, что раз деревня не смогла одолеть демона, то один отшельник сможет?»
Инь Лин искренне не понимал разницу между жителями деревни и собой. Это выглядит так: ему предложили рискнуть из-за какого-то посёлка жизнью, где нет приличного процента на победу, а точнее — на здравый смысл.
— Хорошо! Я посмотрю, в чём проблема в вашей деревне. Но взамен вы предоставите мне место для ночлега.
«Каким бы ни оказался монстр в деревне, если буду спать не на земле, то оно того стоит».
— Ночлег? — кучер удивлённо спросил.
Старик счастливо кланялся, а в мыслях восхищался: «Ночлег и ничего больше?! Какое доброе сердце у этого бродячего заклинателя!»
— У старшего брата Саньжэнь заботливая душа! Вы подарили мне прекрасный день! Я так счастлив!
— Не стоит излишней вежливости.
— Прошу, назовите своё имя, великий бессмертный заклинатель Саньжэнь?
— Зови меня просто Инь Лин.
Пожилой человек кланялся и повторял: «Сяньси Инь Лин».
«Бессмертный заклинатель? Этот старик использует странные слова. Всё в этом мире имеет конец. Называть кого-то бессмертным — бред. Знать не хочу, что значит слово «заклинатель»! Как бы всё это обошло меня стороной...»
Фыркнув про себя, Инь Лин запрыгнул в повозку. Как только он устроился поудобнее, кучер тронулся и принялся говорить.
— Наша деревня хоть и находится недалеко от столицы, но заклинатели из орденов не отвечают на запросы уже долгие годы. Даже близкий к нам орден Чужи Моу не отозвался! Нам повезло, что Сяньси Инь Лин согласился помочь.
Инь Лин слушал старика и на деле не понимал его. Заклинатели из орденов здесь вроде людей из управления по охране общественного порядка? Далее стало известно, что старика звали Ши Гуан. У него есть жена Мэй Линг и дочь Ши И. В деревне не рождались дети, а жители болели. По словам Ши Гуана, не было здоровых вообще. Инь Лин поражался с каждым словом всё больше.
«Почему деревню не посадили на карантин? Врачей совсем нет? Тут же эпидемия! Или врачами тут называют заклинателей? Меня этот старик назвал заклинателем, но я не медик! Он явно бредит! Как кто-то, а по его словам, демон может быть виноват в болезни?»
Никакой взаимосвязи. Вот только ничего не мешает Инь Лину уйти от старика, что несёт полную бессмыслицу. Но он не в своём мире и не в своём времени. Люди — единственные, кто могут рассказать и показать устои всего. Если что-то будет угрожать безопасности Инь Лина, то он просто уйдёт. А пока не будет лишним осмотреться и послушать местных жителей.