7. «Помнишь, ты тогда на кухне говорил..?»
Проснувшись с утра на руке Никиты, я пришла в замешательство, но немного опомнившись вспомнила как так получилось. С кухни доносились крики, и звуки падающих кухонных принадлежностей.
Громкие шаги, такие же громкие ругательства и резкий звук открытия двери в комнату.
— Просыпаемся голубки. - стукая крышками от кастрюль кричал Белый.
— Саша, если ты сейчас же не прекратить эту утреннюю вакханалию, я тебе эти крышки в жопу засуну. - не открывая глаз, досыпая последние спокойные минуты этого утра, сонным голосом угрожал Никита.
— Просыпайся, дела есть. Наших взяли. - от этих слов мужчина тут же подорвался с кровати.
— Как поймали? Кто? Когда? - уже не такой сонный Кащей атаковал Белого множеством вопросов.
— Мусора где-то вчера их взяли, только что из участка звонил Ректор. Они ехали Речной дорогой, ну ты понял, где это, а волки в погонах их стопанули, и сцапали.
— Что делать тогда?
— Муравью хрен приделать. Собирайся, пойдем в ментовку, решать будем. - спокойно зайдя в комнату вещал Бур.
— А как они их стопанули, и забрали, я чёт не пойму? На каком основании?
— Ну он сказал что фоторобот на них сделали. Нас кто-то сдал, Кащей. - меня всегда удивляло спокойствие Павла Бурова в столь стрессовых ситуациях. Всегда спокойный и с сигаретой в руках.
— Может врачиха твоя? - предположил Никита.
— Да нет, она в долгах, ей это не нужно. Ладно, потом разберемся. - уходя из комнаты Бур махнул рукой, дав Кащею знак, чтобы тот шел с ним.
— Ты сидишь дома, с тобой будут Лис и Белый. Я ещё ребят подгоню, чтобы ты не скучала. - одевая тёмно-серую рубашку в полоску говорил кудрявый.
В голове, будто на карусели вертелись мысли, а что будет дальше?
Уже давно девушка перестала планировать что она сделает завтра, когда проснется. Сейчас же, она не была уверена что доживёт до вечера нынешнего дня.
Постоянный крики, драки, проблемы, непонятные люди, которые угрожают, такие же непонятные клички. Разъезд, Подвал, Жёлтый, Большой, Тридцатие гаражи.
Все это было таким непонятным, но уже таким обычным. Постоянные звонки, после них сборы, отъезд, руки в крови, Тома, пьянка. И все по кругу.
— Малая, иди чай пить. - послышался голос с кухни.
Или же у нас "дома" есть человек со скрытым талантом, или же кто-то раньше был поваром, или это фарт, раз в пятилетку.
Судя по огрызкам в холодильнике, и кличкам парней, это был третий вариант.
Обычное жаренное на подсолнечном масле яйцо с гренками утомляли мой аппетит со зверской скоростью.
— И что мне здесь делать целыми днями? - допивая чай интересовалась я.
— Будешь с нами в карты играть. Отказы не принимаются. - шатаясь на деревянном стуле, читая газету указывал Саша.
Убрав со стола все ненужное, в том числе и мой завтрак, Лис разложил на столе колоду игральных карт.
—Играем на желания, тот кто выиграл - загадывает, а тот кто проиграл - исполняет. Лады?
***
— Да ну, Лис. Ну давай переиграем. Ты мухлевал, я видела. - кидая на стол карты, чуть ли не рыдая просила шатенка.
— А докажи! - сощурив глаза издевательски произнес рыжий.
— Ну ты и паскуда Лис.
— Ты словами то не разбрасывался. Исполнять бу́дешь.
Значит так, сегодня придет шпана, там некоторые нам в картейки проиграли, но долг таки не отдали. Так вот, твоя задача насолить им хорошенько.
Ну там, помнишь, Сань, как мы ее тогда привезли, и она первые недели спуску не давала, постоянно огрызалась, язвила, все такое.
— Конечно помню, Лёш, думал тогда ее закопаю где-нибудь. - закрывая руками лицо смеялся Саша.
— А что делать то?
— Ну можешь соли насыпать в чай, ну такое, ребячество. И поумничай с ними, ну ил...
— Я придумал! Давайте сделаем так, мы с Лисом говорим что идем в магазин, а ты в то время прячешься. Они понимают что потеряли тебя, седеют от ужаса, а потом мы приходим и даём им по шапке. - с огоньком в глазах предлагал Белый.
Проверив не будет ли меня видно, если я лягу под кровать, и заставив меня всяким хламом, по типу чемоданов, я обратно вылезла, и мы стали ждать парней, дабы начать свой спектакль.
***
По приходу ребят, около четырех часов дня, мы познакомились, и я ушла готовить им обед.
— Здравствуйте сударыня, меня Маратом зовут. - протянул руку парень лет шестнадцати, с прической, аля "здравствуй небо в облаках", и острыми чертами лица.
— Турбо. - резко отрезал кудрявый подросток лет семнадцати, со шрамами на лице, которые явно сделала не кошка.
— Зима, но можно и Вахит. - лучезарной улыбкой лысый парень, с овальным лицом, и достаточно спокойным поведением поприветствовал меня.
— Просто Андрей. - кивнул светловолосый парень, которому с виду было лет двенадцать. Самый молодой, но самый серьезный.
— Представление окончено? Теперь скажу я, вы четверо за нее отвечаете головой, если поступит хоть одна жалоба на ваше не подобающие поведения - никто нянчиться с вами не будет.
Ваша задача следить за каждым ее шагом, и не дай боже она убежит. Разбираться будет с вами Кащей. А вы его знаете. - твердо и уверенно рассказывал Саша.
— Хорошо, спасибо Александр. Меня зовут Фаина. А теперь идите мыть руки, и садитесь за стол.
Подмигнув Лису и Белому, я ушла за парнями на кухню.
— Мы в магазин, будем скоро. - коротко откинул Лис.
Услышав с коридора звук закрывающейся двери, я удалилась в комнату, мол убраться надо, слишком уж пыльно.
Не до конца закрыв двери комнаты, я тихо залезла под кровать, поставив перед головой коробку с ёлочными игрушками, и стала ждать.
Уже через десять минут были слышны вопли Турбо, который не смог найти меня ни в одной из комнат.
— Пацаны, подорвались все, реже! Кащей если узнает что она пропала нас на фарш пустит. - нервно кричал парень.
— Да не кипятись, щас найдём. - спокойно говорил Марат.
Через час активных поисков девушки, по квартире звонко раздался звук открывающейся входной двери.
Для пацанов это означало что сейчас они отгребут по полной программе, а вот девушка была бы в ожидании эксцентричного шоу. Если б не уснула.
По задумке, после объявления новости о том что случилась пропажа, Лис и Белый должны были вместе с парнями ходить по комнатам и проверять, вдруг те ошиблись.
А когда они зайдут в комнату Фаины, она как ни в чем не бывало должна была сидеть и читать книгу на кровати.
Но вот план пошел наперекосяк, и Фаина, от таких долгих искательных дел просто уснула под кроватью.
При чем это даже не самое страшное, вместо удивлённых Лиса и Белого домой пришли злые Бур и Кащей.
— Фаинка, ты где? - ласково звал Никита девушку, заходя на уже родную кухню, где кажись вся жизнь проходила.
— Кащей, тут такое дело... - виновато кашлял в кулак Турбо.
— Какое?
— Ну в общем это, нету её.
— Как нету?
— Ну вот так, нету. Мы пришли, познакомились все, она нас покормила. Пока мы ели она ушла в комнату, мол убраться нужно. А Белый и Лис ушли в магазин. Дома тишина, мы давай ее звать, а ее нет нигде. Мы всю квартиру обыскали, нету. Окна закрыты все. - рассказывал Турбо.
— Как это ушли? Как это вы ее потеряли? Где мне сейчас ее искать? А если она в ментуру ушла, и нас всех сдала? Вы об этом подумали? - нарастающий крик Никиты, кажись вот-вот разобьёт все стеклянное в этом доме.
— Да не ушла она. Здесь пятый этаж, а двери никто не открывал. Будто сквозь землю провалилась. - вмешался Зима.
— Додики вы безответственные. Как вам можно доверить место главного, если вы за человеком не можете уследить? - опираясь кулаками на стол, он закрыл глаза в попытках успокоиться.
— Почему крик? - как ни в чем не бывало на кухню пришла Фаина, потирая глаза от дневного сна.
— В смысле? - на девушку тут же уставились несколько удивлённых пар глаз.
— В здравом, вы чего разорались? Вас весь двор слышит наверное. - набирая воду из крана спокойно продолжала девушка.
— Вышли все нахер отсюда. - и все выбежали, как крысы с тонущего корабля. Даже дверь за собой закрыли.
— Где. Ты. Была?
— В комнате. - опираясь на кухонный гарнитур спокойна отвечала шатенка.
— Не ври, я там смотрел, я спрашиваю где ты была?
— Да говорю тебе, я в комнате была. - Фаина указывала рукой в сторону своей комнаты.
— Я сказал не врать! - он ударил по деревянному столу, от чего тот от такого удара, едва не развалился на мелкие части. — Почему пацаны не могли тебя найти? Что произошло пока нас не было?
— Мы решили разыграть пацанов твоих, ну и решили что я спрячусь. Лис и Белый пошли в магазин, и я спряталась, а потом уснула.
— Ты идиотка? Как такая тупизна могла прийти в твою пустую бошку? - подойдя к девушке, крича, он начал размахивать перед ней руками.
— Ану не ори на меня, придурок чёртов. - она фыркнула ему в лицо, и отвела взгляд в сторону.
Удар по лицу – это не только физическое действие, но и момент эмоционального взлома, где каждый момент становится важным. Звук лязга, как гром, пронизывает воздух, вызывая волнение в душе и неопределенность будущего. Расплывчатая боль и возмущение разбрасываются на каждую клеточку тела, заставляя сердце биться быстрее, а мысли крутиться в голове, отыскивая выход из этой ситуации.
Лицо, развернутое от боли, становится отражением внутреннего страдания, а глаза отражают злобу и разочарование. В этом моменте время замедляется, и мир вокруг кажется нереальным, почти как сюрреалистическая картина, воплощающая в себе самые темные оттенки человеческих чувств.
— Да ты.. - она спохватилась за свежие место удара, и тут же бросилась с кулаками на вдвое больше нее парня.
— А что здесь происходит, и почему вы так рано? - открывая дверь, на свой страх и риск влез в разговор Лис.
— Дверь закрой с той стороны и выйди отсюда к чертовой матери. - от крика Никиты легко можно было лишиться слуха, и здравого ума в добавок.
— Значит так, теперь ты под жестким присмотром. Шаг право - шаг влево - расстрел. Ты только и делаешь мне нервы. Свобода действий которая у тебя была до этого у тебя пропадает с этой же секунды. А сейчас марш в свою комнату, и чтобы не вылазила пока не скажу. - крича он ей в лицо.
— Но..
— Никаких но я сказал. - и опять эти закрытые глаза.
Напоследок хлопнув дверью в знак своего протеста против таких категорических правил, она вышла в коридор, и уставилась в не закрытую входную дверь. Возможно кто-то забыл закрыть, а возможно кто-то вышел на минуту, не важно. Это все неважно.
Сейчас у неё есть шанс. Шанс вырваться, и больше не видеть этих карих глаз, которые в порыве злости мерцают так, что ними спокойно можно осветить улицу в самое темное время.
— Фаина подойди сюда. - послышался голос Кащея.
Не задумываясь, решив что за жизнь нужно бороться, она рванула с места к выходу.
Её побег слышали все, но вот то, что за ней тут же побежали, от бешеного ритма сердца, и кучи мыслей она услышать не смогла.
Темнота и запах подъезда сбывали с толку, но не так как резкий удар солнечного света в глаза.
Уже близился вечер, но от такого перепада, глаза жутко мружились.
Направо или налево.
Направо или налево. Направо.
Быстро теряя силы ноги косились, и подводили, после отсутствия элементарной зарядки по утрам.
Пробежав несколько подъездов, она ощутила на своей талии руки, а земля будто ушла из-под ног.
— Быстрая как заец, Фаинка. - держа меня за руки, он вел меня обратно к подъезду.
— Да отпусти меня придурок. - пыталась я вырваться из мертвой хватки Лиса, который вот уже не в первое меня догоняет.
— Не мельтешись, сейчас домой отведу, и все будет хорошо.
— Отпусти, зараза. - он закинул меня на плечи, и я тут же начала бить его по спине, чтобы он помиловал меня и отпустил.
— Да харе уже, задрала.
— Молодые люди, у вас все в порядке? - спрашивал консилиум особ третьего возраста возле подъезда.
— Старая, не лезь не в свое дело.
— Молодой человек, а вас родители не учили, что со старшими так разговаривать нельзя? - в разговор уже вмешалась другая бабушка, которой я была благодарна за то, что заговорила ему зубы, и он немного дал слабину.
— Я сирота. - твердо сказал Лис, после чего я опять убежала. - Фаина, вернись.
— С.. - шипя кричал он.
— Да как же вы достали меня, со своими истериками, и со своими разборками. Идея была не моя, а отгребала за всех. - опять схватил меня, но на этот раз держал намного крепче, что завтра на этом месте точно будут синяки.
— Слушай, ты же в курсе, что сейчас получишь в разы больше, за побег. А он ещё после ментуры злой как волк. - открывая большую железную дверь в подъезд предсказывал он мое ближайшее будущее.
— Да пошел ты.
— Ну вот и правильно, не делай мне нервы.
— Вот, нашел пропажу. - заведя меня в зал, Лёша тут же победах закрыть квартиру, чтобы побег не повторился.
— Он тебя в комнате ждёт. - махнув головой в сторону комнаты, оповестит Бур.
Зайдя в комнату, закрыв да собой дверь, в горле моментально обрадовался ком, а тело будто вот-вот растворится.
— А сейчас слушаешь меня внимательно, и запоминаешь. Если ты ещё раз такое провернёшь, я убью тебя. - отойдя от окна, затушив табачное изделия, предварительно кинув его на пол начал Кащей. Нет, он не кричал, он четко и с ужасной злостью проговаривал каждое слово мне на ухо, что, то кажись вот-вот скрутиться в папироску.
— Убивай, мне то что. - я с безразличием смотрела в окно, совсем не беспокоясь про то, что говорю, потому что знаю что он лишь на деле такой весь из себя. Он не убьет, он не сможет. Слишком слабый.
— Не веди себя так, я же тебя люблю, и ты это знаешь.
— А помнишь, ты тогда на кухне говорил, чтобы я тебя не боялась, что любимым вред не принесёшь. А что сейчас? - девушка вдруг развернулась к парню лицом. Между их лицами оставалось всего пару миллиметров, и если бы не эта ссора, они бы обязательно поцеловались.
— Ну же, почему ты замолчал. Ты забыл? Так я напомню. - шепча, и глядя ему в глаза я действовала на нервы.
— Ты нагло мне наврал, заливая в уши это ванильное дерьмо. - миг, и слёзы вдруг начинают течь сами собой. — Зачем ты это делаешь? Зачем врешь, и поднимаешь руку на меня, Никит?..
( от Кащея )
Выйдя из комнаты, и не увидев никого в зале, где зачастую протирают свои штаны мои товарищи, я услышал голоса из коридора. И до того паршивое настроение, решил испоганить зверь в погонах, которому по ушам поездили, что в этом доме улица красных фонарей.
— Что происходит? Вы с какой целью наведались к нам? - идя в коридор к выходу громко спрашивал я.
— Здравия желаю, соседи жалуются, что в это квартире постоянно кто-то кричит, кого-то бьют, и сегодня видели как кое-кто куда-то тащил девушку. Предполагаю что последнее, это дело рук ваших товарищей.
— Извините, а на каком основании вы мне херню ментовскую здесь предъявляете? Мы с ребятами спокойно вечером попивали пивка, а тут вы, со своими жалобами. Вы больше это старьё слушайте, которое днями и ночами под подъездами все обсирают. До свидания. - сказал я.
— Нет, не до свидания. Разрешите осмотреть квартиру. - нагло врываясь в квартиру, змеёй он пролез, сквозь закрывающеюся входную дверь.
— Пацаны, разберитесь с ним. - приказал Кащей, и удалился на балкон. Удар в живот, мычание, звук закрытой двери, и спокойствие. Наконец эти стены услышали, что такое тишина. Пение птичек разбавляло весь этот ужас, позволяя на минуту позабыть про жизнь, и расслабиться.
На балконе пятиэтажного дома с сигаретой, выделяющая тонкий ствол дыма в вечернее небо, стоит кудрявый мужчина.
Его волосы, растрепанные, как ветер от ночного моря, словно убегают от сдержанных ноток спиртового аромата.
Его взгляд, как река ночью, глубокий и загадочный, растерянно путешествует между светом улиц и тьмой неба.
Это его момент покоя, когда он размышляет над прошлым, будущим и своим местом в этом мире. Он вспоминал жизнь до встречи с Фаиной.
Нет, она не была скучной, серой и не насищеной. Проблем правда было чуток меньше.
Но вот правда в том, что до их встречи он не знал что такое настоящая любовь, он не знал как это, смотреть в глаза и хотеть обнять, и никому больше не показывать это счастье.
Сейчас, же когда его мысли разложились по полкам, он начал осознавать события этого дня.
В порыве злости он забывает обо всем. Сначал говорит, а потом думает.
Чувство стыда накрыло с головой, будто морские волны в шторм. Он в который раз поднял руку на девушку. На свою девушку.
***
На диване, в совсем обычной советской комнатушке, в зале, сидела женщина, лет тридцати пяти. Её темные волосы еле достигали плеч, а тушь на глазах уже размазалась, и теперь она была похожа на панду.
— Саш, а ведь ее уже больше месяца нет с нами. Как ты думаешь она жива? - сидя на диване, рассматривая альбом с детскими фотографиями единственной дочери, Анна вытирала слезы.
— Я уверен, что она жива. Ань, послушай, мы всем отделом ее ищем, и обязательно найдем. - одеваясь, успокаивал глава семейства.
— Я уже не знаю куда себя девать. Она ведь такая молодая, и така хорошая. С работы, что не приду, дома везде убрано, кушать приготовит, уроки все сделает. Моя радость. - поглаживая фото печалилась темноволосая женщина. — Пообещай что с ней все будет хорошо.
— Обещаю солнышко, обещаю. У нас есть некоторые продвижения в этом деле, больше ничего тебе не могу сказать.
— А ты куда собрался на ночь глядя? - вдруг оторвавшись от альбома, спрашивала Анна.
— На роботу вызвали в срочном порядке, какие-то проблемы. Вроде как групп какая-то побила одного из наших, что-то такое. Я буквально туда и обратно.
— Хорошо, береги себя. - поцеловав на последок мужа в щёку, она достала ещё один альбом, и так же принялась его рассматривать, вспоминая все хорошее связанное с ее дочерью.