новая обитель.
Переезд в новый дом сильно давил на меня. Тем более к неизвестному мне человеку. Ну как неизвестному... К моему мужу. Только вот я ничего не знаю о своем муже! Взять и выдать замуж дочь за какого-то доктора, которого отец наверняка знает от силы месяц, ведь раньше я его не видела. Не знаю, что нашло на него, но это было глупо, хотя мой отец безумно хороший политический деятель.
Долго свои мысли предательством отца я не стала занимать, а стала думать, каков он — мой новый дом. В моем представлении было небольшое поместье (примерно как у нас), с множеством прислуг и, наверное, книг о медицине. Он как-никак доктор. Но мое воображение оказалось мизерным по сравнению с поместьем Бана.
Оно было не большим — оно было огромным! Огромный дом, который располагался на громадном участке земли с собственными садами, где я четко разглядела беседку, лавочку и даже фонтан. Усадьба была в викторианском стиле, фасад был в темных цветах, наверняка интерьер внутри был такого же цвета. Особняк (а по-другому его назвать просто нельзя было) отгораживался от остальной живописного ландшафта забором.
Ворота открылись, как только мы подъехали к ним. По аккуратно уложенной плиткой дорожке на дилижансе мы доехали прямо до дверей поместья. Первым вышел Кристофер, у которого волосы растрепались от легкого теплого ветра. Он протянул мне раскрытую ладонь перед тем, как я хотела спуститься с дилижанса. Хмыкнув, я протянула свою маленькую ладонь в светлой шелковой перчатке. Как только моя теплая ладонь оказалась в его, он сжал ее, и я почувствовала зимний холод его ладоней, будто он только что зашел в теплый дом после того, как пробыл пару часов на морозе в ужасную вьюгу.
— Добро пожаловать в новый дом, миссис Бан, — с лукавой улыбкой произнес дворецкий, когда мы оказались у массивных дубовых дверей, а за спиной я услышала характерную усмешку.
— Себастьян, отнеси вещи госпожи на второй этаж в ее новую спальню. — приказал мой муж.
Даже думать не хотелось, что теперь я буду спать с ним в одной комнате, в одной кровати. Жить-то с ним — я поживу, но спать в одной кровати... Меня будто холодной водой облили, когда я подумала о том, что у нас могут быть дети. Не дай Господь!
Я хотела разинуть рот, когда мы вошли в просторный коридор. Мягкий длинный ковер, ведущий прямиком к одной громоздкой лестнице, которая затем разделялась на две другие, ведущие в абсолютно разные крылья поместья. Стены были украшены растениями и освещены бра. Бан указал направо, и я направилась за ним, но любопытство горело во мне искристым пламенем, желая узнать, что же находится наверху и в другом крыле.
Гостиная была еще красивее. Теперь на полу, сделанном из темного дерева, был огромный ковер, украшенный по всей своей поверхности разными узорами. Стояли огромные и мягкие кресла с длинным диваном, а между этой мебелью стоял небольшой столик, также сделанный из темного дерева. У стены был каменный камин, в котором с треском дров горело ярко-красное пламя, а вокруг были полки с книгами и разными элементами декора. Прямо над нашими головами висела большая люстра, украшенная свисающими хрусталями, а длинные окна, обрамленные темным деревом, открывались на фруктовый сад.
Я услышала глухой звук и развернулась. Огромные дубовые двери закрылись, и Бан Чан повернулся ко мне. Казалось, его глаза светились каким-то ореховым оттенком при свете огня из камина. Он медленно начал бесшумно идти ко мне.
— Господин Бан, — начала я, — или мне называть вас "дорогой"? — в ответ он усмехнулся.
— Называй меня как твоей душе угодно, Каталина, — обойдя меня, он сел на диван и подхватил с журнального стола бокал с чем-то темным, делая медленные глотки из него.
— Хорошо. Тогда скажу сразу. Я не буду спать с тобой в одной кровати. — твердо отрезала я, смотря на него, а он и нервом не дернул.
— Никто и не заставлял тебя это делать. — я на секунда растерялась, но затем гордо выпрямившись, кивнула.
— Отлично, тогда я сама выберу свою комнату! — его темные глаза, которые отсвечивали каким-то оттенком коричневого, блеснули. Он сделал последний глоток и встал с дивана с ухмылкой.
— Ладно. Пошли.
Мы поднялись наверх по лестнице во всё то же правое крыло. Коридор был таким же, как и внизу, только тут же были разные картины, которые чередовались с бра и растениями. Я краем глаза засматривалась на некоторые картины и в одной даже заметила самого запечатлённого Кристофера. Интересно рассмотреть эту картину поподробнее.
Оказавшись у нескольких дверей из того же тёмного дерева, я осмотрелась. Дальше тоже был коридор и какая-то ещё большая дверь. Похоже, одна из этих комнат будет моей.
— Ну что, выбирай, — он указал на двери. — Выбирай из этих, кроме...
— Эту! — перебила его я, указав на самую большую дверь. Предполагая, что, скорее всего, он начнет протестовать, я мигом подошла к этой двери, открыла ее, вошла внутрь и захлопнула ее. В конце концов, он сам сказал, что я могу выбрать любую.
Но тут я услышала рык за своей спиной. Вздрогнув, я развернулась и увидела двух огромных собак, чей оскал направлен на меня. Длинные конечности, темный окрас, короткая шерстка и громадные и острые зубы. Они начали медленно двигаться ко мне, агрессивно рыча и иногда угрожающе клацая зубами. Я в страхе начала пятиться назад, но уперлась в чью-то грудь, а затем мои плечи обхватили холодные руки, и я вздрогнула, уже готовая закричать от страха, но затем услышала знакомую усмешку в голосе.
— Выгнала мужа и хозяина этого поместья из собственной спальни, тебе не стыдно, Каталина? — послышалось прямо над ухом. У меня поползли мурашки от его холодного тела, словно у трупа. Да что уж там, даже его шепот был прохладным, будто это был не человек, а просто вечерний ветерок подул над ухом.
Когда собаки увидели, как их хозяин (смею предположить), обхватил незваную гостью, по их мнению, они начали громко лаять на меня, от чего я снова вздрогнула.
— Цербер, Аксель, тихо. — два огромных пса мигом заткнулись. — На место. — эти двое направились в угол комнаты и улеглись на мягкий ковер.
Я вырвалась из рук Кристофера и повернулась к нему, но как только до моих ушей дошел тихий рык питомцев этого сумасшедшего, замерла. Он хмыкнул и подошел чуть ближе.
— Боюсь тебя огорчить, но в этой комнате ты спать не можешь. Разве что на одной ложе со мной. — он насмешливо указал на громадную кровать, накрытую красным шелком.
— Еще чего!
— Тогда нужно было дослушать мое предложение, а не тащится вперед паровоза. — на его слова я лишь фыркнула и вышла вместе с ним из комнаты.
Кристофер провел меня к рядом стоящей двери и открыл ее. Комната была не такой большой и не очень маленькой. Огромные окна, открывающие вид на верхушки цветущих деревьев в саду, которые медленно уходили в сумерки. Шторы были красиво уложены и какого-то светло-коричневого оттенка. Кровать была тоже большой, только моя была уже накрыта таким же светло-коричневым шелком. Ковер был серым и с виду очень мягким. У окна был письменный стол, а рядом небольшой шкаф.
— Себастьян скоро занесет твои вещи. Слуги позовут тебя, как только ужин будет готов. — я повернула к нему голову, осмотрев его с головы до ног, подняла взгляд на его лицо и молча кивнула.