Пробуждение солнца

Ночная трасса казалась бесконечной черной дырой, поглощающей свет фар. Мэдисон, пошатываясь, сделала шаг вперед. Ее голос дрожал от безумной, почти детской надежды:
— Аарон?.. Он… он жив? Смотрите, на нем ни царапины!

Она уже готова была броситься к нему, но ледяной голос Кимберли заставил всех замереть:
— Назад, Мэдисон. Не подходи к нему.

— Ким, ты чего? Это же наш Аарон! — воскликнула Кейси, её голос сорвался на крик, а в глазах заблестели слезы. Она лихорадочно всматривалась в безупречно чистое лицо своего друга. — Он здесь, с нами! Я не отдам его обратно... слышите? Мне плевать на чистоту!

— В том-то и дело, — Кимберли обвела друзей испытующим взглядом. — Посмотрите на нас. Мы в крови, в пыли, мы едва дышим. А он? На нем нет даже дорожной пыли. Словно кто-то… просто стер с него саму смерть.

Эндрю сделал осторожный шаг назад, прикрыв рот ладонью. Его глаза, обычно спокойные, сейчас лихорадочно блестели.

— Это невозможно... — прошептал он. — Я сам видел, кровь была повсюду. А сейчас он выглядит так, будто просто прилег вздремнуть перед вечеринкой.

Ксандр, сжимая кулаки до белизны в костяшках, нервно усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья.

— Черт возьми, Ким права. Посмотрите на его ботинки. Мы пробирались через этот ад, а на его подошвах ни соринки. Это не чудо, ребят... это какая-то злая шутка. Словно нам подсунули манекен вместо друга.

Айрис, стоявшая чуть в стороне, не отрывала взгляда от лица Аарона.

— Он слишком... правильный, — глухо произнесла она. — Его кожа кажется фарфоровой. Живые люди так не выглядят после того, через что мы прошли. У меня от него мурашки по коже, хотя я больше всего на свете хотела его возвращения.

По телу Ким прошелся резкий холодок. Шрам на шее пульсировал едва уловимым жаром. В эту секунду она поняла: Создатель не уничтожен. Он не просто наблюдал за их триумфом над Зданием — он насмехался над ними. Это был плевок в их скорбь — Он лишил их даже права на честную смерть, превратив тело друга в вылизанный, пахнущий пустотой манекен. Чистота Аарона была его «подсказкой», его способом сказать: «Я всё еще здесь».

— Это не конец, — Кимберли обронила эти слова так ровно, что от их спокойствия стало не по себе. — Мы выбрались, но если он захочет, мы окажемся на новом уровне в любой момент.

Наступила тишина. Несмотря на весь ужас, это был Аарон. И они не могли оставить его здесь, на обочине.

— Мы заберем его, — Ксандр первым нарушил молчаливую паузу. — Нельзя оставлять его на этой трассе.

Рядом, словно по иронии судьбы, стояла машина Айрис. Они подняли Аарона аккуратно. Очень аккуратно.
Кимберли держала его плечи, Эндрю — с другой стороны, Ксандр открыл заднюю дверь машины. Айрис стояла рядом, сжимая ключи так, что пальцы побелели. Когда они уложили его на сиденье, никто не спешил закрывать дверь. Будто, если закрыть — это станет окончательно.

Кейси протянула руку, поправила его куртку. И только после этого тихо сказала:
— Закрывай.

Ксандр захлопнул дверь. Звук прозвучал слишком резко. Они сели в машину. Айрис за руль. Кимберли рядом. Остальные — сзади.

Двигатель завёлся. И этот звук вдруг показался слишком живым после всего, что было. Машина тронулась.
Дорога была длинной. Не потому что далеко. А потому что никто не знал, что сказать. Молчание тянулось, но в нём было слишком много мыслей.

— Он ведь… понимал, да? — Мэдисон произнесла это едва слышно, почти шёпотом.

— Да, — Кимберли ответила коротко, не отрывая взгляда от дороги впереди.

— И всё равно пошёл, — Айрис выдавила эти слова, до белизны в пальцах сжимая руль.

— А ты ожидала другого? — Ксандр лишь криво повел губой, не глядя ни на кого из присутствующих.

— Он всегда так делал. Даже когда не надо было, — Эндрю тихо добавил это, уставившись в одну точку перед собой.

— Особенно когда не надо было, — Кейси отозвалась с пугающим спокойствием, в котором чувствовалась скрытая буря.

Наступила пауза, тяжелая, как свинец.

— Если бы он не… — Мэдисон опустила взгляд, и её голос безнадежно дрогнул на полуслове.

— Если бы он не — мы бы сейчас не ехали, — Кимберли перебила её, не повышая голоса, но так, что спорить было невозможно.

— Ох, опять эта деревня, — Ксандр недовольно поморщился. — Не удивлюсь, если нас там снова ждут твари, которые только и мечтают доесть то, что не доели в Здании.

— Ксандр, замолчи, — оборвала его Ким. Она посмотрела на спящие дома. — Мы похороним его здесь.

Деревня встретила их мертвой тишиной. Из тени одного из домов вышла та самая женщина. Кимберли вышла из машины первой, ее шаги по гравию звучали слишком громко.

— Позвольте нам… — Ким на секунду запнулась, голос дрогнул. — Позвольте нам похоронить его здесь. Он был нашим другом.

Женщина долго смотрела на Кимберли и на остальных ребят, затем перевела взгляд на машину, где лежало тело.

— Я знаю, — тихо ответила она. — Я видела свет и слышала тьму. Мы подготовим всё: гроб, достойную одежду, место под старым деревом. О могиле вашего друга будет заботиться каждое мое поколение, обещаю. А вы… идите в дом. Вам нужно отмыть эту кровь. Утро принесет тяжелую землю, а пока — дайте себе покой.

Утро выдалось непростым. Ксандр и Эндрю, по колено в сырой земле, через силу вонзали лопаты в грунт. С каждым движением они словно зарывали в эту холодную почву часть самих себя.

— Знаете, — Эндрю остановился, тяжело опираясь на черенок, — Аарон бы сейчас точно нашел повод поглумиться. Сказал бы: «Эй, Ксандр, не горбись так сильно, ты портишь эстетику моей последней церемонии».

— Это точно, — Ксандр горько отозвался, вытирая лоб испачканной ладонью. — Еще бы и добавил, что эта земля слишком дешевая для его любимого костюма. Боже, как же нам будет не хватать его нытья…

В нескольких шагах от них стояли девушки. Мэдисон нервно перебирала край куртки.

— А помните, как он всегда заставлял нас проверять, закрыли ли мы двери и выключили ли свет? — тихо спросила Мэдисон, глядя на свежий холм земли. — Вечно ворчал, что мы беспечные. Казалось, он всегда будет ходить за нами по пятам и проверять каждую мелочь.

— Он всегда старался казаться поверхностным, — добавила Кейси, скрестив руки на груди. — Читал нотации, закатывал глаза на наши глупости... Но теперь я понимаю: он просто так нас защищал. Своим ворчанием он закрывал нас от реальности. Мы не просто хороним друга, мы хороним часть своей души.

Айрис прикрыла глаза, едва качнув головой:
— Он единственный до последнего делал вид, что всё нормально. Строил планы на «завтра», которого для него не наступило. Это была не просто храбрость, это было упрямство, на котором мы все держались.

Кимберли долго молчала, не отрывая взгляда от земли. Она не искала утешения и не пыталась его дать — она просто приняла этот удар первой.

— Он был нашим напоминанием о том, что мы еще живы, — едва слышно выдохнула Ким, и этот звук затерялся в шуме ветра над свежей землей. — Все его придирки, всё это ворчание… это был звук нормальной жизни, которой у нас больше нет.

Кимберли обвела друзей взглядом, в котором не было жалости, только стальная решимость:
— Мы оставили здесь часть себя, но я не позволю, чтобы это превратилось в пустую жертву. У нас нет времени на слезы и долгие прощания. Если мы не доедем до конца — его смерть будет на моей совести. А я этого не допущу.

Когда пришло время уезжать, Айрис замерла у водительской двери, гипнотизируя взглядом связку ключей на своей ладони. Воздух был тяжелым, пропитанным запахом сырой земли и бензина. Внезапно, без малейшего предупреждения, Айрис резко вскинула руку. Ключи взрезали тишину свистящим звуком, превратившись в стальную вспышку, летящую прямо в лицо Кимберли.

Ким даже не шелохнулась. Ее рука взметнулась вверх со скоростью кобры, совершающей бросок. Раздался сухой, хлесткий щелчок — пальцы сомкнулись на металле в дюйме от переносицы. Кимберли даже не моргнула. Ее взгляд, холодный и сфокусированный, остался прикованным к Айрис, словно она предвидела этот жест еще до того, как та замахнулась.

Айрис так и осталась стоять с поднятой рукой, и по ее коже пробежал мороз.

— Ничего себе… — она медленно опустила руку и прищурилась, вглядываясь в подругу, будто видела её впервые. — Ты превосходишь нас во всем, Ким. Скорость, реакция… ты меняешься. Становишься кем-то другим. Прямо у нас на глазах.

— Это не просто скорость, — Кейси подошла ближе. — То, что ты сделала в том проклятом месте… Ты же буквально разорвала это чудовище голыми руками. Ким, я до сих пор не могу в это поверить.

— Видел такое только в кино, — подал голос Ксандр. — Ты двигалась так, будто законы физики на тебя не действуют.

— Я просто... никогда не видела тебя такой, Ким, — Мэдисон обняла себя за плечи, зябко передернувшись.

— Это пугает, Кимберли, — честно признался Эндрю. — Мы рады, что живы, но то, какой силой ты теперь обладаешь… разве обычный человек на такое способен?

— Шрам, — Ким коснулась шеи. — Он горит, как раскаленное клеймо, когда мне нужно защитить вас. Это не дар. Это цена. И я боюсь, что скоро она станет выше.

Они уже открывали двери, когда мужской голос заставил их замерить:
— Кимберли!

Все обернулись. К ним шел парень: пепельные волосы, ярко-голубые глаза, похожие на глубокий океан. Высокий, опрятный, но в его походке чувствовалась какая-то странная нерешительность, будто он сам не до конца понимал, как здесь оказался.

— Откуда ты знаешь мое имя? — Ким сделала шаг навстречу, не сводя с него жесткого взгляда.

Парень остановился, переводя дыхание, и посмотрел на неё так, словно узнавал и не узнавал одновременно.

— Я ждал вас. Особенно тебя, Кимберли... лидера команды, — он запнулся, глядя на свои ладони, а потом снова поднял глаза. — Меня зовут Никлаус.

— И чего ты хочешь, Никлаус? — Ким опасно склонила голову набок, не сводя с него пристального взгляда.

— Мне нужно поехать с вами, — произнес он, и в его голосе проскользнула растерянность. — Сложно объяснить, но внутри меня чужая память. Память Аарона. Это похоже на обрывки вспышек, но последние секунды врезались намертво — Я видел его последние секунды. Его последний вздох… он посмотрел на Кейси, словно прощаясь, а потом повернул голову к тебе, Кимберли. В его глазах было столько невысказанного…

Внутри у Ким всё похолодело. Этот незнакомец знал детали, которые не мог знать никто, кроме них.

Никлаус на мгновение закрыл глаза, словно пытаясь прогнать навязчивую картину.

— Просто есть чувство, что обязан быть рядом. Не враг, скорее... заложник этого знания. — Никлаус произнес это спокойно, но в его глазах Ким видела что-то, чего не было у остальных.

— Заложник? — Ксандр преградил ему путь к Ким. — Нам плевать. Проваливай, пока ты еще можешь уйти на своих двоих.

— Я не верю ни единому твоему слову, — Эндрю сделал шаг вперёд. — Сделаешь лишний жест - и я проверю, насколько быстро течет твоя кровь.

Мэдисон, Кейси и Айрис стояли поодаль, не вмешиваясь в мужские разборки. Они лишь обменивались напряженными взглядами, но оставались на местах — их доверие к Кимберли было абсолютным.

— Ребята, назад, — голос Ким прозвучал на удивление холодно.

Она сделала шаг к Никлаусу, глядя ему прямо в глаза. Между ними повисло вязкое молчание, пропитанное запахом сырой земли и недавней битвы. Кимберли сканировала каждое его движение, пытаясь понять, кто перед ней — очередная ловушка Создателя или что-то иное.

— Садись в машину, — отрезала она. Никлаус замер, изучая её лицо.  — Но если ты хотя бы дернешься не так — память Аарона тебе не поможет.

Дорога была спокойной. Зло, терзавшее деревню в самом начале их пути, было стерто в порошок еще от него остались лишь воспоминания. Кимберли уверенно вела машину, сжимая руль. Рядом застыл Никлаус, впереди расстилался чистый горизонт, а сзади в уютном гуле мотора расслабились остальные.

Внезапно Ким почувствовала, как реальность дает трещину. Мир вокруг замер, звуки мотора превратились в тихий гул в ушах. Она резко ударила по тормозам. Машина замерла на обочине, подняв облако дорожной пыли. Все замолчали, глядя на водителя, но Кимберли уже не была с ними. Она сидела абсолютно неподвижно, её руки замерли на руле, тело обмякло, а открытые глаза смотрели в одну точку, словно для неё само время превратилось в лед.

— Ким? — голос Никлауса дрогнул. Он подался вперед, заглядывая ей в лицо. — Кимберли, что с тобой?! — выкрикнул парень, сорвавшись на панику.

Она не ответила. Тишина, повисшая в салоне, была страшнее любого крика.

— Вытаскивайте её из машины! Живо! — Кейси первой среагировала на опасность.

Парни мгновенно выхватили Кимберли из салона и бережно опустили на траву. Никлаус сел, придерживая её, и осторожно положил голову Ким себе на колени.

Он заглянул в её лицо и похолодел. Серо-голубые глаза Кимберли были широко распахнуты, они отражали чистое, светлое небо, но в них не было жизни. Они стали стеклянными, неподвижными, устремленными ввысь.

Никлаус коснулся её запястья — оно было пугающе холодным, словно жизнь покинула это тело несколько часов назад. Он прижался ухом к груди. Сердце молчало.

— Она не дышит... сердце не бьётся. Кимберли умерла, — выдохнул он, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Она не умерла, не неси ерунду! — Кейси подошла вплотную, гневно сверкнув глазами. — Ким гораздо сильнее, чем ты можешь себе представить.

Никлаус лишь закатил глаза, не в силах поверить в чудо, но Кейси не отступала. Она всмотрелась в лицо подруги. Глаза Ким всё еще были остекленевшими, отражая плывущие по небу облака, но вдруг из уголков этих застывших глаз медленно выкатились слезы. Они текли по вискам, исчезая в волосах. Кейси замерла. Она поняла: Ким здесь, она в своем теле, но она видит что-то невообразимое.

— Стойте. Никому не двигаться! — приказала Кейси остальным.

И в этот миг Кимберли резко, судорожно пришла в себя. Она рванулась вверх так внезапно, что Никлаус едва не отпрянул. Она впилась взглядом в его ярко-голубые глаза так отчаянно, что у него перехватило дыхание и замолчала, пытаясь осознать, где находится. Кейси, была начеку, она крепко схватила её за плечи, помогая подняться на ноги.

— Ты в порядке? — Кейси обеспокоенно заглядывала ей в лицо. — Что с тобой было?

— Что случилось? — донесся испуганный голос Айрис из-за спины.

Кимберли медленно вытерла слезы со щек, её взгляд стал жестким. По телам друзей пробежала дрожь — у каждого в жилах застыла кровь от этого выражения её лица. Это было предчувствие катастрофы.

Никлаус, всё еще сидевший у её ног, инстинктивно отшатнулся, едва не задохнувшись от внезапного давления. Он только что чувствовал её холодную кожу, но теперь эта девушка пугала его гораздо сильнее.

— У меня было видение, — произнесла Ким ледяным тоном, от которого воздух вокруг, казалось, стал густым.