глава 12. Искушение.
Дорогие читатели, хочу вас предупредить, что какое-то время глав не будет. Я уезжаю в другой город по делам и там совсем не будет времени для написания этой истории. Приношу свои извинения. 🥺
Ну ладно, надеюсь, эта глава вас порадует.
Приятного чтения! ❤️
***
Сделав несколько последних шагов, Джин Хён встретилась взглядом с господином Им Соном, который указал на свободное место рядом с собой. Они были одни, в некотором отдалении от остальной съемочной группы. Он сидел на лавочке, укутавшись в теплую толстовку, пытаясь защититься от пронизывающего ветра. Его улыбка, казалось, застыла на лице, напрягая и настораживая Джин Хён одновременно. Девушка искренне надеялась, что их разговор будет касаться исключительно ее роли, а не чего-либо другого.
Опустившись на лавочку, она невольно вздохнула, стараясь расслабиться.
– Сегодня прохладнее, чем вчера. – произнес Им Сон, устремив взгляд в блеклое небо. – Вы не замерзли? – не поворачиваясь к ней, он задал этот вопрос, словно размышляя вслух, продолжая разглядывать облака.
– Нет... – покачав головой, ее взгляд нахмурился. Ей не нравилось это молчание и эта нарочитая непринужденность. – Вы меня позвали по делу или просто так? – наконец, не выдержав напряжения, она обратилась к нему, пристально вглядываясь в каждую морщинку, которая была ей заметна на его лице, и в каждую эмоцию, промелькивавшую в его глазах.
Он опустил взгляд с небес и его лицо повернулось к ней. Глаза стали слегка ледяными, словно замерзли под толщей льда, но лицо при этом никак не изменилось, сохранив натянутую улыбку.
– Я к вам относился снисходительно все это время. Вы и вправду хороши в плане актерского мастерства, и я хорошо к вам относился, – слегка прикусив губу, он сделал короткую паузу, словно подбирая слова.
– Но почему-то, когда я вас предупредил, что лучше не контактировать с господином Ли Дон Уком вне съемок, вы это громко проигнорировали. – под конец голос мужчины становился все тише и тише...
Все это время брюнетка сидела с нахмуренным лицом и слегка приоткрытым ртом, не понимая, почему его так волнует этот вопрос.
– Мне с ним запрещено общаться вне съемок? Думаю, это никак не влияет на сцены, в которых мы снимаемся. – ее голос звучал спокойно, хотя внутри все кипело от возмущения. Она старалась скрыть все свои переживания и недоумение за маской безразличия.
– Ох... Нет, это еще как влияет. Я как режиссер этого проекта должен следить за всем, чтобы все было идеально. Ваш интерес друг к другу будет только мешать съемкам, а это непозволительно. Служебные романы, знаете ли, не допускаются. –
Джин Хён усмехнулась, почувствовав облегчение. Его слова казались такими нелепыми и смешными.
– Уж поверьте, но у меня с господином Ли Дон Уком нет никаких отношений. – голос девушки стал более расслабленным и спокойным.
Мужчина хмыкнул и поджал губы, явно не поверив ее словам.
– Перестаньте оба нести эту чушь. – резко оборвал Им Сон, явно теряя терпение. Его глаза сузились, приобретая хищный блеск.
– Я никогда не потерплю никаких отношений во время моих съемок, а уж тем более с Ли Дон Уком. Вы просто не тот человек, который ему нужен. –
Брюнетка резко встала, скрипнув зубами от раздражения.
– Я вам уже все сказала: у меня с ним нет никаких отношений, и не будет. – четко произнесла она, каждое слово отчеканивая.
Девушка развернулась и уже хотела покинуть его неприятную компанию, как вдруг ее сердце сильно сжалось от неожиданных слов.
– Ваши родители умерли, не так ли? – нарочито небрежно бросил Им Сон, словно случайно обронил невинную реплику.
Брюнетка медленно повернулась к нему, и ее лицо мгновенно стало холодным и бесстрастным, словно маска, скрывающая бурю эмоций.
– Папа от алкоголя, а мама от пневмонии... Может, из-за этого вы выросли настолько грубой и высокомерной? – его слова прозвучали как удар под дых, болезненный и унизительный.
Джин Хён непроизвольно дернулась, словно от пощечины. Приподняв голову и скрестив руки на груди, она нахмурилась, стараясь сохранить самообладание.
– К чему вы клоните? – ледяным тоном спросила она, чувствуя, как внутри все закипает от гнева.
– Ну как же, моя дочка недавно приходила и жаловалась, что вы ее ударили специально, а потом даже не извинились. –
Рот недовольно приоткрылся, желая тут же опровергнуть его лживые слова, но ее перебил внезапно раздавшийся мужской голос.
— Поднимать руку на мою дочь — это ужасный поступок... Думаю, когда о вас узнают после этой дорамы и, плюсом, узнают, что у вас была ужасная семья и такая ужасная дочь... не думаю, что вы захотите дальше работать в киноиндустрии. —
Загадочно улыбнувшись, он встал и с громким выдохом серьёзно посмотрел ей в глаза.
— Но это можно избежать, если вы перестанете взаимодействовать с Дон Уком. —
— Там было не так! Я её не задел... — сразу же, когда мужчина закончил, она начала оправдываться, но её никто уже не стал слушать.
— Я думаю, мы договорились. Сочувствую насчёт родителей. —
Улыбнувшись, он уже хотел уйти, но с той же улыбкой повернулся на ходу и громко произнёс:
— А, и да, через пятнадцать минут начнутся съёмки, приведите себя в порядок. —
Показав большой палец, он покинул компанию брюнетки.
Она застыла, словно статуя. Джин Хён никогда и нигде не рассказывала про своих родителей, но откуда он знал? Какое он имеет право так о них говорить? Вообще поднимать тему про них! Это неуважительно, омерзительно и просто ужасно...
Ком в горле сильно давил на неё, мешая дышать. Смерть мамы, случившаяся в прошлом году, нахлынула волной воспоминаний, болезненных и горьких. Тогда это был ад, кромешная тьма, поглотившая все светлое. Как она справилась? Да никак. Она просто старалась не думать об этом, отталкивала воспоминания, закрывала глаза на боль. И таким образом выжила, но каждый раз, когда имя мамы всплывало в памяти, сердце сжималось от острой, неутихающей боли. А сейчас... сейчас это было невыносимо. Этот мерзавец посмел осквернить память её родителей из-за какой-то глупой ревности, из-за того, что она просто общалась с этим проклятым Дон Уком! Какого черта вообще происходит?! Ярость, смешанная с болью, взрывалась внутри, грозя уничтожить все вокруг.
Едкая слеза, предательски вырвавшаяся из-под опущенных век, стремительно покатилась по щеке. Она быстро вытерла её, боясь, что кто-то увидит её слабость. Глубокий вдох, еще один... Джин Хён собирала себя по кусочкам, заставляя утихнуть дрожь в руках. К черту их всех. Как только закончатся эти проклятые съемки, она уедет отсюда, сбежит, как можно дальше. Кивнув самой себе в знак принятого решения, она достала телефон и включила камеру. Отражение в экране подтвердило худшие опасения. Вид и вправду был ужасен. Растрепанные волосы торчали во все стороны, словно перепуганные птицы. Слегка размазанный макияж подчеркивал бледность лица, а опущенные уголки губ выдавали отчаяние.
Приведя себя в подобие порядка, замазав следы слез и расчесав волосы, она поджала губы, пытаясь изобразить на лице что-то похожее на улыбку. Получилось натянуто и фальшиво, но лучше, чем ничего. С тяжелым сердцем и каменным лицом, она направилась в сторону съемочной площадки.
***
Им Сон сидел за столом, погруженный в изучение общего сценария, скрупулезно выискивая и исправляя мельчайшие неточности. Он был доволен собой, своим умением плести интриги.
Да, возможно, моментами он перегнул палку с Джин Хён, но это была необходимая мера. Эта простушка никак не вписывалась в жизнь Дон Ука, только портила ее безупречный фасад. Связь с ней могла бы поставить крест на его карьере, а карьера была превыше всего. Она должна быть безупречной, как швейцарские часы, отточенной до совершенства, без единой царапины. Так же и девушка, спутница жизни, должна соответствовать высоким стандартам: из хорошей, богатой семьи, с безупречной репутацией. Он уже усвоил этот урок:
карьера важнее, чем вся эта романтическая чушь, чем глупые мечты о любви. Влюбишься по-настоящему, позволишь чувствам взять верх над разумом, и в один миг разрушишь все, что создавал годами.
– Папа. – тихий, надломленный женский голос вырвал его из потока эгоистичных мыслей.
Им Сон оторвался от сценария и обернулся. Перед ним стояла его дочь, шатенка с грустными глазами, покрасневшими от слез. Вид у нее был жалкий и разбитый.
– Что? – холодно процедил он, вновь устремив взгляд на текст сценария, словно ее проблемы были не более чем раздражающим фоновым шумом.
– Дон Ук... в общем... он сказал, что у нас ничего не получится... – голос ее дрожал, а в глазах плескалась боль.
Одинокая слеза сорвалась с ресниц и покатилась по щеке, делая ее и без того разбитое лицо еще более несчастным.
Сон закатил глаза, едва сдержав вздох раздражения. Он поджал губы, скрывая гримасу презрения, и бесстрастно взглянул на дочь. Ни капли сочувствия, ни единого намека на понимание в его холодных, бесчувственных глазах.
– Потому что ты совершенно не умеешь общаться с мужчинами! Ты ведешь себя как полная дура, вот и результат! Неудивительно, что он не хочет с тобой встречаться! –
Голос его повысился, а взгляд стал еще более ледяным, лишенным тепла и сочувствия.
– Ну, пап... – прозвучал в ответ обиженный, еле слышный шепот, наполненный разочарованием.
– Никаких "ну"! Делай все, что нужно, чтобы отвлечь внимание Дон Ука от этой Джин Хён. Ты сама в него влюблена, так что действуй! Используй свой шарм, свои связи, свой ум, наконец! –
– Он постоянно с ней... а если и бывает один, то не всегда хочет со мной общаться! – она пожала плечами, словно пытаясь защититься от его слов , слегка при обняв себя,
– Захочет. – отрезал режиссер, пресекая любые попытки возразить.
С этими словами он резко поднялся со стула и, не удостоив дочь ни единым взглядом, покинул ее компанию. Да, он не уделял ей внимания, не баловал и не потакал ее девичьим капризам. Все эти глупости, интересные лишь девчонкам, были ему чужды. Он никогда не хотел себе дочь, поэтому так и относился к ней – как к досадной помехе. Вся эта мишура, вроде платьев, бантиков, милых прозвищ и прочей "девчачьей ерунды", вызывала у него лишь раздражение и неприязнь. В его мире ценились сила, власть и холодный расчет, а сентиментальности не было места.
***
Съемочный день наконец-то подошел к концу, выжав из Джин Хён все соки. Каждая клеточка тела ныла от усталости, разум был затуманен, и единственным желанием было рухнуть на что-нибудь мягкое и провалиться в глубокий, безмятежный сон. Какое счастье, что им предоставили комнаты для отдыха прямо на студии, Это было просто прекрасно...
В каждой комнате было предусмотрено две кровати. Освободилась она чуть ли не последней, проклятый режиссер снова был недоволен ее игрой, и ей пришлось бесконечно переснимать одни и те же сцены, пока все остальные уже отправились отдыхать. Придурок.
Брюнетка брела по длинному, гулкому коридору, словно призрак, и дергала ручки каждой двери в надежде, что хоть одна из них окажется открытой. Но увы, одна за другой комнаты оказывались занятыми. С каждой закрытой дверью, с каждой ускользающей надеждой, внутри поднималась горькая волна отчаяния, и ей все сильнее хотелось разрыдаться.
Наконец, она подошла к последней двери в конце коридора, и... о чудо! Она была приоткрыта. Удивление и облегчение вспыхнули в её глазах. Улыбка, робкая и неуверенная, тронула её губы. Ей хотелось закричать от радости, но сил уже не было. Проведя усталой рукой по растрепавшимся волосам, она тихонько толкнула дверь и вошла внутрь, стараясь не шуметь.
Осторожно закрыв дверь за собой, она повернулась и окинула взглядом комнату. Здесь было скромно, но чисто и уютно. Две большие, застеленные свежим бельем кровати казались сейчас роскошью. Сбросив с плеч куртку и небрежно кинув её на одну из кроватей, она с разбегу прыгнула на другую, утопая в мягких подушках. Радостная улыбка, уже более искренняя, расцвела на её лице. Наконец-то она сможет отдохнуть, забыть обо всех проблемах и просто выспаться.
– Эм... ты как здесь оказалась? – мужской голос, внезапно прозвучавший в полумраке комнаты, заставил девушку внутренне выругаться. Вселенная, казалось, сговорилась испытывать её терпение. Медленно поднявшись с кровати, она раздраженно покачала головой, пытаясь унять волну накатывающего гнева.
– Уж извини, но это была единственная свободная комната, – огрызнулась она, стараясь скрыть усталость и досаду в голосе. Неужели нельзя было просто дать ей спокойно отдохнуть?
Дон Ук усмехнувшись, подошел к девушке ближе. На нем была черная футболка, подчеркивающая его стройную фигуру, и широкие спортивные штаны того же цвета. Волосы были взъерошены, а под глазами виднелись светлые тени, выдающие его усталость. Руки его были спрятаны в карманы, что придавало ему расслабленный вид.
– Какое совпадение... А вдруг ты целенаправленно искала мою комнату? Ммм? – лукаво улыбнувшись, он присел на самый край ее кровати, вынимая руки из карманов и внимательно рассматривая ее. В его глазах играли озорные искорки.
Брюнетка раздраженно цокнула языком.
– Конечно. У каждого прохожего спрашивала, в какой ты комнате находишься, чтобы спать вместе с тобой в обнимку. – закатив глаза, она отвернулась от него и шмыгнула носом. Она была слишком усталой, чтобы выдумывать сложные слова в ответ. Ей просто хотелось спать.
– Как приятно. – саркастично отозвался Дон Ук, с широкой ухмылкой растянувшейся на его губах, и, не дожидаясь ее разрешения, нагло растянулся спиной на кровати, закинув руки за голову.
– Эй! Иди на свою кровать! –
– А то что? – брюнет, казалось, получал искреннее удовольствие от ее раздражения. Улыбнувшись, он устроился на кровати еще удобнее, демонстрируя полное нежелание сдвигаться с места.
Джин Хён прекрасно понимала, что силой его не возьмешь. Он был высоким и сильным, а она маленькая и уставшая. В честном бою у нее не было ни единого шанса.
Брюнетка хмыкнула, но сдаваться не собиралась. Подвинувшись к нему вплотную, она попыталась стащить его с кровати, упираясь руками в его плечи и толкая изо всех сил. Но Дон Ук даже не пошатнулся. Он оставался неподвижным, словно каменная глыба.
Услышав его тихий смех, она поняла, что грубая сила здесь бессильна. Но тут ее взгляд упал на его руки, раскинутые на постели, и в голове тут же созрел коварный план. На ее лице появилась хитрая, ехидная улыбка.
– Все же боятся щекотки? – произнесла она, многозначительно глядя на его подмышки. Почувствовав на себе его вопросительный взгляд, она, не теряя ни секунды, набросилась на него, ловко орудуя пальцами и щекоча самые чувствительные места.
Мужчина тут же вздрогнул и, издав сдавленный смешок, начал вертеться на кровати, пытаясь увернуться от ее цепких рук. Но Джин Хён не отступала, с азартом продолжая свою щекоточную атаку. К сожалению, ее триумф был недолгим. Внезапно Дон Ук резко привстал, перехватил ее руки и, ловким движением повалив ее на кровать, с грохотом рухнул сверху.
Быстро поднявшись с ее тела, он сел верхом на девушку и, нахмурив брови, сурово посмотрел на нее.
На лице Джин Хён отражался целый калейдоскоп эмоций: страх, усмешка, обида, смущение, растерянность и еще целый ворох противоречивых чувств. Она отчаянно пыталась скрыть смущение и разочарование, но ее глаза и напряженное тело говорили сами за себя. В этот момент она чувствовала себя маленькой и уязвимой, как загнанный в угол зверек. Чёрт.
В голове девушки промелькнуло неприятное слово, и в животе похолодело от предчувствия. Она понимала, что сейчас ей будет несладко. Ирония ситуации заключалась в том, что поза, в которой они оказались, ее сейчас волновала меньше всего.
Дон Ук, заметив ее замешательство, ехидно улыбнулся и, не теряя ни секунды, перешел в наступление. Его пальцы, словно юркие мышки, скользнули по ее телу, щекоча самые чувствительные места.
Руки Джин Хён тут же попытались оттолкнуть его, остановить эту пытку, но он был слишком силен, его вес сковывал ее движения. Отчаявшись, она сжала свои подмышки, стараясь хоть как-то унять зудящее, щекочущее чувство, но он был неумолим. Брюнет щекотал все ее тело, заставляя ее жалобно смеяться.
Тело брюнетки непроизвольно двигалось из стороны в сторону, извиваясь, как змея, пытающаяся выскользнуть из чужой хватки. Спина сильно изгибалась, стремясь вырваться из-под его веса, убежать от этих ужасных, невыносимых ощущений.
– Прекрати, придурок! – вырвался из ее горла жалобный стон, заставляя ее зажмурить глаза.
Дон Ук резко остановился, словно его окатили ледяной водой. Тяжело дыша, он немного отстранился от нее, с трудом переводя дух.
Прищурившись, он тяжело сглотнул, внезапно осознав двусмысленность их положения. Он буквально сидел на ней, пригвоздив ее к кровати, а Джин Хён извивалась под ним, пытаясь вырваться из его объятий.
Его взгляд скользнул по ее телу, невольно задерживаясь на изгибах и линиях. Ее голова была запрокинута назад, волосы разметались по подушке, а глаза плотно закрыты. Она тяжело дышала, ее грудь часто вздымалась и опадала, вызывая в нем странное волнение.
Дон Ук облизнул пересохшие губы. Его дыхание участилось, а жар, охвативший тело, казался невыносимым. Прикрыв глаза, он тяжело выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Резко оттолкнувшись от кровати, мужчина попытался встать, но цепкая рука потянула его обратно вниз.
Из-за неожиданного рывка он потерял равновесие и снова рухнул на кровать. Теперь уже Джин Хён сидела на нем верхом. Твою мать...
– Ну уж нет, козлина. Ты слишком легко отделался. – ехидно хмыкнув, она снова перешла в наступление, начав его щекотать. Но Дон Ук практически не чувствовал щекотки. Все, что он ощущал, – это тепло ее рук на своей коже.
Откинув голову назад, он прошипел сквозь зубы. Его организм воспринимал это как что-то интимное, запретное. Тело девушки терлось о его, а ее руки, скользившие по его телу, лишь подливали масла в огонь, усложняя и без того непростую ситуацию.
Собрав всю свою волю в кулак, он резко схватил ее за талию и, перевернув, снова оказался сверху. Девушка вскинула брови.
– Прекрати. – его голос был медленным и тихим. Его дыхание было сорванным, а тело напряженным. После чего он, словно очнувшись, быстро встал с нее и, не говоря ни слова, поплелся в уборную, захлопнув за собой дверь.
Что? Что сейчас произошло? Неужели он настолько идиот, что обиделся из-за щекоток? О боже..
Несмотря на бурю эмоций, бушевавшую в ее душе, она по-прежнему чувствовала себя ужасно уставшей. Прикрыв глаза, она натянула одеяло до подбородка и почти сразу же провалилась в глубокий, беспробудный сон.
***
Ополоснув руки и лицо ледяной водой, Дон Ук сжал зубы. Снова эти же самые чувства, эти обжигающие ощущения, пробуждающие в нем темные, неконтролируемые желания.
Посмотрев вниз, брюнет увидел предательский бугорок в районе паха, выдающий его возбуждение. Закатив глаза к потолку, он громко, с усилием выдохнул.
Нет. – твердил он себе. – Он не станет этого делать. Не сейчас, не здесь и вообще никогда. Поджав губы, Дон Ук еще раз плеснул в лицо холодной водой.
Выйдя из уборной, мужчина взглянул на кровать. Джин Хён уже крепко спала, безмятежная и спокойная, словно невинный ангел.
Подойдя ближе, он присел на корточки и начал внимательно рассматривать ее лицо. Обычное спящее лицо девушки... обыкновенная девушка, просто коллега по работе. Так какого черта он так много думает о ней, почему она не выходит у него из головы? Мысли путались, а глаза не отрываясь бегали по ее лицу, словно пытаясь разгадать какую-то тайну. Покачав головой, он резко поднялся с корточек и направился к своей кровати, но сон так и не приходил.
Беспокойно ворочаясь с боку на бок, он не мог найти удобную позу. Отчаявшись, он просто сел на кровать, опустив голову на руки.
На часах было девять утра... впереди еще пара часов до подъема. Взглянув на спящую девушку, брюнет не мог отвести от нее взгляд. Такая спокойная и беззащитная, когда спит... Поджав губы, он потер шею, пытаясь хоть немного расслабиться.
Дон Ук понимал, что ему не стоит с ней связываться, что это приведет лишь к боли и страданиям. Если это произойдет, то он испортит и себе, и ей жизнь, ведь кто знает, чего можно ожидать от Им Сона.
Вздохнув, он прикрыл глаза, отгоняя навязчивые мысли и отчаянно пытаясь заснуть, погрузиться в спасительную тьму, где не было места ни ей, ни его запретным мыслям.
***
Джин Хён стояла перед зеркалом, отчаянно пытаясь привести себя в порядок. То, что ей удалось поспать всего пару часов, конечно, радовало, но теперь ее голова гудела, словно растревоженный улей, а глаза молили о том, чтобы их закрыли хотя бы на несколько минут. Но не сейчас. Сегодня нельзя было позволить себе расслабиться.
Наконец, она закончила с утренним туалетом и вышла из уборной. Дон Ук уже был одет в одежду, которую им выдали на студии. Он был в простом темно-синем костюме с белой футболкой, надетой под пиджак.
Девушка сегодня была в голубой приталенной кофточке, заправленной в юбку, едва прикрывающую колени. Рана на ноге почти зажила, а плотные колготки надежно скрывали ее от посторонних глаз. Ожоги на теле почти не болели, остались лишь небольшие покраснения.
Макияж ей оставили прежним, лишь слегка подправив его. Ничего особенного, просто чтобы скрыть следы усталости и придать лицу хоть немного свежести.
Сегодня был сокращенный съемочный день. Они должны были закончить около пяти часов вечера, и эта мысль не могла не радовать. Особенно учитывая то, что завтра был долгожданный выходной. Блаженно улыбнувшись, она взяла в руки телефон. С утра на ее аккаунт подписалось около семидесяти тысяч человек... Заходить в комментарии было страшно, поэтому брюнетка тут же закрыла приложение, стараясь не думать о том, что там может быть написано.
Взглянув на Дон Ука, девушка невольно прикусила нижнюю губу. Он сидел, уткнувшись в телефон, что-то сосредоточенно разглядывая. Его взгляд был таким же уставшим и безэмоциональным, как и ее собственный.
Хмыкнув, Джин Хён вышла из комнаты и направилась вниз, на съемочную площадку. Все почти было готово к началу съемок. Сегодня им предстояло снимать сцены в офисе, впрочем, ничего нового. Взяв из автомата стаканчик горячего шоколада, она слегка улыбнулась. Это было не настолько вкусно, как тот, что она готовила дома, но все же сойдет. Облокотившись спиной о стену, она прикрыла глаза, прислонившись к ней головой. Она была слишком уставшей, чтобы о чем-то еще думать. Ей хотелось просто стоять здесь, в полумраке, и ни о чем не думать, забыв про съемки, про Дон Ука, про Им Сона и про все свои проблемы.
– Ох, сейчас бы еще поспать часок, не так ли? – неизвестный мужской голос, прозвучавший слева, заставил Джин Хён открыть глаза и с любопытством взглянуть на говорившего.
Это был молодой мужчина с карими глазами и аккуратной длинной прической. Симпатичные очки в тонкой оправе придавали его лицу хороший вид. Он улыбался ей, и в его улыбке не было ни намека на злобу или скрытый подтекст. Он был одет в черное поло, выгодно подчеркивающее его стройную фигуру, и серые широкие брюки. Его взгляд, скользнув по ее силуэту, задержался на ней, внимательно и оценивающе рассматривая.
Джин Хён улыбнулась в ответ и кивнула, полностью соглашаясь с его словами. Сейчас она отдала бы все, чтобы снова оказаться в объятиях Морфея, хотя бы на часик...
Расслабившись, он протянул руку и, слегка улыбнувшись спокойным и уверенным голосом, представился: – Я, кстати, Дон Кван, но вы, дорогая... – мужчина хитро стрельнул своими глазами, а улыбка стала еще шире и лукавее, – ...просто можете называть меня Кван. – Его голос был мягким и обволакивающим, словно теплый плед.
Брюнетка на мгновение опешила и с открытым ртом уставилась на него, не зная, что ответить. Но затем, осознав его шутливый тон, весело рассмеялась, запрокинув голову. Протянув руку в ответ, она пожала его ладонь.
– Ён Джин Хён. – представилась она, чувствуя, как на ее лице расцветает улыбка.
– Конечно, как я вас могу не знать. У вас настоящий талант, знаете ли? –
Она улыбнулась шире, убирая руку, и благодарно кивнула. Поправив челку, брюнетка снова внимательно осмотрела его.
– Вы здесь работаете? Я вас раньше здесь не видела. -
– Оу, я здесь гримером работаю. Наверное, мы не пересекались, потому что вас красила та милая девушка. – пожав плечами, он заложил руки за спину, принимая непринужденную позу.
– И давай на ты? Мне не нравятся все эти формальности, особенно с такой девушкой. –
"Он что, флиртует со мной?" – пронеслось в голове у Джин Хён. Шмыгнув носом, она приподняла одну бровь, копируя его улыбку.
– Хорошо... – согласилась она, стараясь не выдать своего смущения. В ее голосе чувствовалась легкая игривость, но внутри нарастало какое-то непонятное беспокойство. Допив остатки горячего шоколада, она выбросила стаканчик в урну.
– Мне, наверное, стоит идти. Приятно было познакомиться. – вежливо произнесла она, стараясь как можно скорее завершить этот разговор.
Поклонившись на прощание, брюнетка направилась в сторону съемочных фургонов. Она не могла толком объяснить, что именно ее настораживало в Дон Кване. Да, он был красивым и обаятельным, но что-то отталкивало ее в этом человеке. Его улыбки казались слишком искусственными, а взгляд – чересчур пристальным. Все это вызывало у нее неприятное ощущение дискомфорта.
А может, она просто надумывает себе лишнего? Повернув голову назад, она заметила, что Кван по-прежнему стоит на том же месте и смотрит ей вслед. Резко отвернувшись, она почувствовала, как ее щеки предательски порозовели. Что ему нужно? Зачем он так на нее смотрит? Облокотившись на стену возле выхода, она чувствовала на себе его прожигающий взгляд.
"Боже, что ему нужно?" – мысленно вопрошала она, но ответа не было.
Впрочем, неважно. Сейчас лучше сосредоточиться на съемках и постараться не думать об этом странном гримере...
– Ты не представляешь, как ужасно спать с Сиваном! – раздался рядом с ней громкий голос Хён И, прерывая ее размышления.
– Эм, хорошо, я запомню. – хмыкнув, она улыбнулась своему другу.
– Он каждые пять минут просыпался и вертелся, потом во сне что-то шептал, господи... это было тяжело..– проведя рукой по волосам, он покачал головой, изображая крайнюю степень отчаяния.
– Ну не злись на него, ты просто устал. –
– Аргх... я хочу домой, хочу выпить... – простонал Хён И в ответ, жалуясь на свою нелегкую долю.
Резко повернувшись к ней, он ткнул ее указательным пальцем в лицо и серьезно произнес: – После этой смены я и еще с некоторыми ребятами пойдем пить, ты тоже идешь, кстати. –.
Громко выдохнув, она положила голову набок, изображая крайнюю степень отчаяния. – Я так понимаю, что ответ "нет" не принимается? – с иронией в голосе поинтересовалась она.
В ответ брюнетка получила лишь легкий кивок с небольшой снисходительной улыбкой.
– Ты знаешь того парня? – толкнув Хён И в плечо и кивнув в сторону Дон Квана, она внимательно наблюдала за его реакцией.
– Вроде визажистом тут работает. А что? – пожал плечами мужчина, вопросительно глядя на нее.
– Он странный...–
В ответ она услышала лишь легкий смешок.
– То, что он пялится на нас, точнее... на тебя? – усмехнулся Хён И, подмигивая ей.
– И это тоже! – с раздражением воскликнула девушка, громко выдыхая и цокая языком. Ей не нравилось, что этот парень так бесцеремонно разглядывает ее.
– Да ладно, просто он в тебя втюрился, вот и все. – пожал плечами Хён И, подбадривающе хлопая ее по плечу и лучезарно улыбаясь.
Сжато улыбнувшись в ответ, она устало выдохнула. Ей не хотелось думать о поклонниках, о свиданиях и прочей ерунде. Все, чего она сейчас хотела, – это закончить съемки и поскорее оказаться дома, в тишине и покое.
***
Дон Кван расплылся в широкой, довольной улыбке, поправляя свои очки. Эта девушка действительно была невероятно красива, даже красивее, чем на фотографиях и видео. Впервые он увидел её в первый день съемок, и тогда она просто поразила его своей красотой. Ее сияющая кожа, выразительные глаза и точеные черты лица словно сошли с полотна великого художника. Кван был искренне удивлен, что у нее до сих пор нет парня, ну или, по крайней мере, что она не афиширует свои отношения.
Сейчас он с интересом наблюдал за тем, как Джин Хён оживленно общается с Ха Джуном. Мужчина не думал, что между ними что-то есть, скорее всего, они просто хорошие друзья. Кван был общительным человеком и быстро заводил новые знакомства. Здесь, на съемочной площадке, он почти со всеми хорошо знаком, поэтому трудностей при разговорах у него ни с кем не возникало. Он не стал бы отрицать того факта, что тоже пробовал свои силы на кастинге на главную мужскую роль в этой дораме. Но ее в итоге забрал Ли Дон Ук, в прочем, Кван не особо удивился. Все-таки Дон Ук был известным и талантливым актером, и конкуренция с ним была практически невозможна. Единственное, что начало вызывать у Квана легкую зависть, так это то, что Дон Уку предстоит целоваться с Джин Хён. Ммм, интересно, какие на вкус ее губы?
Так... Кмх, ладно, он зашел уже слишком далеко в своих фантазиях.
Стряхнув наваждение, он поправил свои волосы, которые были слегка спадали на лоб. Наконец, он оторвал взгляд от Джин Хён и Ха Джуна, потому что его звали поправить макияж какому-то привередливому актеру.
Примечания:
А вот и новая глава! ❤️🩹
Здесь мы узнали немного о прошлом Джин Хён. Им Сон, конечно, козел...Но зато в этой главе мы смогли взглянуть на него немного ближе.😌
Появился новый персонаж!! Пока неизвестно, хороший он или плохой...
Впрочем, надеюсь, вам понравилось.❤️