крайности сходятся//Ли Дон Ук

Девушку вновь переодели в тот же костюм, что и вчера. На улице уже сгустились сумерки, поэтому репетицию перенесли на саму локацию, где предстояло снимать сцену. Ноги Джин Хён словно налились ватой, а внутри всё дрожало от волнения. Она старалась не смотреть ни на кого, особенно на Ли Дон Ука.

Дойдя до нужного места, они встретились с режиссёром, продюсером и ещё несколькими членами команды. Чуть поодаль стояла остальная съёмочная группа, готовая к работе. Брюнетка сжала губы, ощущая на себе их взгляды.

Режиссёр едва заметно кивнул, давая знак начинать, и погрузился в наблюдение.

Медленно повернувшись к Дон Уку, Джин Хён почувствовала, как ком подкатывает к горлу. С трудом сглотнув, она встретилась с его взглядом.

Его карие глаза, холодные и одновременно изучающие, скользили по её лицу.

— Начали! —

***

— Спасибо, что подвезли меня до дома, — произнесла девушка, стараясь скрыть волнение за напускной улыбкой. Она спрятала руки за спину, слегка покачиваясь, словно поддаваясь лёгкому дуновению ветра.

Мужчина кивнул в ответ и наклонился в знак прощания. Он уже собирался уйти, но внезапно его движение остановила нежная рука, коснувшаяся его рукава. Повернувшись, брюнет нахмурился.

Джин Хён внимательно рассматривала лицо Дон Ука, словно пытаясь запомнить каждую его черту. Она осознавала, что через считанные секунды ей предстоит поцелуй с ним... Пусть это будет всего лишь мимолётное касание губ, но всё равно... Аргх! Внутри всё сжималось от напряжения.

Собравшись с духом, она ухватилась за его рубашку, слегка подтолкнув к себе. Набравшись смелости, девушка прикоснулась губами к его губам, словно бабочка, коснувшаяся цветка. Поцелуй получился лёгким и нежным. Быстро отстранившись, она одарила его смущённой улыбкой и торопливо отвернулась.

— Стоп! — прозвучал резкий окрик режиссёра.

Черт, черт, черт! Губы словно горели после мимолетного соприкосновения с губами брюнета. Дыхание стало прерывистым, сердце бешено колотилось в груди. Прикрыв глаза, Джин Хён попыталась унять дрожь, пробежавшую по всему телу.

Наконец, собравшись с силами, она взглянула на приближающегося режиссёра, чье лицо выражало крайнее недовольство.

— Ну вы же не дети! Почему поцелуй такой... скоротечный? Даже пяти секунд не прошло, как вы уже отстранились друг от друга! Нет... мне не нравится, переснимаем. Я не говорил, что поцелуй должен длиться ровно пять секунд! Да, он быстрый, но нужно чувствовать меру! —  После его слов, он быстро покинул их компанию.
И снова этот грубый, высокомерный тон... Черт возьми, да он же сам говорил, что поцелуй должен быть быстрым! Внутренне проклиная режиссёра и всё происходящее, Джин Хён тяжело выдохнула и украдкой взглянула на Дон Ука, который внимательно наблюдал за ней.

— Что? — слегка дерзко вырвалось у неё.

— Целуешься ужасно, — уголки его губ тронула ехидная улыбка, а взгляд, устремленный на брюнетку, был насмешливым.

— Ой! Как же больно это слышать... — саркастично изобразив грусть, девушка громко фыркнула.

Несмотря на браваду, сердце продолжало бешено биться, ноги слегка подкашивались, а дыхание с трудом приходило в норму. Внутри бушевал ураган эмоций, вызванный не только словами Дон Ука, но и ощущением его губ на своих.

— Правда? А вот твои трясущиеся руки говорят совсем о другом...— цокнув языком, Ли Дон Ук окинул девушку взглядом с головы до ног, стараясь скрыть едва заметную улыбку, игравшую на его губах.

Скрипнув зубами, Джин Хён уже приготовилась дать достойный отпор, но их словесную перепалку прервал громкий голос режиссёра, провозгласивший о начале съёмок.

Собравшись с остатками самообладания, она заняла своё место, тщетно пытаясь унять дрожь, пробегавшую по всему телу. Почему Дон Ук остаётся таким невозмутимым и спокойным?! Аргх...

Изобразив на лице безмятежную улыбку, она сделала глубокий вдох и попыталась расслабиться, хотя каждая клеточка её тела протестовала против этого.

— Спасибо, что подвезли меня до дома, — произнесла брюнетка, одарив его снова лучезарной улыбкой и слегка наклонив голову набок. Спрятав руки за спину, она слегка покачивалась.

Мужчина вновь повторил свои действия, намереваясь развернуться и уйти, но девушка опять остановила его. На этот раз она действовала решительно и уверенно. Резким толчком она притянула его к себе, впившись в его губы легким поцелуем. Ощущения были теми же... просто ужасными.

Отстранившись от него, она вновь изобразила на лице безмятежную улыбку, словно ничего особенного не произошло.

— Снято! —

Выдохнув с облегчением, брюнетка медленно повернулась, встречаясь с оценивающим взглядом господина Им Сона, который уже направлялся к ним.

— Господи... Видимо, вы совсем не умеете целоваться, вас что, этому не учили? — цокнув языком, мужчина выразил свое недовольство. — Сделаем перерыв и заново отснимем, — махнув рукой, он отошел в сторону, позвав несколько членов команды на перекур.

Девушка так и осталась стоять на месте, словно пригвожденная к земле. Слова режиссёра больно кольнули её самолюбие. Серьезно? Неужели всё настолько плохо или он просто слишком придирчив к таким вещам?
Закусив нижнюю губу, она машинально поправила челку, пытаясь скрыть смущение и раздражение.

— Он прав, ты, видимо, никогда в жизни толком не целовалась. Ну, действительно, кто же с тобой будет целоваться по любви? Только если психопаты... — произнес Дон Ук с задумчивым видом, доставая из кармана сигарету. Его слова прозвучали как удар под дых, заставив сердце болезненно сжаться.

Джин Хён резко повернулась к нему и, не сдержавшись, отвесила ему звонкую пощечину. От его слов неприятно заныло в груди. Ведь в них была доля правды... В её жизни был единственный бывший, и он оказался настоящим придурком, оставившим после себя лишь горькие воспоминания.

— Задел по больному? — на лице мужчины расцвела ехидная улыбка, такая же острая, как лезвие, а в глазах полыхнул огонь, внимательно следя за её действиями.

Брюнетка скривила губы в самой отвратительной улыбке, на которую была способна, пытаясь изобразить крайнее презрение. Её ноздри едва заметно раздулись от ярости, но она лишь коротко хмыкнула.

— Нет. Просто ты идиот, которому лишь бы свой мерзкий рот открыть. — она отчеканила каждое слово, вкладывая в него всю свою неприязнь. Подняв бровь в вызывающем жесте, девушка демонстративно задела его плечом, обходя его стороной и направляясь подальше. Ей хотелось как можно скорее оказаться вне зоны его влияния.

Ну что она ещё могла ожидать от Дон Ука? Что он поддержит её? Пфф, это было бы слишком наивно. Поддержка — это явно не в его стиле. Прислонившись к холодной стене здания, она перевела взгляд вправо и увидела Хён И, который спокойно сидел на раскладном стульчике, погружённый в свой телефон. Он выглядел таким умиротворённым и нормальным на фоне всего этого хаоса.

На губах Джин Хён появилась искренняя улыбка облегчения. Наконец-то хоть кто-то адекватный в этом месте! Брюнетка направилась к нему, желая отвлечься от всего этого, но внезапно ударилась об чье-то плечо. Удивлённо приподняв брови, ведь всего пару секунд назад этого силуэта здесь не было, она тут же нахмурилась.

— Ты что, не видишь, куда идёшь?! — громко вскрикнула Наын, словно ужаленная, эмоционально потирая плечо, хотя столкновение было едва заметным. В её голосе звучали не только удивление, но и мгновенная, непоколебимая обида.

— Я тебя не увидела. — сухо ответила Джин Хён, уже собираясь уйти. Она не видела смысла задерживаться, но в ту же секунду ощутила резкий толчок в спину.

Тяжело выдохнув, словно сбрасывая с себя невидимый груз раздражения, брюнетка медленно повернулась. Её лицо было искажено гримасой недовольства, в глазах читалась смесь усталости и обиды от очередной бессмысленной стычки.

— Извинись, быстро! — писклявым, требовательным голосом требовала Наын, скрестив руки на груди и всем своим видом демонстрируя «превосходство».

Девушка закатила глаза. Наклонив голову, она произнесла с откровенным сарказмом:

— Может, тебя ещё и по головке погладить? —
Джин Хён уже собиралась развернуться и уйти, но шатенка снова её остановила, перекрыв путь.

— Если не извинишься, то я расскажу об этом своему отцу!-

Услышав это, девушка не сдержала смех. Он был сухим, резким, полным горькой иронии. Серьезно? А без отца она кто? Правильно..ни-кто.

— Валяй. — фыркнув, Джин Хён окончательно развернулась, оставив девушку позади. Она решительно пошла в сторону Ви Хён И, полностью игнорируя дальнейший бред, который несла Им Наын. Ей было глубоко наплевать на её угрозы и пустые слова.

Подойдя к мужчине, брюнетка с облегчением опустилась на свободный раскладной стульчик рядом с ним. Мягкий пластик прогнулся под её весом, даря ощущение хоть какой-то опоры.

— Привет, как ты? — нежный голос, словно успокаивающий ручеёк, раздался рядом с ним.

Увидев брюнетку, Хён И моментально отложил телефон, его глаза тут же потеплели. Он широко улыбнулся, приветствуя её, и, протянув руку, мягко обнял, обволакивая своим теплом.

— Всё хорошо, а ты? Выглядишь расстроенной. —

Джин Хён приоткрыла рот, словно собираясь выплеснуть всё накопившееся, но в последний момент зависла. Вместо этого она тут же улыбнулась, стараясь не углубляться в неприятные воспоминания.

— Просто... Наын надоела. — пожав плечами, она поджала губы.

— Оо, это да... Сожалею. — мужчина понимающе кивнул, его взгляд скользнул в сторону шатенки, которая уже крутилась возле Дон Ука. Слегка толкнув Джин Хён плечом, привлекая её внимание.
— Смотри, она уже возле Дон Ука трётся, думаешь, у них что-то есть? - слегка смеясь , произнес он.

Рассмеявшись, девушка покачала головой, отбрасывая любые сомнения. В её смехе не было ни капли ревности, лишь лёгкое, злорадное веселье.

— Если это правда, то я буду рада. Два сапога пара, как говорится, — она улыбнулась шире, представляя себе эту «идеальную» пару.

Хён И хмыкнул, и в его глазах вспыхнул огонёк интереса, когда он с любопытством уставился на девушку.

— Как ваш поцелуй с Дон Уком? Я слышал, что съемочной команде понравилось, а вот Господину Им Сону нет... — голос мужчины прозвучал чуть тише, с нотками игривого любопытства.

— Аргх... Даже не напоминай... — Джин Хён шумно выдохнула, словно выпуская пар. Её пальцы нервно заправили челку за ухо, и вмиг весёлое выражение на её лице сменилось лёгкой, едва заметной грустью. Ей совершенно не хотелось вспоминать тот момент.

— Да? Жалко, я слышал, что вас назвали милыми. — пожав плечами, Хён И улыбнулся, его глаза чуть прищурились.

Брюнетка расширила глаза, медленно разворачиваясь к нему, словно не веря своим ушам. Её мягкий голос мгновенно стал жестче, а глаза сильнее прищурились.

— Что? Я очень надеюсь, что ты тоже так не считаешь... —

— Ну... — Хён И сделал нарочито задумчивое лицо, приложив палец к губам и делая вид, что серьёзно раздумывает над её вопросом. Секунда молчания повисла в воздухе, а затем он не выдержал и расхохотался, почувствовав лёгкие, но настойчивые удары по плечу.

— Эй! Я пошутил! — сквозь смех говорил мужчина, пытаясь отвернуться от её «нападения», но продолжая заливисто смеяться над её реакцией.

Наконец, перестав его колотить, девушка скрестила руки на груди и демонстративно отвернулась от него, всё ещё немного дуясь.

— Ну ты же не обиделась?.. — слегка грустно посмотрел на неё мужчина, его улыбка померкла, а рука мягко легла на её плечо, пытаясь загладить шутку.

Но увидев, как лёгкий смешок вырвался из её груди, а уголки губ Джин Хён дрогнули в ответной улыбке, он тут же облегчённо выдохнул и залился смехом вместе с ней.

— Госпожа Ён Джин Хён, вас зовут на съемку. — к ним подбежала девушка и, произнеся эти слова, тут же исчезла в спешке.

Взгляд девушки мгновенно стал серьезным, но, почувствовав легкое похлопывание по спине, она слегка кивнула.

— Все будет хорошо. — уверенно произнес Хён И, помахав ей на прощание. Усевшись поудобнее, он проводил взглядом девушку.

— Они сейчас целоваться будут? — неожиданно спросил Сиван, заставив Хён И слегка дернуться.

— Да, ты только что пришел? — мужчина, беря стульчик и пододвигая его ближе к Ха Джуну, с ухмылкой сел.

— Ага. —

Брюнетка снова подошла к локации и глубоко вздохнула. Её всё ещё подергивало от близости с Дон Уком. Хотя они были всего лишь коллегами, некоторые мысли терзали её, заставляя чувствовать, что это было неправильно... Но Джин Хён старалась их подавить. На месте уже стоял брюнет, который ждал, пока начнутся съемки. Увидев девушку, он хмыкнул.

— Чего? — нахмурив брови, она облокотилась о перила, совершенно не понимая значения его насмешливого взгляда.

— Ничего. — медленно ответил Дон Ук, немного помедлив, его взгляд стал оценивающим. Он выпрямился и продолжил:
— Не забудь про свои «актёрские таланты», если, конечно, они у тебя вообще есть....— наклонив голову, он слегка приобнял себя руками.

Закатив глаза, Джин Хён подошла к нему ближе. Она ответила пронзительным голосом, вкладывая в каждое слово всю свою неприязнь:
— Уж поверь, целоваться с тобой три раза у меня нет никакого желания. —

— Это взаимно, дорогуша. — на его лице появилась улыбка, полная сарказма, а глаза заблестели озорством. Шмыгнув носом, брюнетка демонстративно отошла от него и снова облокотилась о перила, стараясь игнорировать его слова.

— Итак, приготовились! — послышалась команда, прервавшая их перепалку. Оба тут же заняли свои места, преображаясь в своих персонажей.

— Начали! — прозвучала команда «мотор», и съёмка началась. Они вновь окунулись в атмосферу, где их личная неприязнь должна была уступить место игре и профессионализму.

Брюнетка одарила его мягкой улыбкой, той, что таила в себе больше, чем просто вежливость. Она спрятала руки за спину, переплетая пальцы и пытаясь унять легкую дрожь.
– Спасибо, что подвезли меня до дома. – прозвучало уже в сотый раз.

Он уже начал поворачиваться, как вдруг ее пальцы легонько коснулись его руки. Легкий рывок, почти неощутимый, и вот она уже стоит совсем близко. Мимолетное прикосновение губ к его холодным губам, словно случайный порыв ветра, оставивший едва заметный след. Быстрый, невесомый чмок, и снова эта робкая, немного виноватая улыбка.

Она отвернулась, пряча пылающие щеки за прядями темных волос. Дрожь, бушевавшая в ней ранее, утихла, словно присмирев под напором смелости, но предательские руки продолжали подрагивать, выдавая волнение, скрытое за внешней безмятежностью.

Дон Ук же не испытывал этой бури эмоций. Поцелуи с коллегами были частью его работы, привычным ритуалом, лишенным особого значения. Но этот, такой короткий и невинный, вызвал странное смятение. На мгновение его дыхание сбилось, словно кто-то сжал его легкие в тиски, а взгляд, обычно рассеянный и профессиональный, стал более пристальным, внимательным, словно пытался уловить что-то важное, скрытое в глубине ее глаз. Чувства и ощущения, вспыхнувшие в нем на эти несколько секунд, казались неуместными. Что-то изменилось, пусть и едва заметно, после этого мимолетного касания.

– Снято! –

Обернувшись, она увидела легкий, почти незаметный кивок от режиссера. Сцена, наконец, получилась.
С облегчением выдохнув, брюнетка поспешила вниз, избегая даже мимолетного взгляда на Дон Ука. Он был просто коллегой, партнером по сцене, скотиной и придурком, но почему-то так сложно было смотреть ему в глаза после этого короткого, отрепетированного поцелуя.

Поздний вечер пробирал до костей. В одной тонкой рубашке холод ощущался особенно остро. Она схватила большую черную куртку из стопки, предоставленной съемочной группой, и закуталась в нее, словно в спасительный кокон. Отходя подальше от суеты площадки, она попыталась унять дрожь и собраться с мыслями.

Впереди еще долгая ночь съемок. Сцены в «уютном» кафе, наполненные искусственным теплом и фальшивыми улыбками. Сцены в машине, где в полумраке будут разворачиваться разговоры, полные недосказанности. А завтра – снова под софиты, снова в образ. Доснять некоторые сцены.

Усталость наваливалась тяжелым грузом. Тело девушки ныло от напряжения, а разум требовал отдыха. Нужно было поспать перед съемками... Поджав губы в легкой гримасе, она услышала, как ее зовут в фургон. Следующая локация ждала. Запрыгнув в теплый салон, она закрыла глаза, пытаясь хоть на несколько минут забыться в полудреме.

***

Почти все намеченные на сегодня сцены были отсняты. Усталость висела в воздухе густым, осязаемым маревом, пропитывая каждую клеточку тела. Солнце только-только начинало пробиваться сквозь серую пелену облаков, окрашивая горизонт робкими оттенками розового и оранжевого, но несмотря на это, холод пронизывал до костей. Жутко хотелось спать. Не ей одной, конечно. Все актеры еле держались на ногах, мечтая лишь о нескольких минутах покоя.

За эту смену их выжали как лимон, гоняя от одного дубля к другому, требуя безупречности в каждом жесте, в каждом взгляде. Каждая сцена должна была быть идеальной, красивой, трогающей за душу. И всем этим, конечно же, руководил господин Им Сон, неутомимый перфекционист, одержимый своей работой. Аргх..одно лишь упоминание его имени вызывало легкую дрожь раздражения.

Больше всех повезло Хён И и Сивану. Их съемочный график был щадящим, почти что отпуск. Хён И отснялся всего в паре домашних сцен, а Сиван – в нескольких эпизодах, разбросанных по сюжету. По сценарию его задачей было лишь издалека наблюдать за Хёнджин в окружении коллег за столиком кафе. Все остальное время они беззаботно валяли дурака, превращая съемочную площадку в свой личный парк развлечений. Ви Хён И вообще большую часть времени проводил, наблюдая за съемками со стороны, снисходительно поглядывая на своих коллег, изнемогающих под пристальным взглядом режиссера, и время от времени присоединялся к Сивану, чтобы вместе подшучивать над кем-нибудь. Их непринужденная легкость, казалось, только усиливала всеобщую усталость.

А вот Джин Хён и Дон Ук не могли похвастаться такой удачей. Их съемочный график был составлен таким образом, что между сценами оставались лишь короткие передышки, едва достаточные для того, чтобы перевести дух и подправить макияж.

Сейчас, наконец, наступил долгожданный перерыв. С ватными, словно набитыми опилками, ногами, и такими же ледяными ступнями, брюнетка медленно опустилась на ближайшую скамью. Сил стоять просто не было. Она крепко обхватила себя руками, пытаясь хоть немного согреться и унять дрожь, которая била ее от холода и усталости. Казалось, будто все тепло покинуло ее тело, оставив лишь зябкую пустоту.
Веки тяжелели, а мир вокруг расплывался, теряя четкость очертаний. Чтобы хоть как-то прогнать наваждение, она машинально царапала себя за руку. Жестокий, но действенный способ остаться в реальности.

Как бы ужасно это ни звучало, но их смена должна была продлиться до семи утра, а уже в двенадцать начиналась новая! Неудивительно, что все были крайне недовольны таким графиком. Но возражать было бесполезно. Им лишь пообещали предоставить комнаты для отдыха, чтобы не пришлось тратить время на дорогу домой.

Глаза медленно закрывались, тело обмякло, и она начала заваливаться на бок, погружаясь в зыбкую полудрему. Но ее попытка уснуть была внезапно прервана легким толчком в бок.

– Не упади. – хриплый мужской голос прозвучал справа от нее.

Она знала, кому принадлежит этот голос. С усилием разомкнув слипшиеся веки, чтобы окончательно не провалиться в царство Морфея, она увидела Ли Дон Ука, сидящего рядом с ней на скамье. Он потирал шею, стараясь разогнать скопившееся напряжение. По его измученному виду было видно, что он тоже из последних сил старается не уснуть. Всего полчаса перерыва...Даже если уснешь, то не факт, что сможешь проснуться.

– Тут полно свободных скамеек есть. – произнесла брюнетка таким же осипшим от усталости голосом. Зевнув, она отвернулась от него, пытаясь скрыть раздражение.

– Мне лень идти до них, – лениво отозвался Дон Ук. – Если не нравится, то иди сама. —

Пожав плечами, он закрыл глаза, погружаясь в блаженное состояние полудремы.

– Пф, эта скамейка твоя частная собственность? – толкнув его в плечо, девушка фыркнула, но в ее голосе уже не было злости, лишь легкая усталость.

В ответ она услышала только тихое мычание. Посмотрев в его сторону, Джин Хён сама невольно прикрыла глаза. Брюнет сидел рядом с ней довольно близко, и, поддавшись внезапному порыву, она неосознанно облокотилась на его плечо. Удовлетворенно выдохнув, она почувствовала, как напряжение медленно покидает ее тело. Так удобно...

Тело стало тяжелым, словно налилось свинцом, и голова невольно опустилась на его шею.

Дон Ук почувствовал это прикосновение, но тогда, в состоянии крайней усталости, ему было совершенно все равно. Почувствовав опору, он тоже слегка облокотился на девушку, позволяя себе расслабиться и погрузиться в сон.

Они тихо сопели, погружаясь с каждой секундой все глубже в сон.

Уставшие Сиван и Ха Джун, бредя по съемочной площадке, заметили свободную скамейку и с облегчением направились к ней. Но, обернувшись направо, Сиван, с лукавой улыбкой, толкнул друга в плечо, привлекая его внимание к спящей паре.

– Смотри, какие голубки. – прошептал он, подходя ближе. Их улыбки становились все шире и шире, отражая неприкрытое веселье.

– Как это произошло? – с игривым тоном произнес Ха Джун, щелкая пальцами возле их лиц.

– А ну-ка! – громким шепотом одернул его Сиван, убирая его руку. – Еще разбудишь. —

– Сейчас... – протянул Ха Джун, доставая телефон. Через мгновение раздался тихий щелчок затвора.

– Может, выложить их? – с лукавым видом спросил он, показывая экран телефона Сивану. – Такие милые, я не могу. —

– Ты чего, они нас не убьют? – с сомнением произнес Сиван.

– Да нее, они потом еще спасибо скажут за такую забавную фотку. – отмахнулся Ха Джун, толкая его плечом. Он подкрался к спящим сзади и, показав им рожки, широко улыбнулся в камеру.

– Сфоткай меня еще. – попросил он, пристраиваясь рядом с ними.

Сиван, усмехнувшись, быстро сделал несколько селфи, стараясь не разбудить спящих.

Подбежав к нему, они вместе бесшумно разразились смехом, стараясь не привлекать внимания и не нарушать хрупкий сон уставших коллег.

– Ладно, а что подписать под фотографиями? – Ха Джун задумчиво почесал затылок, вопросительно глядя на Сивана. – Может... просто сердечко? –
Приподняв бровь, Ха Джун не сдержал лукавую улыбку.

– После такого они нас точно убьют... – пробормотал Сиван, но, проигнорировав его опасения, быстро вставил смайлик белого сердца и тут же выложил фотографии.

Убрав телефон в карман, он вместе с Сиваном еще раз взглянул на спящую пару.

Они облокотились о спинку скамьи, но, несмотря на это, продолжали сидеть, прижавшись друг к другу. Их позы стали еще более расслабленными и непринужденными.

– И как они могут говорить, что ненавидят друг друга? – фыркнув, Ха Джун присел рядом с ними на самый край сиденья, с интересом наблюдая за спящими друзьями.

– Не знаю даже. – задумчиво ответил Сиван, устраиваясь на другом краю соседней скамьи. – Прежде всего нужно смотреть на действия, а потом уже на слова. Слова – это ветер, а поступки – это уже что-то реальное. —

В этот момент Дон Ук слегка заворочался, и оба друга перевели взгляды на него.

Он медленно приоткрыл глаза. Голова гудела, словно в ней поселился рой пчел, а тело ныло от усталости. Тяжело вздохнув, он уже собирался снова погрузиться в сон, но вдруг почувствовал, как что-то тяжелое лежит на его плече. Резко распахнув глаза, брюнет повернул голову и увидел Джин Хён, мирно посапывающую у него на плече.

Сначала его брови взлетели вверх в немом удивлении, но, вспомнив, как он сам проигнорировал ее объятия и просто уснул, он досадливо цокнул языком. И что с ней теперь делать?

Он уже было собрался осторожно подвинуть ее и положить голову на скамью, как его остановил тихий, предостерегающий голос Ха Джуна. От неожиданности Дон Ук дернулся и нахмурился.

– Положи её мне на плечо, – шепотом предложил мужчина, осторожно двигаясь ближе.

Брюнет удивленно приоткрыл рот, не зная, что ответить на это. Но не успев осмыслить ситуацию, как Ха Джун, бережно взяв голову девушки, аккуратно переложил ее себе на плечо. Одновременно с этим он положил свою правую руку ей на спину, мягко и успокаивающе поглаживая.

Вставая, Дон Ук прищурился, наблюдая за этой сценой. Ви Ха Джун с такой нежностью и заботой переложил девушку к себе, что в голове Дон Ука промелькнула какая-то неясная, неприятная мысль. Они встречаются, что ли? Нахмурившись, он удивился еще больше, когда увидел, как Сиван подмигивает ему и весело машет рукой.

Наконец не выдержав, он, не церемонясь, выпалил обычным голосом, возможно даже чуть громче, чем следовало:

– Что, черт возьми, тут происходит?! —

Сложив руки на груди, он внимательно и подозрительно посмотрел на них, ожидая объяснений.

– Эй! Тише, а то она проснется, – тихим, предостерегающим голосом прервал его Сиван.

Улыбнувшись, брюнет подошел ближе к спящей Джин Хён и, наклонившись к ее уху, громко, нараспев произнес:

– Проснись и пой, дорогуша! –

Реакция не заставила себя долго ждать. Брюнетка, услышав его громкие слова, тут же дернулась и с испугом распахнула глаза, отстраняясь от объятий Ха Джуна. Тяжело дыша, она с ужасом посмотрела на Хён И, буквально обнимающего ее. Как он тут оказался вообще?

Повернув голову в сторону Дон Ука, она невольно хмыкнула, испытывая смешанные чувства смущения и раздражения.

– Вот нахрена так пугать... – с усталостью пробормотала она, собираясь потереть лицо, но, вспомнив о макияже, быстро одернула руки.

– Мы сами в шоке. – улыбнувшись, Сиван медленно подошел к ним ближе.

Джин Хён отшатнулась от него.
– Что вы тут вообще делаете все?! – спросила она, с подозрением глядя на друзей.

Продвинувшись подальше от Хён И, она недовольно потерла затекшую шею.

– Действительно. – поворачиваясь к Сивану и Ха Джуну, Дон Ук нахмурил взгляд, вторя вопросу девушки. – Что вы тут делаете? —

– Эм... да мы просто гуляли. – пожав плечами, Хён И посмотрел куда-то в сторону, избегая прямого зрительного контакта.

Приподняв бровь, мужчина недоверчиво шмыгнул носом, улавливая фальшь в словах Ха Джуна.

Джин Хён разочарованно покачала головой. Они были совершенно неисправимы... Взяв в руки телефон, она машинально взглянула на экран, и ее глаза тут же расширились от удивления, а брови взлетели вверх. На нее подписалось более двадцати тысяч человек всего за пару минут?! Приоткрыв рот от изумления, девушка тут же зашла в инстаграм и, нахмурившись еще больше, увидела отметку от Хён И под постом, украшенным смайликом сердечка.

Нажав на пост, Джин Хён буквально замерла. Там были две фотографии. На первой она и Дон Ук спали в обнимку на скамейке, а на второй они спали в той же позе, но уже сзади них, коварно улыбаясь в камеру, сидел Хён И и показывал им рожки.

Громко выдохнув и зажмурившись, брюнетка резко встала, с силой сжимая телефон в руке. Открыв глаза, она посмотрела на друзей, которые уже вопросительно наблюдали за ней.

– Как ты, черт возьми, объяснишь это?! И ты тоже! – с гневом выпалила она, тыча им в лицо телефоном. Ее голос дрожал от возмущения, а пальцы побелели от напряжения.

Они быстро переглянулись и, виновато опустив взгляды вниз.

– Я же тебе говорил, придурок! – громким шепотом прошипел Сиван, слегка толкая локтем Хён И в бок.

– Ну согласись, они здесь милые, – с невинной улыбкой произнес Хён И, пряча руки за спиной.

– Милые?! – голос девушки сорвался на крик.

Тяжелая рука легла ей на плечо, но, тут же сбросив ее, Джин Хён поджала губы, переводя взгляд на Дон Ука, который внимательно изучал ее лицо, словно пытался прочитать ее мысли.

– Что? – с раздражением в голосе спросила у него брюнетка, стараясь сдержать свой гнев.

– Что случилось? – его голос звучал слегка насмешливо, а взгляд был по-прежнему прикован к ней.

Истерично усмехнувшись, она развела руками в стороны.
– У них спроси. – бросила она, кивнув на друзей.

С глубоким вздохом Джин Хён направилась ближе к съемочной группе, не желая больше находиться в компании этих троих.

Отойдя подальше, она снова залезла в свой телефон, просматривая злополучную запись снова и снова.

Если бы это была не она с Дон Уком, то, возможно, она бы даже умилилась этому посту, но сейчас ей было совсем не до смеха. Зайдя в комментарии, она начала читать поток сообщений, адресованных ей и Дон Уку.

Кто-то писал гадости, требуя, чтобы она держалась подальше от их любимого актера, обзывал ее уродиной и желал ей всяческих бед. Но, к ее удивлению, большинство комментариев были положительными. Многие писали, что она милая и что они с Дон Уком очень подходят друг другу.

Поджав губы и сжав телефон в руке, брюнетка резко выключила его. О боже, зачем он выложил это... Помотав головой, она устало опустилась на раскладной стульчик, пытаясь унять волнение.

Съемочная команда, словно муравьи в муравейнике, суетилась вокруг, настраивая освещение и что-то бурно обсуждая. Их голоса, приглушенные расстоянием, казались далеким гулом, не способным нарушить ее уединение.

Обняв себя и еще сильнее закутавшись в куртку, девушка невольно вздохнула. Усталость никуда не делась, но желание спать немного отступило, сменившись тупой апатией. Достав из кармана наушники и включив свой любимый плейлист, она откинулась на спинку стула и прикрыла глаза.
С музыкой она точно не уснет, а значит, сможет хоть немного отвлечься от навалившихся проблем. Сейчас ей просто нужно было переждать, дождаться окончания этой бесконечной смены и надеяться, что завтрашний день будет более спокойным.

***

Брюнет нахмурил брови и бросил испепеляющий взгляд на Сивана и Ха Джуна.

– О чем она? – прищурив глаза, он продолжил свой «допрос». – Вы про кого говорили, что «они там милые»? -

– Эм... ну, это не так уж и важно, – стараясь скрыть улыбку, произнес Ха Джун, отворачиваясь от него.

Мужчина закатил глаза, наблюдая за этим глупым спектаклем. Помотав головой в знак разочарования, он покинул их компанию, понимая, что правды от них не дождешься.

Достав телефон, он не удивился, увидев лавину уведомлений, обрушившихся на него со всех социальных сетей. Иногда он читал их, чтобы быть в курсе последних новостей, но чаще всего просто игнорировал, предпочитая не тратить на это своё время.

Листая новостную ленту, он зашел в инстаграм, так как там было больше всего уведомлений. Он замер. Первый же пост, который попался ему на глаза, был от Ха Джуна...

Приоткрыв рот от ступора и одновременно поднимая глаза к небу, он застыл, словно парализованный. На фотографии он сладко спал, облокотившись головой о голову Джин Хён, которая спала точно так же, как и он.

Поджав губы и на мгновение прикрыв глаза, он тихо выругался, выплескивая накопившееся раздражение. Им что, совсем нечем заняться? Ведут себя, как малые дети... Сжав челюсти, брюнет снова взглянул на фотографию. Да, она была милой, спору нет. Но то, что на ней была Джин Хён, сильно его напрягало.

Он не понимал, что чувствовал к этой девушке. Его разум и сердце вели тупую борьбу, разрывая его на части. Разум твердил, что он не должен иметь с ней ничего общего, что их общение должно ограничиться лишь рамками съемочной площадки, и в итоге они, в лучшем случае, должны остаться просто коллегами, не более. Но чувства и эмоции, которые он испытывал рядом с ней, говорили о совершенно другом.

Дон Ук не мог объяснить, почему его захлестнули эти странные чувства, когда они вместе ехали на съемку. Почему он постоянно защищал ее, как будто она была хрупким цветком, нуждающимся в его заботе? Почему он разрешил ей переночевать у себя дома несколько раз, нарушив все свои принципы?

Брюнет никогда не позволял себе ничего подобного в отношениях с девушками, если только они не были его близкими друзьями или, например, его девушкой. Но Джин Хён не относилась ни к одной из этих категорий. Она была кем-то совершенно другим, чем-то новым и непонятным.

Посмотрев вперед, он увидел черную макушку девушки, склонившуюся над телефоном. Она сидела на стульчике, слушая музыку, и казалась такой одинокой и уязвимой. Поджав губы, он не знал и не понимал, что с ней делать.

Он понимал, что девушка испытывает к нему лишь раздражение и злость, и это было вполне объяснимо. По факту, Дон Ук сам первый начал весь этот конфликт из-за какого-то пустяка, из-за нелепой завести, которую он не мог объяснить даже самому себе.

Возможно, если бы они начали свои отношения заново, с чистого листа, он бы так себя не повел, был бы более внимательным и понимающим.

Тяжело выдохнув, он невольно вспомнил свои грубые слова о поцелуе.

«Он прав, ты, видимо, никогда в жизни толком не целовалась. Ну действительно, кто же с тобой будет целоваться по любви? Только если психопаты...»

Это было жестоко, особенно если учесть, что Джин Хён недавно говорила, что ее бывший был странным, намекая на какой-то травматический опыт.

И в то же время, мужчина не чувствовал к ней какой-то особой привязанности и уж тем более влюбленности. Тогда что? Что же ее так цепляло в нем? Что она из себя представляет?

Закусив язык, он уже было собрался подойти к ней, но его остановила Наын, подошедшая к нему с чашкой кофе в руках.

– Держи, думаю, от кофе тебе станет лучше. – улыбнувшись, она сделала глоток своего напитка, внимательно изучая его лицо.

Он улыбнулся краем губ в ответ, принимая предложенный напиток.

– Спасибо. – поблагодарил он, чувствуя, как тепло разливается по телу.

Сейчас кофе был для него настоящим спасением. Горячий напиток приятно обжег горло, давая кратковременный прилив сил.

– А что ты тут делаешь? У тебя же нет сегодня съемок? – поинтересовался он, поворачиваясь к ней и убирая чашку от губ.

Шатенка смутилась, но, стараясь не выдать своего волнения, спокойно ответила:

– Просто отцу помогаю кое-чем. —
Отвернувшись от брюнета, она сделала еще один глоток кофе.

Понятно. Помогает, чтобы быть рядом со мной?промелькнула мысль в голове Дон Ука. Бесшумно хмыкнув, он поклонился, еще раз поблагодарил за напиток и уже собирался уйти, но его снова остановила Наын, взяв за руку.

– Эм... не хочешь сходить купить что-нибудь поесть? Все равно сейчас перерыв. – предложила девушка, закусив губу и забегав взглядом по его лицу.

Дон Ук не горел желанием находиться рядом с ней, но голод пересилил все его нехотения. Согласившись, они направились к какой-то ближайшей забегаловке.

– Ты себя уже лучше чувствуешь? После кофе. – поинтересовалась Наын, кивнув на его стакан и подстраиваясь под его медленный шаг.

– Да. – коротко ответил брюнет, устремив взгляд куда-то вдаль.

– Я рада. – улыбнувшись, она взглянула на него, надеясь увидеть в его глазах хоть какой-то намек на взаимность.
Но его лицо оставалось непроницаемым, не выражая каких-либо эмоций. Он был уставшим и раздраженным, а тот факт, что завтра, точнее, уже сегодня, им снова придется работать, вызывал в нем глухое недовольство. Ведь по логике вещей, после ночной смены у них должен быть заслуженный отдых. Но, видимо, это правило не распространялось на проекты, которыми руководил господин Им Сон, неутомимый и безжалостный перфекционист.

Вздохнув, они наконец дошли до небольшой забегаловки, источавшей аппетитные ароматы.

– Можно, пожалуйста, кимпаб и... куриные ножки. – заказав еду, шатенка вопросительно посмотрела на Дон Ука.

– Я буду рамен и хотток. – поджав губы, он достал деньги и заплатил за себя и за девушку.

– Ой... спасибо, – мило улыбнувшись, она наклонила голову набок.

Кивнув в ответ на ее слова, он мысленно закатил глаза. Сколько же наигранных и слащавых фраз он только что услышал? Но, стараясь не обращать на это внимания, он молча ждал свой заказ. К счастью, еду принесли довольно быстро, и аппетитные ароматы тут же наполнили воздух.

Горячая и вкусная еда, казалось, оживила его изнутри, наполнив тело приятным теплом. Улыбнувшись при виде дымящегося рамена, он жадно принялся за еду. Лапша была поистине вкусной и довольно сытной, а острый бульон приятно обжигал горло. Он полностью погрузился в еду, стараясь не обращать внимания на Наын, сидящую напротив.

– Послушай, я хотела у тебя спросить..– отложив палочки в сторону, она с надеждой в глазах посмотрела на него.

Отстранившись от тарелки, брюнет вопросительно взглянул на девушку.

– Может, сходим погулять? Когда будет выходной. – с румянцем на щеках и огоньком в глазах предложила она.

Мужчина поник. Он тяжело выдохнул, убирая столовые приборы в сторону.

– Наын, ты хорошая и красивая девушка, – серьезно посмотрев в ее глаза, он поджал губы. – но я не думаю, что у нас что-то получится.– тихо произнес брюнет, вставая из-за стола. Положив руку на ее плечо, он тихо добавил:

– Прости. -

Взяв с собой хотток, Дон Ук покинул забегаловку, оставляя шатенку в разбитом состоянии.
Тихая, беззвучная слеза скатилась по щеке и упала прямо на недоеденный кимпаб, а за ней последовала и другая, и третья... Она подозревала, что он, возможно, не влюблен в нее так же сильно, как она в него, но она делала все, чтобы у них все получилось! Она окружала его заботой, вниманием, пыталась угадать его желания и быть всегда рядом. И иногда ей казалось, что он отвечает на ее старания, что между ними есть какая-то искра.

Но потом появилась эта уродливая Джин Хён, и он вовсе перестал обращать на нее внимание! Она специально увела его от нее, чтобы самой встречаться с ним! Чертова сука! А еще делает вид, что он ей не нравится, а сама параллельно мутит с его друзьями, флиртует и строит глазки направо и налево.

С силой стукнув кулаком по столу, Наын фыркнула от злости.

– Если у меня с ним ничего не получится, то у тебя и подавно. – шепотом, полным яда, проговорила шатенка, откидываясь на спинку стула и устремляя взгляд в окно.
– Ты пожалеешь об этом... –

Аппетит пропал напрочь. Еда казалась пресной и безвкусной. Она молча сидела и наблюдала за прохожими, мелькающими за окном, стараясь скрыть от них свою горечь и разочарование.

***

Дон Ук молча шел по улице, погруженный в свои мысли о только что произошедшем разговоре. В душе поселилось странное чувство облегчения, смешанное с легкой виной. Он, наконец, решился сказать Наын правду, честно и прямо, глядя ей в глаза. Мужчина очень надеялся, что она сможет смириться с этим, принять его отказ и не начнет делать всякую ерунду, поддавшись обиде и злости. Она же вроде взрослый, разумный человек...

Так как эта забегаловка находилась совсем недалеко от съемочной площадки, Брюнет добрался до места буквально за пару минут. Его взгляд снова упал на темную макушку, по-прежнему склоненную над телефоном и увлеченно слушающую музыку.

Взглянув на хотток, который он все еще держал в руке, он прищурился. Этот блинчик со сладкой начинкой был одним из его самых любимых лакомств. Он вообще любил сладкое и все, что с ним связано, поэтому частенько покупал хотток, особенно зимой, когда они наиболее востребованы.

Сейчас Ли Дон Ук не испытывал сильного голода, поэтому он снова посмотрел на Джин Хён. Она наверняка ничего не ела...

Подойдя к ней, он легонько похлопал ее по плечу. Девушка резко повернулась, недоуменно глядя ему в лицо.

– Поешь. – коротко произнес Дон Ук, протягивая ей завернутый в салфетку хотток.

Увидев ее удивление, он молча покинул ее, оставляя девушку еще в большем смятении, чем прежде.

Она еще некоторое время смотрела ему вслед, не понимая, зачем он это сделал.
Хмыкнув, брюнетка отвернулась и распечатала ароматный блинчик. Живот болезненно заныл от голода, и она поняла, что ничего не ела со вчерашнего дня. Сейчас это было действительно кстати.

Так как она с детства была сладкоежкой, она просто обожала это блюдо. Раньше ее мама постоянно покупала ей хотток, а иногда даже готовила сама. Грустно хмыкнув, Джин Хён сделала маленький укус.

Это было божественно! Вкусная ореховая начинка с корицей приятно смаковала нёбо, даря ощущение тепла и уюта.

Девушка не понимала, к чему такая неожиданная забота со стороны Дон Ука. Она нахмурилась, стараясь найти какой-то подвох, но ничего не нашла. Там же нет яда, чтобы отравить ее, не так ли? В конце концов, она быстро разломила хотток пополам и, сделав еще один укус, немного расслабилась. Вроде бы, все в порядке.

Брюнетка слегка улыбнулась, почувствовав приятное удовлетворение. Это было приятно... и особенно вкусно.

– Что кушаешь? – присев с грохотом на стульчик, Сиван улыбнулся во все тридцать два зуба.

– Еду. – отстраненно ответила брюнетка, не поворачиваясь к нему.

– Ах, ну не обижайся. – проговорил он, обнимая ее за плечи. Она не выдержала и легонько улыбнулась. – Ты бы все равно с ним засветилась бы, ты же главный персонаж, в конце концов. – хмыкнув, он похлопал девушку по спине и отстранился.

– Ну так это другое! А тут странная фотография, как будто мы встречаемся... – возмущенно произнесла она, слегка надувая губы. Нахмурив брови, Джин Хён наконец доела хотток и отряхнула руки от крошек.

– Пф, ну и что? Когда тебя волновало чье-то мнение? – пожал плечами Сиван, игнорируя ее недовольство.

– Волнует! Если это связано с Дон Уком и с таким контекстом..– шмыгнув носом, она поправила волосы, которые из-за ветра лезли ей прямо в лицо.

– Извините, Госпожа Ён Джин Хён, Господин Им Сон просил, чтобы вы к нему зашли. – раздался рядом с ней мужской голос.

Нахмурив взгляд, она кивнула, выражая свое согласие. Переглянувшись с Сиваном, они оба удивленно приподняли брови.

– Это, наверное, по поводу съемок, не переживай. – улыбнувшись, Сиван слегка кивнул, стараясь подбодрить ее.

Девушка вяло улыбнулась в ответ, но, отвернувшись от него, тут же убрала улыбку с лица. Режиссер не вызывал у нее ничего, кроме раздражения и легкого отвращения. Он был странным, скованным и навязчивым. Скрипнув зубами, она медленно пошла вместе с этим мужчиной, который к ней только что подошел, предчувствуя неприятный разговор.

Примечания:

А вот наконец и продолжение!
Эта глава получилась самой большой из всех предыдущих )

Вот и первый поцелуй... хоть и короткий, но расстраиваться, я думаю, не стоит. Чем дальше, тем больше..😏

Насчет других персонажей, то тут к ним вопросов меньше, хотя про Наын... думаю, тут можно обойтись без слов и без спойлеров.

Надеюсь, вам понравилось❤️