42 глава.Воссоединение.
Я ожидала, что нас сразу повезут на допрос, но автомобиль свернул на парковку отеля. Вся территория так и кишела федералами. Хотя мужчины, курившие на тротуаре, старались выглядеть естественно, у меня от одного их вида поползли мурашки. Женщины, которые загорали у бассейна, тоже пытались быть незаметными и тоже сразу бросались в глаза.
Как только внедорожник остановился, мы выжидающе посмотрели на Браунинга. Тот наставил на нас палец и прошипел:
- Даю вам двадцать минут, если только они сами не пошлют вас раньше. Потом вы едете с нами и отвечаете на все вопросы. Я ясно выразился?
- Они, - повторил Натаниэль. - Они здесь? Не вижу автобуса.
- Будь он здесь, репортеры уже сообразили бы, что к чему. Я велел вашему тренеру его отогнать. Повторяю вопрос: вам все ясно?
- Да, - сказал Натаниэль и мы снова накинули на голову капюшон. - Вылезайте уже.
- Твоя вежливость вызывает у меня сильное желание отменить всю затею, - пробурчал Браунинг, но все-таки вышел из машины.
Мы поднялись по шаткой железной лестнице на второй этаж. Когда мы проходили через балкон, женщина с мобильным возле уха, прислонившаяся спиной к перилам, перекинула волосы через плечо и одновременно щелкнула пальцами. Браунинг подвел нас к нужной двери, постучал. Дверь приоткрылась, однако разглядеть, что внутри, было невозможно - обзор загораживала массивная фигура охранника в черном костюме. Хмуро изучив нас, охранник перевел недовольный взгляд на Браунинга.
- Не нравится мне это.
- Приму к сведению, - коротко ответил Браунинг. - Курт, присмотри за ними минутку.
Курт шагнул в сторону и распахнул дверь. Войдя внутрь, Браунинг похлопал в ладоши, чтобы привлечь общее внимание. Говорил он громко - я даже с балкона слышала каждое слово.
- Так, ребята. У вас двадцать минут. Попрошу обойтись без шума и подходить к ним по очереди.-мы что,как обезьяны в зоопарке?
Курт, видимо, полагал, что Лисы безропотно примут условия, потому что сразу убрал руку и пропустил нас в номер. Пожалуй, ему не стоило так спешить - почти в то же мгновение Лисы загомонили все разом. Звонче всего звучал негодующий голос Дэн:
- Двадцать минут? Шутите? Почему мы... О боже. - Она замерла, увидев нас, а потом заговорила снова, и в ее возбужденном тоне не чувствовалось ни гнева, ни презрения, а лишь бесконечное облегчение после долгих часов страха: - Господи, Нил,Мэгги! Как вы?
Я открыла рот, но почему-то растеряла все слова. Еще вчера вечером я была уверена, что больше не увижу Лисов. Сегодняшняя встреча стала бальзамом для всех моих многочисленных ран, однако я остро сознавала, что пришла сюда только для того, чтобы попрощаться с командой.
Мы должны объясниться и попросить прощения, но с чего начать? Я молча стояла, переводя взгляд с одного изумленного лица на другое. Кевин стоит у стены. Руки сжаты в кулаки. Челюсть напряжена.В глазах Кевина застыла пустота, на шее чернели кровоподтеки. Ники, совершенно потерянный, стоял у окна. Элисон и Рене сидели на дальней кровати, обе с подбитыми глазами и все в ссадинах. Темные пятна на предплечье Элисон, по всей вероятности, были следами чьих-то пальцев. Я надеялась, что Элисон от души врезала тому придурку, который так грубо ее схватил, но, судя по всему, этот вопрос решила Рене. Одна рука у нее была забинтована, на другую наложили шину. На другом конце той же кровати сидел Аарон. Пожалуй, впервые за долгое время я прочла в его взгляде не злость, а скорее печаль.
Мэтт и Дэн сидели на другой, ближней кровати. Мэтт крепко - так, что побелели костяшки, - сжимал плечо Даниэль, словно не давал ей наброситься на Браунинга. Мэтту изрядно досталось в потасовке, и к обеим его кистям до сих пор были примотаны пакеты со льдом. Грязная рубашка была порвана в двух местах; сквозь прорехи виднелись уродливые синяки. Под боком у него лежал раскрытый медицинский чемоданчик, Эбби стояла между кроватями. При виде нас она выронила пузырек с антисептиком. Браунинг утверждал, что Лисы отделались легкими ушибами и в реанимацию никто не попал, но сейчас в комнате находилось всего семь человек. Ваймак вышел отогнать автобус. Не хватало лишь одного члена команды.
- А где Энд...
Сзади раздался треск - кто-то явно влетел в дверь. Мы обернулись и увидели, как в комнату пытается прорваться Эндрю, а за его спиной маячит Ваймак. Курт схватил Эндрю за рукав, но, оттертый Ваймаком, тут же его выпустил. Я успела заметить, что тренер и Эндрю прикованы друг к другу наручниками, а в следующий миг их бурное появление заставило Браунинга потянуться за пистолетом.
Натаниэль вцепился ему в предплечье и изо всех сил дернул. Он просто хотел помешать Браунингу, но руки от кончиков пальцев до локтя нестерпимо обожгло огнем, и он сам едва удержал равновесие. Рефлекторно разжав хватку, он согнулся пополам и прижал кисти к животу, словно это могло унять боль. Легче ему не стало, но нужно было их куда-то деть.
Больше я не обращала на них внимания. Все Лисы повернули на них головы,а я подошла чуть ближе к Кевину и постаралась улыбнуться.
-Дэй, ты чего? - я усмехаюсь, наклоняя голову. - Не рад меня видеть? Я думала, ты соскучился по моему обществу. Кто ещё будет говорить тебе, что твоя новая тактика - говно?-я пыталась замаскировать ту боль,что получалась когда я смотрела на него.
Кевин молчит.
Это странно. Кевин всегда орет. Я думала,что когда вернусь,меня будет ждать нечто другое.
-Ты жива, - наконец говорит Кевин.Голос низкий, сорванный. Будто он не пользовался им несколько дней. Или будто он сдерживается. Ребзя,мне страшно. Даже у папы было веселей.
-Ну да. Жива. Удивительно, правда? Я сама в шоке. - я провожу рукой по волосам, отбрасывая их с лица. - Мой папаша, оказывается, плохой переговорщик. - пауза.-Шучу. Не смешно? Ну прости, мои навыки юмора немного пострадали.
Кевин делает шаг. Потом второй.
-Чего ты хочешь, Дэй? Проверить, реальная ли я? - я растягиваю губы в усмешке,потому что если не сделаю этого,то разревусь - Можешь ущипнуть. Но если попытаешься ударить, я ударю в ответ. У меня, знаешь ли, рефлексы обострились
Он останавливается прямо передо мной. Так близко, что я чувствую запах его шампуня и вижу красные прожилки в глазах.
Он не спал.
-Ты дура, - выдыхает он. - Настоящая, законченная дура.-я улыбаюсь. Такой реакции я примерно и ожидала.
Кевин смотрит на синяк на моей скуле. Потом переводит взгляд на мои руки - царапины, сбитые костяшки. Он поднимает руку. Я инстинктивно напрягаюсь - на секунду, неуловимо - но не отступаю.Его пальцы касаются моего подбородка. Осторожно. Слишком осторожно для Кевина Дэя.
-Ты дрожишь, - говорит он.
-Это от холода, - вру я.
Он проводит большим пальцем по моей скуле, рядом с синяком. Не по самому ушибу - он не настолько жесток. Рядом.
-Ты могла умереть.
-А ты мог бы сказать, что скучал, - парирую я, но мой голос тоже сел. - Но нет, мы же взрослые люди. Мы не говорим о чувствах. Мы просто стоим и смотрим друг на друга, как идиоты.
Пару минут он изучает меня взглядом. Все ожоги,синяки,ссадины.
-Ты злишься на меня, - говорю я не вопросом.
-Бесишься, - поправляет Кевин. - Разница в интенсивности.
-И что ты собираешься делать с этим бешенством?
Он смотрит на меня. Долго. Потом резко притягивает к себе и утыкается лицом в мою макушку. Боже, какой он... Я обнимаю его в ответ. И мне плевать что Лисы уже не знают в какую сторону смотреть. На Эндрю с Нилом или на меня с Кевином. Мне всё равно,что когда я прижимаясь к нему,у меня болит всё тело. Мне нравится это. Мне нравится то тепло от него,этот запах его тела,да и впринципе это тело. Мне нравится он.
Мы стояли так целую вечность пока не вспомнили о команде. Всё-таки они тоже скучали. Ну я так думаю. Когда я собиралась отстранятся,меня грубо взяли за плечо и подтолкнули к Нилу. Гребанный ФБР. Кевин зло сверкнул глазами,но я руками предупредила его не вмешиваться. Я встала рядом с Нилом,у которого был какой то важный разговор с Эндрю,но я всё пропустила.
- Автомобильный прикуриватель.-сказал Нил и я,кажется поняла, о чем они спросили. Что с лицом,верно?
Я поморщилась, услышав, как охнул Ники. Скрип пружин матраса почти заглушил сдавленное ругательство Аарона. Я непроизвольно оглянулась на звук и увидела, что Аарон вскочил с кровати и встал рядом с кузеном.
Теперь уже не Мэтт удерживал Дэн, а наоборот, она не давала ему встать, побелевшими пальцами вцепившись в темную рубашку и глядя куда-то в сторону. Мэтт оставил попытки освободиться и лишь хрипло выдавил:
- Господи, Нил. Мэгги. Что, блядь, с вами сотворили...
Эбби, очевидно, решила, что бездействовала слишком долго. Потрясенная, с расширившимся глазами, она обошла кровать, но не сделала и трех шагов, как Эндрю разгадал ее намерения. Одним движением он повернул голову Натаниэля обратно и вонзил в Эбби такой зверский взгляд, что она застыла на месте.
- Отойдите, - процедил он.
- Эндрю, - негромко начала Эбби. - У него травмы. Позволь, я его осмотрю.
- Если мне придется повторить еще раз, вы даже пожалеть не успеете.-хмм хорошо? Мы и так уже были в больнице. Помощь нам не нужна.
- Эбби, нас только что выписали из больницы, - сказал Натаниэль, не отводя глаз от Эндрю. - С нами все в порядке - ну, насколько возможно.
- Нил, - попыталась настоять на своем Эбби.
- Пожалуйста, не надо, - с нажимом произнес он. Стальная хватка, которой Эндрю сжимал его подбородок, чуть ослабла; он понял, что Эбби отошла. Оставив одну руку в волосах Эндрю, Натаниэль опустил другую и тихо спросил на немецком: - Они сказали тебе, кто мы такие?
- В этом не было необходимости. По дороге сюда я выбил ответы из Кевина. - Не обращая внимания на мой возмущенный взгляд , Эндрю добавил: - Оказывается, вы вовсе не сирота. Где сейчас ваш отец?
- Наш дядя казнил его. - Помедлив, Натаниэль решился пересечь опасную грань и приложил два пальца к груди - к сердцу - Эндрю. Вспомнив сцену убийства, он невольно поежился. - Я всю жизнь мечтал, чтобы он умер, но думал, что этого не произойдет. Считал его неуязвимым. Просто не верится, как легко все вышло.
- Легко ли? - спросил Эндрю. - Кевин рассказал нам, на кого он работал.
Я надеялась, что агенты не понимают их разговор, однако имена на любом языке звучали одинаково, поэтому он порадовался, что Эндрю хватило ума не произносить фамилию Морияма вслух.
- Дядя сказал, что хочет договориться о перемирии. Не знаю, получится ли у него, но, думаю, он не стал бы рисковать, не имея веских аргументов. Можешь дать слово, что никто не обмолвился о них федералам?
- Все наши молчат с тех пор, как они заявили, что мы вас больше не увидим.
У меня замерло сердце. В груди вспыхнула уродливая смесь благодарности и стыда.
- Но почему? Мы ведь только и делали, что врали им. Мы сознательно подвергли их опасности ради того, чтобы подольше задержаться в команде. Вчера они пострадали, и тоже из-за нас. С чего им вставать на нашу сторону?-спросила я.
- Вы - Лисы, - сказал Эндрю, словно все было вот так просто. Может, оно и было.
- Эндрю, они хотят нас увезти. Включить в программу защиты свидетелей, чтобы спрятать от людей отца. Мы не хотим... - начал он, но понял, что опять не вполне честен. - Если ты велишь мне уехать, я уеду.
Он не сказал, что это его убьет, но все было понятно без слов. Я тоже не хочу отдаляется от Кевина. Пожалуйста,позволь нам остаться. Эндрю просунул пальцы под ворот его толстовки и едва заметно потянул.
- Вы останетесь здесь, - сказал Эндрю. Те же слова, то же обещание. Он опять перешел на английский, и Натаниэль понял причину, едва услышал следующие слова: - Вы остаетесь с нами. Если они попытаются вас увезти, то жестоко обломаются.
- Увезти, - эхом повторила Дэн. - Куда увезти?
- Типа на допрос или типа на совсем? - потребовал ответа Мэтт.
- И так, и так, - сказал Браунинг.
- Вы не можете забрать Нила и Мэгги, - встрял Ники. - Их место рядом с нами.
- Когда станет известно, что они живы, за ними начнется охота, - объяснил Браунинг. - Для них опасно оставаться с вами, а для вас это еще опаснее. Всем будет лучше, если они исчезнут.
Браунинг даже не догадывался, насколько хорошо Лисы это понимают, ведь Кевин уже рассказал им о союзе кланов Морияма и Веснински. После того как Кевин сменил команду, они уже целый год были свидетелями безумной жестокости Рико, так что предостережение Браунинга не возымело на них никакого действия.
- Какая часть фразы «катитесь к черту» вам непонятна? - поинтересовалась Элисон.
- Мы здесь все совершеннолетние, - прибавил Мэтт. - И мы приняли решение. Если только они сами не хотят остаться с вами, верните их, когда закончите допрашивать.
- Да нет никаких Нила и Мэгги, - раздраженно бросил Браунинг, которого вывело из себя нежелание Лисов признавать очевидное. - Это фальшивые имена. Натаниэль и Линуэль использовали их, чтобы скрываться от властей. Давно пора о них забыть.
- Нил или Натаниэль,Мэгги или Линуэль, без разницы, - сказал Ники. - Они наши, и мы их не отдадим. Хотите, чтобы мы проголосовали, или что? Готов спорить, решение будет единогласным.
- Тренер Ваймак, образумьте свою команду, - воззвал к Ваймаку Браунинг.
- Нил,Мэгги, - позвал Ваймак, и мы посмотрели на него поверх головы Эндрю.
Такой взгляд я видела у тренера лишь однажды, в конце декабря, когда тот пытался заново собрать нас после страшных рождественских каникул. Это был взгляд человека, состаренного трагедиями своих подопечных; человека, который всегда приходил на помощь, чего бы это ему ни стоило.
- Поговорите со мной. Вы сами чего хотите?
В горле неожиданно встал ком, и Натаниэль сглотнул.
- Я хочу... - начал он, мучительно запинаясь, и, чтобы расслышать его, все затихли. - Знаю, нам не следует оставаться... но мы не можем... не хотим терять все это. Не хотим терять всех вас.
-Мы больше не желаем быть Натаниэлем и Линуэль... хотим навсегда стать Нилом и Мэгги.-продолжила я.
- Отлично, - заключил Ваймак. - «Веснински» - слишком длинная фамилия, уморишься выводить на спине.
Браунинг устало потер виски.
- Давайте переговорим наедине, - обратился он к Ваймаку.
- О чем?
- Для начала - о том, что вы сознательно подвергаете своих игроков опасности.
- Отказаться сейчас от Нила и Мэгги- значит пойти против всех наших принципов, - твердо сказал Ваймак. - Я готов доказывать это сколь угодно долго, но не в те несчастные двадцать минут, которые вы отвели им. Это нечестно по отношению ко всей команде.
Эндрю потянул Натаниэля за толстовку и произнес на немецком:
- Избавься от этих идиотов, пока я их не прибил.
- Они ждут ответов, - сказал Натаниэль. - Им не удалось предъявить обвинения отцу, пока он был жив. Теперь они надеются, что благодаря нашим показаниям смогут уничтожить часть его окружения. Мы собираемся говорить правду, но не упоминать, что отец выполнял чьи-то приказы. Хочешь поехать с нами и послушать? Я давно должен был рассказать тебе эту историю.
- Надо ехать, - сказал Эндрю. -Не верю, что они вас выпустят.
Он отстранился от Натаниэля и встал. Натаниэль тоже поднялся - сам, без его помощи, - и посмотрел на Ваймака. Я же приняла помощь Кевина и не отпускала его руку.
- Простите, - произнес он на английском. - Мы должны были вам признаться, просто не могли.
- Сейчас не думайте об этом, - ответил Ваймак. - Для этого разговора двадцати минут никак не хватит. Расскажешь все на обратном пути в Пальметто, хорошо? И ты Мэгги тоже. Когда вы успели вообще?-он не сказал о чём,но кинул взгляд на наши сплетённые руки с Кевином. Я опустила голову. Тренер покачал головой.
- Да, - кивнул Натаниэль. - Обещаем. Но сначала мы должны поговорить с ними.
- Тогда езжайте, - сказала Дэн. Мы перевели на нее взгляд, и она решительно добавила: - Но возвращайтесь, как только закончите, ладно? Мы вместе со всем разберемся, как одна команда.
- Как одна семья, - попытался улыбнуться Ники. Улыбка вышла слабая, но ободряющая.
Я чувствовала себя будто в каком-то жестоком сне. Прощение, подаренное нам Лисами, жгло изнутри, терзая и исцеляя одновременно. Мы не заслуживаем их дружбы и доверия. Не сможем отплатить за то, что вся команда плечом к плечу встала на нашу защиту. Старайся мы хоть всю жизнь - сколько бы она ни продлилась теперь, когда есть дядя Стюарт, а Натана больше нет, - нам не покрыть этот долг.
- Спасибо, - сказала я.
Элисон небрежно отмахнулась, хотя небрежность ее жеста странно не вязалась с напряженным выражением лица.
- Вам спасибо. Мы только что закрыли четыре спора, и вы помогли мне заработать пять сотен баксов, - пояснила она в ответ на мой озадаченный взгляд. - Не хочу больше думать обо всей этой жути, хочу поскорее услышать, когда и как вы двое и вы двое успели замутить, так что поболтаем об этом на обратном пути.
Взгляд Аарона метался между Элисон и Натаниэлем с Эндрю и нас с Кевином.
Ники открыл рот, потом молча его захлопнул и лишь изумленно таращил глаза на Натаниэля и меня. Кевин, как ни странно, вообще не проявил эмоций.
Подтверждать или отрицать сказанное мы не стали - просто не было сил - и только посмотрела на Кевина:
- Готов?
На его недоуменный взгляд я пояснила:
-Он берет с собой Эндрю,а я что хуже что ли?
- Этого никто не приглашал, - возмутился Браунинг.
- Поверьте, - сказал Ваймак, - вам будет гораздо проще, если возьмете обоих.
Браунинг окинул Кевина и меня оценивающим взглядом и недовольно буркнул:
- Идемте.
Ваймак посторонился, пропуская их, а когда Натаниэль и я была уже у двери, крикнула ему вслед:
- Мы будем вас ждать. Столько, сколько нужно, слышите?
Мы кивнули и вышли на балкон. Спустившись по пожарной лестнице вслед за Браунингом, они с Эндрю сели на заднее сиденье внедорожника. А мы с Кевином на ещё заднее. Браунинг уселся впереди, хлопнул дверцей. Я глядела в окно, провожая глазами отель, потом повернулась к Кевину и спросила на французском:
- Ты правда переживал за меня?
- Я не спал и не ел. Я даже играть не хотел. Представляешь масштаб проблемы?-я улыбнулась и переплела наши пальцы.
Я снова посмотрела в окно.
- Мэгги Джостен, - пробормотала я и как будто очнулась от дурного сна.
* * *
Я предполагала, что общение с федералами будет непростым, но такого тяжелого разговора не ожидала. Остаток субботы и все воскресенье мы провели в офисе ФБР. Нас и Эндрю с Кевином разделили только один раз, когда медик пришел осмотреть наши раны, при этом наедине их не оставляли ни на секунду. Агенты приносили еду, сопровождали нас в уборную и даже поставили раскладушки, чтобы мы с Кевином и Эндрю ночевали здесь же, под присмотром.
В обмен на это сомнительное гостеприимство мы рассказали все, что знали. Мы началт со звонка Лолы и закончили перестрелкой, описывая которую, постарались назвать как можно больше имен: информация об убитых и выживших имела равную ценность, тем более что ни Ромеро, ни Джексона в то время в доме не оказалось. Далее нам пришлось вернуться к своему детству и ужасам, пережитым впоследствии.
После того как фэбээровцы заставили нас перетряхнуть память и вспомнить все, что нам известно о банде отца и совершенных ею преступлениях, речь зашла о семи годах между Балтимором и Милпортом. Мы перечислили все свои фальшивые имена и города, в которых побывали, но людей, связанных с матерью, не выдали, сославшись на то, что в то время были слишком малы и ничего не знали. Агенты испробовали десятки способов, так и эдак стараясь выудить из нас ценные сведения, и в конце концов сдались. Мы назвали место, где нас настиг Натан, поведали, как мы убегали, и закончили рассказом о смерти матери.
Без упоминания Хэтфордов, конечно, не обошлось, но здесь обе стороны вели себя крайне осторожно. ФБР ни за что бы не призналось в заключении сделок с мафией, а мы не могли что-либо доказать. В итоге сосредоточились на том, что мы помнили о дяде с юношеских лет. Воспоминания были скупыми, но именно благодаря им федералы изменили мнение о нас в лучшую сторону. До этого они видели в нас исключительно детей Балтиморского Мясника, но, узнав, что мы предпочли долгие годы скитаний оседлой жизни бок о бок с криминальным кланом, многие спецагенты взглянули на нас по-новому. Особенно на меня. Так блять. Деньгами не поделюсь.
В воскресенье нам дважды предлагали войти в Программу защиты свидетелей, и оба раза мы отказывались. Информации, которую мы предоставили, вполне хватало для уголовного дела; кроме того, мы были готовы дать свидетельские показания, если бы ФБР задержало кого-то из людей Натана, а до тех пор мы предпочли бы, чтобы нас оставили в покое. Если нас включат в Программу защиты свидетелей против воли, мы просто сбежим обратно в Пальметто.
Я поняла, что мы победили, только после того как Браунинг бросил перед нами на стол несколько чистых бланков. Выяснилось, что первая форма - это заявление на смену имени и фамилии, вторая и третья - анкеты на выдачу паспорта и водительских прав, и последняя - заявка на перевыпуск карточки социального страхования в связи с заменой прочих документов. Ко второй анкете была прикреплена моя фотография. Я едва узнала себя на этом снимке: Ваймак сделал его прошлым летом, когда оформлял личное дело перед зачислением в университет. На фото у меня еще были каштановые волосы и карие глаза. Несмотря на это, анкета оказалась почти заполненной, и цвет глаз был указан как голубой. Видимо, размер фотографии уменьшат, и разницу никто не заметит. Отвлекшись на снимок, я даже не сразу поняла, насколько важны лежащие передо мной бумаги. Вверху на каждом листе значилось: Мэгги Джостен. У Нила были точно такие же документы. Нам оставалось лишь поставить подписи в нужных местах.
- Считайте это контрактом с нами, - по обыкновению раздраженно произнес Браунинг. Дождавшись, пока мы на него посмотрим, он продолжил: - Как только подпишете, мы приступим к превращению Нила и Мэгги Джостенов в реальных людей и полноценных членов общества. Это означает конец жизни в бегах, конец фальшивым паспортам. Отныне и навсегда вы - Нил Джостен и Мэгги Джостен. Передумывать поздно. Если вы хотя бы кофе закажете под другим именем, у нас будут серьезные проблемы.
- Ручку. - мы протянули одновременно руки. Браунинг среагировал не сразу, и Нил нетерпеливо пояснил:
- Мы вас поняли. Дайте нам уже ручку, мы все подпишем.
Агент бросил нам две ручки. Расписавшись во всех нужных местах, мы вернули листки Браунингу. Тот отдал их коллеге и обвел глазами заваленный бумагами стол.
- На этом все, - сказал он. - Если что, мы с вами свяжемся.
- Не сомневаюсь.
В переговорной, где мы сидели, не было окон, однако часы на стене показывали половину десятого вечера. Мы провели здесь почти тринадцать часов. День сам по себе казался бесконечно долгим, но, осознав, как много времени потеряно, я почувствовала себя еще более уставшей и разбитой. Я осторожно потерла кулаками глаза и подавила зевок.
- Стетсон вас отвезет, - сказал Браунинг, когда я бессильно уронила руки.
Стетсон оказался хмурым мужчиной, которого мы несколько раз видели в течение дня. У меня он вызывал куда меньше неприязни, чем Браунинг, поскольку за полтора дня не произнес ни слова. Окончание допроса, как видно, не стало для него поводом нарушить молчание. Кивнув подбородком на дверь, он отвел нас к машине. Нил, как и Эндрю, сел сзади и принялся отковыривать пластыри на лице. Увидев, что он делает, Эндрю отвесил ему подзатыльник и холодно проигнорировал его недовольную гримасу. Мы с Кевином сели позади них,при этом я ещё успела посмеяться над Нилом.
Стетсон проводил нас наверх, в номер. Выяснилось, что за время их отсутствия Лисов расселили. Ночевка в Балтиморе означала, что всех нужно обеспечить спальными местами. Этот номер с двумя большими кроватями остался за Ваймаком и Эбби. Ваймак посмотрел на нас, затем перевел взгляд на Стетсона.
- Подкинете меня до автобуса? - попросил он и, получив в ответ кивок, жестом предложил нам располагаться. - Я скоро. Нужно решить, остаемся до утра или едем.
Он вышел и закрыл дверь. Нил послушал, как затихают на лестнице шаги, потом запер дверь на замок и накинул цепочку. Когда он развернулся, Эбби, сидевшая посередине кровати, протянула к нам руки:
- Ну дай же мне вас осмотреть.
Забраться на кровать, опираясь на кулаки или ладони, он не мог, поэтому разулся и встал на нее ногами. Неуверенно ступая по мягкому матрасу, приблизился к Эбби и поспешил сесть, пока не потерял равновесия. Край матраса прогнулся: Эндрю бдительно занял место за его спиной. Нил положил на постель пакет с лекарствами, чтобы Эбби, если потребуется, взяла оттуда антибиотики, но, к моему удивлению,я обнаружила, что аптечка первой помощи, стоявшая на ее прикроватной тумбочке, содержит непривычно большой запас медикаментов. Эбби переставила аптечку поближе к себе и занялась лицом Нила. Я искала глазами куда можно убежать,чтобы это избежать,но Эбби быстро пригвоздила меня:
-Мэгги даже не думай.-я сделала недовольную гримасу и скрестила руки на груди- Кевин,повторяй за мной и обработай её раны.-я с удивлением посмотрела на на неё,потом на Кевина и запротестовала:
-Он же не доктор!-но он повернул мою голову за подбородок и с упрёком посмотрел,а потом начал выполнять то,что она делала с Нилом. К моему удивлению,Дэй всё делал очень аккуратно,так что особой боли я не почувствовала.
Он трудился молча,как и Эбби. В словах не было нужды - его выражение говорило само за себя. Закончив, Кевин принялся разматывать бинты на правой руке. Эбби посмотрела сначала на Нила и сдержала себя,но когда посмотрела на меня,то уже не смогла промолчать:
- Господи, Нил,Мэгги...
Я наконец отважилась опустить глаза. Через все предплечье от локтя и почти до запястья параллельными дорожками тянулись порезы, черные от запекшейся крови, длинные, но не настолько глубокие, чтобы потребовалось накладывать швы. Промежутки между ними заполняли прижоги - идеально круглые следы от прикуривателя, с которым забавлялась Лола. Дергаясь в наручниках, мы ссадили запястья; эта рана все еще мокла, и рядом со шрамами, оставшимися после недавних пыток Рико, алела узкая полоска вырезанной кожи. Багровые кровоподтеки охватывали запястье и доходили до подушечки большого пальца. Костяшки были обожжены так сильно, что мне пришлось пошевелить пальцами, чтобы проверить, работают ли они вообще.
Нил начал судорожно дышать,похоже опять начал вспоминать этот ужас. Я потянулась рукой к нему,но Кевин мягко потянул меня к себе. Не давая сделать больно мне,ведь если бы я докаснулась до брата,то боль была неизбежна.
- Все закончилось. - Эбби принялась тихонько гладить его по волосам. - Все прошло. Вы поправитесь. Мы рядом.
Нил задышал часто и мелко. И зачем-то принялся опять проверять пальцы. Не боится,что порезы разойдутся?
- Прекрати, - сказал Эндрю,словно не было ничего проще.
-Сам бы попробовал- раздраженно сказала я,но не могла даже помочь Нилу успокоится. Бесполезная. Эндрю на мои слова ответил холодным взглядом и опять сосредоточился на Ниле. Мучительная одышка отступила, воздух хлынул в легкие. Нил вдохнул снова, как можно глубже, затем еще раз, уже медленнее. Он обмяк, и Эндрю вернул его в сидячее положение. Решив, что лучше смотреть не на раны, а на Эндрю, Нил позволил Эбби продолжить. Ну и Кевину заодно.
Они занимались нашими левыми руками, когда вошел Ваймак. Эндрю слез с кровати, чтобы открыть тренеру дверь, но сразу же вернулся обратно. Стоя между кроватями, Ваймак молча смотрел на открывшееся зрелище. Лицо его оставалось непроницаемым, но глаза под полуопущенными веками потемнели. Я давно научилась считывать гнев по взгляду и позе.
- На ночь остаемся здесь? - спросил тренер.
- Ненавижу Балтимор, - сказал Нил. - Может, уедем?
Ваймак кивнул и посмотрел на Эбби:
- Сколько времени вам еще надо?
- Минут десять, - ответила она. - К тому времени, как все сядут в автобус, мы закончим.
- Пойду скажу, чтобы собирались. - Ваймак перевел взгляд на нас: - В дороге вас никто не побеспокоит.
- Но мы обещали дать ответы...
- Автобус - для этого не место. Вас сложно будет расслышать, даже если все сядут по двое в ряд. Лучше поспите, пока доберемся до стадиона, а там, в знакомых стенах, и поговорите.
- Ключ от моего номера на тумбочке, - сообщила Ваймаку Эбби.
Тот забрал ключ и документы и отправился за Лисами. Закончив с перевязками, Эбби стала укладывать сумку, а мы ее ждали. Прежде чем отдать ей пакет со своими лекарствами, мы на сухую проглотили пару таблеток обезболивающего. Лисы приехали в Балтимор почти без вещей, взяв только то, что везли на игру в Нью-Йорк, и все же мы проверили все ящики, дабы удостовериться, что ничего здесь не забыли.
Автобус уже ждал внизу с открытой дверью и освещенным салоном. Мэтт как раз загружал в багажный отсек последнюю спортивную сумку.
- Наша экипировка осталась в Нью-Йорке, - сказал Нил.
- Эндрю с Кевином подобрали ее, когда пошли вас искать. После того как полиция остановила драку, они нашел вашу сумку у четвертых ворот. Всё на месте, хоть и испачкалось.
Мэтт захлопнул дверцы багажного отделения, для надежности подергал за ручки и посмотрел на нас.
- Тренер взял с нас обещание не приставать к вам, но я все равно спрошу: ты как, в порядке?
- Нет, - ответила я, - но скоро будем.
Мы поднялись в автобус и увидели, что Лисы расселись по одному. Обычно между старшекурсниками и компанией Эндрю оставались свободные ряды, но сегодня Ники, Аарон и Кевин разместились сразу за своими старшими товарищами. Я уселась позади Кевина. Ну кто бы сомневался,да?
Из-за травм на лице устроиться более-менее удобно не получалось. Спать приходилось, откинувшись на спинку кресла, но коротковатое сиденье не позволяло вытянуться полностью. Дэй,услышав мои трепыхания,уселся ко мне.
-Ложись-он показал руками на себя и я не стала сопротивляться. Я легла на его грудь,а он обхватил меня руками. При этом я ещё и в окошко смотрю. Кайф.
Ваймак сделал остановку на заправке, и я поняла, что Пальметто уже близко. Сразу трое Лисов отправились за кофе, но, возвратившись, стаканчики раздавать не стали. Через несколько минут за окошком показались очертания «Лисьей норы».
Даже если Морияма откажутся заключать мир, предложенный Стюартом, и явятся за ним, процесс уже пошел. Теперь Мэгги Джостен - реальный человек. Я не умру фейком.
Ваймак заглушил мотор, и я, морщась от боли, выпрямилась. Лисы друг за другом вышли из автобуса и стали разбирать вещи в багажном отсеке. Поискав глазами нашу сумку, я увидела ее на плече у Мэтта.
Все вошли внутрь и расположились в комнате отдыха. Дэн, Рене и Элисон раздали кофе. Ваймак заранее набрал целый пакет еды и сейчас вывалил на стол разнообразный перекус, от пончиков в сахарной пудре до чипсов. Я ничего сама не брала,лишь указывала взглядом и Кевин мне это открывал. Блин,я же и привыкнуть к такому могу.
Кевин перегнулся через Эндрю и тихо, но настойчиво произнес на французском:
- Нам надо об этом поговорить.
- Мы и поговорим, - ответил Нил.
- Об этом, - с нажимом повторил Кевин, коснувшись своей татуировки.
- Не сейчас. Позже.
- Нил.
- Я сказал нет.
Я толкнула Дэя в плечо и он недовольно уселся обратно. Ваймак уселся последним, и мы неожиданно опять оказались в центре внимания. Обведя команду взглядом, Нил нерешительно произнес:
- Не знаю, с чего начать...
- Может, с начала? - подсказала Дэн.
Наш отец интересовал Лисов куда меньше, чем мы сами, им также не были нужны подробности, которые мы изложили федералам. По пути из Нью-Йорка в Мэриленд Кевин раскрыл команде часть правды, но в какой мере, мы не знали. Впрочем, даже если мы в чем-то и повторялись, нам на это не указывали.
Мы рассказали о родителях - кем считались и кем были на самом деле; признались, что в детстве два года играли в экси в Малой лиге, под другим именем,а Нил на другой позиции. Рассказали о том, как мать в одну ночь решила бежать, об ужасных восьми годах постоянных переездов с места на место и о перестрелке, которая закончилась смертью матери. Без утайки поведали, как оказались в Милпорте и зачем записались в местную команду экси. Почему, рискуя всем, перебрались в Пальметто, что пережили, узнав, кто такие Морияма, и сколько раз намеревались снова пуститься в бега, пока не случилось беды. Мы поклялялись, что до осеннего банкета не знали, какое отношение наш отец имеет к клану Морияма, и что даже сейчас весьма смутно представляли сложную иерархию между ветвями мафии Морияма и кругом Натана Веснински. Еще меньше мы понимали, как во все это вписывается наш дядя.
Мы признались, что надеялись закончить этот сезон - как минимум дожить до финала чемпионата и взять реванш над Рико - и что еще несколько месяцев назад поняли: в следующем сезоне в команду мы не вернемся. Пожалуй, этого объяснения Лисы заслуживали прежде всего: именно эта обреченность влияла на манеру поведения и заставляла держать друзей на расстоянии.
Нас выслушали, ни разу не перебив, а после того как мы закончили, еще долго молчали. В конце концов посыпались неизбежные вопросы, и мы ответили на каждый. Несмотря на рассказанную историю, поначалу казалось, что команда смущена нашей честностью, но, слыша столь откровенные ответы, Лисы тоже постепенно осмелели. Рене заговорила только после того, как удовлетворили любопытство остальные. Страшный вопрос в ее устах прозвучал почти по-доброму:
- Вы сказали, что ваш дядя ведет переговоры с Кенго о мире. Что, если у него ничего не выйдет?
- Тогда от нас избавятся.-сказал Нил.
- Что, правда? - встревожился Мэтт.
- Мы для них - проблема, - сказала я. - Неприятная в обычные времена и гораздо более опасная сейчас, когда Кенго при смерти. В империи Мориямы не допустят утечки информации в момент передела власти.
- И когда вы узнаете? - спросила Дэн.
- Дядя Стюарт обещал выйти на связь, как только будут результаты, - ответила я.
- Не переживайте, - слабо попытался подбодрить Ники. - Эндрю и Кевин вас защитят.
Кевин бросил на него взгляд, полный ужаса:
- Ники, это клан Морияма! Не Рико, не хозяин и не их отец.
- Да знаю я, - раздраженно перебил Ники. - Заткнись уже, а?
Но мне это подняло настроение. Я посмеялась,но сразу же стало больно и Кевин поддержал меня за руку. Какой же он трус,да? Но...думаю у него есть причины быть таким. Вообщем поговорим мы об этом позже.
Повисла неловкая тишина. Ваймак обвел команду глазами и сказал:
- И еще. Пресса пока всего не разнюхала, но вот-вот разнюхает. Браунинг рассказал мне, какие меры они принимают, чтобы скрыть ваши имена, однако репортеры могли проследить за фэбээровцами по пути из больницы в отель и сделать соответствующие выводы. Неважно, что автобуса не было на парковке; если они видели кого-то из нас в отеле, то скоро выйдут и на вас. Ваш внешний вид, - Ваймак жестом указал на свое лицо, - сам по себе ответ на все вопросы. ФБР может попросить журналистов придержать статьи из соображений вашей безопасности, но, поскольку вы отказались от защиты, не знаю, подействует ли эта просьба. Решайте, и побыстрее, что́ вы готовы рассказать и где провести черту.
- Лучше сразу выдать им все, что они хотят услышать, - посоветовала Элисон. - Тогда они не станут прибегать к более изощренным методам. Кроме того, задача прессы - удовлетворять интерес публики, а он переменчив. Внимание к вам быстро спадет; появится что-то новенькое, и про вас забудут.
- Широкая публика, может, и забудет, - подала голос Дэн, - но у фанатов экси крепкая память. Они еще долго не отпустят эту тему, втянут в пересуды другие команды, и те тоже станут поливать вас грязью. Повторится все то же, что было в наш первый год, даже хуже.
- Если только не найдется что-нибудь поинтереснее нашей персоны, - сказал Нил.
- Что, например? - полюбопытствовал Мэтт. - Чтобы затмить вашу историю, надо постараться.
Я подалась вперед, искоса взглянула на Кевина и произнесла на французском:
- Им будет наплевать на нашего отца, когда они узнают о твоем. Ты всегда будешь для них более важной новостью, чем мы.
Кевин неодобрительно поджал губы.
- Сейчас не время.
- Самое время, если ты так решишь. Мне нужна твоя помощь, - сказала я и добавила с упреком: - Да и ему давно пора сказать. - Кевин не ответил, и я расценила его молчание как неохотное согласие. Я выпрямилась и перешла на английский: - Мы поделим внимание публики. Кевин назовет имя своего отца.
- Постой, так ты знаешь, кто он? - удивился Ники.
- Узнал несколько лет назад, - с резкими нотками в голосе проговорил Кевин. - Моя мать написала хозяину, когда поняла, что беременна. Я вынес письмо из его дома и спрятал в «Эверморе».
- А мы привезли сюда, - вставила я и пожала плечами в ответ на изумленный взгляд Кевина. - Жан показал нам, где оно лежит, и мы его выкрали, чтобы вы уже с этим разобрались.
- Так кто он? - вопросила Дэн.
- Сначала я поговорю с ним, - твердо сказал Кевин. - Он заслуживает услышать об этом первым.
Рене устремила взгляд на нас:
- Нил,Мэгги, что мы можем для вас сделать?
- Все, что мне нужно, вы уже сделали. Вы позволили нам остаться.
На губах Рене медленно расцвела улыбка. Дэн подошла к нам и осторожно нас обняла - не так, как Эбби, словно без ее поддержки мы могли рассыпаться на кусочки. В пальцах Дэн чувствовалась стальная решимость, в мышцах - сила. Она нас не утешала; скорее защищала и предупреждала других, что мы под защитой. Своим жестом Дэн признавала нас членома команды, и этого вдруг оказалось достаточно, чтобы напряжение последних дней отпустило нас без следа. Обретя столь желанный душевный покой, я еще острее ощутила усталость и с трудом сдержала зевоту.
Дэн отстранилась и шагнула назад.
- Ладно, поехали. День выдался долгий, пора и закругляться. Надо поспать, а утром решим, как быть. Предлагаю всем вместе позавтракать. Идет?
- Газ, - согласилась я, и Лисы начали вставать.
-Боже,где ты этого набралась.-Нил закатил глаза,а я посмеялась.
Эбби передала нам таблетки.
- Завтра еще раз вас осмотрю. Поаккуратнее с мытьем, хорошо? Руки лучше обмотать пленкой. Если на ожоги попадет мыло, будет щипать.
Я кивнула, напоследок бросила взгляд на Ваймака и вышла вместе с остальными. Их автомобили стояли на парковке - там же, где они оставили их три дня назад. Эндрю разблокировал замки, Ники распахнул перед Нилом переднюю пассажирскую дверь. Забравшись на сиденье, тот решил не мучиться с ремнем безопасности. Как только он убрал ноги с подножки, Ники захлопнул дверцу и уселся сзади. Я села на Кевина,положив ноги на колени Ники. Кайф. Старшекурсники загрузились в фургончик Мэтта и выехали следом за машиной Эндрю.
Как правило, ночная жизнь в кампусе не прекращалась почти до самого утра, но сегодня вокруг стояла мертвая тишина, и я не сразу вспомнила, что в университете сейчас весенние каникулы. Меня тут же кольнула совесть: в воскресенье Лисы тоже планировали разъехаться, но никуда не попали, задержавшись в Балтиморе из-за нас. В коридоре мы спросили об этом Дэн, но та лишь небрежно отмахнулась.
Вся команда, не сговариваясь, собралась в комнате Мэтта,Нила и меня. Мэтт с Аароном сдвинули диван в сторону, а девушки принесли одеяла. Гостиная не была рассчитана на десятерых человек, но Лисы каким-то образом в ней угнездились. Все по очереди уходили переодеться и возвращались уже в пижамах и с подушками. В какой-то момент Нил, Мэтт и я оказались в комнате одни. Осторожно положив руку Нилу на плечо, Мэтт вполголоса произнес:
- Все могло обернуться куда хуже. Я рад, что этого не случилось. И я рад видеть тебя,мартышка.-он потрепал меня по голове,а я показала ему кулак и он посмеялся. -Если вам что-то понадобится, просто дайте нам знать, хорошо?
- Хорошо, - отозвался Нил.
- Я серьезно, - с нажимом сказал Мэтт.
- Знаю, - ответил Нил. - Мы завязали с враньем, Мэтт. Честное слово.
Бойд вздохнул - скорее устало, чем скептически.
- Жаль, что вам пришлось столько всего испытать, но, кажется, теперь я многое насчет вас понял. За одним серьезным исключением, - сухо прибавил он, - но эту тему я оставлю Элисон. Она меня убьет, если я испорчу ей праздник.
- Здорово, - вяло сказал Нил, и Мэтт ухмыльнулся. - Это значит, ты ставил против?
- Я ставил за тебя, но против него, - признался Мэтт и, заметив удивленный взгляд Нила, пожал плечами. - Мы с тобой соседи по комнате. Ты никогда не говорил о девчонках, даже когда мы с Сетом только их и обсуждали. Я заметил, но помалкивал - решил, ты сам скажешь, если захочешь. Имей в виду, для меня это не важно, - прибавил Мэтт, - разве что пару дней назад я серьезно засомневался насчет твоего вкуса. А вот насчёт тебя Мэгги. Когда вы с Кевином успели?
Я не было готова к этому вопросу и не знала что сказать. Решила просто сказать как есть.
-Ну...это случилось ещё...-я не знала откуда начать. С первого поцелуя? Или когда он поцеловал меня в щёку? Блин,сложно.-Ну относительно давно. Наверное. Не знаю,Мэтт!-я так растерялась, что психанула и Мэтт аккуратно обнял меня за плечи.
-Ладно,ладно. Если обидет тебя,говори дяде Мэтту. Он разберётся.-я улыбнулась. Я и сама могу разобраться, если что.
Мэтт немного подождал, потом похлопал меня по плечу и ушел переодеваться. Я тоже хотела было раздеться, но решила, что это слишком сложно, а потому просто уселась на одеяло и стала ждать остальных. В конечном счете мы оказались в самой середине общего лежбища, между Мэттом и Кевином. Я боялась, что мысли не дадут мне уснуть, но теперь, когда друзья были рядом, все поводы для беспокойства исчезли. Я рассматривала лицо Кевина до тех пор, пока глаза не закрылись сами собой.