это был всего лишь сон..да ?
16-й день в капсуле
---
Дженни проснулась раньше всех.
Первое, что она увидела, — это мирно спящую Джису. Прошло уже пять минут, но Дженни никак не могла оторвать от неё взгляд. Или просто не хотела?
Джису казалась такой далёкой, хотя лежала всего в сантиметре. Её грудь мерно вздымалась, а губы чуть шевелились, будто она о чём-то шептала во сне.
Мы и вправду долго не виделись, — пронеслось в голове Дженни. — Я так по ней скучала. По всем. Но больше всего — по ней.
Их когда-то называли сёстрами Ким. Неразлучными. Но сейчас между ними выросла невидимая стена. Даже в общем чате Джису всегда была занята — то съёмки, то встречи, то бесконечные «важные дела». Она уделяла им слишком мало времени. Уделяла мне мало времени.
Дженни всё ещё смотрела на неё. Да, её не зря называли лучшим визуалом K-Pop. Нежные черты лица, пухлые губы, длинные ресницы, отбрасывающие тени на щёки. И волосы… тёмные, струящиеся по подушке, будто живая река.
Дженни помнила их первую встречу. Тогда она подумала, что Джису — очередная красивая девушка, которая перетянет всё внимание на себя. Милое личико, но за ним — высокомерие. Но всё изменилось, когда Джису впервые улыбнулась ей. Улыбка в форме сердца. И Дженни почувствовала, как что-то щёлкнуло внутри. Готова была отдать своё сердце, лишь бы видеть эту улыбку снова и снова.
Воспоминания рассыпались, когда Джису нервно вздохнула во сне. Её веки задрожали, пальцы вцепились в простыню. Она что-то искала… или от кого-то убегала.
— Онни… — прошептала Дженни, но та уже почти плакала во сне.
Что ей снится?
Желание прочитать её мысли достигло космических масштабов. Дженни резко дотронулась до её плеча.
— Онни, Джи, вставай.
Джису вздрогнула и открыла глаза. Взгляд её был стеклянным, несфокусированным.
— Дженни?.. Дженни, это ты? Правда ты? — её голос дрожал, грудь вздымалась слишком часто.
— Джису, что за бред? Конечно, я. Кто же ещё?.. — Дженни замолчала, заметив, как глаза подруги расширились от ужаса. Это был не просто кошмар. Да?
— Джен… Джендык, я так рада. Очень рада… Прости, пожалуйста. Прости меня… — Джису уже не сдерживала слёзы, обнимая Дженни так крепко, будто боялась, что та исчезнет.
— Джису, это всего лишь сон. Забудь. И за что ты извиняешься? За сон? Я думала, ты не такая глупая, — Дженни пыталась шутить, но сама чувствовала, как тревога сжимает ей горло. Она гладила Джису по волосам. Они пахли слишком сладко… неестественно сладко. Как будто что-то пытается замаскировать свой запах.
И вдруг Дженни поймала себя на мысли, что хочет вдохнуть глубже. Сильнее. Погрузиться в этот аромат с головой.
Что со мной? Это уже не нормально.
За стеклом камеры красный огонёк замигал чуть быстрее. Будто кто-то затаил дыхание.
---
Тем временем в мире…
BLINK сходили с ума от новых эпизодов. Соцсети взорвались теориями:
«Она плакала! Джису плакала во сне! Что там происходит?»
«Дженни смотрела на неё так, будто видит в последний раз…»
«Это не шоу. Это что-то другое. Они все слишком бледные.»
Но продюсеры лишь улыбались: «Всё по сценарию. Всё под контролем.»
Хотя сами уже не были в этом так уверены.
---
Вечером того же дня Розэ впервые услышала Шёпот. Или может быть нет..
Сначала она думала, что это ветер. Но в капсуле не было окон.
— Кто-то… зовёт меня, — сказала она Лисе, та побледнела, но промолчала.
Стены иногда шевелились. Краем глаза.
Глава 5: Игры, в которые играют тени
(16-й день. Вечер.)
---
— Успокойся, Рози, ну что ты несешь? Кто тебя может звать? — Лиса, развалившись на диване, не отрывала взгляда от своих ногтей. Она дула на них, старательно полируя безупречный лак. — Дженни и Джису просто решили без нас погулять. Они наверняка где-то в конце этой огромной капсулы.
Она надула губы, делая обиженное лицо, которое так обожали BLINK.
— Ты представляешь, говорят: «Всех одинаково любим», а сами ходят тайком. — Голос её звучал игриво, но в глубине глаз пряталась капля настоящей досады.
Но Розэ сейчас было не до неё. Воздух в комнате сгущался, становясь тяжёлым, сладковатым. Ей казалось, что стены слегка вибрируют, будто кто-то провёл по ним с обратной стороны.
— Хей, онни, ты меня слышишь? Даже ты меня сейчас игнорируешь? — Лиса подняла на неё взгляд, притворно возмущённая.
Розэ вздрогнула, вынырнув из оцепенения.
— Ох, прости, Лис. Но ты же понимаешь, что они, скорее всего, пошли выполнять задание, а не на свидание. Чтобы тебе так ревновать? — На её губах дрогнула лёгкая усмешка. Она знала, что происходит что-то необъяснимо странное, но BLINK не должны были волноваться. Камеры всё видят.
— Что? Я? Ревновать? Я никого не ревную! — Лиса надула щёки, как ребёнок, и тут же рассмешила саму себя. — И тем более, раз они хотят остаться одни, я же не останусь в одиночестве. У меня ведь ещё есть ты! Так что, пока они не вернутся, буду мучить тебя. Ну и BLINK, конечно! — Её громкий, заразительный смех эхом разнёсся по стерильной гостиной.
— Ооо, нет! BLINK, помогите! Не оставляйте меня с ней наедине! — Розэ с готовностью вжилась в роль, заламывая руки в комедийном отчаянии. Ей так нравились эти мгновения лёгкости, эти дурацкие игры, которые спасали их от нарастающего безумия.
— Ахаха! Розэ, тебе уже никто не поможет! — Лиса понизила голос, изобразив демонический бас, и с комичной торжественностью схватила со стола кухонную скалку, словно это был магический посох.
— Что значит, не поможет? Раз мой принц не приедет, я сама справлюсь! — Розэ сделала вид, что собирается подняться для ответной атаки, но её тело вдруг резко замолкло.
Тишину разрезал короткий, сухой хруст.
Не громкий. Но отчётливый.
Словно кость треснула под давлением.
Лиса замерла с поднятой скалкой, её играющая улыбка медленно сползла с лица.
— Розэ?.. — её голос стал тише, неувереннее.
Розэ не ответила. Она сидела, склонив голову набок, а её глаза были широко раскрыты и полны не понимания, а чистого, животного ужаса.
Она медленно, будто против своей воли, посмотрела на собственную руку, лежавшую на колене.
Пальцы неестественно выгнулись.
Хруст раздался снова.
На этот раз громче.
Прямо в полной тишине.
Лиса отшатнулась, скалка с глухим стуком упала на пол.
— Розэ?.. — её шёпот был поломанным, детским. — Что это?.. Прекрати шутить…
Но Розэ не шутила. Её лицо исказила гримаса боли и непонимания. Она пыталась пошевелить рукой, но та не слушалась.
— Лиса… — её голос был чужим, хриплым. — Лиса, мне… больно…
И тогда Лиса увидела.
Тонкая, почти невидимая нить шёпота выползла из вентиляции и обвилась вокруг запястья Розэ, впиваясь в кожу.
(16-й день. )
---
Розэ с громким криком села на кровати. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди.
— Это был всего лишь чёртов сон... — прошептала она, сжимая виски пальцами. Но как он мог быть настолько реалистичным? Этот хруст... Эта невыносимая, резкая боль, будто кости в её пальцах и вправду переломали...
Она сжала кисть, проверяя, целы ли суставы. Всё было на месте. Но эхо боли всё ещё пульсировало где-то глубоко внутри, словно мышечная память.
Рядом с громким всхлипом подскочила Лиса.
— Розэ! Розэ!.. — её глаза были полны чистого, немого ужаса. Она метала головой, словно пытаясь стряхнуть кошмар. — Твои пальцы... Они...
— Лиса, я тут. Всё в порядке. Это всего лишь сон, просто кошмар, — Розэ обняла её, чувствуя, как та вся дрожит. Её собственный голос звучал успокаивающе, но внутри всё замирало от леденящего страха.
— Мне так страшно... Всё было так реалистично... Мы дурачились, а потом... а потом твои пальцы... Они сломались... Был такой хруст... Я... — Лиса говорила захлёбываясь, слова путались и набегали друг на друга.
Розэ похолодела. Она видела то же самое.
Что происходит?
Её глаза расширились до предела, словно у персонажа из аниме. Это был не просто сон. Это было... совместное видение?
Их прервал голос, донёсшийся с первого этажа.
— Эй, сонь! Вы что, всё ещё спите?
Голос Дженни. Звучал так обычно, так буднично.
Они молча, словно заворожённые, подошли к окну. На улице, за толстым, якобы небьющимся стеклом, уже было светло. У входа в павильон стояли Джису и Дженни. Джису что-то говорила, жестикулируя, а Дженни смеялась, запрокинув голову. Они выглядели... нормально. Слишком нормально для этого места.
Не сговариваясь, Розэ и Лиса ринулись вниз.
— Хей, ребят, что вы глаза впучили? — Дженни ухмыльнулась, увидев их бледные, перекошенные от ужаса лица.
— Пока вы спали, мы выполнили все задания. И вчерашнее, и сегодняшнее, — Джису произнесла это своим естественным, немного хриплым голосом, с лёгкой ноткой гордости.
— Сейчас время только шестьнадцать часов, вы чего разоспались-то? — Дженни недоумённо склонила голову набок.
Розэ и Лиса просто смотрели на них, переводя взгляд с одной на другую.
Шестнадцать часов.
Но они же только что легли... Или нет? Они завтракали, потом... потом...
Память была дырявой, как решето.
Это был не сон.
Джису и Дженни стояли перед ними, улыбались, были реальными. Но в их глазах, таких знакомых, Розэ вдруг увидела нечто чужое. Какую-то глубину, которой там раньше не было. Или это ей опять показалось?
Лиса неуверенно шагнула вперёд.
— Вы... вы точно в порядке? — её голос дрогнул.
Дженни фыркнула:
— Мы? Да мы лучше некуда. А вы вот выглядите так, будто видели привидение.
Джису внимательно посмотрела на Розэ, и её улыбка на мгновение дрогнула. Взгляд стал пристальным, анализирующим.
— Вам что-то снилось? — спросила она тихо.
Розэ кивнула, не в силах вымолвить слово.
— Страшное? — Джису не отводила взгляда.
— Да... — выдохнула Лиса. — Одно и то же. Нам обеим.
Дженни и Джису переглянулись. И в этом мгновенном, почти неощутимом взгляде промелькнуло что-то... знающее.
— Странные сны — это побочный эффект, — вдруг сказала Джису, её голос вновь стал ровным и спокойным. — От системы вентиляции. Воздух иногда так влияет. Ничего страшного.
Она повернулась и пошла внутрь, как ни в чём не бывало. Дженни бросила на них ещё один не то сочувствующий, не то насмешливый взгляд и последовала за ней.
Розэ и Лиса остались стоять на пороге, в лучах искусственного солнца, которое вдруг стало казаться им слишком жёстким и безжизненным.
Воздух. Побочный эффект.
Правда ли это?
Или это просто ещё одна ложь, призванная успокоить их — и миллионы BLINK по ту сторону экранов?
Розэ медленно разжала кулак. Пальцы были целы. Но призрачная боль всё ещё жила где-то внутри, тихим, навязчивым шёпотом.