Шляпник

- Кошмары нечасто посещают меня в последнее время, уходя в разрез с происходящим вокруг, словно высшие силы удовлетворены количеством нескончаемой чёрной полосы в моей жизни, и только поэтому оставили мир грёз в покое. В детстве всё было иначе. Я не могла винить в этом буйную фантазию или юношеское возбуждение, которое я обуздала ещё давно, наоборот, всё было куда сложнее. Ряд событий, произошедших со мной, подверг меня не только продолжительным кошмарам, но и реабилитационному курсу. "Панические атаки" звучат просто смешно, когда видишь бьющееся в конвульсиях тело, забитое пеной изо рта по самые гланды. Если бы этим телом не была ваша покорная слуга, больше всего я сочувствовала бы своей маме.

Я шла в полумраке по бесконечному коридору, пока сознание приходило в себя. Где я нахожусь, что со мной произошло, в данный момент меня не волновало. Множество дверей пролетали назад, не желая заканчиваться, словно засасывая меня в сердце тёмного чистилища. Чёрные двери, старый бабушкин ковёр, жуткие мутные картины и гробовая тишина - именно этот образ рисовался в моей голове, когда я представляла себе детский кошмар. Сомнений больше не осталось, я сплю. Повертев конечностями, я так и не смогла зацепиться за своё настоящее тело, покойно лежащее сейчас в тёплой кровати, поэтому довольно быстро поняла, что проснуться - будет задачкой не из лёгких. Голова по ощущениям приняла расплывчатую форму синусоида, а зрение то и дело стирало видимость до нуля, да так что мне пришлось бить себя по голове всякий раз, когда глаза разбегались в разные стороны.

После 10 минут активного селфхарма я наконец вспомнила, что нахожусь в неизвестном мне месте и стала обращать внимание на картины, что мелькали перед глазами уже в который раз. Они были покрыты пятьюдесятью слоями пыли и странной тёмной мазней, так что чтобы разглядеть на них хоть что-то, мне пришлось бы вынуть глазные яблоки и протереть их спиртовой салфеткой. На одной из них была изображена красивая женщина, одетая в шикарное платье. Волосы струились по нежным плечам, на руках были бархатные перчатки, но моё внимание очень скоро привлекла широкая улыбка, нехарактерная для времени правления королевы Виктории. Причина, по которой я подумала про Англию, был флаг Объединённого Королевства Великобритании, нарисованный в углу картины. Увлечённая прекрасным образом молодой девушки я и не заметила по началу никаких изменений, но когда снова перевела взгляд на её лицо, уголки рта нервно запрыгали. А всё потому что улыбка пропала. На лице дамы не было живого места, словно картину рисовали с неживой натуры.

Я отпрыгнула на 2 шага назад. Тягучее чувство внутри живота не давало покоя, будто подсознание давило на настойчивое желание убираться прочь. Я не стала испытывать судьбу, а потому пошла дальше. Пройдя ещё какое-то время, я наконец заметила, что все картины были абсолютно одинаковыми - одна и та же женщина, тускло и безэмоционально смотрящая прямо мне в глаза. Это бы скорее напугало меня, если бы в этот самый момент тишину коридора не нарушил девичий крик. Глаза невольно заозирались по сторонам в поисках источника звука, а уши быстро подсказали мне, что я знаю того, кто кричит. Не медля, я схватилась за пыльную ручку и выдернула дверь из проема, на удивление, та поддалась и я вбежала в комнату. Сестра забилась в углу и кричала, прижав голову к коленям. Я буквально подлетела к ней, стирая кожу на коленях.

- Эй, всё хорошо, посмотри, это я! Это я!

От застоявшегося воздуха меня тянуло ни то в сон, ни то блевать, но я изо всех сил не позволяла давлению подняться. Кудри Насти пощекотали мне руку, когда она подняла на меня своё лицо, силясь прервать нервный плач. Я подавилась собственной слюной от удивления, падая назад и отползая на метр от увиденного зрелища. Тёмные впадины вместо глаз сочились неопознанной субстанцией тёмного цвета.

- Что с тобой?... - тихо спросила она.

Мысли стали обрывистыми. Глаз на лице сестры не было. Она меня узнала или увидела? Ни черта не понимаю, что передо мной сидит? Слезы на лице перемешались с чёрной жижой, волосы спутались, а очки разбились напрочь. Чтобы не пугать её своим видом, я спешно взяла себя в руки.

- Это я, всё в порядке, я здесь. - натянуто улыбнувшись, ответила я, крепко обняв сестру.

- Почему ты здесь?

- Это ты почему здесь? Кто тебя напугал? Почему ты кричала?

- Когда проснулась, я увидела что-то в том шкафу. - указывая на гардеробную, в страхе тараторила она. - Оно было в чёрных лохмотьях..и..и.. с очень яркими жёлтыми глазами. Я..я испугалась и забилась в угол, я не могла пошевелиться. Прошло минут 10, оно стало вылезать из шкафа. На несколько секунд я смогла его увидеть. Оно выглядел точно так же, как нам рассказывала бабушка. Это был он... Шляпник! От страха я..я не смогла убежать, но успела схватить кинжал со столешницы, чтобы защититься, но когда я это сделала, тогда он внезапно заговорил со мной:

"Ты первая! Впусти меня! Впусти!!!"

- после этого он подошёл ко мне и прислонил свою руку к моему лицу, это было последнее, что я увидела, как он...о..обрызгал мои глаза той жидкостью. После чего он скрылся. А мне стали видеться странные существа по всей комнате, тогда я и завизжала. И... И скажи, мы умерли? Что мы здесь делаем?

- Мы с тобой живы, успокойся, просто спим.

- Спим? Но.. Но ведь не бывает совместных снов!

- Двухметровой нежити с жёлтыми глазами тоже не бывает, и тем не менее, ты его видела. И да, сейчас тоже видишь?

- Нет, когда ты вошла, они заползли обратно в шкаф, видимо, испугались.

- Скажи, а как они выглядели?

- Они..они все были переломаны, у всех из тела торчали кости. Они двигались рывками, пытаясь достать меня. Боже, Аня, мне страшно...

- Мне ясно, вставай, идти можешь?

- Могу....

Помогая сестре подняться, я краем глаза глядела в окно. Даже само его существование я заметила далеко не сразу, потому что через него не просачивалось и крупицы света. Подойдя через минуту ближе, мне удалось разглядеть что-то на подобие деревьев и сада. Цветов или чего-то напоминающего обычные растения не наблюдалось, но это определенно был второй этаж.

- Мы уходим, вполне возможно, что наши тоже здесь.

Мы аккуратно вышли из комнаты и тихо закрыли дверь. Неудивительно, но коридор полностью изменился: вместо старого бабушкиного ковра, на полу валялись чёрные обрывки ткани, на стенах не висела та женщина, вместо этого на картинах были нарисованы дети...
Но не такие, как может рисовать их воображение здорового человека.
На них не было лица, вросшие бугры стандартных физиологических отверстий смешались в одну отвратительную массу. Это жуткое зрелище меня совсем не притягивало, и мы обе смотрели только вперёд, подсвечивая себе путь фонариком.

Время шло, но ничего не происходило, гробовая тишина убивала куда больше, чем все существующие обитатели этих трущоб. Даже меня страх полностью подчинил своей воле, однако, я понимала, что если мы остановимся, то что-то точно случиться, что-то нехорошее. А мне эта мысль совсем не нравилась...

Мы крепко держались за руки, чтобы не потерять друг друга. Казалось, что с каждой секундой света становится все меньше, а тревоги только прибавлялось. Мы не знали, сколько времени идём, не знали в том ли направлении, но упорно продолжали переставлять ноги, хоть с каждым шагом это делать становилось всё труднее и бессмысленнее. Шли молча, не тратя сил на пустые разговоры, конечно же мы обе понимали, что не сможем ответить на вопросы друг друга. Когда я уже решилась остановиться и попробовать идти обратно, мы услышали ряд выстрелов и пронзительные крики каких-то существ. Неуклюжие метания сестры окончательно утвердили в моей голове понимание того, что я знаю, кто стрелял.

Сорвав с петель ближайшую дверь, мы ворвались в комнату. Пьяное наваждение сняло как рукой, когда я своими глазами увидела этих тварей, которых мне пыталась описать Настя. Непонятные утырки ползали по полу, как недобитые тараканы, перемещаясь из одного угла к другому, а когда мы влетели в комнату, они поспешили заползти обратно в шкаф. Потеряв голову от удивления, я мигом догнала последнего, закрывающего дубовую дверцу, и с силой открыла её вновь. Перед глазами предстала обычная гордиробная с кучей пыльной одежды, но ни намека на присутствие кого-то постороннего. Но из памяти их выкинуть у меня не получилось. За моей спиной стояла девушка, трясущимися руками держа пистолет.

- Сестра? - дрожащим голосом спросила Настя.

Но та не отвечала, мы видели только её очертание или фигуру, стоящую в темноте, но не её саму. С опаской, мы начали медленно к ней приближаться и посветили на неё тусклым фонариком...

Я выронила его спустя секунду после увиденного.