Связанные

Дни, казалось, снова потекли своим чередом. Я начал ходить в школу. Рин поделился со мной конспектами. Я оставался после школы, чтобы успеть наверстать все то, что упустил раньше. К тому же, все готовились к летнему фестивалю. Начинался июль, на улице стояла невыносимая жара. Начиналось время экзаменов. Я усердно готовился к ним и поэтому, мы с братом почти не виделись. Он приходил с работы позже обычного, так как он, как и другой персонал школы, имел достаточно работы в связи с предстоящим фестивалем.

Я тоже засиживался в школе, занимаясь с Рином или оставаясь на дополнительные занятия у учителей, а после помогал ребятам украшать школу, выставлять стенды и развешивать плакаты. До фестиваля оставалось несколько дней, и его торжественное открытие должно было послужить окончанием нашего учебного семестра. Когда прозвенел звонок, и был написан последний экзамен, я облегченно вздохнул, выходя из класса. Все обсуждали результаты и сверяли ответы, которые они написали.

- Как думаешь, ты справился? – спросил Рин, выходя со мной из школы.

- Не знаю, но думаю, что завалить историю достаточно сложно. Учитывая то, что именно ее я и читал последнюю неделю, - я устало выдохнул, зевая.

- Да, ты прав. А вот я не уверен на счет династии Минь. У тебя получилось расставить их в правильном порядке?

- Да, думаю. Я запомнил, что там все друг с другом ссорились и в итоге престол достался самому сильному. Вот, что бывает, когда между членами семьи нет сплоченности.

- Да, ты прав. Не хочешь пойти куда-нибудь, отметить окончание экзаменов? – спросил Рин, когда мы остановились у ворот школы.

Было ужасно жарко, и я не прочь был пойти куда-то съесть чего-то холодного, поэтому согласился. К тому же, Рин носился со мной всю неделю, помогая подготовиться к экзаменам.

- Будет смешно, если ты сдашь экзамены лучше меня, - улыбнулся парень, когда мы сели на лавочку, принявшись за мороженое.

- Да, интересно получится. Ты меня подготовил, но сам не подготовился, - я засмеялся.

- Ты уже решил с кем ты пойдешь на фестиваль? – спросил Рин.

- Это ведь семейный праздник, разве нет? – я чуть нахмурился.

- Да, но ты не думал, что, возможно, твой брат уже идет с кем-то?

- Что? – я неожиданно перевел растерянный взгляд на парня.

- Ну, это ведь праздник не только семейный, но и для влюбленных или парочек. Они ведь всегда собираются вместе, разве нет? – он посмотрел на меня.

- С чего ты взял, что у моего брата кто-то есть?

- Пару дней назад я видел его возле отеля с девушкой.

- Возможно, он просто ее подвозил.

- Это, скорее, было похоже на запланированную встречу.

Я потупил взгляд. А ведь Рин прав. Брат постоянно нянчится со мной. Возможно, я даже и не знаю, есть ли у него кто-то или нет. Мы не говорим о таком, да и к тому же, я не интересуюсь его делами. Конечно, узнать это от Рина было немного обидно для меня, но я решил сначала спросить у брата, есть ли у него кто-то, прежде чем делать поспешные выводы.

- Если вдруг, тебе не с кем будет идти, то знай, что для тебя я всегда свободен, - сказал парень.

- Да, я знаю, - тихо пробормотал я, подымаясь со скамейки. – Мне пора домой.

С этими словами я направился в квартиру брата. К моему удивлению, когда я пришел, Тоширо уже был дома. Он сидел со своим ноутбуком за кухонным столом и что-то на нем набирал. Я остановился в дверях, тихо ответив на приветствие брата. Постояв так несколько минут, я подошел к стулу и сел напротив него.

- Тоширо, - тихо начал я, словно выпытывая, можно ли сейчас с ним говорить.

- Да? – брат нахмурил брови, взглянув на меня.

Я сидел на стуле боком, болтая одной ногой и рассматривая пол:

- Скоро фестиваль.

- Да-а, - протянул он, словно пытаясь подтолкнуть меня к диалогу.

- Это же семейный праздник... Мы пойдем вместе? – наконец-то выдавил я из себя.

- Ну, вообще-то я уже иду с кое-кем. Но ты можешь пойти с нами... - я не дал ему договорить.

- Нет-нет, я иду с Рином, - быстро ответил я, направляясь в ванную.

Почему-то сейчас мне стало как-то не по себе. Не должен ли был Тоширо предупредить меня? А если бы фестиваль был уже завтра? И что это я так зол? Включив воду, я начал раздеваться и шмыгать носом. Почувствовав, как глаза тяжелеют и начинают наполняться слезами, я тихо пробормотал:

- Еще заплакать не хватало из-за такой мелочи. Да что со мной творится вообще такое?..

Я залез в ванную под горячий душ. Пошмыгав еще несколько минут, я все же успокоился, тихо вздыхая. Я уже достаточно взрослый, чтобы ходить на фестиваль один или с друзьями. Да и мне уже пора начинать искать человека, с которым проведу остаток жизни. Какие же пессимистичные у меня мысли... Надо поскорее написать Рину о том, что я иду с ним, и заставить его занять мои мысли какой-то болтовней.

На мое сообщение парень ответил с удовольствием. Я вздохнул, направляя взгляд на коробки с вещами, которые привез мне Тоширо. Подойдя к одной из них, я приподнял вещи, нащупывая пальцами мягкую ткань. Юката. Фестиваль начнется в среду. Сегодня пятница. И у меня есть несколько дней, чтобы подготовиться к тому, что я впервые проведу этот праздник не с семьей. К сожалению, эти несколько дней пролетели довольно быстро. Я играл в гостиной в приставку, лежа животом на ковре, когда брат заглянул ко мне в комнату около 5 вечера:

- Я ухожу, тебе не нужна помощь с юкатой?

- Нет, все нормально. Я справлюсь, - ответил я, не отрываясь от джойстика.

- Я могу подвезти тебя к Рину.

- Нет, спасибо. Он подождет меня у станции. Во сколько начало?

- В 8. Не опаздывай.

- Не буду, хорошо повеселиться, - я помахал брату, продолжая смотреть в монитор.

Когда дверь, наконец, захлопнулась, я вздохнул с облегчением и перекатился на спину. Я чувствовал неловкость. Идти на фестиваль с Рином было довольно непривычно. И еще я могу встретить там брата с этой девушкой. Это больше всего волновало меня. Почему-то от этого в душе было как-то паршиво. Почему он не познакомил меня с ней? А вдруг это все из-за того, что я его брат, и Тоширо чувствует ответственность за меня? Столько вопросов в голове... И все они не дают мне покоя. Не хочу идти на фестиваль. Моя рука потянулась за телефоном, и через несколько минут я уже звоню Рину и говорю, что неважно себя чувствую. В ответ на это, он говорит, что сейчас приедет, и я не успеваю ему ничего ответить.

«Черт, что я наделал?» - пронеслось в голове, когда я представил, что Рин сейчас приедет и мне придется как-то объясняться. От этого мне стало еще хуже. Я развалился на ковре, тяжело вздыхая. Именно сейчас я хотел бы забыться сном и переспать все, что происходит в моей жизни. Почему-то я чувствовал себя ужасно уставшим, и мне совсем не хотелось разгребать свои проблемы. Я поднялся, сгибая ноги в коленях и запуская руки в свои волосы. Спустя полчаса, Рин уже стоял под дверями квартиры. Я сомневался, стоит ли впускать его. Ведь это вообще не моя квартира. Но мне было как-то уже все равно.

- Что случилось? – спросил парень, забегая в коридор и осматривая меня.

- Ничего. Я просто не хочу никуда идти, - я отвел глаза, медленно прикрывая входную дверь.

- Почему?

- Там будут одноклассники, много людей и... Тоширо с кем-то. Он приглашал меня пойти с ним, но я не захотел идти.

- Это все из-за брата?

- Это впервые, когда я иду на фестиваль с кем-то, а не со своими родными. И от этого мне так грустно и одиноко, - я дал чувствам волю и невольно начал шмыгать носом, скрестив руки на груди. – Родителей больше нет, у Тоширо своя жизнь, а я остался один, словно никому не нужен. В этот день я никогда не чувствовал себя так одиноко. Я просто хочу, чтобы все было как раньше...

Я почувствовал теплые руки на своих плечах. Рин обнимал меня, а я просто уткнулся ему в плечо, как маленький мальчик. Я так давно хотел этого. Просто теплых объятий и немного тепла.

- Все наладится, - тихо сказал брюнет. – Давай одевайся, ты не можешь пропустить фейерверк и кучу сладостей по низкой цене.

- Ты прав, - я улыбнулся, освобождаясь от его объятий. – Я не могу пропустить фейерверк и сладости.

Я направился в комнату и достал свою юкату. Она была светлого цвета с зеленой листвой, которая вилась снизу доверху. Я уже совсем забыл, как ее надевать. Мне всегда помогала мама. Она лучше разбиралась в одежде. Поэтому, я немного запутался и не мог накинуть ткань со спины на свое правое плечо.

- Рин! – позвал я. – Можешь мне помочь, пожалуйста?

- Да, конеч... - он запнулся, входя в комнату.

- В чем дело? – спросил я, оглядываясь на него через плечо.

- Н-ничего, - на его щеках появился румянец, и парень тут же отвел взгляд.

Он подошел ко мне, помогая справиться с этой небольшой проблемой.

- Спасибо, - едва улыбнулся я, направляясь в коридор, когда Рин неожиданно ухватил меня за запястье:

- Ты перед братом переодеваешься?

- Что?

- Ты ходишь с неприкрытым торсом дома?

- Чего это тебя вдруг...?

- Не стоит так открыто показывать свое тело другим людям.

- Но ты ведь парень.

- А Тоширо?

В комнате повисла неловкая тишина. Я задумался. А ведь Рин прав, перед братом я стесняюсь. Потому что я, скорее, переживаю по другой причине. Я вообще стараюсь избегать какого-либо контакта с Тоширо. Потому что нас естественно может потянуть друг к другу. Но, тем не менее, он мой брат, и я просто хочу чувствовать его поддержку. И знать, что я не один.

- Мой брат не сделает мне ничего плохого, и я не знаю, о чем ты подумал, Рин, - я выдернул свою руку, выходя из квартиры.

Я быстро шел по аллее, а Рин звал меня сзади. Во мне кипела буря эмоций, и я совсем не понимал, откуда они все свалились на меня. Скрестив руки на груди, я быстро шагал вперед. В моих глазах снова начали скапливаться слезы. Я сердился сам на себя. Наконец, Рин догнал меня сквозь толпы народа и, ухватив за руку, потащил куда-то за собой. Мы оказались в парке, позади нашей школы. К моему удивлению, здесь почти не было людей. Вероятно, сейчас все на фестивале, с удовольствием поедают сладости.

На улице уже стемнело. Мы стояли так довольно долго. Рин впереди, а я сзади. Он по-прежнему держал меня за руку. Были слышны переливы птичьего пения и очень громко трещали кузнечики. Наконец, я решился нарушить тишину:

- Рин? – выжидающе спросил я.

- Хару, послушай, - он повернулся ко мне, взяв обе мои руки в свои. – Я хочу сказать тебе кое-что очень важное.

- Я тебя слушаю, - я немного нахмурился.

- С самого первого дня, как я тебя знаю, меня всегда тянуло к тебе. Твоя загадочность и что-то необъяснимое притягивает к тебе. Да, в средней школе мне пришлось уехать, но я не забывал тебя. Да, я встречал разных людей, но все они не вызывали во мне такого интереса, как вызвал ты. Я знаю, что тебе тяжело, но я просто хочу, чтобы ты знал, что я всегда думаю о тебе. Уже прошло достаточно времени, и я понимаю, что многие особенности твоего организма мне сложно понять, но я буду пытаться. Я хочу попробовать построить отношения с тобой. Потому что, кажется, я люблю тебя, Хару.

С самого начала его слов, я уже догадывался, что он хотел мне сказать. И его слова немного меня пугали. Я понимал, что, возможно, это единственный человек, который готов принять меня такого, как я есть. Но в отличие от Рина, который всегда увлекался мной, я никогда не увлекался им, как парнем. Для меня он всегда был другом, и я никак не мог представить нас вместе. Для меня вся эта ситуация была странной.

Я нервничал. Еще немного и меня бы бросило в дрожь. Мне было страшно перед неизвестностью. Как это, строить с кем-то отношения? Поцелуи, объятия, совместные походы куда-либо, но что еще страшнее, так это более интимные отношения. Я же вообще ничего в этом не понимаю. Я ничего не знал, и у меня не было никого, кто мог бы посоветовать мне или поделиться со мной своим опытом. Все, что говорила мне мама, так это то, что я должен почувствовать своего человека. Но Рина я знаю не один месяц, и почему-то я совсем не чувствую, что он мой человек.

И неожиданно я испугался. За свой выбор, за слова Рина, за последствия этого разговора. Я просто струсил, вырвав свои руки из его, и ничего не сказав, сбежал прямо у него перед носом. Я никогда не бегал так быстро. Я запыхался, мне было жарко. Я остановился только когда оказался в толпе возле своей школы. Здесь было очень много народу. Школьники с родителями, друзьями, семьи, просто прохожие. Я уперся руками в колени, пытаясь отдышаться, когда вдруг услышал знакомый голос:

- Хару?

- Т-Тоширо? – я словно подпрыгнул на месте, его я совсем не хотел сейчас видеть.

- Что ты здесь делаешь? А где Рин?

- Я.. Я просто...

- О, Тоширо-кун, это твой младший брат? – я услышал мужской голос.

- Да, он самый, - ответил он, смотря в сторону подошедшего парня.

Это был молодой человек около 25. У него были светлые волосы до плеч.

- Приятно познакомиться, Хару-кун, я – Шоута-сан, - улыбнулся тот, протягивая мне руку. – Я близкий друг Тоширо. Мы уже давно с ним дружим.

- Я как раз хотел вас познакомить в скором времени, - сказал мой брат. – Это тот человек, с которым я собирался на фестиваль.

- А... Разве ты... Не должен был быть с девушкой? – пролепетал я дрожащим голосом.

- С какой девушкой? – Тоширо нахмурился, смотря на меня.

- Ой, да. Кажется, мой муж уже выстоял эту огромную очередь за данго, поэтому, я поспешу к нему, чтобы, наконец, получить эти знаменитые сладости, - Шоута-сан улыбнулся, помахав мне на прощанье правой рукой, где на безымянном пальце красовалось золотое кольцо.

- Откуда ты узнал про девушку? – спросил брат, смотря на меня.

Это был взгляд, который требовал ответа. Его нельзя было проигнорировать. Казалось, в его взгляде словно застыл этот вопрос, и он теперь преследует меня.

- Р-Рин рассказал мне, что видел тебя с девушкой у отеля, - я понимал, что говорил полную чепуху, и от этого хотелось плакать.

- Почему ты не спросил у меня, Хару? Я бы рассказал тебе...

Но я уже не слушал его. Я ринулся со всех ног в здание пустующей школы и выбежал на крышу. Из моих глаз текли слезы, мне было ужасно противно. Я всегда делаю выводы, не дослушав человека. Сначала Рин, теперь Тоширо. И совсем не собирался мой брат приходить на фестиваль с девушкой. Но кто это тогда был? Не важно, уже, я просто ничего не узнал, как следует. Возможно, Рин просто хотел сказать мне о том, что хочет быть рядом со мной, а Тоширо как раз рассказал бы про Шоуту-сана. Я такой глупый...

- Хару?.. – я стоял у каменного парапета, держась за сетку, возвышающуюся по всему периметру на два метра.

- Уходи, – буркнул я, оглядываясь через плечо.

Там стоял Тоширо. Мы были одни на крыше. Я слышал его шаги и почему-то внутри все сжималось.

- Не надо, - вскрикнул я, пытаясь оттолкнуть его рукой, но вместо этого он ухватил меня за запястье, подтягивая к себе, так что обе мои кисти находились в его руках, и я почувствовал себя жалко.

- Хару, что происходит? – он был серьезен, но мягок.

Я зажмурился, сморщивая нос, пытаясь выбраться из его хватки, но поняв, что это бесполезно, слова сами понеслись из моих уст:

- Я не знаю, что-то странное происходит в последнее время. Я надумываю себе что-то, расстраиваюсь по пустякам, мне очень одиноко. Я остался один на фестиваль, а раньше мы всегда проводили этот праздник с семьей. Когда я узнал про девушку, мне стало так не по себе, что я чуть не разревелся в душе. И в последнее время ты вечно занят своими делами, и совсем не обращаешь на меня внимания, а иногда мне кажется, словно ты вообще избегаешь смотреть на меня. Мне кажется, что в последнее время я напоминаю какую-то сварливую жену из мелодрамы, но совсем не младшего брата. Прости меня, Тоширо, - по мере того, как я говорил эти слова, мои ноги дрожали, потом становились ватными и, в конце концов, я сидел попой на полу, растрепанный, с заплаканными красными глазами и полным носом соплей.

- Хару, не плачь, - брат мягко коснулся руками моих плеч, садясь напротив меня.

- Не могу, - я прикрыл ладонями глаза.

- Хару, пожалуйста, не плачь, - он обхватил мои ладони своими руками, мягко убирая их от моего лица.

- Не получается, - промямлил я.

Пальцы Тоширо скользнули вдоль моих щек, и сквозь заплаканные глаза, я успел заметить, как он приближается ко мне. Его теплые губы коснулись моих. Он уже делал так. В детстве. Когда мы были детьми, у меня тоже было подобное состояние, когда я упал с велосипеда, и мне было очень больно. Тогда я тоже не мог остановиться и все плакал, и плакал, пока брат не начал целовать меня. Это были просто невинные поцелуи. Как и сейчас. Но мы выросли. И теперь в этих поцелуях больше не было той невинности, потому что, какой бы смысл они не несли, это были взрослые поцелуи.

Но почему-то, от этого мне стало тепло. Как и в детстве. Тоширо мягко коснулся губами моей щеки, а затем еще раз, и я, наконец, начал успокаиваться. Слезы перестали течь из глаз, и я лишь громко всхлипывал, едва вздрагивая. Только сейчас я заметил, что крепко сжимаю руки брата. И в тот же миг, моя хватка ослабла. Я чувствовал себя опустошенно. Словно, я дал выплеск всем тем эмоциям, которые переполняли меня последние несколько дней.

- Разве эти слезы стоили того? – тихо сказал брат, мягко поглаживая меня по щеке.

Я едва кивнул, услышав, как надо мной пронеслись первые взрывы салютов. Я быстро подпрыгнул на ноги. Мне всегда нравились фейерверки. Тем более, в день фестиваля их было особенно много. И весь город словно горел разноцветными огнями. Я всегда наблюдал за ними с земли. Это были чудесные ощущения. Но теперь, я стоял на крыше школы и мог видеть, как над крышами домов взлетают разноцветные кометы, взрываясь в воздухе.

Я ухватился рукой за железную, холодную сетку и вскинул взгляд в небо. На улице было тепло. Небо было чистым, а фейерверки сияли над головой. Я был заворожен этим зрелищем несколько минут, а после вспомнил о Тоширо. Он стоял рядом и тоже наблюдал. Я не мог понять, о чем он думает, потому что в его глазах отражались огни салютов. Я опустил взгляд вниз, словно пытаясь как-то вникнуть в его мысли. Мне хотелось быть ближе к брату. Мне хотелось тепла. Родного. Знакомого.

Моя рука сама дрогнула навстречу ему, и мои пальцы мягко коснулись его ладони. Он совсем не обратил внимания, и я скользнул руками по его ладони, мягко скрепляя наши руки в замок. На моем лице появилась легкая улыбка. Его рука была горячей. Его руки всегда были горячими. С самого детства. Тоширо всегда согревал мои ладони, когда я замерзал. И от этого чувства внутри стало так спокойно и в тоже время волнительно.

Я поднял на него взгляд, и неожиданно встретился с ним глазами. Это вызвало покалывание внутри, которое растекалось по груди и заполняло собой все.

- Пойдем домой, - тихо сказал Тоширо, едва улыбнувшись.

И мне снова стало тепло. Мне нравилось это чувство. Оно было легким и заставляло чувствовать необъяснимое спокойствие. Я улыбался, когда мы с братом шли по малолюдным улицам домой. Даже когда мы встречали толпу, все они были заняты съемками фейерверков или живым общением. Вокруг бурлила жизнь, но мы словно были вдали от нее. Мы просто были случайными прохожими.

- Ты так и не рассказал мне, почему пришел на фестиваль один, - вдруг начал брат.

- Ну... Я просто не хотел идти один, - я на секунду задумался, а после тихо рассмеялся, прикрыв рот ладонью.

Тоширо остановился и взглянул на меня.

- Ну, я думал, что ты ушел и мне больше не с кем идти, поэтому я решил и вовсе не идти. Но Рин оказался настойчивее и, когда я сказал, что плохо себя чувствую, он тут же примчался, и мне пришлось идти.

- Ты смеешься, - неожиданно сказал Тоширо, мягко коснувшись пальцами края моей улыбки.

Мой взгляд застыл на его руке, а после я медленно поднял глаза. В его взгляде было нечто такое, чего я еще не знал, и не мог объяснить. Но от этого взгляда почему-то по спине пробежали мурашки, и что-то внутри едва сжалось. Я впервые чувствовал подобное, и это были очень странные ощущения.

- Тоширо?.. – в смятении пробормотал я.

- М? – он моргнул несколько раз подряд, словно я вырвал его из своих мыслей.

- Все в порядке? – взволнованно спросил я.

- Да, да, - брат направился дальше, словно ничего и не случилось.

Мы шли молча почти до самого дома. И больше не держались за руки. Когда нам оставалось не больше минуты, я решил, что надо поговорить с ним о Рине здесь и сейчас, иначе потом будет поздно.

- Тоширо, Рин признался мне, - быстро сказал я, останавливаясь вместе с братом.

- Ты готов ответить взаимностью на его чувства? – после долгого молчания, он, наконец, посмотрел на меня.

- Я... Я не знаю. Возможно, мне нравится, что он мой друг, но я не чувствую его тем, с кем готов строить отношения. И, если честно, я совсем не знаю, что такое отношения. Тоширо, расскажи мне.

Этот вопрос поставил его в тупик, я заметил это по его взгляду. Но он не растерялся:

- Хару, отношения – это очень сложно. Порой мозгами ты понимаешь, что этот человек подходит тебе, но сердце говорит совсем другое. И эта вечная дилемма, от которой не убежать. И каждый принимает решение в пользу того или иного. Либо ты доверяешься своему разуму, и после пытаешься научить свое сердце любить, либо ты отдаешься сердцу, заставляя разум принять твои чувства, какими бы они ни были.

- Кажется, я чувствую нечто подобное с Рином. Я понимаю, что он подходит мне, но я не могу представить себя с ним, держащимся за руки или покупающими вместе мороженое.

- Тогда, возможно, тебе стоит сказать это ему?

Заметив неловкое выражение на моем лице, Тоширо поспешил добавить:

- Он ведь твой друг и должен понять. К тому же, признание не обязывает тебя сиюминутно отвечать взаимностью на чувства человека. Ты всегда можешь объяснить всю ситуацию. <tab>Скажи ему, что ты еще не готов к таким отношениям. Но не откладывай в долгий ящик и все же дай ему шанс. Мне кажется, что он хороший парень. К тому же, как ты сможешь, понять, твой это человек или нет, если не попробуешь?

Я улыбнулся. Теперь я все понял.

- Спасибо, Тоширо, - с этими словами брат потрепал меня по волосам, и мы вошли в дом.