Профессор кислых щей.
Мой папа не любит,когда я мешаю ему читать газеты. Но я про это всегда забываю,потому что мне очень хочется с ним поговорить. Ведь он же мой единственный отец! Мне всегда хочется с ним поговорить.
Вот он раз сидел и читал газету,а мама пришивала мне воротник к куртке. Я сказал:
- Пап,а ты знаешь,сколько в озеро Байкал можно напихать Азовских морей?
Он сказал:
- Не мешай...
- Девяносто два! Здорово?
Он сказал:
- Здорово. Не мешай,ладно?
И снова стал читать.
Я сказал:
- Ты художника Эль Греко знаешь?
Он кивнул. Я сказал:
- Его настоящая фамилия Доменико Теотокопули! Потому что он грек с острова Крит. А Крит был греческий когда-то. Вот этого художника испанцы и прозвали Эль Греко!.. Интересные дела. Кит,например,папа,за пять километров слышит!
Папа сказал:
- Помолчи хоть немного... Хоть пять минут...
Но у меня было столько новостей для папы,что я не мог удержаться. Из меня высыпались новости,прямо выскакивали одна за другой. Потому что очень уж их было много. Если бы их было поменьше,может быть,мне легче было бы перетерпеть,и я бы помолчал,но их было много,и поэтому я ничего не мог с собой поделать.
Я сказал:
- Папа! Ты не знаешь самую главную новость: на больших Зондских островах живут маленькие буйволы. Они,папа,карликовые. Называются кентусы. Такого кентуса можно в чемодане привезти!
- Ну да?- сказал папа.- Просто чудеса! Дай спокойно почитать газету,ладно?
- Читай, читай,- сказал я,- читай,пожалуйста!
Понимаешь,папа,выходит,что у нас в коридоре может пастись целое стадо таких буйволов!.. Ура?
- Ура,- сказал папа.- Замолчишь,нет?
- А солнце стоит не в центре неба,- сказал я,- а сбоку!
- Не может быть,- сказал папа.
- Даю слово,- сказал я,- оно стоит сбоку! Сбоку припека.
Папа посмотрел на меня туманными глазами. Потом у него глаза прояснились,и он сказал маме:
- Где это он нахватался? Откуда? Когда?
Мама улыбнулась:
- Он современный ребёнок. Он читает,слушает радио. Телевизор. Лекции. А ты как думал?
- Удивительно,- сказал папа,- как это быстро всё получается.
Ион снова укрылся за газетой,а мама его спросила:
- Чем это ты так зачитался?
- Африка,- сказал папа.- Кипит! Конец колониализму!
- Ещё не конец!- сказала я.
- Что?- спросил папа.
Я подлез к нему под газету и встал перед ним.
- Есть ещё зависимые страны,- сказал я.- Много ещё есть зависимых. Больше двадцати ещё мучаются.
Он сказал:
- Ты не мальчишка. Нет. Ты просто профессор! Настоящий профессор...кислых щей!
И он засмеялся,и мама вместе с ним. Она сказала:
- Ну ладно,Дениска,иди погуляй.- Она протянула мне куртку и подтолкнула меня:- Иди,иди!
Я пошёл и спросил у мамы в коридоре:
- А что такое,мама,профессор кислых щей? В первый раз слышу такое выражение! Это он меня в насмешку так назвал- кислых щей? Это обидное?
Но мама сказала:
- Что ты,это нисколько не обидное. Разве папа может тебя обидеть? Это он,наоборот,тебя похвалил!
Я сразу успокоился,раз он меня похвалил,и пошёл гулять. А на лестнице я вспомнил,что мне надо проведать Алёнку,а то все говорят,что она заболела и ничего не ест. И я пошёл к Алёнке. У них сидел какой-то дяденька,в синем костюме и с белыми руками. Он сидел за столом и разговаривал с Аленкиной мамой. А сама Алёнка лежала на диване и приклеивала лошади ногу. Когда Алёнка меня увидела,она сразу заорала:
- Дениса пришёл! Ого-го!
Я вежливо сказал:
- Здравствуйте! Чего орёшь,как дура?
И сел к ней на диван. А дяденька с белыми руками встал и сказал:
- Значит, всё ясно! Воздух,воздух и воздух. Ведь она вполне здоровая девочка!
И я сразу понял,что это доктор.
Аленкина мама сказала:
- Спасибо,профессор! Большое спасибо, профессор!
И она пожала ему руку. Видно,это был такой хороший доктор,что он всё знал,и его называли за это "профессор".
Он подошёл к Алёнке и сказал:
- До свидания, Алёнка,выздоравливай.
Она покраснела,высунула язык,отвернулась к стенке и оттуда прошептала:
- До свидания...
Он погладил её по голове и повернулся ко мне:
- А вас как зовут, молодой человек?
Вот он какой был славный: на "вы" меня назвал!
Я сказал:
- Я Денис Кораблёв! А вас как зовут?
Он взял мою руку своей белой большой и мягкой рукой. Я даже удивился,какая она мягкая. Ну прямо шёлковая. И от него всего так,вкусно пахло чистотой. И он потряс мне руку и сказал:
- А меня зовут Василий Васильевич Сергеев. Профессор.
Я сказал:
- Кислых щей? Профессор кислых щей!
Аленкина мама всплеснула руками. А профессор покраснел и закашлялся. И они оба вышли из комнаты.
И мне показалось,что они как-то не так вышли. Как будто даже выбежали. И ещё мне показалось,что я что-то не то сказал. Прямо не знаю...
А может быть,"кислых щей"- это всё-таки обидное,а?