Глава 21: ужин
От лица Джуниора
Ужин тянулся медленно. Не потому что еда была невкусной — наоборот, Джорджина постаралась, как всегда, — а потому что мысли Джуниора были где-то совсем в другом месте. Он механически крутил вилку в руках, иногда делал вид, что ест, но на самом деле почти не чувствовал вкуса. В голове снова и снова прокручивались одни и те же сцены: короткое «привет», холодный взгляд, её язвительная улыбка, будто она специально проверяет, выдержит ли он ещё один укол.
— Ты сегодня какой-то тихий, — заметила Джорджина, отложив приборы и внимательно посмотрев на него. — Обычно ты за ужином не замолкаешь.
— Нормально всё, — отмахнулся он, не поднимая глаз.
Он знал, что это звучит неубедительно. И, судя по взгляду отца, тот тоже это понял.
— Криштиану, — спокойно сказал отец, глядя прямо на сына. — Ты даже на тренировках таким не был. Что происходит?
Джуниор на секунду сжал челюсть. Он не любил говорить о личном. Особенно о таком. Но держать всё в себе становилось всё тяжелее.
— Я... — он замолчал, подбирая слова, потом тяжело выдохнул. — Я поссорился с одной девушкой.
За столом на мгновение стало тише.
— С девушкой? — Джорджина чуть приподняла брови, но в голосе не было ни удивления, ни осуждения — только интерес.
— С той самой? — тут же влезла младшая сестра, хитро улыбаясь.
— Ешь, — буркнул он, бросив на неё предупреждающий взгляд.
Отец откинулся на спинку стула, сложив руки.
— Ссоры бывают, — сказал он ровно. — Ещё помиритесь. Жизнь длинная.
Джуниор качнул головой.
— Не думаю, пап. Это не просто «поссорились». Я... я правда облажался.
Он впервые за вечер посмотрел им в глаза. И Джорджина сразу это заметила — ту самую смесь вины, злости на себя и тоски, которую не спрячешь.
— Что ты сделал? — мягко спросила она.
— Неважно, — выдохнул он. — Важно, что теперь она меня видеть не хочет. И делает вид, что ей всё равно.
— А тебе? — уточнила Джорджина.
Он замолчал. Потом честно ответил:
— Мне — нет.
Отец кивнул, будто услышал именно то, что ожидал.
— Тогда не сдавайся, — сказал он. — Если тебе правда не всё равно, ты должен это показать. Не словами, а поступками.
— Я пытался, — тихо ответил Джуниор. — Она меня отталкивает. Издевается. Делает вид, что я ей никто.
— Значит, ей больно, — спокойно сказала Джорджина. — Девочки редко так ведут себя, когда им всё равно.
Младшая сестра хихикнула:
— Ты влюблённый дурак, — заявила она с абсолютной уверенностью.
— Эй, — Джуниор хотел возмутиться, но получилось вяло.
— Она права, — улыбнулась Джорджина и легко потрепала его по волосам. — И в этом нет ничего плохого.
Он вздохнул, опустив взгляд в тарелку.
— Я не знаю, как всё исправить.
— Для начала, — сказала Джорджина, оживляясь, — перестань думать, что всё потеряно. Во-вторых, дай ей понять, что ты рядом. Не навязываясь. И, главное, не пытайся купить её внимание или «исправить» всё сразу.
Он чуть напрягся.
— Я и не собирался...
— Я знаю, — мягко перебила она. — Но ты привык решать многое действием, быстрым результатом. А тут нужно терпение.
Отец одобрительно кивнул.
— Иногда нужно просто подождать и быть честным, — добавил он. — И принять, что не всё зависит от тебя.
Джуниор молчал, но внутри он ловил каждое слово. Он представлял Доминику — её упрямый взгляд, приподнятую бровь, привычку фыркать, когда ей что-то не нравится. Он знал: давить на неё — худшее, что можно сделать.
— А если она так и не захочет? — спросил он тихо.
Вопрос повис в воздухе.
— Тогда ты будешь знать, что сделал всё возможное, — ответил отец. — И это тоже важно.
Младшая сестра закатила глаза.
— Она захочет, — уверенно сказала она. — Такие, как ты, потом снятся по ночам.
— Ты откуда вообще такое знаешь? — усмехнулся Джуниор.
— Я всё знаю, — заявила она с видом эксперта.
Джорджина рассмеялась, а потом снова посмотрела на него — уже серьёзно.
— Всё будет хорошо, — сказала она тихо. — Даже если не сразу. Главное — не ожесточайся.
Он кивнул. Впервые за неделю внутри стало чуть спокойнее. Не потому что проблема исчезла, а потому что он перестал чувствовать себя в ней один.
После ужина он поднялся к себе в комнату, лёг на кровать и уставился в потолок. Телефон лежал рядом. Контакт «истеричка💗» всё ещё был на месте.
Он не написал. Пока нет.
Но впервые за долгое время он подумал не «я всё потерял», а «я ещё могу попытаться».