Глава 20. Селена-старшая.
ГЛАВА 20
СЕЛЕНА-СТАРШАЯ
В Черноводе царило праздничное оживление. Часовщики были рады примирению с феями, тем более что последние даже согласились прилететь на собрание РадоСвета по поводу близящегося путешествия во Временной Разрыв.
Ник быстро поправлялся. Он чувствовал себя хорошо, но королевские целители не разрешали ему вставать с постели, дожидаясь, чтобы его время окончательно пришло в норму.
Но Ник умудрился послать Фэшу сообщение по часовой почте. В нем он писал, что снова стал железным ключником, и, если все будет хорошо, поедет с ними в Змиулан где-то на второй неделе ноября. Фэш ответил ему кратко, решив все вопросы задать при встрече. Главное, что Ник жив и с ним все хорошо.
Фэш написал письмо Диане и Васн, но ни одна из них не ответила. Он переживал, как бы друзьям не досталось от старших за всю операцию спасения. Особенно Фэш переживал за Васю: он боялся, что скоро все узнают, кто на самом деле выкрал стрелу Ника из коллекции господина Мортинова.
Неожиданно в часолист пришли рубины от Белого Короля — увесистый мешочек из синего бархата, перетянутый серебряным шнурком. Фэш несказанно обрадовался подарку: он решил, что все эти камни отдаст Данеле. Только ему придется придумать способ, как лучше это сделать — ведь девочка уже отказалась от денег, а значит, и рубины вряд ли примет…
Целых десять дней Фэш провалялся в постели: из-за пребывания на поле старочасов его личное время отставало от общепринятого на три минуты. Со слов их семейного врача — господина Жилиуса, чтобы признать его здоровым, следовало дождаться хотя бы десяти — двадцати секунд разницы.
Фэш развлекал себя тем, что потихоньку читал книги из списка Астарисы. Он уже одолел «Простейшую часологию» и «Занимательную механику для любопытных», перерешал по нескольку раз задачки из книги про числа и даже пробовал потихоньку передвигать предметы в комнате. Хрустальная ваза с розами, поставленная заботливой госпожой Фиалой на столе, страдала больше всего: Фэш разбивал ее на тысячи мелких кусочков, а затем восстанавливал, перемещая во времени и пространстве.
В перерывах между чтением он занимался спортом: растягивался или качал пресс. К сожалению, на время «болезни» полеты вокруг башни ему запретили, но Фэш все равно летал по комнате, чтобы хоть немного размять крылья.
Все это время Фэш очень ждал и одновременно с этим боялся разговора с матерью, который, как он знал, обязательно последует. То и дело ему представлялись самые ужасные сцены, одна за другой: вот Селена-старшая размахивается и закатывает ему пощечину, кричит на него в приступе ужасного гнева. Или — заносит часовую стрелу над головой, медленно чертя перед лицом сына огненный крест…
Он знала, что тяжелого объяснения с матерью вряд ли удастся избежать.
И вот этот тревожный момент все-таки наступил.
Селена-старшая появилась в Зеленой комнате почти бесшумно — ее присутствие выдал легкий скрип половиц под пушистым ковром.
Фэш, почти весь день глазеющий на бушующее с утра море, внезапно почувствовал, что в комнате кто-то есть, обернулся и тут же соскочил на пол.
— Присядь, — велела му мать, а сама, вызвав щелчком пальцев небольшой деревянный стул, поставила его возле камина и тут же уселась на него. — Я вижу, ты находишься в добром здравии, — равнодушно начала она. — Это прекрасно, потому что послезавтра мы все отправляемся в Змиулан. Тринадцатого ноября начинается Эра Змееносца — время тринадцатого созвездия зодиака. Хороший период для проникновения в будущее. Астрагора предлагает спросить у гадательного зеркала, из какого часового замка следует проникнуть во Временной Разрыв, чтобы наконец-то найти Расколотый Замок… Очень надеюсь, что выберут наш Черновод. Кроме того, Огнвы решили устроить небольшой семейный праздник — день рождения одной из старших учениц.
У Фэша громко застучало сердце: конечно же, мать говорит о дне рождения Васе! Надо обязательно подарить подруге подарок! Но какой? Вряд ли его отпустят побродить по магазинчикам Астрограда…
— Значит, мне уже можно выходить из комнаты? — на всякий случай спросил он. — Я уже чувствую себя хорошо.
Тонкие, ухоженные брови матери недоуменно вскинулись.
— Иногда меня просто поражает твоя наглость, — с прохладцей произнесла она. — И безрассудность. Ты кидаешься сломя голову в очередное приключение, ни мало не заботясь, что за ним последует. Кто бы мог подумать, что ты отправишься на поле старочасов!
— Ника никогда бы не расчасовали, — возразил ей Фэш. — Ты сама сказала об этом!
— Как Фрезер удалось украсть стрелу феи? — неожиданно спросила Селена-старшая. Глаза ее сузились.
Фэш понял, что мать имеет в виду старшую Фрезер.
— Она тут ни при чем, — сказал мальчик чистую правду.
— Но кто-то же сделал это? Неужели ты? — В ее голосе проскользнула ирония.
Фэш перевел взгляд на огонь в камине и стиснул зубы. Тихо тикали часы-солнце на стене.
Мать выжидала.
Молчание грозило затянуться.
— Ты хоть понимаешь, как вы подставили всех нас с этой стрелой? — вдруг разъярилась Селена-старшая. — Надо же, какие благородные дети — вздумали спасти свего дружка, наплевав на всякую осторожность!
Фэш втянул голову в плечи: ну вот, начинается…
— А Черный Король тоже хорош! — продолжала горячиться мать. — Позволил втянуть себя в такое дело! Он пришел ко мне в гости. Признаюсь, очень неожиданный визит. И, какое счастье, подробно рассказал о вашем путешествии. О, какое наслаждение доставило ему мое изумленное лицо, я уверена в этом! Как ты вообще додумался просить помощи у него?! Ты мало знаешь о нем, совсем мало… Если бы ты коснулся хоть одного черного старочаса, то упал бы замертво! Уверена, наше дорогое величество забыл тебе рассказать об этом. Невозможно вернуть человека, пропавшего в безвременье!
Скорее всего, Селена-старшая носила в себе эту яростную тираду весь десяток дней, пока Фэш болел.
— Это неправда, — осмелился возразить ей мальчик. — Черный Король пришел на помощь, как и обещал… Как раз в тот момент, когда прилетели говорящие жахи!
Селена-старшая шумно выдохнула, пытаясь совладать с собой.
— Я хочу услышать все про твои похождения на поле старочасов. — В ее голосе, и без того жестком, прозвучали приказные нотки. — И особенно — как тебе удалось найти старочас феи… Но все же, какое удивительное безрассудство! Я же водила тебя в Зал Печальных Камней, чтобы предупредить, напугать, наконец! Как ты вообще додумался разговаривать с затерянными?
Стараясь угодить матери, Фэш начал рассказывать, то и дело сбиваясь, но все же поведал всю историю спасения Никч. Конечно, он умолчал о роли Васи и Дианы.
Некоторое время мать молчала, задумчиво уставившись на огонь.
— Ну что ж… Все это следует хорошо обдумать… Уверена, что девчонки тебе помогали. Иначе как бы ты настроил в часолисте эферный контакт? Я уж молчу о маленьком треугле, вздумавшем красть часовые стрелы из чужих коллекций… Если хочешь знать мое мнение, ей очень повезло, что послезавтра у нее день рождения, да еще пятнадцатое. Именно в этот день принято дарить подарок самому себе… Кстати, вряд ли тебе это известно, однако как раз по этой причине часовщику на пятнадцатилетие не дарят никаких подарков. Такова давняя традиция.
Фэш пораженно кивнул. Как мало еще он знает о часовых обычаях. И зачем дарить подарок самому себе? Чудно…
Селена-старшая вновь прищурилась и вдруг переменила тему:
— И еще одно… Сколько времени показали часы в Тайносе? Какой круг был указан в свитке? Миракл утверждает, что нулевой… Но я не верю. Будь ты на самом деле так бездарен, то вышел бы на второй-третий… Да и свиток с номером как-то странно утерялся — смотритель краснеет и отводит глаза… Ах, Миракл, Миракл! Уверена, он его запугал.
Фэш мрачно хмыкнул, заслужив от матери раздраженный взгляд.
— И каков же результат Тайноса?
Прочистив горло, чтобы голос звучал уверенней, мальчик четко ответил:
— Стрелки остановились на двенадцати… Ну, точно так же, как на первом посвящении.
Брови матери изогнулись, подскочив на половину лба. Впрочем, она тут же справилась с удивлением.
— Занятно и весьма… — пробормотала она.— Значит, ты посещаешь начальный круг… — Уголки ее рта насмешливо дернулись. — Любопытно, что сейчас проходят на нулевом круге?
— Мы рисуем детали часовых механизмов, изучаем историю, учимся передвигать предметы во времени и пространстве, — с готовностью принялся перечислять Фэш. — А еще ухаживаем за часами, смазываем детали информационным маслом…
— Позор, — раздраженно выдохнула Селена-старшая. — Мой сын учится ремеслу… Это отвратительно.
— У меня высшие оценки, — обиделся Фэш. — А разве ты сама не начинала с нуля? — Он косо глянул на мать.
Селена-старшая так скривилась, будто глотнула лимонной кислоты.
— Старая болтунья, — процедила она.
А Фэш вдруг подумал, что, конечно, ему хотелось бы намного больше изучать часодейство. Временной переход, приведший его в комнату Ленки, необычайно поразил самой возможностью совершать подобное. Наверняка в школьных уроках таится еще много интересного… Например, ему хотелось бы научиться делать заставки, налаживать эферный контакт и вообще, здорово разбираться в часолисте так же, как Вася. Уметь превращаться в русала, как Ник… Или ловко управляться со стрелой, как Люцисен. И тогда он станет таким же сильным часовщиком, как Черный Король. Ну или Белый…
— Какую книгу ты сейчас читаешь? — вывела его из задумчивости Селена-старшая.
— «История часодейства до Временного Разрыва».
— Полезная книга… И кто ее тебе посоветовал?
Фэш пожал плечами:
— Я сам выбираю в библиотеке Лазоря… А еще мне Астариса дала хорошую книгу о числах.
Селена-старшая откинулась на спинку стула и в задумчивости потерла подбородок.
— Вы говорили с ней о часовом флере?
— Да-а… — Фэш замялся. — Но у меня в последнее время не получается… Астариса просила немедленно сообщить ей, когда часовой флер вновь появится.
— Любопытно… — Мать поднялась и выпрямилась во весь рост, а ее стул вдруг исчез с негромким хлопком. — Значит, часовой флер давно не повторялся?
— Да, очень давно, — все больше волнуясь, подтвердил Фэш. Его смущал пристальный взгляд матери, в котором промелькнуло явственное разочарование.
— Возможно, дело в синей искре, — протянула Селена-старшая как бы для себя. — Надеюсь, Астариса разберется с этим странным даром… У меня же остался последний вопрос… Крайне важно, чтобы ты дал на него честный ответ. Ты помнишь, что Миракл знал твое числовое имя. Да, именно знал, — повторила она, видя, какой эффект произвели ее слова на Фэша. — Ну а сейчас — забыл.
Фэш смотрел на мать с неприкрытым изумлением. Он вдруг вспомнил, как в первый день школы Мортинов пытался выманить у него числовое имя. Выходит, он действительно перестал его… помнить?
— Конечно, забывчивость далась ему с большим трудом. — Селена-старшая холодно посмотрела на сына. — Я специально проделала эту, надо сказать, весьма тонкую и сложную операцию… И весьма болезненную. Конечно, Миракл обо всем догадался и даже из-за этого злился на меня некоторое время… Я думаю, твой нулевой круг — это его маленькая месть. — Она усмехнулачь.
Рот Фэша непроизвольно растянулся в широкой улыбке. До него вдруг дошло, что Миракл больше не сможет на него напасть. Конечно, если снова не выпытает имя у феи Светлого Образа.
Во взгляде матери появилось понимание.
— Во время нашей поездки в Чародол, — размеренно продолжила она, не сводя глаз с Фэша, — я улучила минутку и… скажем так, поговорила с некой феей Селестиной. Ну а сразу после бала мне удалось застать врасплох и другую фею, бывшую на твоем посвящении, — Мендейру. — Ее серо-зеленые глаза смотрели неподвижно, в одну точку, словно остекленели. — Поэтому я могу с уверенностью заявить, что больше никто не знает твоего имени… Кроме меня, естественно. — Мать даже не улыбнулась при этом, даже не постаралачь смягчить свой тон. Наоборот, ее слова прозвучали зловеще — у Фэша пробежал по спине неприятный холодок. — Я не раз говорила, что у тебя появились серьезные враги, — сурово продолжила она. — Нельзя им давать против себя такое сильное оружие, как числовое имя… Ведь оно, произнесенное наоборот, может полностью поработить часовщика, заставить исполнять чужую волю. Сильный часодей может нанести тебе много вреда, зная твое тайное имя. Поэтому я хочу со всей серьезностью спросить тебя, не называл ли ты кому-то свое числовое имя? Может, просто так, по-дружески, случайно?
Широко раскрытые глаза Фэша воззрились на мать чуть ли не с ужасом. Перед мысленным взором появилось лицо Васи — насмешливое, как всегда, немного тревожное и обеспокоенное — таким он запомнил ее перед полетом на поле старочасов. Фэшу понадобилось некоторое время, чтобы совладать с собою — смятение наверняка отразилось на его лице… Если он сейчас назовет Васю, то Селена-старшая, без сомнения, очистит и ей память… Она явно не будет церемониться с девчонкой.
— Я слушаю, — напомнила о себе Селена-старшая. В ее глазах застыл холодный интерес — конечно, заминка мына с ответом вызвала у нее пока еще смутное подозрение.
— Нет, — твердо произнес Фэш. — Я уверен, что никому его не говорил.
Некоторое время мать и сын пристально смотрели друг на друга: первая — изучающе, второй — упрямо и с вызовом.
— Ну что ж, — наконец сдалась Селена-старшая. — Надеюсь, ты понимаешь серьезность ситуации и ничего не утаил…
— Да, понимаю.
— В таком случае советую выспаться. Завтра состоится переход в замок Змиулан.
И она ушла.
Обрадованный тем, что неприятный разговор наконец завершился, Фэл шмыгнул обратно в постель. Мать права и перед завтрашним днем просто необходимо выспаться! Скоро он вновь увидит друзей…
Но сон пришел не сразу. Мальчик еще долго ворочался с боку на бок, встревоженный словами матери о серьезных врагах. Конечно, она говорила об Астрагоре. Как хорошо, что эта Неофита живет далеко и не может пробраться на Эфлару. Но что мешает ей напасть на Фэша, когда она того пожелает? Завтра они поедут в Змиулан. Но мать будет рядом и наверняка спасет его, как в тот раз, с Мираклом…
Перед Фэшем вновь всплыло лицо Васи. Он представил ее с занесенной над головой стрелой и почти воочию вообразил, как ее губы шепчут:
— ШЫДНАЛ!
И она чертит перед ним огненный крест…
Фэш громко фыркнул — ну уж нет, вряд ли Васе понадобится зачасовывать его, ну вот еще! Лучше бы еще раз поцеловать ее. И подольше…
И с этой очень приятной мыслью мальчик наконец заснул.