Глава 89.
Вместо того чтобы подарить ей персик, он позволил ей измерить море звезд.
Праздничные каникулы в честь китайского Нового года продлевались снова и снова, вплоть до середины февраля. Приостановке работы и бизнеса не было конца, школы объявили, что пока не будут открываться, и время от времени появлялись новости о новых вспышках эпидемии, что приводило к закрытию городов. В таких условиях одно за другим приостанавливались международные авиарейсы, а Соединенные Штаты начали ограничивать въезд путешественникам из Китая.
Тот, что с Лонг-Айленда, позвонил Янь Айхуа и спросил:
— Теперь ты жалеешь об этом, не так ли?
И неясно, хотел ли он так убедить ее вернуться или позвонил просто позлить.
У Янь Айхуа была грин-карта, не влияющая на въезд в США, и также был забронирован обратный билет, однако после его этих слов она разозлилась и решила просто вернуть деньги за билет, не уезжая.
Дин Чжитун хотела убедить мать, что мужчину с небольшим количеством мозгов можно избежать, но оставалось еще туристическое агентство, в конце концов, оно было ее сердцем и душой на протяжении двадцати лет.
Янь Айхуа, однако, видела ситуацию насквозь и объяснила ей:
— Чем я займусь там, вернувшись сейчас? Изначально это были ведь туристические группы с китайцами, а каким бизнесом там можно будет заниматься сейчас? С таким же успехом я могу просто остаться здесь и побыть со своей семьей.
В этих словах был смысл, но Дин Чжитун также знала, что она уже какое-то время жила вместе со стариной Дином. Хотя она их и раскусила, но не стала выдавать этого и решила дождаться, когда они сами однажды сделают официальное заявление.
По сравнению с бывшим мужем с Лонг-Айленда, владелица дома из Куинса очень переживала за знакомую по игре в покер, которая вернулась в Китай, и часто спрашивала Янь Айхуа в WeChat, как идут дела в Шанхае? Она также отправила ей две коробки масок N95 в качестве небольшого вклада.
Только вот никто не ожидал, что ситуация сыграет с ней такую шутку: непонятно, то ли владелица дома решила отправить их морем, чтобы сэкономить, то ли международная почта в то время шла очень медленно, но маски еще не прибыли, когда эпидемия внутри страны была почти под контролем, а в Нью-Йорке все, напротив, пошло наперекосяк.
Говорили, что больницы там переполнены пациентами, палат не хватает, аппаратов искусственной вентиляции легких не хватает, и даже самые элементарные средства защиты не могут удовлетворить потребности медицинского персонала. Бизнес владелицы по продаже медицинских товаров онлайн начал развиваться, у нее было тысячи друзей в WeChat. Из-за того, что она опубликовала сообщение об отправке масок N95 в Китай в кругу своих друзей, ее обвинили в ведении одиночного бизнеса и краже американских материалов по профилактике эпидемий. Она была так зла, что не заботясь о своих продажах, тут же заблокировала группу людей на своей странице.
Но страх брал верх над гневом. Недалеко от дома, который она сдавала в аренду, находилась больница в Куинсе, и какое-то время можно было видеть, как каждый день из морга в транспортеры, грузовик за грузовиком, вывозили бело-голубые мешки — сначала на каталках, потом просто на вилочных погрузчиках.
Статистика всегда отстает от наблюдений невооруженным глазом. К концу февраля число подтвержденных случаев заболевания и смертей в Соединенных Штатах начало стремительно расти.
Владелица дома тоже подумывала о возвращении домой, но, проверив стоимость авиабилетов, просто сдалась. Авиабилеты, которые обычно стоили несколько тысяч юаней, подорожали до 10 000 или 20 000, и их трудно было достать. Более состоятельные люди из ее окружения уже обсуждали возможность создания группы для аренды бизнес-джета, чтобы вернуться домой.
Янь Айхуа наблюдала за этим поворотом событий в новостях и в кругу друзей, и, хотя она была удивлена, ей захотелось позвонить тому типу на Лонг-Айленд и вернуть ему его же слова: «Ну как? Жалеешь об этом?»
А потом добить его: «О, точно, сожалеть бесполезно, ты не сможешь вернуться».
Приятно было думать об этом.
Но в итоге она не стала этого делать, посчитав такое лишним.
Она просто поделилась своими воспоминаниями с Дин Чжитун, сказав:
— В тот год, когда я уезжала за границу, знаешь, какой длинной была очередь из ожидающих визы людей у здания американского генконсульства на улице Хуайхай? Когда выходили те, кто получил визу, группа людей ликовала, а те, кому было отказано, рыдали прямо там. Сейчас думаю об этом, и это было просто безумие...
Вздрогнув, она вздохнула:
— Прошло почти тридцать лет, и я не понимаю, для чего все это было нужно...
Дин Чжитун просто отшутилась, чтобы успокоить мать:
— Не думай так. Мы все одинаковы, все делаем ради денег. Разве до сих пор нет людей, которые фиктивно разводятся, чтобы купить дом?
На самом деле, она тоже испытывала много чувств, зная, что ее родители разошлись в поисках лучших «денежных перспектив». Теперь, оглядываясь назад, можно сказать, что все это больше было похоже на сон. Но кто может предсказать будущее? Кроме того, взлеты и падения на этом пути не лишены смысла, и никогда не поздно начать все сначала. Весь опыт, полученный человеком в этом мире, не может быть напрасным.
Хотя эпидемию в стране удалось взять под контроль, меры профилактики и контроля не ослабли, и ее влияние на различные отрасли промышленности по-прежнему было велико.
К примеру, бизнес-инкубатор, созданный Дэн Байтином и Сун Минмэй, инвестировал в стартапы, но после месяца простоя уже не мог продержаться, и когда они смогут возобновить нормальную работу, пока было трудно сказать. Некоторые компании проводили массовые увольнения, в других партнеры не могли прийти к согласию и вступали в конфликт, а в третьих CEO просто пропадали без вести. Позже они находились — в больницах, но не из-за эпидемии, а из-за сильного стресса, сопровождающегося тревожным расстройством, тиком и тремором глаз, из-за чего они совершенно не могли работать.
Для таких малых предприятий такая остановка могла означать, что они больше не смогут возобновить свою деятельность, а инкубаторы, предоставляющие инвестиции на ранней стадии развития, также окажутся в затруднительном положении. В обычных условиях невозможно инвестировать в десять компаний и потерять все средства, но в условиях пандемии действительно есть вероятность потерять все вложенные средства.
Дэн Байтин все так же оставался вспыльчивым, при возникновении проблем он легко поддавался эмоциям, в результате чего сразу возникло несколько споров, и сейчас он вел более десятка дел, ожидая судебных разбирательств с инвесторами.
В то же самое время Сун Минмэй присоединилась к культурной медиа-компании, которая была основана менее полугода назад и насчитывала в общей сложности пять человек. Компания специализировалась на создании фильмов и видеороликов, а также на коммерческой фотографии и видеосъемке. В начале года она только начала приносить небольшую прибыль, но неожиданно столкнулась с пандемией. Невозможно было получить разрешение на возобновление работы, и подписанные ранее контракты на коммерческую съемку не могли быть выполнены, что грозило штрафными санкциями за нарушение условий договора, но при этом компания должна была продолжать платить аренду и заработную плату. На счете оставалось всего несколько десятков тысяч юаней, и казалось, что компания не сможет продолжить свою деятельность.
Сун Минмэй дала им определенную сумму денег, получив 20% акций, а затем предложила им обратиться в местные власти с просьбой о предоставлении им возможности добровольно снимать видеоматериалы о борьбе с эпидемией. Так 10 февраля они получили первую партию разрешений на возобновление работ.
Сама же она возобновила работу своего аккаунта «Цветочная улица Минмэй» и начала снимать 10-минутные видеоролики на финансовую тематику. Причина заключалась в том, что так много людей, сидящих дома без дела, обязательно будут нуждаться в развлечениях, а от просмотра чисто развлекательных программ неизбежно возникает чувство вины, поэтому у познавательных программ обязательно должен был быть рынок сбыта.
Дин Чжитун с этой точкой зрения согласилась. Кроме того, в то время число подтвержденных случаев заболевания в Италии и США продолжало расти, а международные пассажирские и грузовые перевозки были значительно сокращены из-за пандемии. Цены на нефть уже падали, и, полагаясь на свою интуицию, она предположила, что американские акции тоже не удержатся, поэтому посоветовала Сун Минмэй заняться этой тематикой, поскольку она могла бы стать горячим трендом.
Сун Минмэй была более равнодушна и сказала:
— Я не особо задумывалась о том, что мне обязательно нужно чем-то заняться, лишь хотела доказать, что я в хорошей форме, когда начнется судебное заседание. Компания старины Дэна была ликвидирована, он остался без работы и теперь занят судебными разбирательствами, так что времени на заботу о детях у него нет.
Она выглядела действительно хорошо, по-прежнему была уверенной в себе, яркой и очаровательной.
Дин Чжитун улыбнулась, услышав это, и напомнила ей:
— Не переусердствуй.
— Я все понимаю, — кивнула Сун Минмэй, сложив ладони вместе, — и все же ничего не сравнится с тяжелой работой заботы о детях. Поскорее бы уже начался учебный год, чтобы хоть на время избавиться от этой мелкоты.
— Если в какой-то момент тебе это надоест, можешь просто оставить их мне, — предложила Дин Чжитун.
— Ты же не всерьез? — Сун Минмэй была приятно удивлена.
Дин Чжитун ответила:
— Конечно, всерьез, я же не просто так зовусь крутой тетей.
Но через несколько дней Сун Минмэй не привела ей детей, а позвонила, чтобы спросить ее мнение о международных ценах на нефть. Дин Чжитун понимала, что это та самая тема, которую она предложила ей ранее. Также совпало, что первым проектом, с которым она официально вошла в отрасль, была энергетика.
Словно рассказывая сказку, она опустила те дни борьбы до рассвета, лежавшего в ICU коллегу, дилемму между зарабатыванием денег и просто возможностью выжить, и рассказала только об истории эволюции и технологии добычи сланцевой нефти и сланцевого газа в Соединенных Штатах. До сих пор стоимость добычи в 3-4 раза превышала стоимость добычи на Ближнем Востоке, и в нынешней ситуации, когда в мире разразилась пандемия, когда экономическая активность снизилась, а Саудовская Аравия и Россия вели ценовую войну, ситуация выглядела довольно мрачной. Не рекомендовалось открывать короткие позиции, поскольку еще неизвестно, где находится дно.
В конце концов, это было событием, которое случается раз в несколько столетий, и она озвучила все это просто так, не ожидая, что в марте международные цены на нефть упадут пять раз подряд, а в мае фьючерсные цены станут отрицательными. Кроме того, из-за необычных действий одного из отечественных банков, который не закрыл принудительно позиции, инвесторы не только потеряли весь свой капитал, но и должны были доплатить залог, проснувшись утром с долгом в несколько миллионов перед банком, что на время стало горячей темой в новостях.
Сун Минмэй рассказала Дин Чжитун, что тот выпуск видео стал очень популярным, зрители назвали его «божественным предсказанием» и снова обратились к ней с просьбой снять продолжение.
На Дин Чжитун внезапно снизошло озарение, и она решила изменить свой подход, чтобы вновь поднять старую тему:
— Я лучше познакомлю тебя с одним экспертом. Независимо от того, о чем ты хочешь поговорить в будущем, он определенно будет лучше меня.
— Ты о ком? — спросила Сун Минмэй.
Дин Чжитун ответила:
— Это мой mentor.
Он больше не был ее боссом, но mentor раз — mentor навсегда.
Цинь Чан уволился, и персика ей так и не досталось. Но когда после праздников возобновилась доставка посылок, она получила коробку из Гонконга. Распаковав ее, она обнаружила черный футляр, а в нем — перьевую ручку Цинь Чана из серии Shoot The Moon* бренда Dupont, своей отделкой напоминающей звездный компас. Он получил ее в подарок, когда только получил должность MD.
В коробке не было записки, но, глядя на ручку, Дин Чжитун вспомнила слова Цинь Чана: «Твой путь в этой индустрии еще не закончен».
Вместо того чтобы подарить ей персик, он позволил ей измерить море звезд.
Примечания:
1* Shoot The Moon — достичь невозможного (с англ.)