финальная
Конец учебного года неумолимо подбирается, всё больше утягивая в свои хищные лапы и заставляя запариваться над закрытием долгов, сдачей работ и беготнёй по кабинетам в поисках нужных преподавателей. А когда жара забирает свое правление у приятной весенней прохлады, Антону всё меньше хочется заниматься какими-то там учебными делами и всё больше - тусоваться под кондиционером, вкусно кушать, обниматься с любимым человеком и заниматься с ним всем тем, чем обычно занимаются любящие люди.
Поэтому Антон почти не появляется дома и даже начинает задаваться вопросом, а где вообще его дом, ведь в обеих квартирах - какие-то его вещи, тетради и учебники, зубные щётки, которых теперь тоже две, и если основываться на выражении «дом там, где ждут», то ни хрена понятнее не становится.
Его ждут везде.
И это греет вообще-то. Однако становится тяжело разрываться, когда в определённый день со всей силы тянет к Арсению, а мама печёт пирожки. К счастью, та всё больше смиряется с Антоновыми отношениями, что занимают гигантскую часть его времени и жизни в целом, и со спокойной душой отправляет на ночевку, протягивая пакет с пирожками, которых хватит на двоих.
Отчим теперь тоже в курсе всех дел, и пусть уровень его понимания далёк от маминого, их общение не переживает никаких изменений. И Антон чувствует себя самым счастливым на свете, ведь всё налаживается, а из проблем - долбаная учеба вместе с долбаной жарой.
- Арс, это я!
А ещё у Антона есть свои ключи к квартире, в которой он всегда желанный гость - и гость ли уже? Поэтому он привычно скидывает кеды, бросает рюкзак на диванчик в прихожей и спешно направляется в кухню, в которой Арсений проводит почти всё свободное время, уткнувшись в ноутбук то за обучением, то за... обучением на онлайн-курсе.
- Там такая жара, я ща умру! Хочу в душ, и ты идёшь со мной, - громогласно продолжает Антон и огибает угол, оказываясь в пространстве кухни. - Ой... здрасьте.
Три пары глаз открыто смотрят на него, и только Арсений ещё и складывает губы писей, едва сдерживая улыбку.
- Антон?.. - наконец отмирает его мама и быстро-быстро моргает, словно ей в самом деле могло привидеться его появление в этих стенах. Отец же хмуро осматривает с головы до ног и качает головой.
- А... да. Я, пожалуй, пойду, - Антон дёргается обратно, намереваясь спрятаться уже непосредственно в ванной, однако тётя Таня останавливает его взмахом руки.
- Нет, это мы уже пойдём, засиделись... - вздыхая, говорит она, но, к Антонову удивлению, в её голосе нет ни капли гнева или осуждения.
Антон уверен, что это их первый визит в эту квартиру после двухмесячного перерыва в общении с сыном, и теперь ему ужасно неловко за своё бесцеремонное появление. Он хотел бы возразить, но Арсеньевы родители уже поднимаются из-за стола и направляются к выходу.
Антон вжимается спиной в стену коридора, пропуская всех троих мимо себя, ловит насмешливый взгляд Арсения и невольно краснеет, хотя уже давно отучился реагировать на него подобным образом.
- Ну, заезжайте ещё, - говорит Арсений, провожая. Мама крепко обнимает его в ответ, треплет по голове, всё не отпуская из рук, а отец в стороне только молча хлопает его по плечу и тянет супругу на выход.
- Береги себя, хорошо? - отстраняясь, лепечет тётя Таня. - Ты уже такой взрослый и... - она бросает короткий взгляд на Антона, - ладно.
Арсений закрывает за родителями дверь, разворачивается и беззвучно смеётся, прислоняя ладонь ко рту.
- Ну ты молодец, эффектно появился, - наконец говорит он, медленно, словно хищник, подбираясь ближе. - Я только подвёл к тому, что живу не один, а тут ты - собственной персоной, - он встаёт вплотную, вынуждая ещё сильнее вжаться в стену. - Браво.
- Бля, Арс, прости, я не ожидал...
- Забей, - шепчет он, обжигая дыханием подбородок. - В душ, говоришь? Вперёд, герой.
Антон влетает в ванную под всё ещё хитрым, почти опасным взглядом, спешно раздевается, бросая вещи сразу в корзину для белья, спотыкается о бортик, когда запрыгивает в ванну, и уже внутри скачет на одной ноге, растирая занывшую от боли стопу. Арсений качает головой, вздыхая, и тихо говорит:
- И ведь всё равно люблю же.
Антону хочется глупо улыбаться, и он глупо улыбается, включая воду, пока Арсений стягивает с себя домашнюю футболку со штанами, а затем присоединяется к Антону под тёплые струи воды.
- Помирились, да? - уточняет Антон, растирая мыло между ладонями.
- Ага, - Арсений с облегчением выдыхает, тут же меняя насмешливое выражение лица на расслабленное, довольное, словно всё напряжение после визита родителей смывается водой, возвращая Антону человека, к которому он за месяцы бок о бок привык. - Всё сложилось гораздо лучше, чем я думал.
- Как это?
Арсений забирает мыло, полощет под струями, чтобы теперь самому зажать его в ладонях.
- Отец признался, что только и ждал момента, когда я что-то против скажу. Говорит: всё правильно. Но ему ещё тяжело даётся принять тот факт, что я трахаюсь с мужиком.
- А мама?
- Она не ждала. Но сказала, что у неё было достаточно времени всё переосмыслить, и, кажется, теперь мы... станем нормальной семьёй?
Антон встаёт под лейку, смывая пену со всего тела, а затем отступает в сторону, пропуская Арсения, ведь следующий этап он планирует осуществить сразу же после того, как тот проделает то же самое.
- Я рад, что всё наладилось, - улыбается Антон и тянет за руку, вжимая в себя мокрое тело. Он ведёт ладонью по щеке, гладит большим пальцем скулу и продолжает: - Мама нам пирожки передала.
- С яблоками?
- Твои любимые.
- Обожаю твою маму!
Антон смеётся, накрывая в поцелуе Арсеньевы губы, тянется языком в рот, тут же встречая чужой, а затем всего на мгновение решает отстраниться, чтобы уточнить:
- Арс... а где собака?
- Бля!
Арсений выпрыгивает из ванны и, оставляя мокрые следы на полу, несётся наружу, и любопытство Антона не оставляет других вариантов, кроме как выбраться следом - правда, успеть ещё выключить воду и захватить полотенце, - и он, оборачивая бёдра уже на ходу, идёт по следам в спальню, откуда с недовольной мордой выходит Франц, громко похрюкивая.
- И чё произошло? - Антон заходит в комнату, где Арсений, развалившись на кровати звездой, громко смеётся.
- Да он начал ебать игрушку прямо на кухне, когда мы с родителями общались, и я закрыл его с ней здесь, - с улыбкой рассказывает Арсений. - Похоже, мы ему дурной пример подаём.
- Ну не знаю, - хохочет Антон, забираясь на кровать, и подхватывает Арсения под колени, подталкивая развернуться спиной. - По-моему, отличный пример.
Он спускается поцелуями по позвоночнику, ладонями оглаживает бока, задевает большими пальцами ямочки на пояснице, а затем разводит ягодицы, уже языком проходясь от копчика и ниже.
- Ладно... Возможно, ах, это не самый плохой прим-м-мер...