18😭
Утро было серым, тяжелым, как бетонная плита. Нил проснулся первым, чувствуя, как в висках стучит вчерашняя недосказанность. Коля подорвался следом, злой и помятый. На кухонном столе зазвонил телефон - Даша. Голос дрожал: «Родители сорвались в область к бабке, на два дня. Мне не по себе тут одной».
Коля матерно выругался, натягивая футболку.
- Слышь, Нил, дай ключи от «Бумера». Мне надо к пацанам в центр заскочить, перетереть за вчерашний штраф ментам, а то они там берега попутали. А ты дуй к мелкой, посиди с ней, пока я не вернусь.
Нил молча кинул ключи. Металл звякнул, Коля поймал их на лету и вылетел из бокса. Если бы Нил знал, что видит этого придурка живым в последний раз, он бы, сука, дверью его пришиб, чтоб никуда не уехал.
Нил дошел до дома Даши пешком. Город казался вымершим, только воронье орало на облезлых тополях. Поднялся, зашел. Даша, русая, бледная, в той самой огромной футболке, выглядела потерянной.
- Чё ты, малявка? - Нил прошел в зал, по привычке проверяя затворы на окнах.
- Не знаю, Нил. Чуйка какая-то... хреновая. Где Коля?
- Приедет скоро. По делам погнал.
Через час зазвонил его мобильник. Номер незнакомый. Нил прижал трубку к уху, и мир вокруг начал медленно осыпаться пеплом.
- Нил? Это Граф. Короче... Коляна больше нет. На перекрестке у рынка «девятка» подрезала, в упор из двух стволов. Он даже волыну достать не успел. Машину твою в решето превратили. Прости, брат, мы не успели.
Нил не уронил телефон. Он просто застыл, глядя в стену. Внутри что-то окончательно лопнуло. Тот самый Коля, с которым они делили пайку на зоне и патроны в подворотнях, теперь лежал на асфальте, истекая кровью в салоне его любимой машины.
- Нил? Что случилось? - Даша подошла сзади, вцепившись пальцами в его черную зипку «Адидас».
Нил сглотнул ком, который стоял в горле как кусок арматуры.
- Пошли погуляем, Даш. Дома душно. Оденься потеплее.
Он вел её по дворам, выбирая самые глухие тропы. В голове крутилась одна мысль: как сказать этой девчонке, что её единственная опора теперь гниет в морге? Его харизма, его сила - всё это сейчас казалось ебаной шуткой. Он был киллером, зверем, а сейчас не мог выдавить из себя два слова.
Они зашли в длинную, темную подворотню между сталинками. Снег здесь был грязный, вперемешку с сажей.
- Даша, я должен тебе сказать... - начал Нил, остановившись.
Договорить он не успел. Из тени за мусорными баками вынырнули две фигуры. Блеск металла, сухой щелчок затвора. Нил среагировал инстинктивно - закрыл Дашу собой, пытаясь выхватить свой ствол из-за пояса широких джинсов.
Грохнул выстрел. Резкая, обжигающая боль в груди откинула его назад. Нил ударился спиной о кирпичную стену, сползая вниз. Вторая пуля вошла в плечо.
- Нил! - закричала Даша, падая рядом на колени.
Он схватил её за руку, пачкая светлую куртку своей кровью. Изо рта пошла густая, соленая пена.
- Уходи... сука, беги отсюда! - прохрипел он, чувствуя, как жизнь вытекает через дыру в груди. - Беги, Даша... Коля... Коля умер. Его убили. Беги, пока они...
Стрелки уже скрылись в лабиринте дворов, выполнив заказ. Нил смотрел, как Даша, обезумев от ужаса и горя, срывается с места и бежит в сторону своего дома. Её русые волосы мелькали в сером мареве, пока не исчезли за поворотом. Нил закрыл глаза. Холод сковывал тело, а перед глазами плыли те самые фантазии, которые теперь никогда не станут реальностью. Конец. Ебаный конец.
Даша добежала до своего подъезда, задыхаясь, захлебываясь слезами. Она влетела внутрь, надеясь спрятаться за железной дверью квартиры, но на первом этаже, прямо у лестницы, её уже ждали.
Это не были бандиты. Это были те самые отморозки, которых Нил вчера приложил головой об перила. Только сегодня их было пятеро, и они были злы. Злы на весь мир и на этого рыжего, который посмел их унизить.
- Чё, малявка, защитнички твои сдохли? - один из них, с опухшим лицом, перегородил ей путь.
Даша попыталась закричать, но сильный удар в лицо сбил её с ног. Её начали забивать методично, со звериной жестокостью. Тяжелые ботинки врезались в ребра, в голову, в живот. Она не сопротивлялась - после слов Нила о смерти брата ей уже было всё равно.
Её бросили около спуска в подвал. Даша лежала неподвижно, глядя в потолок заплывшими глазами. Кровь, густая и горячая, медленно вытекала из разбитой головы. Она поползла вниз по бетонным ступенькам, одна за другой, рисуя длинную, страшную дорожку.
Ступенька... еще одна... кровь стекала до самого конца, до самой железной двери подвала, застывая на ледяном полу.
В подъезде воцарилась гробовая тишина. Никаких банд, никакого «Адидаса», никакой музыки в ДК. Только три трупа в разных концах этого проклятого города. Нил, Коля и Даша. Их история закончилась в грязи и крови, как и тысячи других в эти ебаные девяностые. Город сожрал их, переварил и даже не поперхнулся.
Зима продолжалась, заметая следы на грязном снегу.