6
Машина плавно катилась по ночным улицам, пока Нил не притормозил у круглосуточного ларька, утопающего в ядовито-синем неоновом свете.
- За сигами я, - бросил Нил, хлопая дверью. Его высокая фигура в черной толстовке быстро скрылась в дверях магазина.
Коля остался один. В салоне всё еще витало то странное напряжение, которое началось после школы. Он вспомнил, что завтра утром надо заскочить в банк, а паспорт, кажется, остался в бардачке после последней проверки документов на трассе.
- Где он там... - пробормотал Коля, открывая крышку.
Он начал разгребать завалы: чеки с заправок, какие-то старые квитанции, россыпь патронов. И тут его пальцы наткнулись на сложенный вчетверо листок. Коля замер. Он знал, что Нил ведет свои «записки охотника» - выписывает туда косяки врагов, расклады по бабкам и имена тех, кого пора бы прижать к стенке.
«Чё он там опять накарябал? Кого на этот раз в список смертников занес?» - с усмешкой подумал Коля и развернул бумагу.
Глаза быстро побежали по строчкам. Сначала он нахмурился, потом его брови поползли вверх. Это был не план разборки. Это были мысли. Грубые, пацанские, с матами, но пропитанные такой искренностью, от которой у Коли перехватило дыхание. Читая про «солнце», про чистые глаза и про то, как Нила «бесит» эта тяга к девочке, Коля медленно осознавал - это про Дашу.
Дойдя до последней строчки - «жаль, что возраст не позволяет», - Коля замер. В груди шевельнулось что-то странное. Злость? Да, немного кулаки сжались. Всё-таки сестра, малявка еще. Но с другой стороны... Коля знал Нила как облупленного. Рыжий был псом верным, честным и, несмотря на всю свою бандитскую харизму, за гнилыми делами замечен не был. То, что он не полез к ней, а выплеснул это на бумагу, вызывало у Коли неожиданное уважение.
«Ну ты и романтик хренов, Нил», - Коля тихо усмехнулся про себя, аккуратно сложил листок и запихнул его точно туда же, где он лежал. Следом он выудил паспорт и захлопнул бардачок.
Сидя в тишине, он вдруг начал смеяться. Не в голос, а так - в кулак. Представил Нила, этого двухметрового рыжего громилу, который на базе коммерсов в бараний рог скручивает, а по ночам сидит в «Бумере» и про «солнце» пишет.
Дверь открылась, в салон ворвался холод и запах свежих сигарет. Нил бросил пачку «Парламента» Коле на колени.
- На, держи. Чё ты лыбишься, как кот на помойке? - Нил подозрительно прищурился, вставляя ключ в замок зажигания.
- Да так... - Коля открыл пачку, вытянул сигарету. - Подумал тут, Нил. Ты вот всё про дела, про разборки... А ведь время летит. Ты бы хоть о личной жизни подумал. Мож, нравится тебе кто? Ты ж у нас харизматик, бабы за тобой косяками ходят.
Нил замер, не успев довернуть ключ. Сердце у него пропустило удар. Он быстро глянул на Колю, потом на бардачок.
- Чё ты несешь, Колян? Какая личная жизнь? У нас работа такая - сегодня здесь, завтра в канаве. Не до нежностей.
- Ну не скажи, - Коля затянулся, пуская дым в приоткрытое окно. - Бывают такие девчонки... ну, знаешь, «солнечные». К ним тянет, а подойти нельзя - кодексы всякие, возраст, братцы ревнивые...
Нил сглотнул. До него начало доходить. Лицо его на секунду стало пунцовым, а потом он резко отвернулся к окну.
- Слышь, Никола, ты чё, перегрелся? Какие солнечные? Какие братцы? Давай, бля, поехали уже, а то пацаны заждались.
- Да ладно тебе, - Коля продолжал улыбаться, наслаждаясь моментом. - Я просто к тому, что если у тебя на сердце чё-то есть - ты не держи. Мы ж братки. Я всё пойму. Почти всё.
Нил дернул плечом, втыкая передачу. Его руки на руле напряглись. Он уже понял на сто процентов - Коля видел листок. Но признаться сейчас - это значит расписаться в собственной слабости.
- Едем, - отрезал Нил. - Хватит херню нести. Уши вянут от твоей философии.
Они рванули с места. БМВ летела по ночному городу, и Нил чувствовал, как у него под кожей всё горит от стыда и одновременно от облегчения. Коля не взбесился, не вытащил ствол, а значит - есть шанс.
- Слышь, Коль, - подал голос Нил через пару кварталов, когда они уже подъезжали к базе. - Ты это... Паспорт-то нашел?
- Нашел, Нил. Нашел. И паспорт, и много чего интересного в этом мире нашел.
Нил промолчал, но на долю секунды на его губах промелькнула ответная, едва заметная усмешка.
На базе их уже ждали. Ночные тени, свет прожекторов и запах жженой резины. Они вышли из машины - два харизматичных зверя, готовых к работе. Только теперь между ними была еще одна тайна, которая делала их связь еще крепче, хоть и страннее.
- Погнали, Нил. Покажем им, кто тут солнце, а кто - тень, - бросил Коля, хлопая друга по плечу.