Глава 13
Дазай крутит пальцем у виска после того, как они вместе с Акутагавой разнимают троих парней.
Чуя с горящими глазами рвется снова начать трепку новичкам, пока те пытаются отдышаться, растирают шеи ладонями и смотрят на рыжего чуть ли не с ненавистью.
Осаму, словно мамочка, даёт каждому подзатыльника, матеря их на чем свет стоит. Будь его воля, он бы ещё и пристрелил каждого. И плевать, что на самом деле Федор и Николай не виноваты, а Чуя просто обиженный ребенок, которого недавно чуть не трахнули в коридоре.
-Дазай-кун, следи за своим напарником. - Буркнул Достоевский, поднимаясь на ноги. Он отряхнул черный плащ и поправил шапку на голове.
-Мы не напарники уже несколько лет, Федя. -Хмыкает Дазай и видит, что Чуя уже заливается багровой краской. Надо уходить, да поскорее.
-И все же. Мори-сан будет не рад тому, что двух новеньких покалечил его же подчинённый, тем более, без всяких причин. - В разговор подключается Гоголь, который встал с помощью Достоевского. Он оглаживает пиджак, поправляет свою шляпу и плащ.
-У меня есть причины! - прорычал Накахара, сверля этих двоих убийственным взглядом голубых глаз.
-Какие? Ах, тебя чуть не изнасиловал Дазай-кун? Печально...
-А мы тут при чем? - недоумевал Коля.
-Как видишь, мы просто с тобой мирно беседовали, а не орали, как обычно друг на друга. Так вот, Накахаре-сану было выгодно, чтобы мы устроили балаган, и тогда бы Дазай-кун пошел нас разнимать, а сам хитрый лис сбежал б, спасая пятую точку. Я ведь прав, Накахара-кун? - ухмыльнулся довольный собой Достоевский, сверкая агатовыми глазами.
Николай только рот успел открыть, как Чуя врезал кулаком и ему.
Федор в это время уже потирал ушибленную скулу, выплевывая кровь.
-Слизняк, угомони нервы, пока я не отпиздил тебя тут! - пригрозил Осаму, встряхивая рыжего. Тот не особо сопротивлялся, но и успокаиваться не собирался.
-Пусть пасти заткнут! - рыкнул он в сердцах.
-Свою заткни, недоносок... - уже Николай начал закипать. Он, может, и был весёлым с виду, но внутри полыхал адский огонь.
-Агрх... - Чуя был прижат к груди бинтованного, не смея ничего сделать, чтобы убежать. Ему было хорошо. Пускай и на глазах у всех, но он не желал, чтобы его отпускали.
Родные руки дарили спокойствие. Чуя потихоньку начал затихать. Он чувствовал себя в ловушке, из которой не было иного выхода, как смириться. Такое...мерзкое чувство. Он его всей душой ненавидел.
-Извинись, Чу. - Прошептал ему на ухо Дазай.
Справедливо. Шатен был прав. Но ему было так лениво это делать... И все же, ради Осаму, надо. Надо извинится. Чуя всегда был за справедливость.
-Прошу прощенья, Федор, Николай. Я вспылил. - Он держал взгляд , хоть и было нелегко смотреть в глаза тех, кого недавно чуть ли не задушил.
-Можно я его убью, Федь? - На русском обращается к Достоевскому блондин.
-Нет, иначе план мой испортишь, клоун. - Отрезает брюнет.
-Проехали, Накахара-кун. - Махнул рукой Достоевский, уводя за собой Гоголя. Последний и пикнуть против не успел, но его уже утащали куда-то.
-Акутагава?
-Да, Дазай-сан? - все это время молчавший Рюноскэ тут же вскинул голову.
-Где кабинет Чуи? - спросил шатен. Он забыл, куда Мори поставил Накахару.
Благо, брюнет это понял по глазам бывшего наставника, поэтому лишних вопросов задавать не стал.
-По коридору и налево. Там будет черная дверь.
-Отлично. Ты можешь идти и отдыхать.
-Отдыхать? - переспросил Акутагава.
-Ну да. Тебя побеспокоили просто так, поэтому ты заслужил.
-Спасибо, Дазай-сан. - Рюноскэ поклонился. Удивительно, но он его послушал, пусть детектив уже несколько лет как не был исполнителем р наставником "Пса".
-Бросай это, Аку. Я не твой наставник. Уже. - Цыкнул Осаму.
-К уважению это значения не имеет. - Улыбнулся уголками губ парень и удалился .
А Дазай потащил на себе сонного Чую, слушая его тихое и спокойное дыхание.
-Заваривает кашу он, а расхлебывать - мне. Что за придурок... - пробурчал себе под нос детектив.
Но даже из-за таких выходок Чуи он только сильнее влюблялся в него, удивляясь тому, что рыжий умудряется выходить сухим из воды из любой такой ситуации.