Часть 50
***
Комната, где очутилась Айко, судя по всему, была заброшенной и давно не убиралась. К счастью, там имелся действующий санузел и была вода. Первые моменты своего заточения девушка, придя в себя, размышляла примерно о том же, о чем и Хината Хьюга, впервые оказавшись здесь. Она пыталась искать способы для побега и даже безуспешно начала ковырять неимоверно прочный дверной замок. Как назло, в комнате и ее сумке не было ничего подходящего, чтобы открыть дверь, а ключи от квартиры, которые она пыталась для этого приспособить, быстро сломались.
От еды, приносимой Громилой, она поначалу отказывалась, но вскоре голод взял свое, и ей пришлось брать эти подачки. Не считая похищения и заточения, с ней пока ничего плохого не случилось. Айко даже не подозревала, как ей повезло: Громила не тронул ее, так как она была совершенно не в его вкусе. По сравнению с большинством сверстниц, дочь Тензо не отличалась особой пышностью форм и была несколько тоща. Из-за этого и небольшого роста она даже казалась младше своих лет. Кисаме же любил сисястых и не слишком мелких девиц, так что на следовательскую дочку даже не счел нужным обратить внимание.
Чтобы хоть как-то отвлечься от грустных мыслей, она навела в комнате порядок. Было ужасно трудно бороться с подступающим отчаянием, но она крепилась. Оставалось ждать, когда ее спасут отец и его люди. Теперь она понимала, почему он так волновался и все время твердил про безопасность.
***
Узнав от Аполлона об успехах Жемчужины (и выжав из него красочные подробности об их недавних «тренировках» и о том, как она в конце еще, пусть и неумело, училась того связывать, приковывала его и хлестала), Мастер предложил ей поработать, не все же ей баклуши бить.
— Есть у меня парочка подходящих клиентов. Они любят, когда партнерша с ними грубо обращается. Проделаешь с ними то же, что недавно проделывала с госпожой Русалочкой, а та перед этим с тобой. Будешь их дрессировать, — усмехнулся он.
— А потом мне придется с ними... — попыталась уточнить она дрожащим голосом.
— Переспать? А уж это как хочешь. Они оба люди с полным набором комплексов; сами о таком даже шлюху не попросят, но если захочешь кого из них соблазнить — флаг в руки. Полагаю, они за это еще «чаевые» подкинут. — Судя по выражению лица Жемчужины, идея заработать «чаевые» (которые в их заведении могли представлять вполне солидную сумму для «простой смертной» сотрудницы) ей была вовсе не по нутру, так что Мастер сжалился и решил дополнить: — А если ко из них все же полезет на тебя без твоего согласия, скажешь, что он плохой мальчик и дашь пинка под зад — тут же успокоится, ты, главное, не стесняйся.
— Я, пожалуй, подстрахую, — шепнул Даруи, который тихо присутствовал все это время в кабинете, Мастеру.
— Валяй, — кивнул тот.
***
Хината справилась с задачей на удивление хорошо. Оба клиента (кажется, их звали Котетсу и Изумо) весь сеанс держались ею на коротком поводке. Лишь раз один из них начал нагло распускать руки и тут же по ним и получил. Аполлону даже особо защищать ее не пришлось, он только помогал надевать на клиентов экипировку (в том числе хитроумные чехлы, одевавшиеся на возбужденный пенис, специальные намордники и еще какие-то странные штуковины, которые Хинате раньше видеть не приходилось).
После сеанса Жемчужина порядком вымоталась, но, тем не менее, приняла предложение Даруи продолжить их тренировки. Мастер хочет, чтобы она поработала? О, она поработает! Она покажет ему, на что способна. А то и по нему плеткой пройдется, припомнив все обиды и унижения. Да уж, она сегодня изрядно разошлась.
***
Хината нашла хозяина в зале, где размещались более габаритные приспособления для ролевых игр. Завборделем проводил там банальную инвентаризацию и проверял исправность приспособлений. В конце концов, технику безопасности никто не отменял, а в таком ответственном деле он принципиально никому не доверял, предпочитая инспектировать вверенный ему реквизит самолично. Если с кем-то из их влиятельных клиентов произойдет несчастный случай, потом греха не оберешься. Он подхватил под ручку Жемчужину, предлагая пройтись вместе.
— Наслышан о твоих успехах, — сказал Мастер. — Клиенты были очень довольны. Они уверяли, что никто еще не отхаживал их так плеткой по задницам, а господин Изумо, так тот, вообще, просто рвется повторить!
— Рада за них, — Хината неожиданно для себя проявила в голосе явную иронию.
— А ты стала намного искусней, — заметил Мастер. — Ну что, попробуешь теперь меня удивить? — осведомился он, подойдя к ней вплотную и неспешно развязывая шнурки на платье.
— Боюсь, вас вообще трудно удивить чем-либо, — весьма точно подметила Хьюга.
— А ты попробуй, вдруг получится? — подбивал он.
— Если случится такое чудо, вы сдержите слово и отпустите меня? — в ее голосе звучало совершенное неверие.
— Если... — шепнул он ей на ушко, и тут она поняла, что уже стоит перед ним голая.
— Если... — обреченно вздохнула Хината.
— Так ты согласна?
— Да.
— На все?
— На все.
— Ради свободы?
— Да, ради свободы...
— Тогда для начала убеди, что хочешь меня.
— Я хочу вас.
— Не верю.
— Я... Я хочу... тебя...
— Уже лучше, — промурлыкал он, похотливо жамкая ее руками за зад, и одновременно принимаясь облизывать по очереди ее соски.
Хината судорожно выдохнула: опять он с ней творит всякое непотребство, а она и рада растаять...
— Ты хочешь, чтобы тобою владел только я? — осведомился Мастер, грубо стиснув ее рукой между ног. — Чтобы только я имел право трахать тебя, связывать, бить плетью? — его слова были произнесены жестко и хлестко отдавались в ушах.
— Да, — сказала Хината. Это «да» ей нелегко далось. Она понимала, что так будет намного лучше, если ей придется спать только с ним, а не со всеми подряд. К тому же это был ее шанс узнать его лучше. Шанс покорить его и стать свободной.
— Тогда, может быть, начнем прямо сейчас?
— Хорошо, — кивнула она.
Он проводил ее к снаряду, растянул на деревянном кресте, голую и беззащитную перед ним.
— Посмотрим, готова ли ты на этот раз.
Хината понимала, что если не будет полностью отдаваться процессу, то он сразу почует подвох. Он принялся ласкать ее тело, а она постаралась всецело сосредоточиться на приятных ощущениях.
— Я хочу, чтобы ты получала удовольствие, — шепнул он. — Мне вовсе не нужны притворные стоны.
— Я вовсе не собираюсь притворяться, — заверила она. — А вы?
— А разве я притворяюсь?
— А разве нет?
— Ничуть, — заверил Мастер.
— Тогда почему бы вам не оставить этот маскарад и не показать свое лицо? — с вызовом спросила Хината.
— Рад бы, но не могу, — развел тот руками.
— Боитесь, что я вас потом опознаю и вас посадят?
— Вовсе нет, — возразил он.
— Тогда в чем же дело? — не отставала она.
— Видишь ли, если моя личность станет тебе известна, от этого могут пострадать те, кто мне дорог, а вовсе не я. Так что извини.
— Это все отговорки. Вы просто жалкий трус! — заключила Хьюга.
Мастера вообще трудно было вывести из себя, тем более такой ерундой, но он, как ей показалось, начал терять терпение:
— Я думал, мы приятно проведем вечер, а ты настроена выяснять отношения, — он помассировал пальцами клитор. — Может, нам лучше отложить наше свидание на другое время, когда ты будешь в лучшем настроении? — спросил он, а сам нагло продолжал возбуждать партнершу, дразня ее щекочущими движениями. — Вот только, боюсь, времени у меня сейчас маловато. Кто знает, когда я смогу еще уделить тебе внимание.
— Зачем же откладывать? — ответила Хьюга. — Вам показалось, я в прекрасном настроении! — добавила она с нажимом.
— О... Ну раз так... — Он жестом знатока облизал влажные пальцы: — Да ты прямо как конфетка. — Затем погладил рукой по бедру: — А тебе же уже не терпится, правда?
Мастер отвязал ей ноги, чтобы было удобнее и, закинув себе за спину, сразу вошел в нее — видимо, ему самому больше нее не терпелось. Хината закрыла глаза, на этот раз пытаясь представить не возлюбленного блондина, а то, как на самом деле выглядит Мастер. Каково же это, быть с человеком, не зная даже, каков он на вид... Ей представился редкий шанс полюбить не за внешность, но использовать его она не собиралась. Жаль, что она его не увидит, но, может, оно и к лучшему. Кто знает, а вдруг он настолько хорош собой, что увидев его, она бы и, правда, в него влюбилась? А может, и совсем полюбила бы...
Она бы вовсе не отказалась любить кого-то еще столь сильно, как своего одноклассника, но это было невозможно. Даже если бы ее выбор пал не на Наруто, она бы все равно могла испытывать искренние и глубокие чувства только к достойному человеку, она разделила бы с ним все беды и трудности, даже не раздумывая, она бы посвятила себя ему. С этим же человеком это было просто невозможно. При таком образе жизни ни о каких серьезных отношениях речи идти не могло, и Хината это прекрасно понимала. Может, она и была наивной девочкой, но всегда свято верила в то, что создана для брака, а строиться союз должен исключительно на взаимоуважении и доверии супругов. Это была та жизнь, к которой стоило стремиться. А здесь и сейчас это была жизнь чужая, в которую ее вовлекли насильно. И пусть она приобретет здесь навыки проститутки, это не изменит ее понятий о серьезных отношениях, на которые она всем своим существом претендовала. Мастер это прекрасно понимал, и это облегчало его задачу — это было отличным поводом для него не привязываться, все равно он не даст ей необходимого. Так что он просто, можно сказать, наслаждался моментом.
— Ты так прекрасна, юна и занимаешься любовью, как профессионалка. Чего еще желать мужчине? — шептал он совершенно севшим голосом.
— Я бы очень хотела это знать, — томно вздыхая, ответила Хината. — Что же вам всем еще нужно? — спрашивая это, она поймала себя на мысли, что уже вполне может контролировать себя во время секса.
— А ты как думаешь?
— Я не знаю... — натренированное в разврате тело бесстыдно наслаждалось его движениями (еще бы, Мастер давно уже изучил где и как ей нравится); она сейчас не стала бы даже возражать, запихни он ей резиновый член в задницу, заставь прицепить к соскам прищепки или сделать еще что-либо подобное. — «Профессионалка? Раз так...»
Она подстроилась под его ритм и, вспомнив, чему ее учили, взяла контроль над своим телом, желая довести его до полного безумия. Он так хотел ею обладать? Пускай. Но она также будет владеть им, желательно безраздельно. Она обжимала его член, пытаясь заставить кончить раньше времени. Пускай, для начала, хоть это пойдет у него не по плану.
Но Мастер столько всего в своей жизни перепробовал, что тут же, поняв ее уловку, совершил для многих невозможное: покинул ее лоно и нацепил себе на член специальное кольцо. Сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, немного успокоился и, стащив ее с креста, начал довольно жестоко пороть по заднице. Затем все еще возбужденная Жемчужина была оснащена здоровенными вибраторами в обе дырки, чтобы не скучать, а Мастер, сняв с себя приспособление, нагнул ее пониже и через пару быстрых толчков кончил ей в рот.
— Пока что, моя Жемчужина, мы будем заниматься любовью по моим правилам, — наставительно сказал он и снова принялся ее хлестать, пока она не почувствовала приближающийся оргазм и не начала содрогаться в сладострастных конвульсиях.
— Скажите, а с женой вы так же «занимались любовью»? — дерзко спросила она, пытаясь отдышаться.
— О... — Мастер явно не ожидал такого вопроса. — Она была очень страстной женщиной. Ей нравился грубый секс, — разоткровенничался он. — Такое, знаешь, вытворяла! Особенно, когда играла в «наездницу». Но, боюсь, она была слишком ревнива и вряд ли бы согласилась ублажать меня вместе с тобой дуэтом, — добавил он уже шутливо.
Хинату почему-то задело то, с каким пренебрежением тот отзывался о женщине, с которой связал свою жизнь. Она даже не подозревала, что Мастер настолько искусен во лжи: на самом-то деле, он любил свою покойную жену столь трепетно и нежно, что любой бы мог позавидовать. Но Хьюга этого не знала, впрочем, как не знала всего того, что случилось в жизни этого человека. Да и не следовало этого никому знать.
— Что ж, не будем ворошить прошлое. Надо жить настоящим, Жемчужина, — прошептал он и поцеловал ее напоследок за ушком.
И снова она ровным счетом ничего про него не узнала. И снова она не сумела доказать Мастеру, что достойна того, чтобы тот ее отпустил. Хотя, она ведь с самого начала была уверена в том, что так и будет, но попытаться-то стоило. А еще она узнала от сотрудниц интересную новость, что стало для нее некоторым сюрпризом, пусть этого и следовало ожидать: с того самого дня, как Мастер развлекся с ней у себя в кабинете, об этом тут же стало известно на весь бордель, так что Жемчужине уже был «официально» присвоен статус любовницы босса.
***
— Все хочу спросить, — Галатея сделала заговорщический вид. — Ну ты же бреешь там, да?
— Где там? — не поняла Хьюга.
— Ну там, — Ино показала пальчиком той между ног.
— А, это... да, пришлось... Когда Русалочка меня воском облила. Помнишь, я тебе рассказывала?
— Припоминаю, — кивнула Ино.
— Потом все обратно отросло, но недавно мне снова пришлось побриться.
— Снова эта рыжая?
— Нет, — Хината густо покраснела.
— А что тогда? — не отставала любопытная Ино.
— Лучше не будем.
— Ну, расскажи уже, а? — вцепилась блондинка.
— Меня недавно отправили к одному клиенту. В общем, он жуткий извращенец, — призналась Хьюга. — Мастер пообещал, что спать мне с ним не придется, но он хочет кое на что посмотреть.
— И?
— И меня усадили напротив него, а потом он смотрел, как меня бреют... там...
— А что потом?
— А потом он трогал и восхищался... И говорил, что там как у маленькой девочки...
— Точно, извращенец, — скривилась подруга. — И все?
— А потом он меня лизал... — Хината поежилась. — И еще взял волоски на память...
— Фу-у! Да он конченный мерзкий старикашка!
— Почему старикашка? — удивилась Хьюга. — Он был совсем молодой и даже очень симпатичный на вид.
— Странно, — сказала Ино. — Чего бы ему молодому да распрекрасному себе просто девушку не найти? Он же еще небось и при деньгах?
— Ну да.
— Вот козел!
— Да уж...
— Так я к чему это все, — спохватилась блондинка. — Мне вот тоже, глядя на тебя, вдруг захотелось побрить в этом месте. А то надоела эта волосня. И еще, — она хихикнула, — говорят, так женщина выглядит еще сексуальнее. Покажешь, как правильно? А то я и под мышками-то брить побаиваюсь, а уж в этом месте и подавно.
— Но меня оба раза брили...
— Но ты ведь видела как?
— Ну да.
— Попробуем?
— Давай, — наконец согласилась Хьюга.
Они провозились примерно вдвое больше, чем требовалось бы, но результатом Галатея осталась довольна. Она чувствовала себя буквально помолодевшей и чертовски сексуальной, готовой на эротические подвиги.
***
Вечером Мастер позвал к себе Жемчужину и Галатею, обрадовав девушек тем, что сегодня они будут обслуживать клиентов вместе.
— Сегодня у нас братья Фудзин и Радзин, а они очень любят групповуху. Вам придется постараться, они ребята довольно крупные. Девушки говорили, что и члены у них ого-го. — Он обратился к Галатее: — Надеюсь, наша дорогая Жемчужина порастягивала тебя немного разными штучками, а то с непривычки не справишься. — И, переведя взгляд на последнюю, добавил: — Ты у нас ведь теперь настоящая мастерица, возьми шефство над девушкой.
Хината, разумеется, не видела его выражения лица, но ей почему-то показалось, что он над ней насмехается. И у нее было такое чувство, что сегодняшняя ночь с двумя крупными и наверняка грубыми клиентами — это его маленькая месть за ее попытки «произвести на него впечатление». Ино, хоть и была с этим согласна, думала о том, что работу, в любом случае, никто не отменял.
В назначенный час Ино и Хината, одевшись, как положено элитным проституткам, постучались в комнату, где их ждали клиенты. (Мастер даже не стал их провожать, будучи уверенным, что Жемчужина не подведет.) Они обе ужасно нервничали, только и успокаиваясь тем, что работать они будут вместе, это немного ободряло. Фудзин и Радзин оказались не просто крупными, они показались оробевшим девушкам настоящими великанами. Братья мило им улыбались, будучи добродушными по своей природе (правда изрядно глуповатыми) и махали пухлыми ладонями с короткими толстыми пальцами. У них в жизни было два любимых занятия: есть и заниматься сексом (ну да еще поспать, разумеется). Глядя на них, подружки уже предчувствовали, что, если эти громилы и не сделают им намеренно ничего плохого, то наверняка случайно задушат в объятиях или раздавят по неосмотрительности. Каждый из великанов выбрал себе понравившуюся девушку, а затем они сказали дружно хором:
— Раздевайся! — и стащили каждый со своей одежду (всю разом).
Ино и Хината чуть также дружно не упали в обморок, видя, как от «легкого движения руки» одежда на них разлетается в клочья, стреляя застежками и пуговицами в разные стороны. Их опасения быть сегодня растерзанными явно были не беспочвенны.
Они смутно помнили, как чуть не испустили дух, когда их тискали, неуклюже пытаясь изобразить предварительные ласки, как рядышком завалили на кровать спиной кверху и подтянули к себе за ноги (братья все же понимали, что лечь на них сверху — не самая безопасная затея) и как вогнали разом свои здоровенные причиндалы. Ино кричала — у нее было ощущение, что ее насилуют дубинкой, а Хината мечтала о том, чтобы хлопнуться в обморок, как делала это раньше.
Братья, как на грех, оказались просто неутомимы, они таранили их битый час, вертя так и эдак, пока не кончили по нескольку раз. Затем они слегка перевели дух, поменялись местами и продолжили развлекаться с новой партнершей, что удивительно, не менее активно. Они было хотели попробовать и «в другие дырочки», но девушки стали умолять не делать этого, ибо их члены слишком велики для этого. Фудзин и Радзин, услышав такой комплимент, растянулись в довольной улыбке и решили «сделать им приятное» другим способом: полагая, что против пальцев те не станут возражать, засунули им по указательному в зад прямо во время процесса. Тем и так приходилось туго во всех смыслах, а теперь еще им крутили в заднем проходе толстыми пальцами и пытались просунуть туда еще по одному.
Хината не была уверена, что все это выдержит, она сейчас не сомневалась в одном: она точно неделю сидеть не сможет, они обе не смогут. У нее даже промелькнула мысль о том, что хорошо еще, что ее так усердно растягивала госпожа Русалочка, а то бы ее наверняка сейчас всю там разорвало. Пока это все происходило, девушки невольно схватились за руки, чтобы было не так гадко, и старались смотреть только друг на друга. Ино приходилось тяжелее, ведь у нее не было такой подготовки, как у подруги. Хината, видя, как ей несладко, только сильнее сжимала ее руку, а потом и исхитрилась подтянуться (хотя ее ужасно трясло от мощных толчков) и поцеловать ее. Галатея тоже подалась к ней, а братья, видя такое дело, также придвинулись ближе, чтобы девушкам было удобнее миловаться (им очень нравилось, когда те ласкают друг друга). Ино и Хината тут же почувствовали себя немного лучше и даже позабыли о том, что их сейчас смачно насилуют. От близости с подругой Хината смогла несколько расслабиться и сама не заметила, как начала получать удовольствие. В туго натянутой промежности перестало ныть, и она почувствовала приближение, хоть и болезненного, но крайне сильного оргазма, с удивлением осознав, что ей нравится, когда ее так круто дерут, и начинала все громче вскрикивать. Галатея стонала, как человек в бреду, мучимый лихорадкой от высокой температуры. «Держись», — пропыхтела Хината, сжимая ее руку еще крепче. Саму ее нещадно трясло — имевший ее братец, предвкушая окончание, ускорился, мотыляя ее, как тряпичную куклу. Но даже у таких могучих людей есть свой предел, и Хьюга интуитивно чувствовала, что этот заход точно будет последним, так что им недолго еще быть игрушками в руках озабоченных великанов. Могучие члены тех вскоре запульсировали, заставляя Ино с Хинатой ощутить себя, как на готовом к извержению вулкане. В последний миг братья синхронно вынули, окатив их буквально с ног до головы семенем. Такого количества спермы не было ни у одного нормального человека.
Наконец, насытившись, Фудзин и Радзин блаженно растянулись вальтом на широкой кровати (похоже, они все всегда делили на двоих и делали вместе), закинув себе девушек под бок и потискали их на последок, прижимая, как плюшевых медвежат. Затем они выудили из-под подушек по толстой пачке денег, сунули им в руки и крайне довольно махали вслед и улыбались, и снова махали. Едва подруги доползли до двери, ища на ходу, чем бы прикрыться, сзади раздался дружный храп братьев.
— Только посмотри, спят, как младенцы, — шепнула замученная Ино.
— Идем, — тихо ответила Хьюга, укрывая их утащенным с постели покрывалом. И они посеменили так вместе в комнату Жемчужины, держась одной рукой за покрывало, а другой за самое натруженное место.
По дороге Хината снова тоскливо думала о том, что Мастер с самого начала собирался сделать из нее обычную шлюху. И к чему только он спрашивал, хочет ли она принадлежать только ему? Ей так надоели эти мерзкие игры.
Примечания:
Фудзин и Радзин:
http://static2.wikia.nocookie.net/__cb20131208082041/naruto/images/0/05/Legendary_Stupid_Brothers.PNG
Просто очаровашки!)