Часть 42
***
Надо заметить, что госпожа Мэй появилась в своем излюбленном заведении как раз вовремя. Артемида уже обрадовала Жемчужину тем, что в награду за ее недавние успехи Мастер разрешил ей снова потренироваться с той, причем делать та с ней может все, что заблагорассудится. За тем, чтобы рыжая стерва не вздумала сопротивляться, она проследит лично. Смуглянка поинтересовалась у Хинаты, есть ли у той какие идеи на сей счет. Узнав, что нет, предложила ту самую злополучную игру в собачку, во время которой Русалочка здорово над ней поиздевалась, вот только в этот раз все будет наоборот. Хината не могла отрицать, что эта идея кажется ей весьма интересной.
— Но я не уверена, что могу так с ней поступить, — вздохнула она.
— Не слишком ли ты добрая? — с иронией заметила Артемида, которая на самом деле не отличалась особой мягкостью, в том числе и в своих суждениях, хотя всегда ратовала за умеренное правдорубство, ибо последнее далеко не всегда и всякому бывает на пользу. — Ты же рассказывала, как та унижала тебя, заставляя ходить на поводке, подобно собачке. Неужели ты не хочешь ей отомстить?
— Я не уверена.
— Тогда посмотри на это так: это поможет ей побывать в твоей шкуре и позволит вам лучше понять друг друга. Это как в случае с поркой. Да и потом, я не думаю, что она сама так уж этого не захочет, — женщина растянулась в улыбке настоящей придворной интриганки из каких-нибудь прошлых времен (из тех, что мило улыбаясь, метали отравленные шпильки, делая вид, что обмахиваются веером или незаметно сыпали в чашу правителя припрятанный в перстне яд).
— Ты права, — согласилась, наконец, Хьюга, — надо попробовать. (Она до сих пор после той порки испытывала крайне смешанные чувства: ей было и боязно, и стыдно, и хорошо от чувства свершившейся мести, хоть она и пыталась это всячески отрицать, твердя себе, что не станет «плохой» ни за что.)
Они пошли в комнату для тренировок, прихватив по дороге Галатею. Та, услышав, что они опять будут заниматься чем-то диковинным, просто сгорала от любопытства. Артемида выдала девушкам реквизит, а сама отправилась за Русалочкой. Минут через двадцать ту, наконец, притащили. Теруми не нравилось играть не по своим правилам, да еще позволять какой-то соплячке издеваться над ней, но смуглянка передала ей указ Мастера во всем подчиняться Жемчужине, в случае невыполнения которого, она забудет сюда дорогу раз и навсегда. Да, и еще, если та будет сопротивляться, ее заставят подчиниться силой. Уговоры не подействовали: Мэй заявила, что плевать она хотела на указы Мастера и далее по тексту, так что Артемида кликнула Громилу, а тот уж скрутил рыжую по всем правилам, притом едва не разорвав на ней всю одежду.
Русалочка явно была не в духе, но Хинату это почему-то не беспокоило. Она вообще уже «переболела» всякого рода переживаниями и стала относиться ко всему происходящему в этом странном месте более спокойно. Молча посмотрев, как ту ставят на четвереньки, Жемчужина подошла к ней и совершенно бесстрастно надела на нее грубый кожаный ошейник и прицепила поводок. Лицо Мэй выражало полное недоумение.
— Теперь ты будешь моей собачкой, — пояснила Хината. — Давай, полай.
Мэй не верила своим ушам и глазам. Она ошарашено уставилась на Хьюгу, совершенно не понимая, как у той хватило наглости такое заявить.
— Слышала что тебе говорят? — весело и едко сказала Артемида. — Давай, гавкай!
— Ага, давай, спаниель, — хохотнул Громила, легонько пнув рыжую ногой.
На Русалочку было жалко смотреть, но она собралась и гавкнула, перед этим злобно зарычав.
— Можешь, если захочешь, — одобрила Артемида.
— Во дает сучка! — оскалился здоровяк.
— А теперь, пошли, прогуляемся, — потянула за поводок Жемчужина. — Пусть все видят твое унижение.
Мэй выползала столь неуклюже и неохотно, что ее пришлось подгонять. Тут уж разошедшаяся Галатея не выдержала: она схватила хлыст и начала поддавать той сзади, покрикивая:
— Шевели своей толстой задницей, неповоротливая шлюха! (В конце концов, ей тоже надо было выместить накопившийся стресс, причем уже все равно на ком.)
По дороге с «собачкой» они наткнулись на клиента, как показалось Хинате, того самого, которого они встретили тогда, когда на поводке выгуливали ее саму. Мужчина поинтересовался, нельзя ли и ему присоединиться к сей интересной затее. Хьюга уже давно ощущала, что в ней что-то окончательно и бесповоротно сломалось. Она стала другой, плохо это или хорошо, и ей хотелось сейчас ответить нечто дерзкое, она чувствовала, что теперь сможет это сделать.
— У нее течка, — сказала она, задирая Мэй и без того коротенький подол платья. — Ей срочно кобелек требуется. Она всех охотно примет, — с этими словами Хината похлопала ее по заднице. — Причем совершенно бесплатно.
Тут же нарисовалась вездесущая Ино и вручила обрадовавшемуся клиенту «ушки».
— Вот здорово! — сказал тот, надевая деталь от собачьего костюма. — Давно хотел попробовать что-нибудь эдакое. — Он вопросительно посмотрел на девушек: — Что, прямо здесь?
— Конечно, — кивнула Хината, — собаки же занимаются этим в любом месте.
— Что ж, это даже еще пикантнее, — похотливо облизнулся тот, расстегивая штаны.
В следующий момент, неслыханное дело, Мэй надели намордник (который тоже прихватила предусмотрительная Галатея), так как Жемчужина заявила, что та кусается. Что касается Ино, так та, конечно, не желала наживать себе врага в лице Русалочки, но прекрасно понимала, что здесь, как и во всей остальной жизни, или ты, или тебя.
Далее девушки с явным интересом наблюдали, как клиент трахает «собачку» прямо в коридоре. Хината думала о том, что смотреть на это со стороны куда как лучше, чем делать это самой. Пускай теперь рыжая стерва узнает, каково ей было унижаться. Ино же, глядя, как Русалочку от души крутят на толстом члене, вдруг почувствовала, что возбуждается. Сколько раз ее тут уже поимели, но ни разу ей самой этого не хотелось, а сейчас она стискивала ноги, ощущая, как сладко ноет там внизу. Однако при мысли о таком вот мужике (тип, который сейчас рьяно оприходовал Мэй далеко не отличался приятной внешностью и манерами) желание как-то изрядно пропадало. Галатея мечтательно попыталась представить себе красивого мужчину, с которым ей бы понравилось заниматься любовью и даже попробовать нечто подобное таким играм, но в голову не шел никто из знакомых, кроме того парня, который проводил ее тогда от доктора.
Выгул собачки закончился чуть раньше, чем предполагали наши затейницы: едва они распрощались с довольным клиентом, как явилась Артемида (которая отправилась перекусить, когда те ушли «на прогулку») и сказала, что Мастер требует Русалочку к себе, дескать, для нее есть какое-то важное дело. Спровадив рыжую (и насмешливо глядя, как ту уводит, подгоняя, Громила), она не удержалась и спросила:
— Ну как?
— Не удивлюсь, если ей понравилось, — сказала Хината. — Все же она жуткая извращенка.
— Тогда это для нее вовсе не наказание, а, наоборот, удовольствие, — заметила смуглянка.
— Наверное, ты права, — кивнула Хьюга.
— А что насчет вас? — хитро спросила Артемида.
— Нас? — переспросили Хината вместе с Ино.
— Для вас это было в удовольствие?
— Даже не знаю, — задумалась Хьюга. — Я, получается, ей вроде как отомстила, но радости особой не испытываю.
— А ты? — женщина лукаво посмотрела на Галатею.
— А что я? — слегка смутилась блондинка.
— Тебе же понравилось, я вижу, — с этими словами Артемида ловко сгребла девицу и запустила руку той под юбку. — Да ты вся мокренькая уже. Нравится смотреть, как другие это делают?
— Нет, что вы... — начала отнекиваться та, причем совсем неубедительно.
— Почему бы тебе не помочь подруге снять напряжение? — обратилась смуглянка к Жемчужине. — Развлечетесь немного, вам никто не запрещает. Кстати, тут штучек разных интересных полно. Все равно вам обеим надо тренироваться, особенно ей, — она указала на Галатею. — Даже на твоем фоне она сейчас выглядит полной неумехой и до уровня элитного заведения не дотягивает. А, насколько я знаю, ей нужно как следует заработать. Так что, если хочешь помочь подруге, займись ее обучением.
— То есть... — уставилась на нее Хината.
— Почему бы и нет? — дернула та плечиком. — Разве тебе тогда не понравился наш милый тройничок?
Артемида провожала девушек до комнаты Хьюги, по дороге интересуясь у Галатеи, получает ли та удовольствие от секса (та призналась, что нет), и вручила им на прощание целую коробку разных штуковин определенного назначения, присоветовав поупражняться вместе.
Они с интересом изучали арсенал, глупо хихикая, затем Хината, найдя знакомое резиновое приспособление на поясе, решила попробовать.
Ино еще не пользовали вибратором. Она пыталась отказаться от такой затеи, но Жемчужина настояла на том, что ей понравится, причем она постарается сделать той приятнее, чем любой мужчина. Галатея взвизгнула, когда Хьюга со знанием дела вставила резиновый член ей в отверстие, а потом визжала еще громче, когда он внутри завибрировал. Она пыталась еще дергаться, Хината, протолкнув штуковину глубже, начала сперва делать медленные круговые вращения, а затем двигаться туда-сюда. Галатея, чей опыт сводился доселе к грубым изнасилованиям, испытывала мышечные судороги на нервной почве, как когда-то и сама Хьюга. Ей требовался хороший расслабляющий массаж вагины, что Хината и делала, так аккуратно, как будто бы себе самой.
Ино вдруг невероятно захорошело. Она начала двигаться в такт подруге и сладко постанывать. Вскоре внутри все радостно захлюпало, и та выгибалась, заливая простынь любовными соками. Хината даже была несколько удивлена: неужели у нее так хорошо получилось?
Жемчужина ненадолго остановилась, схватила хлыст (тот самый, которым Ино подгоняла Мэй и который так и притащила с собой в номер) и смачно пару раз врезала той по заднице. Ино завизжала, но не успела отстраниться, как партнерша снова нанизала ее на резиновый член, прижавшись так плотно, что та неожиданно кончила.
— Хватит, хватит! — умоляла блондинка. — Я больше не могу...
Как только Хьюга ее отпустила, она без сил повалилась на кровать, пытаясь отдышаться.
— Ну как тебе? — спросила Хината, расстегивая ремешки.
— Обалдеть! — выдохнула Галатея. — Я не знала, что это так классно. До сих пор только больно и противно было.
— А тебе не больно было, когда я тебя лупила? — с тревогой спросила Хината.
— Знаешь, это было неожиданно, — призналась та. — Но я в таком экстазе была, что даже не больно и... — она замялась.
— И?
— И даже возбуждает еще больше, — призналась девица.
— Хорошо, — кивнула Хьюга, — тогда теперь твоя очередь.
— Что? — округлила глаза Галатея. — Мне тоже самое сделать?
— Да, — Хината покраснела. — Мне тоже хочется... После всего этого... — она стянула с себя немногочисленную одежду, легла на кровать заместо Ино и раздвинула ноги.
— Слушай, а можно я тебя тоже отлуплю немножечко? — спросила та. — Нет, если не хочешь, то...
— Можно, — вдруг согласилась подруга. — Отлупи меня хорошенько, можешь даже не сдерживаться.
— Но разве это не... — Ино не смогла оформить мысль до конца.
— Нет, все нормально. Если это сделаешь ты, думаю, мне не будет неприятно.
Ино чувствовала себя в экипировке с искусственным членом примерно так же странно и неловко, как Хината, в первый раз надевшая подобное. Она боязливо завела наконечник в нужное отверстие и кое-как попыталась войти. Это все было как-то противоестественно. Поскольку она не знала как двигаться, то Жемчужина подхватила ее под зад и стала направлять, пока они не достигли слаженности в движениях. Вскоре Хьюга начала изгибаться под ней и стонать. Набравшись сил, она немного отстранила Галатею. Как только та вытащила из нее прибор, Хината вся потекла, бесстыдно и безостановочно, могло даже показаться, что она обмочилась. Ино от этого даже слегка была в замешательстве: ей такого видеть еще не приходилось. Жемчужина тяжело дышала, было видно, как ей не хотелось прерывать столь приятное занятие, но она же обещала.
— Пора, — она повернулась и подставила зад. — Давай, смелее, мне не привыкать.
Вид у нее был просто потрясающий: в такой развратной позе, с мокрыми от перевозбуждения бедрами и тем, что повыше. Такой бы не оставил равнодушным и последнего импотента.
Ино было дико такое делать, но и уже давно хотелось попробовать, аж руки чесались. Она взялась за хлыст и, сперва легонько и боязливо, а потом посильнее, а потом еще сильнее, начала окучивать аппетитную попку Жемчужины. Та была так возбуждена, что боль от каждого обжигающего удара только обостряла ощущение удовольствия. Она, не понимая что несет, просила еще и еще, веля приятельнице бить сильнее. Последней было невдомек, что в это время та вспоминала о том, как ее били прежде, особенно, когда ее выпорол Громила. Тогда встряска была такая, что можно было обделаться, а тут все иначе. Сейчас она делает это по собственному желанию, с человеком, которому может доверять. И никто ее это делать не заставляет.
С каждым ударом Хината чувствовала, как освобождается от всего этого страха и ужаса, которые остались у нее в памяти с тех пор. Она чувствовала, как укрощает сейчас свою слабую плоть, как становится крепче и сильнее, как то, что так пугало, превращается в нечто приятное, и она может это контролировать. Неужели это то, чего и хотел добиться от нее Мастер? Определенно, это открывало перед ней новые горизонты. Как же до сих пор плохо она знала себя.
Они прорезвились еще около часа. В итоге, девушки так увлеклись, что после бурных упражнений повалились без сил и, как были голые и потные, так и уснули в обнимку.
Мастер хотел зайти в этот вечер, чтобы пожелать Жемчужине спокойной ночи, а заодно поинтересоваться ее успехами в укрощении строптивой Русалки, но, увидев сию премилую (и весьма возбуждающую) картину, тихонько вышел, не став беспокоить и отметив про себя, что они с Галатеей неплохо сработались (и откровенно радуясь тому, что принял тогда блондиночку на работу).