2. Повторная встреча.
Утро пятницы пахло жженой резиной и залежалым снегом. После вчерашнего столкновения сон был прерывистым и рваным, как старая кинопленка. Каждый раз, закрывая глаза, я видела острый прищур и чувствовала холод каменных стен гаражного кооператива.
Я шла в школу, низко опустив голову и пряча лицо в высокий воротник пальто. Скрипичный футляр в руке казался тяжелее обычного, словно за ночь налился свинцом. Я надеялась раствориться в толпе школьников, смешаться с серой массой одинаковых коричневых форм и синих курток, но район имел свои планы.
На узкой тропинке, зажатой между забором детского сада и бесконечной стеной пятиэтажки, стоял он. Один, без своей привычной свиты. Опершись спиной о облезлое дерево, парень крутил в пальцах зажигалку. Увидев меня, он не спеша оттолкнулся от ствола и сделал шаг наперерез, перекрывая дорогу.
- Опять ты? - голос прозвучал с хрипотцой, разрезая утренний туман. - Я же вчера ясно сказал: маршрут менять надо. Или у вас, скрипачей, слух только на классику настроен, а простые слова не доходят?
Я замерла. Сердце предательски рухнуло вниз, но внешне я старалась не позволять себе даже вздрогнуть. Взгляд парня насмешливо скользнул по моей фигуре, задерживаясь на инструменте.
- Че в ящике? Опять пиликать идешь? - он сделал шаг вперед, вторгаясь в её личное пространство. - А если я сейчас открою и посмотрю? Вдруг ты там не музыку носишь, а что поинтереснее? Запрещенку какую?
Он протянул руку к защелкам футляра, ожидая, что я отпряну или начну молить о пощаде, как делали многие «домашние» дети при виде него. Но я только крепче сжала ручку и подняла голову.
- Если хочешь послушать Баха - так и скажи, - спокойно ответила я, глядя прямо в эти колючие, насмешливые глаза. - К чему эти дешевые спецэффекты с зажигалкой?
Его бровь удивленно поползла вверх. Насмешка на лице сменилась искренним недоумением.
- Баха? - переспросил он, пробуя слово на вкус, будто оно было иностранным. - Ты че, смелая такая? Или не соображаешь, с кем разговариваешь? На районе за такие шутки быстро... поясняют.
- Я соображаю, что опаздываю на физику, - я всё-таки попыталась обойти его справа, но он мгновенно преградил путь, выставив руку. - А ты, видимо, работаешь здесь шлагбаумом. Зарплата большая?
Парень замер. В его глазах на мгновение вспыхнула ярость, которая тут же погасла, уступив место странному, почти азартному блеску. Он привык к страху, к подобострастию, к ненависти, но никак не к иронии. Эта девчонка, которая вчера дрожала от хруста ветки, сегодня стояла перед ним и смотрела так, будто он был не грозой квартала, а просто досадной помехой на пути.
- Шлагбаумом, значит... - он медленно опустил руку и наклонился к моему лицу так близко, что я почувствовала запах мятной жвачки и табака. - Я ведь могу и сломаться. И тогда проезд закроется навсегда.
- Сломаешься - починят. У нас страна большая, мастеров много, - я смогла выдержать его взгляд, не моргнув. - А теперь дай пройти. Или хочешь, чтобы я тебе еще пару фамилий композиторов назвала для расширения кругозора?
Он несколько секунд молчал, буквально сканируя мое лицо. В его голове явно не укладывалось, откуда в этой хрупкой «музыкантше» столько внутреннего стержня. Тишина затягивалась, становясь почти осязаемой. Наконец, он коротко усмехнулся и отступил в сторону, картинно освобождая дорогу.
- Иди, Моцарт. А то физика твоя без тебя не начнется.
Я быстренько прошла мимо, кожей чувствуя его взгляд, прилипший к моей спине. Я не оборачивалась, хотя шея горела, а руки начали мелко подрагивать только сейчас, когда опасность осталась позади.
Парень остался стоять у дерева, провожая меня глазами. Он снова щелкнул зажигалкой, но на этот раз не смотрел на пламя. В его памяти отпечатался этот взгляд - прямой, спокойный и абсолютно бесстрашный.
- Ишь ты... - негромко произнес он в пустоту двора. - Не пуганая. Интересно.
В этот момент асфальт под его ногами перестал быть просто территорией, которую нужно защищать. Он стал местом, где появилось что-то, чего он никак не ожидал встретить между серых панелек и железных заборов.
Все же, спустя несколько минут, в далеке показались ворота школы. Там меня ждала Айгуль.
Все уроки прошли абсолютно спокойно, мы постоянно перешёптывались и на последнем уроке, я рассказала Айгуль про Турбо, которого опять встретила утром.
Реакция на мой рассказ у девушки была странная. То ли она испугалась за меня, то ли хотела дать совет, чтобы я действительно изменила свой маршрут в школу. Я так и не поняла, но лишний раз задумываться на эту тему не стала.