Глава 2: Семейный «Lego-челлендж» и гранатовый сок
Чёрный внедорожник уверенно разрезал вечерние сумерки Тбилиси. Александр вёл машину, изредка поглядывая в зеркало заднего вида на своих детей. Эва, закинув ноги в массивных кроссовках на край сиденья (отец никогда не ругался за это), открывала банку энергетика. Шипение газа заполнило салон.
— Эва, ну опять эта химия? — донесся мягкий, но строгий голос Нино из динамика громкой связи. Она не поехала с ними, решив дождаться всех дома с ужином. — Лука, проследи, чтобы сестра хотя бы воды попила.
— Мам, она мне поможет с дз в ! — сдал сестру Лука, довольно обнимая две огромные пачки чипсов. — Мы сегодня мультики смотрим, ты обещала!
Эва усмехнулась, сделав глоток. Чай она не пила с детства — жуткая аллергия превращала любой чаепитие в поход к врачу. Поэтому её рацион состоял из кофе, соков и того, что Нино называла «отравой в банках».
— Пап, заскочим в маркет? У меня сок гранатовый закончился, — попросила Эва. — И надо забрать те коробки, что привезли.
— Снова мебель? — Александр улыбнулся. — Опять мне всё воскресенье собирать?
— Для тебя это как Lego, пап, не прибедняйся. Ты же сам сказал, что мой пентхаус должен выглядеть идеально. А я только красиво расставлю всё и подпишу коробки.
Эва действительно обладала каллиграфическим почерком. Она одинаково изящно выводила витиеватые грузинские буквы, строгую латиницу и размашистую кириллицу. В школе это поражало учителей.
— Кстати, о школе, — Лука повернулся к сестре, хитро прищурившись. — Мама говорит, что в твоей старой школе до сих пор легенды ходят. Говорит, учителя скучают. Ты же там была... как это... ебонутая отличница?
В машине повисла тишина. Александр кашлянул, стараясь скрыть смешок. Эва едва не поперхнулась энергетиком.
— Лука! Кто тебя таким словам научил? — Эва строго посмотрела на брата, хотя в глазах плясали чертики
— Ну, я слышал, как ты с модераторами в Дискорде спорила по поводу расписания, — честно признался семилетка. — Ты сказала, что вывезешь любой график, потому что в Тбилиси стала «ебонутой отличницей» и не спала ночами.
Эва быстро глянула на отца. Тот лишь качнул головой, мол, «сама виновата, следи за языком при мелком».
— Пап, он ослышался, — быстро «прикрыла жопу» брату Эва. — Он имел в виду «невероятная». Да, Лукич? И вообще, давай сюда свои учебники. Помогу я тебе с этой математикой, пока папа будет шкаф собирать.
— Ура! — Лука заерзал на сиденье. — А чипсы поделим?
— Поделим. Но если Нино узнает про чипсы и энергетик в машине — я скажу, что это папа купил.
— Эй! — рассмеялся Александр, сворачивая к супермаркету. — Я-то тут при чём? Мне главное, чтобы ты мелкому эту гадость пить не давала, а остальное — на вашей совести.
Эва посмотрела в окно на огни города, который когда-то принял её, испуганную 15-летнюю девчонку с комплексами из-за роста, и сделал её королевой. Здесь она не просто училась — она доказывала всему миру, что Соколовские не сдаются. Она не зубрила учебники, просто её мозг работал как идеальный механизм, схватывая всё на лету.
— Пошли за соком, «ебонутый отличник», — Эва легонько щелкнула брата по носу. — Только маме — ни слова.