9. Встреча на набережной
«Встреча на набережной не значилась в их правилах. Никто не назначал цену молчания. Женщина с фотографией просто стояла и смотрела. А в тишине перед бурей вода шептала голос, который нельзя купить — голос тех, кого пытались забыть...»
Три часа дня. Кафе на набережной.
Арианна вошла в пустой зал. Охрану она оставила снаружи — Глеб клялся, что будет ждать в машине, но если через полчаса она не выйдет, он войдёт. Это был компромисс, на который она согласилась.
Женщина сидела у окна. Лет пятидесяти, с седыми волосами, усталым лицом и глазами, которые, казалось, видели слишком много.
— Спасибо, что пришли, — сказала Елена Викторовна, не поднимаясь. — Я не думала, что вы решитесь.
— Я здесь, — Арианна села напротив. — Вы хотели поговорить.
— Да, — женщина смотрела на неё долгим взглядом. — Вы красивая. Мой сын всегда любил красивых. Это его и сгубило.
— Ваш сын сгубил себя сам, — Арианна не отвела взгляда.
— Знаю, — Елена Викторовна вздохнула. — Он всегда был таким. Жестоким. Одержимым. Я пыталась его остановить. Но он не слушал. Никогда не слушал.
— Зачем вы хотели меня видеть?
Женщина помолчала. Потом достала из сумки старую фотографию — мальчик лет десяти, с серьёзными глазами и сжатыми губами.
— Это он, — сказала она. — До того, как стал тем, кем стал. До того, как ненависть съела его изнутри. Я хотела, чтобы вы знали: он не всегда был монстром. Он был моим сыном. И я его любила.
Арианна смотрела на фотографию, и что-то дрогнуло у неё внутри.
— Мне жаль, — сказала она тихо. — Что вы потеряли сына. Что он выбрал этот путь.
— Вы не виноваты, — Елена Викторовна убрала фотографию. — Я знаю. Я просто хотела увидеть женщину, ради которой он сделал последнюю глупость. Убедиться, что вы стоите того.
— И как? — спросила Арианна. — Стою?
Женщина посмотрела на неё долгим взглядом. И вдруг улыбнулась — устало, печально, но искренне.
— Стоите, — сказала она. — Вы смелая. Вы пришли. Вы не испугались. Мой сын проиграл не потому, что вы слабая. Он проиграл, потому что не умел любить. А вы — умеете.
Арианна молчала, чувствуя, как к горлу подступает комок.
— Берегите его, — продолжила Елена Викторовна. — Вашего мужчину. Такие, как он, не умеют просить о помощи. Они умеют только защищать. Но они тоже нуждаются в том, чтобы их любили.
— Я знаю, — ответила Арианна.
— Тогда идите, — женщина кивнула к выходу. — У вас сегодня важный вечер. Я слышала, вы поёте. Я приду. Если позволите.
Арианна посмотрела на неё. В глазах женщины не было злобы. Только тихая печаль и странное, почти материнское тепло.
— Приходите, — сказала она. — Я спою для вас. Для него. Для всех, кто потерял что-то важное.
Она встала, взяла сумку, но на пороге обернулась.
— Елена Викторовна, — сказала она. — Я не прошу прощения. Потому что не в чем. Но я сочувствую вашей потере. По-настоящему.
— Знаю, — женщина кивнула. — Идите, дитя. Вас ждут.