Глава 28: В стенах старого дома
Шумные посиделки с «Универсамом» остались позади. Когда за последним гостем закрылась дверь, в квартире родителей воцарилась та особенная тишина, которой Марат не слышал три долгих года.
— Пойдём? — тихо спросила Алиса, протягивая ему руку.
Они решили не оставаться у родителей. Алисе было важно привести его именно туда — в добрачную квартиру отца, которую она буквально по крупицам восстанавливала все эти месяцы.
Марат шел за ней по ночным улицам, не выпуская её ладонь. Он чувствовал себя странно: город вроде бы остался прежним, но он сам стал другим. И Алиса... она больше не была той девочкой-подростком, которую нужно было опекать. В её походке, в том, как она уверенно держала ключи, чувствовалась сила женщины, которая выстояла в одиночку.
Когда они подошли к невзрачной пятиэтажке, Алиса остановилась у подъезда.
— Это здесь. Папа отдал мне ключи полгода назад. Раньше здесь жила его тетка, а потом квартира стояла пустая. Я... я старалась сделать её уютной к твоему возвращению.
Они поднялись на четвертый этаж. Алиса повернула ключ, и дверь мягко открылась. Марат замер на пороге. Он никогда не был в этом месте раньше — ни до её ремонта, ни во время.
Он вошел внутрь, оглядываясь с нескрываемым любопытством. Квартира была небольшой, но в ней было столько света и тепла, что у Марата на мгновение перехватило дыхание. Светлые обои, пахнущие свежестью, новые шторы, аккуратно расставленная немногочисленная мебель. Здесь не было ничего от его прошлого — ни плакатов банд, ни запаха подвалов, ни тяжелой атмосферы родительского дома, где стены помнили каждый скандал.
— Ого... — Марат медленно прошел в комнату, боясь коснуться стен своими жесткими руками. — Ты всё это сама?
— Сама, — Алиса встала рядом, внимательно наблюдая за его реакцией. — Клеила по вечерам. Иногда отец помогал с сантехникой. Я хотела, чтобы когда ты выйдешь, у нас было место, где нет никого, кроме нас. Где не будет этого «прошлого».
Марат подошел к окну. На подоконнике он заметил тот самый календарь, о котором Алиса писала в письмах. Последние два года были жирно обведены красным, но сегодняшнее число осталось нетронутым.
— Значит, вот как ты жила, — тихо произнес он, глядя на её тонкий силуэт в дверном проеме. — В этих стенах. Ждала меня.
Он притянул её к себе, усаживая на подоконник и обнимая за талию. Марат уткнулся лицом ей в живот, закрыв глаза. Только сейчас, в этой абсолютно новой для него квартире, до него окончательно дошло: он на свободе. По-настоящему.
— Тут так тихо, Алиса, — прошептал он. — На зоне никогда не бывает тишины. Там всегда кто-то кричит, гремит железом или шепчется. А здесь... здесь я слышу, как ты дышишь.
Алиса гладила его по коротко стриженному затылку, чувствуя, как он постепенно расслабляется в её руках.
— Теперь так будет всегда, Марат. Это наш дом.