9.
31 декабря. Квартира Руслана.
Руслан стоял перед зеркалом, в руках та самая светло-розовая заколка. За окном медленно падал снег, предвещая скорый Новый год. Сегодня вечеринка у Лехи.
Он примерил заколку, заколов ею свою чёрную чёлку так, чтобы она была хорошо заметна. В отражении он увидел не просто себя, а себя который больше не боится быть разным. В котором есть место и для чёрного, и для этого нежного розового пятнышка.
Дверь скрипнула. В комнату вошел Даня. На нём была абсолютно новая тёмно-бордовая кофта, а не его привычный красный адидас.
р-смотри-ка— удивился Руслан. — А где твой фирменный стиль?
д-Новый год, время для экспериментов — парировал Даня, но его взгляд сразу же упал на заколку. Он замолчал, и его лицо озарила медленная, нежная улыбка.
д-ты...надел её..
В его голосе не было ни намёка на шутку. Только тепло и что-то очень гордое.
р-ну... да — Руслан слегка смутился. — Решил, что... подходит к настроению.
Даня подошёл ближе и, не говоря ни слова, поправил заколку, чтобы она держалась крепче. Его пальцы ненадолго задержались на волосах Руслана.
д-идём. Нас ждёт самый странный Новый год в нашей жизни. Гарантирую.
Дача Лехи. Предвкушение.
На даче царила уютная, по-настоящему новогодняя атмосфера. Пахло мандаринами и ёлкой. Леха встретил их у дверей, и его взгляд сразу же нашёл розовую заколку.
л-руслан, я в шоке! — воскликнул он, но не со злостью, а с одобрением. —А тебе идет
Вечеринка была не такой шумной и пьяной, как прошлые. Ребята играли в настолки, смотрели старые комедии, просто разговаривали. Руслан, к своему удивлению, не чувствовал ни капли напряжения. Он сидел рядом с Даней, их плечи соприкасались, и он слушал, как тот что-то громко и смешно рассказывает Лехе. Иногда Даня поворачивался к нему, и их взгляды встречались и в этих взглядах было столько понимания и нежности, что у Руслана теплело внутри.
Все столпились у телевизора в ожидании боя курантов. Даня вдруг потянул Руслана за руку в сторону, в небольшую нишу у окна.
д-мотри— он указал на снег за окном. — Как будто специально для нас.
Они стояли вдвоём в полумраке, и в этот момент Руслан поймал себя на мысли, что ему не нужно ничего больше,ни шампанского, ни фейерверков. Только этот рыжий идиот рядом и эта тишина, наполненная смыслом.
Куранты начали отбивать полночь. Все кричали "Ура!",обнимались. Даня повернулся к Руслану.
д-с Новым годом, — прошептал он, и его голос был непривычно тихим и серьёзным.
р-с Новым годом — ответил Руслан.
Их поцелуй был не страстным, а каким-то... обещающим. Как клятва. Как начало чего-то нового и важного.
Когда все немного успокоились, Даня неожиданно полез в карман.
д-я.. я тут кое-что припас
Он сказал это так, будто признавался в чём-то сокровенном. Он протянул Руслану маленькую коробочку.
Внутри лежал тонкий серебряный браслет. И на нём висела маленькая подвеска — точная копия летучей мыши которая у Руслана на шее, только сделанная из серебра с розовой эмалью.
д-чтобы... чтобы она у тебя всегда была с собой— смущённо пробормотал Даня.
Руслан смотрел на браслет, и у него перехватило дыхание. Это было самое нежное и самое точное признание, которое он когда-либо получал.
р-я... — он не знал, что сказать. Вместо слов он просто обнял Дани крепко-крепко, прижавшись лицом к его новой бордовой кофте.
Они стояли так, пока их не позвали за стол пробовать оливье. И Руслан понимал, что этот Новый год подарил ему не просто новую вещь. Он подарил ему уверенность. Уверенность в том, что его любят. Не вопреки его странностям, а вместе с ними. Вместе с чёрной одеждой, тишиной и той самой розовой заколкой, которая теперь навсегда останется символом их любви.
04:17.
Город замер в предрассветной немоте. Фейерверки отгремели, и только где-то вдалеке слышался смех последних гуляк. Руслан и Даня брели по пустынным улицам, и снег под ногами хрустел оглушительно громко в этой тишине.
Даня внезапно остановился у детской площадки.
д-смотри— прошептал он. — Качели.
Они были покрыты толстым слоем инея, словно хрустальные. Руслан улыбнулся:
р-нам же семнадцать, а не семь.
д-а что? — Даня уже подбежал к ним и сдул снег с сиденья. — Запрещённых возрастов для счастья не существует.
Они уселись на соседние качели. Скрип цепей нарушил ночную тишину.
д-знаешь, о чём я думаю? — Даня медленно раскачивался. — Что этот год... он будет нашим. Не таким, как все.
р-потому что ты в бордовом? — пошутил Руслан.
д-потому что мы вместе, — серьёзно ответил Даня. — И мне кажется, что вместе мы можем всё. Даже пережить твой депрессивный плейлист.
Руслан толкнул его качели, и они закачались в унисон — два силуэта на фоне постепенно светлеющего неба.
05:03.
На кухне у Руслана они устроили набег на холодильник. Даня, стоя босыми ногами на холодном полу, жарил яичницу, а Руслан нарезал хлеб. На руке у него поблёскивал новый браслет.
р-ты умеешь готовить? — удивился Руслан.
д-я много чего умею, — важно ответил Даня. — Например, могу отличить соль от сахара. Почти всегда.
Они ели прямо у окна, наблюдая, как ночь постепенно сдаётся рассвету. На улице пронёсся пьяный компания, распевая "Маленькую ёлочку" на мотив тяжёлого рока.
р-интересно, они знают, что поют не те слова? — задумчиво спросил Руслан.
д-а какая разница? — Даня доел последний кусок хлеба. — Главное, что им весело. Как и нам.
06:20.
Они сидели на подоконнике в комнате Руслана, закутавшись в один плед. За стеклом небо из чёрного стало тёмно-синим, затем лиловым, и вот уже появилась первая алая полоса над крышами домов.
р-красиво— прошептал Руслан.
д-не так красиво, как ты с розовой заколкой — парировал Даня, но в его голосе не было шутки.
Он обнял Руслана за плечи, и они сидели так, наблюдая, как рождается новый день. Новый год. Новая жизнь.
р-я больше не боюсь — вдруг сказал Руслан.
д-чего?
р-всего. Школы. Людей. Будущего. — Он повернулся к Дане. — Потому что теперь у меня есть ты. И эта... — он дотронулся до заколки в волосах, — эта дурацкая розовая штука, которая напоминает мне, что я могу быть разным.
Даня прижался лбом к его виску:
д-а у меня есть ты, чтобы напоминать, что я могу быть не только громким и дурацким. Но и... ну, знаешь. Таким. Спокойным.
Рассвет разгорался, заливая комнату золотым светом.
Они слезли с подоконника и повалились на кровать, не в силах бороться с усталостью. Перед тем как закрыть глаза, Руслан аккуратно снял заколку и положил её на тумбочку рядом с браслетом.
Последнее, что он увидел перед сном — это Данино улыбающееся лицо на подушке рядом. И первый луч солнца, упавший на розовую эмаль заколки. Символ их странной, несовершенной, но абсолютно настоящей любви, которая пережила старый год и была готова к новым приключениям.
А когда они проснутся через несколько часов, их ждёт первый день нового года — с головной болью от недосыпа, с разбросанной по кухне посудой и с абсолютной уверенностью, что всё в этом году будет иначе.