12
Прошло полгода. Москва жила своей привычной жизнью: менялись сезоны, выходили новые чарты, заголовки в пабликах переключались на новые скандалы. Студия «Lera's Place» стала одним из самых модных мест в городе. Это было пространство эстетики, где Лера проводила почти всё своё время. Она больше не была «бывшей Буды» в глазах тех, кто приходил к ней на занятия. Она была профессионалом, вдохновительницей и женщиной, которая излучала редкое для этого города спокойствие.
Гриша продолжал свою карьеру. Его альбом «Скучаю, но работаю» собрал все возможные награды, но после него он словно ушел в тень. Поговаривали, что он стал меньше тусоваться, больше времени проводил на студии и почти перестал мелькать в светской хронике с новыми пассиями.
Однажды вечером, после завершения последней тренировки, Лера осталась в зале одна. В огромных окнах лофта отражались огни ночного города. Она была одета в простые спортивные штаны и короткий топ, волосы собраны в небрежный пучок. На лице - ни капли косметики, только естественное сияние после работы.
Она включила музыку, чтобы просто потанцевать для себя, и в рекомендациях всплыл знакомый, тягучий бит. Это был трек со словами, которые сейчас идеально попадали в её настроение. Не из-за боли, а из-за того самого освобождения.
Лера поставила телефон на штатив, настроила свет и начала снимать. Это не было сложной хореографией. Это был просто момент её жизни.
«Пусть завтра из нас никто друг друга не вспомнит...» - беззвучно произнесла она в камеру, плавно двигаясь в такт музыке.
Её взгляд был расслабленным, на губах играла легкая, почти неуловимая улыбка. Она не вкладывала в это видео скрытых смыслов, не пыталась кому-то что-то доказать. Ей просто понравился вайб песни. Она чувствовала себя красивой, живой и, самое главное, абсолютно свободной от прошлого.
Она выложила видео в ТикТок и Инстаграм, подписав его коротко: «Mood ✨». И, даже не дожидаясь первых лайков, закрыла приложение и ушла в душ.
*
Интернет взорвался через пятнадцать минут.
Если раньше фанаты искали намеки, то теперь они были уверены: это финальный гвоздь в гроб их отношений с Гришей.
«Боже, это звучит как приговор для Буды...»
«"Пусть завтра из нас никто друг друга не вспомнит" - Лера, ты просто киллер!»
«Посмотрите на её лицо. Ей реально пофиг. Она его стерла».
«Гриша выпустил целый альбом о том, как он скучает, а она ответила одной строчкой про амнезию. Ультра-база».
Через час под видео было уже сто тысяч комментариев. Паблики снова начали клепать эдиты, соединяя это видео с фрагментами из последнего интервью Гриши, где он выглядел разбитым.
Лера увидела всё это только утром, когда пила кофе на своей кухне. Она листала ленту и видела, как люди строят теории заговора вокруг её обычного видео.
- Невероятно, - прошептала она, листая комментарии. - Люди до сих пор живут в том сериале, который я давно выключила.
Её телефон завибрировал. Сообщение от Гриши. Он не писал ей уже месяца два.
Гриша:
«Жестоко, Лер. Даже для тебя. "Никто не вспомнит"? Это твой ответ на всё, что я пытался сказать в альбоме?»
Лера посмотрела на экран. Раньше такое сообщение вызвало бы у неё бурю эмоций: гнев, желание оправдаться или, наоборот, уколоть в ответ. Сейчас она почувствовала только легкое недоумение.
Она не стала его блокировать. Она просто написала правду:
Лера:
«Гриша, это просто песня. Мне нравится, как она звучит. Я не думала о тебе, когда снимала это. И в этом нет никакой жестокости - это просто жизнь. Я действительно желаю тебе, чтобы завтра ты проснулся и тебе стало так же легко, как мне сейчас. Без обид и без памяти. Живи дальше».
Она отложила телефон и вернулась к своему завтраку.
Через полчаса Гриша выложил в сторис черный экран с одной фразой: «Самое страшное - это не когда тебя ненавидят. Самое страшное - когда тебя действительно больше не помнят».
Фанаты в комментариях рыдали, строили прогнозы о его новом депрессивном альбоме и проклинали «холодную» Захарову.
Но Лере было похуй. Она надела кроссовки, подхватила сумку и поехала в свою студию. У неё была полная группа новых учениц, грандиозные планы на мастер-классы и целая жизнь, в которой больше не было места для роли «мамы» или «музы» для того, кто остался в прошлом.
Она танцевала, смеялась и жила. А песня... песня просто продолжала звучать в её наушниках, как фоновая музыка к фильму, который наконец-то закончился хэппи-эндом. Для неё.
Продолжение следует...