12 Глава.
- Да и к себе можешь гостей пригласить, - говорила Констанции Хелен Кларк. - Лишь старых друзей для начала, хотя многие желали бы общаться с тобой; ну, дорогая, - несколько старых друзей, как-нибудь вечерком. Или к обеду? Нет, пожалуй, к обеду для начала не надо. Рановато пока.
- Я и сама... - начала было опять миссис Райт; чашка с чаем и блюдце с пирожным аккуратно стояли на столике подле нее.
- Впрочем, почему бы и не к обеду? - задумалась Хелен Кларк. - В конце концов, надо решиться.
Вот сейчас я тоже скажу. Констанция на меня не смотрит - только на Хелен Кларк.
- Почему бы не пригласить наших добрых селян? - спросила я громко.
- Боже милостивый, Мари Кларисса, - сказала Хелен Кларк. - Ты меня напугала. - Она засмеялась. - Не припомню, чтобы Блеквуды знались с жителями поселка.
- Они нас ненавидят, - сказала я.
- Я их сплетен не слушаю, и ты, надеюсь, тоже. И ты, Мари Кларисса, знаешь не хуже меня, что эту ненависть ты просто придумала; будь сама приветливей - никто и слова дурного про тебя не скажет. Разумеется, когда-то давно, может, и недолюбливали, но ты сделала из мухи слона.
- Люди всегда сплетничают, это в крови, - примиряюще сказала миссис Райт.
- Я всем всегда говорю, что дружу с Блеквудами и ни капельки этого не стыжусь. А тебе, Констанция, надо общаться с людьми своего круга. Они друг о друге не сплетничают.
До чего же они занудные - Констанция, по-моему, изрядно устала. Пускай уходят, а я сяду расчесывать Констанции волосы, и она заснет.
- Дядя Джулиан! - Я услышала тихий шорох кресла-каталки и вскочила открыть дверь.
Хелен Кларк сказала:
- Неужели ты думаешь, что люди побоятся сюда прийти?
Дядя Джулиан остановился на пороге. Ради общества он надел свой самый модный галстук и долго умывался - до румянца на щеках.
- Побоятся? - переспросил он. - Сюда прийти?
Он поклонился: сперва миссис Райт, потом Хелен Кларк.
- Приветствую вас, мадам, - произнес он. - Приветствую вас, мадам. - Он, я знала, не помнил ни единого имени, не помнил даже, видел ли эти лица прежде.
- Вы хорошо выглядите, Джулиан, - сказала Хелен Кларк.
- Побоятся прийти сюда? Прошу прощения, что повторяю ваши слова, мадам, но я потрясен. Обвинение в убийстве с моей племянницы снято. Теперь сюда можно приходить совершенно безбоязненно.
Миссис Райт дернулась было к своей чашке, но потом сложила руки на коленях.
- А угроза, скажу я вам, существует везде, - продолжал дядя Джулиан. - Я имею в виду угрозу отравления. Моя племянница может поведать вам о самых неожиданных опасностях: о садовых цветах, которые страшнее ядовитых змей, о простейших травах, которые полосуют ваши внутренности, словно нож. О, мадам, моя племянница может...
- У вас чудесный сад, - проникновенно обратилась миссис Райт к Констанции. - Вы просто кудесница.
Хелен Кларк твердо сказала:
- Джулиан, все давно забыто. Никто об этом и не вспоминает.
- А жаль, - отозвался дядя Джулиан. - Есть что вспомнить, это одна из величайших тайн нашего времени. Моего, во всяком случае. Я ее расследую, это труд всей моей жизни, - сообщил он миссис Райт.
- Джулиан, - поспешно перебила Хелен Кларк; миссис Райт слушала как завороженная. - Джулиан, вам изменяет такт и вкус.
- Вкус, мадам? А вы пробовали на вкус мышьяк? По опыту знаю: поначалу разум напрочь отказывается верить, и лишь потом осознаешь...
Еще минуту назад бедняжка миссис Райт скорей откусила бы себе язык, чем заговорила об этом, но теперь, едва дыша, спросила:
- Неужели вы все помните?
- Помню. - Дядя Джулиан вздохнул и радостно закивал. - Возможно, - с готовностью предположил он, - вам эта история неизвестна? Так я...
- Джулиан, - сказала Хелен Кларк. - Люсиль и слушать вас не желает. Как не стыдно такое предлагать!
Миссис Райт очень даже желала слушать; мы с Констанцией переглянулись, готовые поддержать серьезный разговор, хотя в душе веселились вовсю. Дяде Джулиану повезло: выпал случай поразглагольствовать, ведь он всегда так одинок.
А для бедной, бедной миссис Райт искушение оказалось слишком велико - она уже едва сдерживалась. Сидела, густо покраснев и никак не решаясь спросить; но дядя Джулиан был искусителем, и вечно сопротивляться благонравная миссис Райт не могла.
- Все случилось в этом самом доме, - произнесла она как заклинание.