Глава 2: Искусство инвазии
Лина ненавидела три вещи: дешевый кофе, когда её заставляли ждать, и когда в её рабочее пространство вторгались без приглашения. Центральный полицейский участок к полуночи обычно затихал, превращаясь в лабиринт из пустых коридоров и мерцающих люминесцентных ламп. Но сегодня тишина казалась... неестественной. Вакуумной.
Она толкнула тяжелую дверь своего кабинета, прижимая плечом папку с отчетами патологоанатомов.
— Миллер, если ты всё еще здесь и хочешь предложить мне пончик, клянусь, я заставлю тебя его съесть вместе с упаковкой... — начала она, но осеклась.
В её кресле сидел не сержант.
Мужчина. Он выглядел в этой обшарпанной комнате так же уместно, как бриллиант «Кохинур» в куче дорожной пыли. Тёмно-серый костюм-тройка, идеально выглаженные манжеты, и поза — расслабленная, но полная скрытой силы. Он перелистывал одну из папок на её столе с таким видом, будто изучал меню в дорогом ресторане.
Лина замерла, её рука инстинктивно легла на рукоять пистолета в кобуре под тренчем.
— Я даю вам ровно пять секунд, чтобы объяснить, кто вы и как прошли мимо дежурного, — её голос был ровным, как лезвие скальпеля. — Время пошло.
Мужчина медленно поднял взгляд. Его глаза были странного оттенка — глубокого, почти стального, в них не было страха, только вежливое, едва уловимое любопытство. Он не шелохнулся, но по комнате вдруг пронесся едва заметный ветерок, хотя окна были плотно закрыты.
— Пять секунд — это слишком мало для хорошего знакомства, детектив, и слишком много для того, чтобы нажать на курок, — произнес он. Голос был низким, бархатистым, с едва уловимым акцентом, который Лина не могла идентифицировать. — К тому же, я уверен, вы предпочитаете ответы насилию.
— Вы из Интерпола? Или очередной «подарок» от мэрии? — Лина не убирала руку с оружия, проходя вглубь кабинета и останавливаясь по другую сторону стола.
— Моё имя — Эрагон, — он закрыл папку и плавно поднялся. Он был выше её почти на голову, и его присутствие мгновенно заполнило всё пространство. — И я здесь потому, что вы ищете то, что не поддается вашим методам. Артефакт из лавки Томаса.
Лина прищурилась. Об артефакте не было ни слова в официальных сводках.
— Эрагон? Просто имя? Как у персонажа из детской книжки или греческого мифа? — она позволила себе саркастичную усмешку, хотя сердце предательски ускорило ритм. От него пахло холодным озоном и чем-то неуловимо древним. — Послушайте, «консультант», у меня нет времени на загадки. Откуда информация?
Эрагон сделал шаг вперед — медленный, тягучий. Он обошел стол, сокращая дистанцию до предела. Лина не отступила.
Её амбиции и дерзость были её щитом. Она смотрела ему прямо в глаза, пытаясь найти в них хоть каплю блефа.
— Вы чувствуете это, верно? — он проигнорировал её вопрос, остановившись так близко, что она могла почувствовать исходящий от него странный холод. — Тот зуд в пальцах. Тишину, которая наступает, когда вы касаетесь улик. Вы умнее своих коллег, Лина. Вы понимаете, что мир — это не только отпечатки пальцев и баллистические экспертизы.
Он протянул руку и, прежде чем она успела среагировать, аккуратно поправил воротник её тренча. Это был жест за гранью дозволенного, дерзкий флирт, замаскированный под галантность. Его пальцы на долю секунды коснулись её кожи, и Лину словно прошило разрядом тока. Это не было обычным влечением — это была физическая аномалия, ощущение, будто её коснулась сама стихия.
— Не трогайте меня, — выдохнула она, скорее от неожиданности, чем от страха.
Но руку от пистолета убрала — в этом мужчине не было угрозы в привычном смысле слова. Только подавляющая уверенность.
— Простите, — его губы тронула легкая, почти хищная улыбка. — Редко встречаешь человека, чья... энергия не вызывает скуки.
Он отошел к окну, глядя на ночной город.
— Артефакт, который вы ищете — это не просто золото. Это Зеркало. И если оно останется в руках тех, кто его украл, этот город начнет медленно сходить с ума. Я предлагаю вам сделку, детектив. Ваше официальное прикрытие и доступ к местам преступления в обмен на мои знания.
Лина скрестила руки на груди, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Она была детективом до мозга костей. Умным, расчетливым детективом.
— И что же получит такой... изысканный господин, как вы? Деньги? Славу?
Эрагон обернулся. В свете уличного фонаря его лицо казалось высеченным из мрамора.
— Я получу то, что принадлежит моему... нанимателю. А вы получите раскрытое дело, которое сделает вас легендой этого участка. Разве не этого вы хотите, Лина? Признания вашей исключительности?
Она молчала несколько секунд. Его предложение было безумным, сам он был подозрительным, но что-то внутри неё — то самое «не совсем человеческое» чутье — кричало, что этот человек (человек ли?) говорит правду.
— Допустим, я согласна на консультацию, — произнесла она, делая шаг к нему. — Но если вы попытаетесь меня подставить или скрыть улики, я лично выпишу вам ордер. И поверьте, Эрагон, мой «век короток», но я умею делать его очень неприятным для окружающих.
Эрагон снова улыбнулся — на этот раз шире. В этой улыбке было что-то, что заставило Лину пожалеть о своем решении и одновременно захотеть узнать его поближе.
— Мне нравится ваш напор, — сказал он, слегка склонив голову. — Завтра в семь утра. У отеля «Метрополь». Наденьте что-нибудь менее... служебное. Нам предстоит посетить место, где полицию не жалуют, а вот красивых женщин с опасным блеском в глазах — вполне.
Он направился к выходу, и Лина готова была поклясться, что его шаги не издавали ни звука. У самой двери он обернулся.
— И да, Лина... кофе в этом аппарате за углом действительно отвратительный. Я принесу вам настоящий утром.
Дверь закрылась. Лина осталась одна в пустом кабинете. Она медленно опустилась в свое кресло — оно всё еще хранило тепло его тела. На столе, прямо поверх папки, лежала визитка из плотной, почти металлической бумаги. На ней было выдавлено только одно слово: Эрагон.
— Черт возьми, — прошептала она, прижимая пальцы к вискам. — Во что я ввязалась?