Глава XIII Вы получили метку
Иоанн Сид не охотился, как зверь.
Он охотился, как проповедник.
Он не бежал за помощником — он ждал, пока тот сам сломается.
Первый раз — Очищение
Это случилось на дороге.
Двигатель взревел где-то позади. Помощник едва успел обернуться, как из-за поворота вылетели джипы. Пулемёты ударили сразу.
— Ложись! — закричал кто-то по рации, но было поздно.
Пули были другими. Не смертельными. Они обжигали, жгли кожу, туманили разум.
Блажь.
Помощник рухнул.
Он очнулся связанным, на коленях, в старой церкви.
Иоанн стоял перед ним — ухоженный, спокойный, с улыбкой человека, уверенного в своей правоте.
— Ты знаешь, почему люди страдают? — мягко спросил он. — Потому что носят грех внутри и не хотят признаться.
Он достал нож.
— Очищение — это милость.
Боль была резкой. Метка появилась на коже, выжженная навсегда.
— Ты свободен, — прошептал Иоанн. — Потому что теперь ты признал свой грех.
Второй раз — Исповедь
На этот раз помощник почти ожидал этого.
Снова дорога.
Снова джипы.
Снова сладкий запах Блажи.
Он очнулся на полу церкви, привязанный к стулу.
— Расскажи мне, — сказал Иоанн, присаживаясь напротив. — Сколько людей ты убил?
Молчание.
— Во имя закона?
— Во имя долга?
— Или потому что так было легче?
Иоанн наклонился ближе.
— Бог прощает тех, кто признаётся.
Каждый вопрос резал сильнее ножа.
Каждый ответ — убивал внутри.
— Ты не герой, — спокойно сказал Иоанн. — Ты просто человек, который привык нажимать на курок.
Помощника отпустили.
Но часть его осталась там — на полу церкви.
Третий раз — Искупление
Теперь Иоанн не гнался.
Он ждал.
Фоллс Энд был тих. Слишком тих.
Внутри церкви стояли его друзья — связанные, избитые, живые.
Иоанн улыбнулся.
— Добро пожаловать домой.
— Отпусти их, — сказал помощник.
— Конечно, — кивнул Иоанн. — Всё просто. Ты должен пройти путь.
Он протянул нож.
— Убей меня.
— Или они умрут.
Руки дрожали.
— Видишь? — прошептал Иоанн. — Даже сейчас ты выбираешь насилие. Ты уже мой.
Выстрел прогремел под сводами церкви.
Иоанн упал, всё ещё улыбаясь.
— Теперь ты... искуплен, — прошептал он перед смертью.
Церковь наполнилась криками освобождённых людей.
А помощник стоял среди крови и понимал:
Он победил.
Но чистым он уже никогда не станет.
