21
После всего, что произошло, мир вокруг казался странно спокойным. Ки Чхоль больше не упоминал Мин Гу - словно этого человека никогда не было. И всё же жизнь требовала движения. Он сказал одно короткое слово, как приказ себе и миру:
- Мы поженимся.
Не громко. Не торжественно. Просто решение. И оно было окончательным.
Утро Алии началось с подарка. Она проснулась от солнечного света, пробивавшегося сквозь занавески, и тут же заметила коробку у края кровати. Тёмная, бархатная, аккуратная - как всё, что он выбирал сам.
Она осторожно открыла её и увидела колье и серьги с рубинами. Камни ловили свет, играя оттенками глубокого вина. Не броская роскошь, а власть, упакованная в красное.
- Даже сегодня, да? - прошептала она сама себе, улыбаясь.
В это время дверь приоткрылась, и в комнату вошла госпожа Пак с подносом завтрака. Мин Джу уже поправляла корсет, жалуясь на брата:
- Тебе, Алия, не понять... Ему будто нетерпится. Он даже дышать не может спокойно!
- Мин Джу... - Алия лишь тихо вздохнула, улыбаясь, - он... он заботится.
- Ну, это ещё ничего, - улыбнулась Мин Джу, - скоро поймёшь сама.
Хан Ми подтянулась последней, с чашкой чая в руках, и добавила:
- Его к тебе сегодня не пустят до самой церемонии. Даже если будет угрожать.
- Он угрожает всегда, - хмыкнула Мин Джу.
- И всё равно не пустят, - кивнула госпожа Пак. - Так правильно.
Алия на мгновение закрыла глаза. Мысль, что он где-то рядом, и не может войти - странно грела.
Платье сидело идеально. Корсет подчёркивал фигуру, но не сковывал дыхание. Белый цвет не был невинным, он был созревшим, зрелым, настоящим.
Когда Алия надела рубины, Мин Джу замолчала:
- Теперь ты выглядишь... - замялась она, - как его жена.
- Уже? - тихо спросила Алия.
- Уже, - подтвердила Хан Ми.
***
Церковь была просторной, с высокими потолками и холодным камнем. Витражи ловили утренний свет, окрашивая пол в пятна цвета. Казалось, воздух сам был окрашен светом.
Ки Чхоль ждал у входа. Когда Алия взяла его под руку, он сжал её пальцы чуть сильнее.
- Ты дрожишь, - тихо сказал он.
- Я привыкаю, - ответила она. - Ко всему.
Священник говорил тихо, монотонно. Его слова текли как древняя песня, повторяемая уже сотни лет. Алия смотрела то на витражи, то на священника... но чаще всего - на него.
Он не отводил взгляда.
Когда они обменялись обручальными кольцами, его пальцы задержались на её руке чуть дольше, чем требовалось. Поцелуй был коротким, почти сдержанным, но в нём было обещание, которое знали только они двое.
***
Ужин прошёл спокойно. Поздравления были сдержанными, подарки - тщательно продуманными. Люди улыбались, но никто не забывал, чья это свадьба.
«Госпожа Чон». Её называли только так в этот день, и Алия ловила себя на том, что всё ещё вздрагивает.
Ки Чхоль заметил это:
- Привыкнешь, - тихо сказал он, наклонившись. - Или хочешь, чтобы я напоминал?
- Не надо, - ответила она, улыбаясь. - Я и так чувствую.
К вечеру гости стали расслабляться. Смех громче, движения свободнее. Кто-то собирался уходить.
Алия наклонилась к Ки Чхолю и тихо прошептала:
- Я устала...
Он поднял бокал, слушая очередной тост, и, не глядя на неё, ответил тихо:
- Скоро поедем домой. Я сниму твою усталость.
Она мгновенно покраснела.
- Ты... - начала она, но он лишь усмехнулся.
- Я ждал этого дня дольше, чем ты думаешь.
До свадьбы они даже мыслей об этом не позволяли себе. Слишком многое было на кону. Слишком тонкая грань.
Теперь же, когда дверь дома закрылась за ними, мир остался снаружи.
Ки Чхоль снял пиджак, посмотрел на неё - медленно, внимательно, будто запоминал каждый изгиб лица.
- Ты моя жена, - наконец сказал он.
Алия сделала шаг к нему:
- А ты - мой муж.
И ночь только начиналась.
Она обещала быть многообещающей.
_________________________________________