Глава 14. Другая сторона двери
Они шли по выжженной дорожке, проложенной среди опавших листьев и треснувших камней, будто библиотека, покинув их, оставила после себя мёртвый след. Ни звуков, ни шороха — только воздух, плотный и затаённый, казалось, двигался вспять. Память, как и пространство, искривлялась: Кэм на мгновение остановился, уставившись в стену деревьев, и сказал, что видит их машину, будто она стоит прямо за рощей. Нэйт повернулся — ничего, только ржавый указатель с выцветшим словом «Путь».
Они почти не разговаривали. Слова исчерпались. Каждый шаг был сопротивлением — себе, страху, ускользающим образам. У обоих были размытые границы: кто-то выцарапал из них целые фрагменты жизни, оставив дыры, через которые проникала тревога. Имя ребёнка, которое Кэм пытался вспомнить, таяло на языке. Фраза, которую Нэйт записал в блокноте, исчезла — осталась только вмятина от ручки.
— Мы вышли? — спросил Нэйт, когда деревья редели, а небо снова стало обычным — тусклым, серым, октябрьским.
Кэм не ответил сразу. Он смотрел назад, на темнеющий провал между стволами, где библиотека, кажется, сжималась сама в себя, как умирающий орган, ещё хранящий последние пульсации.
— Не знаю, — ответил он наконец. — А если она всё ещё внутри нас?
Они вышли к дороге. Пустой. Мёртвой. Асфальт потрескался, как кожа старика. Их машина стояла на месте, но в её отражении в заднем стекле Нэйт увидел не себя — а кого-то без лица. Он моргнул, и видение исчезло.
Когда они завели двигатель, он сперва закашлялся — будто машина, как и они, потеряла силу дышать. Но тронулось. Колёса хрустнули по гравию.
Листья завихрились за бампером.
Они уехали.
Но ощущение чужого взгляда не исчезло. Оно ехало сзади. Сидело между ними. Шептало в вентиляционные щели. Кэм включил радио, но там был только треск — словно сотни голосов пытались выдавить по слову и гибли на полпути.
Где-то за городом, на остановке, где раньше висела карта, теперь была только доска с гвоздями. Они вышли на минуту — размять ноги, глотнуть свежего воздуха. И Нэйт заметил: под ногами — книга.
Тонкая. Пустая. В обложке — зеркало. Он поднял её. На первой странице — их имена. Его и Кэма. Внизу — подпись, которую никто из них не оставлял:
«Пока ты помнишь, ты существуешь. Но как только забудешь —
станешь частью того, что пытался покинуть.»
Кэм схватил книгу, бросил в канаву. Но отражение в обложке не исчезло. Оно последовало за ними в глаза — в сны.
Когда они доехали до трассы, библиотека исчезла из карт. Навигатор не узнавал дорогу. Место назначения — «неизвестно». Ни один сигнал не проходил.
Нэйт смотрел на карту и понимал: они выбрались. Физически — да. Но часть его осталась. Или была заменена.
И когда Кэм произнёс:
Ты помнишь, как звали твою сестру?
Нэйт не смог ответить сразу.
Он закрыл глаза. Вдохнул. И вспомнил… только тишину.