Скованные льдом 18+

Иногда всё рушится не для того, чтобы уничтожить нас,
а чтобы выжечь старое дотла.
Потому что только на пепле прошлой жизни может
вырости нечто по-настоящему живое.
____________________________

Те самые фиолетовые глаза, только теперь черты лица стали взрослее. Ну, теперь то я смогу разгадать твои тайны.

– Ты всё равно не можешь её удочерить, у тебя нет жены. Для ребёнка семья должна быть полная. – Не унималась мисс Ноэль. Я достал документ о браке и положил на стол перед её лицом. Показательно указав глазами на обручальное кольцо.

Серые глаза быстро читают написаное, седые брови сходятся к переносице. Я наблюдаю как глаза воспитательницы несколько раз проходятся снизу вверх по документу.

– Это поддельный документ. – Глаза раскалённого янтаря закатываются от её недоверия.

Достаю свой мобильник и нахожу видео со свадьбы, не просто так там было столько людей с камерами. Показываю фрагменты церемонии, где мы обмениваемся кольцами, целуемся и идём к выходу из ЗАГС-а. – Надеюсь я убедил Вас в реальности происходящего.

– Ты не можешь её забрать, она забронирована другой семьёй. – Злобно выплюнула мисс Ноэль.

– Я именно её и забираю. – встав из-за стола, достаю из пиджака конверт с деньгами. Глаза женщины бегают с моего лица, на папку и на конверт, что держу в руках. – Там достаточно денег, чтобы замять всю эту ситуацию и отдать мне ребёнка.

Воспитательница берёт конверт и быстро пересчитывает деньги, перебирая купюры пальцами. Я осматриваю помещение ещё раз, всё осталось как прежде. – Она всё так же живёт в подвале? – спрашиваю женщину, которая сбилась со счёта из-за моего вопроса.

Раздражённые, серые глаза смотрят на меня, на моём лице появляется самодовольная улыбка и женщина начинает с самого начала. Наконец дойдя до конца, мисс Ноэль кивает и смотрит на меня. – Нет, у неё своя комната. Подпиши бумаги об удочерении. – Женщина достаёт листок из внутреннего ящика и протягивает мне вместе с ручкой. Мысль о том, что я не хотел оформлять опекунство быстро уходит, я нашёл человека о котором не вспоминал несколько лет. Эта девочка какой-то период времени приходила ко мне во снах, её белые волосы, фиолетовые глаза. Пробегаюсь глазами по тексту и подписываю.

– Я лучше пришлю за ней завтра человека. Если она меня помнит, лучше встретиться с ней позже. – улыбка растягивается на лице, мисс Ноэль пробегается по нему глазами. – Сообщите девочке, что завтра за ней приедут. Пусть соберёт вещи.

Подписанная бумага складывается на пополам и слаживается в документы моей дочери. Воспитательница провожает меня к машине и уже не обнимает на прощание, я покидаю территорию усадьбы и мчусь домой. Всё таки в детстве эта женщина казалось мне лучше, возможно она изменилась из-за возраста. Настроение моментально поднялось вверх, казалось бы только вчера я не был уверен в правильности этого решения, а сейчас уже убеждён во всех своих действиях. Набирая номер Орландо сворачиваю и мчусь к городу.

– Орл, скажи что у тебя завтра нет никаких планов. – не давая сказать другу и слова, сразу же тараторю в трубку. 

– Ну, можно сказать и так. Хочешь познакомить с сыном? – довольный голос друга говорит о том, что он обдумывал вариант такого события.

– Да, я бы хотел, чтобы ты приехал и забрал с детского дома мою дочь, завтра.

В машине повисла тишина, на другой стороне телефона молчание. Что его смутило? – Ты не поверишь кого я удочерил. Помнишь ту девчонку из подвала, так вот, она теперь оформлена как мой ребёнок. – Тишина начинала обретать краски напряжение, он лишь тяжело дышал мне в трубку.

– Скажи, что ты шутишь, молю тебя. – когда я не дал ему одобрительный ответ, всё стало на свои места. Конечно же не шутил, мне и не нужно было. Тяжёлый выдох на другой стороне телефона и ещё одна небольшая пауза. – Хорошо.

Входная дверь открывается, Валенсия в красном платье стоит в холле. Дрова приятно потрескивают в камине, а на лице девушки играет очаровательная улыбка. Двери за мной закрылись и недопонимание накрывало мою жену, как одеяло. – А где ребёнок? – глаза зелёного цвета осматривали меня с ног до головы, словно я прячу за своей спиной маленькую игрушку и сейчас достану её с криками "сюрприз".

– Она приедет завтра, скорее, её привезёт мой друг.

– Зачем я тогда всё это готовила? – Я лишь молча пожал плечами и отправился в сторону кухни.

Жена ступала за мной по пятам, усевшись вокруг стола молча употребляли приготовленную пищу. Я готовлю явно лучше. После не вкусного обеда нужно было развеяться, Виола сразу же затоптала копытами на месте, когда я вошёл в конюшню. Моттео молча жевал морковь, даже не посмотрев в нашу сторону. Чёрная кобыла грациозно покинула конюшню. Оседлав свою любимую лошадь погладил ладонью по гриве. Нам с ней не нужно было седло, повод и прочие вещи, у нас была особая связь. Она понимала меня лишь по напряжению моих ног или каким-то звукам, что я мог бы издавать во время нашей прогулки.

– Ну, красотка, прогуляемся. – Виола вздёрнула чёрным хвостом и спокойно пошла по прямой.

Пиджак остался в доме, лишь хлопковая, чёрная рубашка покрывала тело. Через такую тонкую ткань, зимний ветер легко проходил сквозь касаясь своими морозными пальцами кожи. Тучи нависали над домом, пока лошадь набирала скорость. Она прекрасно знала что нужно делать, мы катались по одному и тому же маршруту уже сотни раз. Обжигающий ветер проходился по лицу, рукам. Лошадь уверено мчала против ветра, неся нас вперёд. Фигура Валенсии показалась около дома, девушка стояла в своём красном платье, на плечах был накинут мой пиджак. Она наблюдала за нашей прогулкой стоя в стороне. Чувство лёгкости сразу же испарилось, лишние глаза словно занимали моё личное пространство не позволяя вдохнуть полные лёгкие воздуха. Виола замедлилась ощутив напряжение и недовольно фыркнула. Моя ладонь сразу же легла на её шею поглаживающе, кобыла полностью замедлилась, я спрыгнул на траву и встал перед лицом чёрной красотки.

– Прости меня, прокатимся в следующий раз, хорошо.

Заведя её в стойло отдал заслуженную морковь и снова погладил по шее. Моттео фыркнул требуя моего внимания. Вторая рука легла и на его тело.

– Ты красиво смотришься на коне. – ласково сказала Валенсия полностью испортив мне прогулку своим присутствием. Сдёрнув с её плечей свой пиджак, не останавливаясь пошёл в сторону входа.

– Это лошадь. – Напоследок выплюнул и скрылся за углом.

Делая очередные подтягивания слышу, как в комнату кто-то входит. Спрыгнув на пол смотрю на фигуру, что испортила мою утреннюю тренировку. Валенсия стоит в домашних штанах и футболке, в дверном проёме. – Я везде тебе искала, ты будешь кофе? – она специально портит мне наслаждение от всего чем я занимаюсь.  Вчера не дала прокатиться на лошади, сегодня уже с утра не даёт нормально заниматься.

Вытирая пот со лба ещё раз осматриваю её с ног до головы. – Я сам себе сделаю кофе, оставь меня в покое. – девушка лишь кивнула и вышла, а моё настроение уже было не вернуть.
Избивая грушу выпускал пар, что не как не мог покинуть тело.

– Зачем ты ходишь за мной?! – очередной удар. – Какая была глупая затея – удар – оставить тебя жить у себя дома!

Воздух выходит из лёгких и я наконец расслабляюсь. Орландо должен через пятнадцать минут выехать за девочкой, что окажется уже скоро в моём доме. Ещё одна девушка в доме, я сойду с ума. Взяв в руку гантель продолжил делать тренировку.

Дописывая сообщение для мистера Лука Ферретти. Пальцы быстро проносятся по клавишам издавая характерный звук, в комнате витает запах ментола, как и всегда. Приятный душ после тренировки расслабил мышцы, мне пришлось немного привести себя в порядок, чтобы не выглядеть совсем плохо. Звук открывающейся и закрывающейся двери проносится по дому, девочка приехала. Звуки приближающихся шагов, они оба молчат. Её комната находится самой последней, с звукоизолирующими стенами, всё находится в тех же тонах, что и весь дом тёмно-красный с чёрным. – Я позову тебя на обед. – единственное, что говорит Орландо и дверь её комнаты закрывается.

Ставлю точку в предложении и ещё раз быстро пробегаюсь глазами по написанному тексту. Дверь за моей спиной распахивается, холодный уличный воздух сразу же входит вместе с моим другом. – Ты в своём уме, чёрт возьми. – лицо Орли появляется пере до мной.

– Спасибо, Орл, я у тебя в долгу.

– Энрико, ей 16 лет! – усаживаясь рядом со мной на стул, продолжает говорить Орландо. Молчаливая пауза повисла в комнате, наконец глаза добегают конца и я нажимаю кнопку "отправить". Тяжело выдохнув смотрю в голубые глаза и не понимаю, чего этот парень от меня ждёт. Свет от окна отражается от трёх серёжек на его лице. – Я понимаю, что тебе плевать и всё такое. Но она ведь подросток, как ты с ней будешь?

– Подпишу договор, как взрослые люди. Валенсия уехала к папе на работу, поэтому ей придётся позже с ней познакомится.

– Ей 16, Энрико.

– И что такого?! Всем нам было 16 лет, Орландо. – Я подорвался со своего места и вскинул руки вверх, наматывая шаги туда-сюда по комнате. – В чём проблема? С ней я могу договориться, пойти на уступки. Ребёнок пяти лет не стал бы меня слушаться лучше, чем сделает уже осознанный ребёнок.

– У вас разница 9 лет, Генрих, они все не правильно тебя поймут.

Тяжело выдохнул и уставился на своего друга. Наконец, его суть мыслей начала доходить до меня, то что он имел ввиду. Как это будет выглядеть в глазах других людей. Но если я выставлю границы, мы будем вести себя словно дочь и отец, вопросов может и не оказаться. Я  сказал Орландо не паниковать и мы спустились на кухню. Пока друг рядом со мной нарезал салат "Капрезе", я доделывал пасту с креветками и нарезал прошутто. Карлос вчера и сегодня находился на выходном, мне нужно было дать ему время прежде, чем он примет факт того, что в доме теперь будет на два человека больше. Аэтос и Альден сидели около нас и внимательно наблюдали, чтобы двое поваров ничего не уронили на пол. Острые ушки ходили в разные стороны на различные звуки, мы суетились на кухне и параллельно вспоминали какие-то глупые детские ситуации. 

– Помнишь, когда мы украли из столовой кусок пирога и запрятали его в наши карманы курток, чтобы не кто не увидел. А потом, когда вышли гулять он выпал из курточки прямо на землю. – Смех разнёсся по кухне позволяя мне погрузится в воспоминания.

Мы тогда сильно испугались, что мисс Ноэль нас наругает за сделанное, но она лишь покачала головой и сказала: "А могли бы положить в холодильник".

– Я тогда тебе ещё сказал: "Ну ты же не знал, что он был настолько... тяжёлый".

Абсурд всей ситуации позволял ещё больше смеяться. Мы были тогда так юны и так глупы. Этот кусок пирога нам настолько сильно понравился, что мы не хотели делится им не с кем, а такие пироги мы вообще не едим. Это было почти что единожды, кто-то из приезжих взрослых передал его нашему детскому дому. Больше я такого пирога никогда в жизни не ел. Готовка подходила к концу, разлив напиток - Чинотто по стаканам, закончил накрывать на стол. Три тарелки пасты красиво находились вокруг стола, создавая визуальный треугольник. Мой взгляд фотографа сразу оценил композицию, что выстроилась на белом, круглом столе. Орландо пошёл за нашей новой гостей, а я умостился на своё место. Глаза раскалённого янтаря прожигали дыру в деревянной двери, мне хотелось снова взглянуть в эти фиолетовые глаза полны волшебства. Волнение прокрадывалось по позвоночнику, словно если сейчас она скажет "это были вы", я провалюсь сквозь землю.

Дверь перед глазами открывается, Орл пропускает вперёд девушку, одетую в платье ниже колена с длинными рукавами, серого цвета. Белые волосы завязаны в косу, руки находятся смирно по швам, она словно по команде входит в помещение и ждёт приглашение сесть. – Присаживайся. – тихо говорит Орландо указывая рукой на её место, напротив меня. Фиолетовые глаза бегают по моему лицу, она садиться за стоил и молча начинает трапезу. Мы с Орли обменялись взглядами.

– Привет, Амели. Меня зовут Энрико, я теперь твой приёмный отец. – Девочка подняла на меня свои глаза дожёвывая прошутто.

– Приятно познакомиться.

Молчание окутывает комнату и напряжение нарастает ещё больше. Вопросы не кто не задаёт, не произносит и слова. Лишь вилки стучат по тарелкам. Белые локоны, выпавшие из косы, струятся перед лицом девушки.

– Ты альбинос, верно? – фиолетовые глаза скользнули по мне осматривая, в комнате словно стало на несколько градусов холоднее. От неё исходил неимоверный мороз, она сама выглядела словно олицетворение зимы. Снежинка.

– Я неполноценный альбинос, моя кожа имеет нормальный оттенок. Просто в коже не хватает витамина D, из-за отсутствия солнца. Твоя кожа изначально темнее, поэтому мы слишком контрастно выглядим рядом. – увереный тон, без запинки. Амели сказала это словно выученный текст, который повторялся невыносимое количество раз. Реснички белого цвета хлопали, смотря на меня. – Не думала, что вы будете так... приветствовать гостей.

На лице Амели не было выражение приветливости, скорее, она пыталась проанализировать, что будет дальше. Девушка выглядела уверенной, но не расслабленной. Было очевидно, что она всё ещё не решила, как себя вести.  Эту напряжённую атмосферу между нами было легко прочувствовать.

– Ты ведь сама не ожидала, что всё будет так посто, не так ли? – глаза раскалённого янтаря прикованы к волшебно фиолетовым, остриё слов лёгкое, как намёк. Она чуть приподняла бровь, как будто оценила моё замечание.

– Ты серьёзно думаешь, что я не привыкла к такому? – Амели улыбнулась с лёгкой долей сарказма. – Как бы ты меня не встречал, это не сделает тебя более приятным.

Я усмехнулся. Амели точно знала, как отвечать. Интересно, сколько таких встреч у неё было. Орландо, сидевший по левую руку от меня, почувствовал, что между нами что-то не так, но не вмешивался. Его глаза слегка сжались, когда он продолжал наблюдать за нашим разговором. Он был, по сути, сторонним наблюдателем.

– Ты не выглядишь слишком взволнованной. Во всяком случае не так, как положено людям в новом месте.

– Я не очень люблю сюрпризы, рассчитываю всё на перёд. – в руки лёг стакан с Чинотто, я сузил глаза.

– Привыкнешь.

– Звучит так, будто ты уверен, что я останусь здесь надолго.

Локти встали на стол, удерживая в руках стакан с напитком осматривал её лицо в поисках хоть какого-то страха, неуверенности, беспокойства. Но всё тщетно, она словно поплавок, который всегда держится на плаву. Слишком спокойная. Слишком холодная.

– Разве у тебя есть выбор? Подпишем договор.  – она уверено смотрела в мои глаза, не отводя взгляда.

– Кажется, ты любишь расставлять всё по местам.

– Ты против? – Амели усмехнулась и качнула головой.

– Я просто не привыкла, когда кто-то считает, что может контролировать меня.

– Контролировать? Нет. Но если ты здесь, значит, есть правила.

Орландо то и делал, что гулял по нам своими голубыми глазами, ветер входил в приоткрытое окно, создавая ещё большую ледяную стену между нами. Я хотел раздавить её словно льдинку.

– Какие же? Не прикасаться к коврам? Не смотреть в сторону хозяина? Не задавать вопросы? – Она откинулась на спинку стула, удерживая свой стакан в руке, так же как и я. Словно считывая мои эмоции, поведение.

– Прежде всего, не пытайся играть со мной. Ты не выиграешь. – Амели наклонила голову чуть в бок, будто оценивая.

– Ты так говоришь, как будто уже видел, что я умею.

Смешок вырвался из уст, стакан со стуком встал на стол. Будь эта девочка на моём месте, в другой семье, за такие слова давно бы уже поплатилась. Но я не хочу портить нашу первую встречу ещё больше, превращая её в какой-то хаос. – Нет, но я знаю, что те, кто делают вид, что их ничего не волнует, обычно самые опасные.

Глаза фиолетового цвета прищурились, но девушка промолчала. И эта тишина между нами была громче любых слов. Орландо продолжал молчать, не влезая в наш разговор, позволяя прочувствовать характер друг друга на максимум. Амели спокойно взяла вилку, сделал небольшой глоток Чинотто и, наконец, заговорила:

– Интересно, сколько времени тебе понадобится, чтобы пожалеть об этом?

– Я никогда не о чём не жалею. – уголок губы Амели поднялся, формируя улыбку. Нахальную, уверенную в себе.

– Ну, посмотрим.

Закинув в рот прошутто, встала из-за стола и ухмыльнулась. – Встретимся за ужином, при подписании договора. Готовься, я внесу свои правила. – Не дожидаясь Орландо Амели хлопнула дверью, за которой сразу же послышались отдаляющиеся шаги. Тишина в комнате сгущалась, по телу прошли мурашки, когда ветер снова вошёл в комнату сквозняком. Она будто одним видом нагоняла метель.

– Почему я должен заниматься этим дерьмом? – Наконец, сказал Орл осматривая меня голубыми глазами. – Где твой камердинер?

– Ему нужно подготовиться морально к прибытию двух новых людей в дом.

– Генри, ты меня конечно извини, но я бы тоже хотел сперва подготовиться. Она невыносима.

– Спасибо. – уверенно сказал другу и улыбнулся. Я знал, что он сделает ради меня, что угодно.

Друг покинул территорию дома, а я пошёл в свою комнату составлять договор. Важно было прописать все пункты, что были для меня важны. Из комнаты Амели не доносилось не звука, конечно играла ещё роль звукоизоляция. Ощущение складывалось словно в доме я находился совершенно один. Время шло, Валенсия отправила сообщение, что будет завтра. На улице уже вечерело, Аэтос и Альден не стали знакомится с новым членом семьи, они сидели в библиотеке. Возможно это было и к лучшему, ведь реакция на Валенси была, мягко говоря, не очень. Виола и Моттео прохаживаются по территории дома, пока я кидаю мяч для Альдена. Доберман Аэтос лежит около моей ноги и грызёт палку. Кожаная куртка обволакивает тело не позволяя ветру коснутся кожи.

После не долгой прогулки лошади сами входят в конюшню, собаки всё ещё бегают по двору иногда проверяя не ушёл ли их хозяин. Поглаживая щёткой тело Моттео, водил свободной рукой словно успокаивая. Затем нужно было расчесать недавно стриженую гриву коня, что стояла ирокезом вверх. Виола уже доедала свой ужин, пока я заканчивал с конём. Процедуры кобылы были такие же, пока Моттео ел. Чёрная лошадь была не такая покладистая, проводить подобные процедуры было весьма трудно. Она одно показывала характер, не давала мне расчесать гриву. 

Рыба жарилась на сковороде, когда я дорезал овощной салат. На улице уже потемнело, тучи сгущались на небе готовясь к проливному дождю. Две собаки хрустели кормом, пока я доделывал ужин.
Рыба разлаживается по тарелкам, томатный сок разлит по стаканам и салат стоит по середине стола. Дождь тарабанит по окнам, ветер усиливается за окном. А в доме стоит приятное тепло, камин трещит в холле.

На втором этаже открылась дверь и послышались шаги. Аэтос и Альден сразу же рванули на звук и побежали в сторону девушки. Ей придётся бежать если они начнут на неё лаять, ещё хуже если будут кусать. Я был готов уже услышать крики и звуки побега, но всё тихо. Как они могли ей так быстро перегрызть глотку?

Я услышал цоканье когтей по полу ещё до того, как вошла она. Взглядом машинально скользнул к двери, и на секунду мне показалось, что я вижу что-то из другого мира. Амели зашла в кухню уверено, почти лениво. По бокам от неё, в идеальном строю, шли мои доберманы. Мои. Те самые, которые на незнакомцев реагировали как на угрозу. Но сейчас... Собаки выглядели так, словно принадлежали ей с рождения. Они не просто следовали – они подчинялись.

– Интересное зрелище. – протянул я, откидываясь на спинку стула. Она скользнула по мне взглядом, но остановилась ненадолго.

– Тебе стоит их лучше кормить.

– Прошу прощения?

– Они явно ждали, что я принесу что-то вкусное, но, увы, пришлось довольствоваться твоей компанией.  – Я медленно моргнул. Доберманы уселись у её ног. Альден улёгся так, что его голова оказалась на уровне её ладони. Амели не задумываясь, провела ладонью по его шерсти, почесав за ухом.

– Не думал, что ты любитель собак. – складывая руки на груди, наблюдал за происходящим.

– А ты не думал, что твои собаки тебя предадут? – Я фыркнул от глупости её слов.

– Это не предательство. Они просто не узнали угрозу в тебе.

– О, так ты угроза? – она чуть наклонила голову, всё так же лениво скользя пальцами по доберману. – Тогда мне стоит быть осторожной.

– Ты уже в моём доме. Осторожность тебе не поможет.

Девушка усмехнулась и перевела взгляд на собак. Аэтос положил голову на ногу и так же получил ласку в виде поглаживания. Амели перевела взгляд фиолетовых глаз на меня и усмехнулась.

– Должно быть, ты ужасный хозяин, раз твои псы так легко переходят на другую сторону.

– Должно быть, ты слишком самоуверенная, раз думаешь, что это другая сторона.

Я медленно вдохнул наблюдая как мои , мои собаки преспокойно сидят рядом с ней, будто так было всегда. Она улыбнулась, бросая мне очередной взгляд. – Вольно. – Псы тут же вскочили на лапы и покинули кухню. Я усмехнулся.

– Я должен тебя поздравить? Кажется, ты только что выиграла их симпатию. – Амели пожала плечами и скрестила руки на груди, снова копирую моё положение.

– Может, у нас с ними просто больше общего, чем ты думаешь.

– Неужели? И что же? – Я склонил голову осматривая её глазами, цвета раскалённого янтаря.

Девушка лишь ухмыльнулась и промолчала. Очевидно, ответа ждать не стоило. Что ж, пришло время обсудить детали договора, принять все за и против. Я положил перед ней договор, наблюдая, как она медленно водит фиолетовыми глазами по строчкам. Лицо напряжённое, губы плотно сжаты.

– Ты серьёзно? – наконец выдала она, бросив на меня острый взгляд.

– Если бы шутил, бумага была бы не настоящей. – Она цокнула языком и снова уткнулась в текст.

– Не спрашивать о прошлом, не копаться в жизни друг друга, не лезть не в своё дело... – пробормотала она читая текст – Боишься, что я раскопаю что-то неприятное?

Я наклонился вперёд, опираясь локтями на стол. Ручка лежала около тарелки с салатом. Дождь всё сильнее тарабанил по окнам.

– Я просто не хочу тратить время на ненужные разговоры. Если ты умеешь держать язык за зубами - у нас не будет проблем. – Амели приподняла бровь.

– Ты заставляешь меня называть тебя "папой" на важных встречах. Это уже проблема.

– Это формальность.

– Формальность? – переспросила она с легкой усмешкой. – Ну конечно, как скажешь, "папочка".

Я не повёлся на её провокацию, просто продолжил смотреть на неё с той же холодной отстранённостью. – Тебе не обязательно испытывать к этому какие-то чувство, – добавил я – Просто слово.

Она какое-то время сверлила меня взглядом, затем отложила бумагу и скрестила руки на груди.

– Личные границы. – Я медленно откинулся на спинку стула.

– Поясни.

– Мои вещи - это мои вещи. Касаться их запрещено. В мою комнату вход запрещён. Без исключений. – Я усмехнулся её заявлению.

– Ты только что подписалась на жизнь в одном доме со мной, но заговорила о границах?

– Да и я хочу, чтобы они были чётко прописаны.

Она говорила спокойно, но в голосе чувствовалась сталь. Я на мгновение задумался, а потом кивнул. В конце концов всем нужно личное пространство. Да и в мою сторону, это играет такую же роль.

– Допустим. Но тогда и ты не суёшь нос в мою жизнь. Ни вопросов, ни интереса, ни шагу в мою комнату.

– Замечательно. – сказала она и подтолкнула ручку ближе ко мне, вместе с листом. – Записывай.

Я взял ручку, но она не закончила.

– И ещё. – Я приподнял бровь. – Свобода передвижения.

– Что?

– Я не пленница. Я хочу покидать этот дом, когда мне нужно, и ты не имеешь права меня останавливать. – Я вздохнул.

– Но ты отвечаешь на все мои звонки, если уходишь.

– Замётано.

Записал этот пункт и снова поднял на неё взгляд.

– И личное время. – добавила она.

– То есть?

– После школы или других обязательных мероприятий я не обязана с тобой контактировать. Ты меня не трогаешь, не задаёшь вопросов, не лезешь в мою жизнь.

Я прищурился быстро прокручивая в голове слова Амели. – Ты хочешь, чтобы я финансировал тебя, дал тебе крышу над головой, но при этом полностью игнорировал?

– Рада, что ты понял. – усмехнулась она. Я молча добавил этот пункт в договор. – И последнее, – она наклонилась вперёд, чуть сощурив глаза. – Ты не имеешь права указывать мне, как одеваться, что носить и как выглядеть. – Я хмыкнул.

– Ты настолько боишься, что я посоветую тебе надеть розовое платье?

– Я настолько боюсь, что ты решишь, как должен выглядеть человек, с которым ты подписал контракт. – Я посмотрел на неё, на секунду задержавшими взглядом.

– Ты всегда такая упрямая?

– Ты всегда такой командир?

Я поставил точку, отодвинул ручку и подвинул к ней договор. – Теперь довольна?  – Она быстро пробежалась глазами по новым строчкам, затем подняла на меня взгляд.

– Теперь это звучит честно. – Взяла ручку и поставила подпись.

Я снова опустил глаза на договор и так же пробежался глазами по каждому пункту.

Гражданин Энрико Моретти, именуемый в дальнейшем "Опекун", с одной стороны, и гражданка Амели Жаккард, именуемая в дальнейшем "Подопечная",с другой стороны, заключили настоящий договор о нижеследующем:

1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

1.1. Опекун берёт на себя обязательства по обеспечению Подопечной жильём, питанием, обучением и материальной поддержкой.
1.2. Подопечная соглашается проживать на территории Опекуна, соблюдать уставленные договорённости и неукоснительно выполнять условия данного договора.

2. ОБЯЗАННОСТИ СТОРОН

2.1. Обязанности опекуна:

• Обеспечивать Подопечную всем необходимым для жизни и обучения.
• Не касаться личных вещей Подопечной и не входить в её комнату без разрешения.

2.2. Обязанности Подопечной:

• Посещать учебное заведение и выполнять образовательные обязанности.
• Находится рядом с Опекуном на официальных мероприятиях и по его требованию называть его "папой".
• Соблюдать личные границы Опекуна и не вторгаться в его личное пространство.

3. ОГРАНИЧЕНИЯ И ПРАВИЛА

3.1. Стороны не имеют права вмешиваться в прошлую жизнь друг друга, а также собирать или распространять информацию о прошлом.
3.2. Подопечная обязуется не задавать вопросов о деятельности Опекуна и не вмешиваться в его дела. Опекун, в свою очередь, обязуется не интересоваться деталями прошлого Подопечной.
3.3. Подопечная имеет право на личное время, в течении которого Опекун не должен с ней контактировать без крайней необходимости.
3.4. Подопечная имеет право покидать дом после учёбы и мероприятий без необходимости получения разрешения от Опекуна.
3.5. Опекун не имеет права навязывать Подопечной свой взгляд на её внешний вид, манеру одеваться или образ жизни, если это не касается официальных мероприятий.
3.6. Любые конфликты между сторонами должны решаться в рамках данного договора и без привлечения третих лиц.

4. СРОК ДЕЙСТВИЯ ДОГОВОРА.

Договор вступает в силу с момента подписания  и действует до достижения Подопечной совершеннолетия.

5. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ.

5.1. Стороны признают обязательность данного договора и согласны соблюдать его условия.
5.2. Изменения в договор могут вносится только по взаимному согласию сторон.
5.3. Подписания договора подтверждает осознание сторонами всех его пунктов.

ПОДОПЕЧНАЯ:

Амели Жаккард__________________(подпись)

ОПЕКУН:

Энрико Моретти__________________(подпись)

Ставлю свою подпись и кладу ручку на стол. Глаза поднимаются на девушку, протягиваю ей руку для заключения рукопожатий, об окончании собеседования. Девушка смотрит на мою руку – Обойдемся без этого. Что насчёт нарушения одного из пунктов? – Я убрал руку и задумался.

– В таком случае другая сторона имеет право нарушить одно из пунктов другой стороны. Так будет честно.

Девушка кивнула и ухмыльнулась. – Где моя мать? Ты ведь женат. – Фиолетовые глаза упали на моё обручально кольцо.

– Она придёт завтра. На деле она не является тебе матерью, я не записывал её в документ, я являюсь твои единственным родителям. Мы с этой девушкой расписались фиктивно, мне нужен был статус женатого.

– Понятно, в таком случае я не обязана назвать её "мамой"?

– Совсем нет, она будет жить у меня какое-то время.

– Могу ли я потребовать, чтобы она съехала.

Брови сошлись к переносице, Амели была стойкая в своих словах и решениях. у девушки не было привычки "говорить, а потом думать", она делала совершенно наоборот.

– Вполне, но ты ведь даже не знакома с ней.

Девушка кивнула, но оставила меня без дальнейших комментариев. Приготовленная рыба уже остыла, но была всё ещё тёплой, для приёма пищи. Взяв в руки столовые приборы принялся разрезать мясо. – И я не завтракаю, думаю на этом всё. – Белые рассыпанные волосы пошатнулись. Девушка встала из-за стола и пошла прочь.

– Я повешу договор в рамочке на стену, чтобы ты не забыла о его существовании. – бросил ей в след.

– По возрасту тебе это ближе. Забыть. – дверь закрылась.

Сидя на кожаном диване смотрю на огонь, что вытанцовывает в камине меняя цвета с оранжевого на красный. Дождь тарабанит по окнам, дрова трещат в камине, лучший дуэт. Звук подъезжающей машины выводит меня из мыслей. Входная дверь открывается, Валенсия входит в комнату. Мои глаза сразу же переходят на часы, уже за полночь.

– Почему не спишь? Чёртов дождь. – тихо спрашивает девушка скидывая с себя шубку.

– Ты сказала придёшь завтра, я ждал тебя утром. – взгляд снова переводится на дрова и я наконец отвечаю на её вопрос. – Дом уже не только мой.

– Она уже здесь?

– Спит.

Девушка проходит ко мне, я вижу как её зелёные глаза прикованы к моему лицу. Валенсия следит  за мои взглядом и смотрит на камин.

– Сколько ей?

– Шестнадцать.

– Хм. Думала, ты возьмёшь кого-то младше.

– Почему?

Девушка пожала плечами и снова посмотрела на меня. – Просто логичнее. Подстроилась бы быстрее.

– Мне не нужна дочь. Мы подписали контракт, она сделает всё, что мне нужно.

– Очевидно. – ухмылка появилась на её лице.

– Я должна с ней познакомиться?

– Не обязательно.

– Отлично.

– Нам нужно будет, когда-то, появится на встрече втроём.

– Сообщи заранее.

Сказала девушка и пошла в сторону лестницы. Остановившись у стены бросила взгляд туда, где я повесил наш с Амели договор. Как и говорил в рамочку и на стену. Валенсия лишь усмехнулась и пошла на верх. Мой комфорт теперь уходит на второй план, два человека заполняют его своим присутствием.

Дождь закончился к утру, трава покрылась инеем. После тренировки в спорт зале, горячий душ расслабил мышцы. Камердинер всё ещё не приехал, он должен привезти человека для работы. Аэтос и Альден бегают по газону играясь с мячиком, пока я переминаюсь с ноги на ногу, в попытках согреться.
Сегодняшний день совсем не похож на предыдущие, задача посетить школу и оформить девушку, ей в январе исполнится 17-ть, по документам детского дома Амели находилась в 11 классе на данный момент.

Аэтос принёс мне мяч и завилял хвостом. Его брат подключился рядом. – Апорт. – два хвостика помчались вслед за мячом, прогулка желала лучшего. Холодный ветер, туман который каплями оседает на кожи лица. Влажный воздух.

– Аэтос, ко мне! – крик разнесся по двору. Пёс помчался ко мне с другого конца заднего двора, пока тот что выше - Альден, остался разгрызать теннисный мяч. Хвостик сел около моей ноги и высунул язык. – Молодец, лапу. – грязная, мокрая лапа собаки легла в ладонь. Я снова похвалил Аэтоса и отпустил гулять.

Альдэн прибежал так же по моей команде и дал лапу. Светленькое пятнышко на носу придавало собаке менее грозный вид. Два брата добермана перетягивали палку, когда по полю разнёсся свист. Обернувшись на звук обнаружил девушку, она стояла в толстовке со скрещенными руками на груди. Два пса сорвались с места и помчали в её сторону. Стоя на поле наблюдал, как она погладила каждого и они в одну ногу покинули задний двор.

– Какого чёрта? – пробубнил себе под нос и пошёл следом.

Скинув пальто кинул его на пол. Амели что-то говорила двум собакам на кухне. – Что ты делаешь? Это мои псы, ты мешаешь нашей прогулке.

– Им хватило бы и часу прогулки, а ты мучаешь их уже третий. – ставя на пол миски с кормом сказала девушка не оборачиваясь.

– Давай я сам разберусь, что мне делать с моими псами.

Девушка молча хмыкнула и отвернулась к холодильнику. Она не выглядела сонной. Ни растрёпанной, ни тёплой, ни мягкой - как обычно выглядят люди на кухне ранним утром. В ней не было этой уютной, полусонной нежности. Наоборот - собранная, холодная, будто вовсе не спала. Амели стояла у холодильника, почти не дыша, и быстро пробегала глазами по полкам в поисках чего-то, что, скорее всего, даже не знала, как выглядит.  Сунув в тостер хлеб, сложил руки на груди и опёрся на столешницу, наблюдал за действием нового члена семьи. Иногда её взгляд скользил в мою сторону - коротко, почти вскользь. Но каждый раз ловил этот цвет.

Фиолетовый. Невозможный. Нереальный. Словно кто-то растворил аметист в снегу и заставил смотреть. В этих глазах не было тепла, но и холода тоже - они были за пределами понятия. Тихие, тревожные, будто из другого мира. Каждый её взгляд казался вопросом, который она не собиралась озвучивать. Она просто стояла искала "что-то" - и казалась до странного живой. Бессонной. Настоящей.

– Ты, может, ищешь совесть? – спросил я, снова осматривая её с ног до головы. – Её там точно нет, я проверял. – Амели даже не повела бровью.

– Нет, совесть мне не по вкусу. А вот чувство юмора, судя по всему, давно протухло. Ты его в холодильнике и оставил?

– Приятно знать, что ты отличаешь просроченное. Может, ты всё таки еду найдёшь, а не просто поиграешь в гляделки с йогуртом? – Девушка выглянула из-за дверцы холодильника и приподняла бровь.

– А ты откуда знаешь? Может, мы с йогуртом уже на второй стадии - "пристальный контакт глаз". Ты просто не понимаешь химию.

Я прыснул со смеху и включил чайник. Наконец она взяла этот несчастный йогурт с малиновым вкусом на который так долго смотрела. – Не спали тосты. – забирая чайную ложку вставила свои несколько копеек.

Залив кофе, положил на тост помидоры и сел за стол. Глаза цвета лепестков фиалки поднялись и устремились на дверь, звук приближающих шагов доносился за ней. Валенсия в халате с завязанными блондинестыми волосами в хвост показалась в комнате. Она осмотрела присутствующих и улыбнулась девушке, что сидела напротив меня.

– Доброе утро, Амели. Не думала, что в такой ранний час ты уже здесь.

– Ну вот, вся семья в сборе. – Комментирует беловолосая. Я невольно улыбаюсь и подношу чашку к губам. Валенсия мягко улыбается.

– Да, ну... я просто не хотела вмешиваться в ваш утренний ритуал "отец и дочка".  Не хочу портить идиллию.

Амели чуть кивает, всё так же сосредоточенно продолжая есть. Зелёные глаза в примесь с голубыми переходят и на меня и я ели заметно дергаю плечами. – Присаживайся. – Жена улыбается мне ещё шире.

– Не хотела мешать, просто думала представится. Валенсия. Ты, наверное, уже наслышана.

– Да, наслышана. – мягкая ухмылка появляется на лице Амели. Она выглядит мягче чем обычно, это довольно не обычно.

– Ну что ж, я могу предложить тебе что-то ещё. Могу помыть тебе фрукты? Или может сладкого?

– Спасибо, я уже пойду к себе.

Остановившись у столешницы Валенси обернулась, в глазах читалось то ли тоска, то ли неуверенность. Амели лишь молча встал из-за стола и пошла в сторону двери. – Скоро приедет твой лакей. – Кинул ей в след и дверь закрылась.

Белые покрашенные пряди выбившиеся из хвоста струились у лица девушки. – Я сегодня ухожу на встречу. – забирая тост с тарелки её глаза зелёного цвета уставились в мои. Я лишь кратко кивнул.

– Нужно моё присутствие?

– Нет. Я иду на свидание. – Румянец покрыл её щёки, она откусила хлеб.

– Хорошо. Не устраивай только здесь бордель.

Жена кивнула и удалилась из комнаты. Холодный ветер свистел за окном. В голове пролетало множество мыслей одновременно, Лук Ферретти так и не наградил меня ответом на моё письмо, мне важно было проинформировать его, что предложение в силе и я уже выполнил свою часть. Глаза цвета раскольного янтаря опустились на часы, что находили на запястье. Карлос должен вот-вот приехать со своей сестрой.

Машина останавливается около входа, Валенсия уехала несколько минут назад, вся светящаяся от радости и в предвкушении, меня абсолютно не интересует её личная жизнь, да и по договору мы не вмешиваемся в это.
Открывая дверь впускаю Карлоса, за ним заходит девушка 30 лет.

– Доброе утро, Карлос. Доброе утро, Дебора. – мягкая улыбка украшает лицо, я стараюсь казаться максимально ласковым. Помогаю снять пальто девушки.

– Доброе, мистер Моретти.

– Прошу,  называйте меня просто Энрико. Мы ведь не чужие люди, сколько раз виделись.

Девушка неоднократно приходила на какие-то праздники вместе с Карлосом. Когда с Орли не было возможности встретиться, мы устраивали посиделки с Карлосом и Деборой. Она не однократно говорила, что хотела бы работать на меня, наконец я мог предложить для неё что-то. Золотистые, коротко стриженые волосы ели касались плечей. Золотые локоны выглядели словно лучи солнца, девушка сама походила на солнышко. Всегда улыбается, делится с окружающими своим теплом. Я лишь надеялся , что характер Амели этого не испортит.

– Дебора, девочка на втором этаже. Дальняя комната. У неё специфичный характер, возможно первое время будет трудно. Если будут какие-то проблемы, не стесняйтесь говорить.

– Что ты, Энрико, не волнуйся, я и не с такими подростками встречалась.

– Я хочу чтобы сегодня вы съездили вместе с ней по магазинам, девочке нужен телефон и разнообразная одежда. – банковская карточка лежала между двумя пальцами.

Рука девушки коснулась моего предплечья, мягкая улыбка сверкала на её лице, голубые глаза бегали по лицу. Дебора была ниже Карлоса, по росту казалась совсем немного выше Амели, которая ели доставала макушкой до моего плеча. Большой палец успокаивающе поглаживал кожу руки. – Нет побьем, езжай куда тебе нужно. – она забрала карточку и сунула себе в карман.

Напряжение немного под ушло. Приобнявши Дебору сообщил Карлосу все нудные детали и отдал ключ от комнаты, на всякий случай. Пока в моём доме находятся девушки, её нужно оставлять закрытой. Поблагодарив семью Марсело покинул дом.

– Было бы лучше ели бы Вы наведались к нам вместе, мистер Моретти.

– Девочка привыкает к новому дому, я бы не хотел давить на неё. – холодно-серые глаза сужаются. – Я хотел бы сделать для неё комфортную жизнь, мисс Капелли.

– Хорошо, Вы сказали, что в детском доме она была зарегистрирована в выпускном классе? – строгость директрисы витала в кабинете.

Протягивая ей документы Амели осматриваю девушку. Официальный, чёрный, идеально выглаженный костюм. Тёмно-каштановые волосы собранные в пучок. Тонкие губы накрашены розовой помадой. Чёткие скулы, и холодный взгляд.
Глаза серого цвета пробегаются по документам. – Документ об удочерении. – потягивая ко мне руку говорит Сильвия Капелли не отрывая глаз от бумаги.

В папке у меня лежат все нужные и не нужные документы которые взял с собой на всякий случай, и по видимому, не зря. Удостоверившись в документе протягиваю в руку директрисе. Пребывая в кабинете понимаю, что никогда в жизни не хотел бы учить в школе для обычных детей, у нас это было намного проще.

– У вас разница девять лет? Вы нарушили закон. – звонок звенит в коридоре, сразу же начинает подниматься гам. Множество криков, звуки шагов.

– Всё было договорено, в любом случае, это не имеет никакого отношения к учебе.

– Мистер Моретти, а Ваша жена, она не зарегистрирована как мать, почему? – тяжело выдохнул перебирал в голове множество вариантов. Каждый мой ответ будет зарывать меня в яму ещё больше. Эта женщина не давала покоя.

– Сильвия, я Вам плачу за то, чтобы вы взяли девочку в середине учёбы, хотя Вы могли бы сделать исключение, ведь девочка из детского дома. Давайте я Вам просто ещё сверху доложу, чтобы мы наконец закончили этот разговор без лишних вопросов.

Капелли откинулась на спинку стула и молча окунулась в мысли. Холодно-серые глаза бегали по моему лицу. – Вы делаете что-то противозаконное, мисс Моретти. Я пока не понимаю, что конкретно, но здесь явно что-то не так. Знаменитый фотограф за один месяц обрел жену и ребёнка, для чего? – Я лишь успел открыть рот для ответа, но её рука поднялась вверх в останавливающем жесте. – Мне нужно подумать, Энрико. Возможно придётся обратится в службу для выяснения всех вопросов.

– Мисс Капелли, у нас нет времени ждать, девочка уже должна продолжить обучение.

– До свидания, мистер Моретти, я Вам позвоню. – выплюнула директриса и указала рукой в сторону двери, обозначая, что разговор на этом завершён.

На улице начинал пускаться дождь, маленькие, холодные капли падали на лицо, пока я стоял во дворе школы и не знал, что же делать. Если Сильвия позвонит в службу защиты детей, проблем будет куда больше. Детей в коридорах школы уже не было, перемена закончилась, все сидели по классам и слушали нужные уроки. Телефон в кармане зазвонил, контакт «Орли» светился на экране.

– Генрих, куда пропал? После встречи с Амели ты совсем испарился, я уж подумал, не совершил ли ты там самоубийство. – шутки друга сейчас были вообще не к месту.

– Стою во дворе школы, директриса промыла мне все мозги. Не хочет брать Ами в школу, я вызываю у неё подозрения.

– Ну знаешь, смотря на тебя, я бы тоже задумался. И что делать?

– Ждать. Сказала сообщит органам, чтобы меня проверили.

Орландо затих на другой стороне телефона. Рядом с ним послышался голос Вивианы. – Мы как раз ехали к тебе, скажи адрес, может поможем. – Холодный дождь лишь усиливался.

– Вы мне об этом когда собирались сказать?

– Сейчас я тебе об этом говорю, так что, адрес говори.

– У меня машина, я сам доберусь. – Волосы стали прилипать к лицу, ветер поднялся. Всё же что-то меня удерживало во дворе, я мог уже давно сесть в машину и наслаждаться теплом. –Улица Корсо Умберто. – не дождавшись никакого ответа назвал улицу.

– О мы как раз рядом, сейчас поможем. Жди.

Орли не дожидавшись ответа отключил звонок. Сунув руки в карманы пальто стал ждать. Дождь хлестал по двору с какой-то назойливой, почти издевательской настойчивостью. Капли били по асфальту, сливаясь в мутные лужи, словно кто-то сверху неспешно, но методично размывал границы между чёрным и серым. Вода рябила - от каждой новой капли на поверхности вспухал круг, исчезая, как только появился следующий. Казалось земля дрожит, не выдерживая дождя.

Нежелание ещё сильнее промокнуть заставило развернуться и встать под навес, над входом в школу. Глаза расколённого янтаря всматривались в пространство перед собой. Мокрый воздух лип к коже, скатывался по шее так же как и капли, что стекали с промокших волос. Они противно бежали по коже и исчезали где-то под пальто, впитываясь в рубашку. Тишину нарушал только стук дождя - ритмичный, будто счётчик времени. Взгляд упал на лужу у ног - капли рассыпались по её поверхности, будто маленькие взрывы, как шаги чьих-то ног, приближающихся в спешке. Резко выдохнув прикрыл глаза. Погода которая успокаивает. Запах мокрого асфальта ласкал рецепторы.

Звук подъезжающий машины выбил меня из наслаждения. Открыв глаза наблюдал как машина полиции медленно въезжала на территорию школы и останавливалась. Позвонила. Я уже начал перебирать варианты ответов, на вопросы о которых ещё не знал. Машина остановилась и двигатель заглох. У меня есть все документы, но нет ответов на вопросы. Почему человек фотографирующий обнажённых девушек не может иметь семью, конечно может. Мне не о чём волноваться, я совершенно ничего не делал. Ну кроме как удочерил ребёнка на девять лет младше. Двери открылись, дождь сразу же покрыл два тела. Мужчина и девушка. Глаза сузились, я осматривал знакомые фигуры так словно у них выросло по ещё одной голове.

Под руку парочка добежала ко мне под навес. – Ну и погода, Генрих, чего тебе дома не сидится? – Улыбка медленно расползлась на лице  Орландо осматривал меня с ног до головы, а рядом стояла его девушка в форме полицейского.

– Я уж думал за мной приехали. – смешок вырвался из уст и я приобнял лучшего друга.

– Ну вообще-то, так и есть. Что у тебя там с этой директрисой? – поговорила Вивиана стряхивая с формы капли дождя.

Быстро введя друзей в курс дела мы вернулись обратно в здание. Я не успел задать лишних вопросов, дверь в кабинет директора открылась и наша группа вошла внутрь.

– Лейтенант полиции - Вивиана Серрафини. Добрый день, мисс Сильвия Капелли. – Девушка достала удостоверение личности и показала нашей главной персоне. Мои глаза упали на её погоны. Две звезды. Мы с Орландо стояли сбоку и наблюдали за этой картиной, молча.

– Не ожидала Вас увидеть снова так рано, мистер Моретти. Для чего я понадобилась лейтенанту Серрафини?

Вивиана присела напротив, мы с Орли стали по обе стороны от неё. Девушка уверено сидела на стуле со скрещены и руками и закинутой ногой на ногу. Чёрные волосы завязаны в низкий пучок.

– Меня интересует почему дочь Энрико Моретти не может быть зарегистрирована в вашей школе. У мужчины есть все нужные документы, не понимаю проблемы.

– Мисс Серрафини, я не могу принять эту девочку. Девять лет разницы - это абсурд. Он не её отец. Это даже не законно. Я обязана уведомить социальную службу.

– Энрико - её официальный опекун. У него есть все документы. И, поверьте, я бы первой пришла в участок, если бы хоть на мгновение подумала, что она в опасности. – мы с Орландо переглянулись, но оставили рты закрытыми.

– Я не говорю, что она в опасности. Но вы же понимаете, как это выглядит? Мужчина, которому 25 лет, удочеряет девочку, с которой у него нет кровного родства. А теперь вы хотите, чтобы я впустила её в школу, будто всё в порядке?

Напряжение сгущалось в воздухе, дождь тяжело тарабанил по окнам. На коридоре снова прозвенел звонок оповещающий об окончании урока. Орли ели заметно погладил Вивиану по плечу.

– А всё и есть в порядке. Или вы ставите под сомнение решение органов опеки? Или моё? Я - старший лейтенант полиции. И если я говорю, что это не фикция и не схема - значит, это так. Девочка потеряла всё, и Энрико - единственный, кто не отвернулся. – по телу пробежалось приятное тепло, она заступается за меня используя ложь. Возможно Вивиана и уверена, что девочке ничего не угрожает, но она не имеет никакого отношения к органам опеки, ведь они даже не были подключены во время подписания удочерения. Сильвия приподняла бровь и облокотилась локтями на стол, перенося вес.

– А вы не слишком вовлечены? Он ведь, по видимому, ваш друг? – девушка Орландо издала смешок и немного расслабилась.

– Он - фотограф. Слишком гордый, чтобы просить о помощи. Но сейчас не об этом. Амели имеет право на образование. Если вы её не примите, я передам это выше. Как отказ от базового права ребёнка.

Сильвия тяжело выдохнула и снова вернулась в прежнее положение, облокотившись на спинку стула. Руки сложены в замок лежали на коленке. Поджатые губы говорили о том, что девушка сомневается в решении. Вивиана звучала уверенно, спокойно и убедительно.

– Девочка появляется внезапно, без медицинской карты, без школьных архивов, с неясным прошлым. Вы хотите, чтобы я закрыла на это глаза?

– Я хочу, чтобы вы открыли глаза шире. Не всё в этой жизни укладывается в ваши табели и бумажки. Она жертва системы, которой Вы так слепо доверяете. И вы сейчас - ещё одно её звено.

– Я защищаю других учеников.Вы уверены, что она не опасна? Мы не знаем, где она была всё это время. Что с ней происходило.

– Я знаю. И этого достаточно. Она прошла через ад и всё ещё стоит на ногах. Вы называете её рискованной, а я - сильной. И именно поэтому она должна быть здесь, среди обычных детей. Чтобы понять, что нормальность - это не привилегия.

С каждым словом казалось словно дождь начинал бить по окнам всё жёстче. Ещё больше сгущая напряжение в комнате. Между двумя девушками будто образовывалось грозовое облако, которое вот-вот взорвётся и начнёт распространять молнии на всё живое и не живое. Испаринка пота появилась на лбу, я не вёл этот диалог, но меня будто лихорадило от всего этого напряжения.

– Но у нас правила. Вы не можете заставить меня их игнорировать.

– Я не заставляю. Я предлагаю сделать Вам исключение ради исключительного случая. Если уж быть честными - эти правила не были написаны под такие истории, как её. И уж точно не под таких, как Энрико. – девушка в погонах тяжело выдохнула. – Если Вы откажете ребёнку в образовании только потому, что у неё нет красивой папки с печатями - Вы не директор, а бюрократ с комплексом Бога.

Холодно-серые глаза Капелли прожигают Вивиану, затем поднимаются на меня и переходят на Орландо. Девушка молчит, а мы лишь ожидаем её ответа. Взгляд падает на бумаги – Ладно. Я внесу её в список условно. Но если хоть что-то пойдёт не так...

– Тогда Вы позвоните мне и я разберусь. Но всё будет хорошо. Просто... дайте ей шанс. – поднимаясь со стула перебила её Вивиана.

– Иногда мне кажется, я работаю не в школе, а в суде.

– Иногда Вы забываете, что дети - не преступники. – лёгкая улыбка покрыла лицо Серрафини и они с Орландо покинули кабинет.

Звук ручки подписывающей бумагу ласкает уши, внутри я уже ликую от этой победы.

– Прошу, не впутывайте в это детей. И пусть не кто в школе не говорит моему ребёнку кто я такой. Все вопросы можете решать лично со мной, или если Вам будет угодно с лейтенантом Серрафини. – несколько купюр кладутся на стол директрисы. Она награждает меня тяжёлым взглядом и кивает.
– Удобно Вы устроились, мистер Моретти, с такими товарищами ничего не страшно.

Протягивая мне подписанный лист об обучении на её лице растягивается улыбка. – Она мне не подруга. – кратко кидаю в след и покидаю кабинет.
Орландо с Вивианой стоят у стены в обнимку. Множество детей проносятся мимо нас с криками "Извините", если случайно задевают кого-то из троих. Дверь за спиной хлопает и словно по команде Орли и Ви отправились к выходу. Девушка быстро набирала сообщение на телефоне. Глаза раскалённого янтаря бегали по вестибюлю первого этажа. Панорамные окна покрытые каплями дождя, различные цветы в белых горшках. Красивые настенные светильники и встроеные лампы в потолок. Мальчишки в белых рубашка и чёрных галстуках дерутся портфелями в углу помещения. Женщина лет пятидесяти наблюдает за обстановкой и лишь иногда кричит в след «Не бегайте», проносящимся мимо детям. Они конечно же тормозят, но зайдя за угол продолжают свой бег.

Приятные цвета жёлтого, белого и серого встречаются по всей территории школы. Мягкие кресло-мешки расположенные под стеной, где прямо сейчас находятся несколько человек. Здесь дети от девятого до одиннадцатого класса - страшная школа. В коридорах стоит шум, различные голоса которые обсуждают последний просмотренный фильм или новую игру. 
Внутри образовуется тоска, у нас такого не было. Вся эта школьная жизнь пронеслась мимо, пока мы находились в усадьбе. Дверь открывается и холодный воздух скользит по лицу, громоздкие капли дождя лупят по земле. Вивиана наконец кладёт телефон в карман и осматривает местность.

– Начальник сказал заехать в участок, заодно оставлю машину. Энрико, сможешь поехать с нами?

– Конечно. Вивиана, спасибо. Честно, то что ты сделала, я это ценю. – Девушка кинула на меня взгляд. Карие глаза с вкраплениями жёлтого осматривали моё лицо.

– Это не ради тебя, Моретти. Это для неё.

Дворники ходили туда-сюда, тяжёлый капли с силой падали на лобовое стекло. В салоне тихо играл трек Wilked Game - Chris Isaak, дуэт песни и стука капель по окну идеально комбинировались вместе. Полицейская машина виляла впереди. Глаза опустились на наручные часы, я потратил столько времени на всё это.

Останавливаясь у полицейского участка открываю дверь для друга. Чёрные волосы девушки скрылись за дверью. Орландо уселся на переднее сиденье около меня.

– Твой распорядок дня сбит, что теперь будешь делать?

– Выстраивать новый, только теперь с учётом женщин.

Пальцы стучали по рулю, глаза наблюдали за каплями, что падали на стекло и быстро скатывались вниз, догоняя друг друга. Мокрые волоски липли к лбу, как бы я их не приглаживал рукой назад. Словно ураган мысли проносились в голове. Каждый день - лотерея, и не я тяну билет.

– Генри, всё в порядке? – голос друга зазвучал так будто, я только что выбрался из воды. Глаза цвета расколённого янтаря упали на обеспокоенное лицо друга. Голубые глаза, наполненные океаном, осматривали меня так бережно.

– Да, ты что-то спрашивал?

– Говорю, что будешь делать дальше? Хотя, вижу этот вопрос не актуальный, ты по видимому и сам не знаешь.

Молча кивнув головой снова уставился на капли дождя. Если бы я не согласился на всё это. На брак. На удочерение. Моя жизнь была бы как и всегда. Мне действительно всё это понадобилось? – Мне нужны будут камеры, у меня в доме две девушки. Нужно быть уверенным, что не одна из них не войдёт в мою комнату.

– Думаю, это верно. Валенсия будет долго у тебя жить?

– Ещё не знаю, такое чувство, будто Ами принесёт мне больше неприятностей, чем Валенсия. – голова Орландо медленно наклонилась так, чтобы попадать в моё поле зрение. Голубые глаза выпучены, я быстро пробежался по сказанной фразе, чтобы понять, что именно его так удивило.

– Я ещё по телефону заметил, думал показалось. Ами? У вас уже настолько близкие отношения? – ухмылка растянулась на лице Орландо. Его каштановые волосы были мокрыми, локоны свисали и едва касались лба.

– Это сокращённо. Так быстрее. – буркнул я, не глядя на него.

– Ага. А дальше что? "Амишка"? "Ами-пушистик"? Признавайся, ты уже завёл таблицу уменьшительно-ласкательных имён?

– Ты идиот, Орли.

– Зато я не вляпываюсь в сложности с несовершеннолетними и не даю им прозвища, у которых у педагога по этике случится инсульт.

– Господи, ты всё усложняешь.

– Нет, это ты всё упрощаешь. Ами. Мило, почти интимно. Может, ей тоже тебе кличку придумать? Например, Жареный?

– Я сейчас тебя выкину из машины.

– Только не на мокрый асфальт - у меня кудри!

Смех Орландо разнёсся по всему салону. Я пихнул его в плечо. Боковым зрением увидел Вивиану, которая быстро бежала к машине в попытках не намокнуть больше чем уже есть. Слава всем господам, она избавит меня от продолжения этого идиотского диалога. – Пересаживайся назад. – Пихнул снова Орландо и тот вылез из машины. Быстро открывая дверь для девушки, пока капли впитывались в одежду и ещё сильнее мочили его кудри. Пара уселась на заднем сидении и я сразу же отправился в сторону дома.

Вивиана что-то рассказывала про работу, а я снова наслаждался звуками дождя. Запах мокрого асфальта гулял в салоне в примесь с моим собственным - ментоловым. Люблю всё, что пахнет именно так.

– Валенсия не будет против нашего прибытия, всё таки она тоже там живёт? – голубые глаза показались в салонном зеркале. 

– Она поехала на свидание. – машину сразу же обрушила тишина. Очевидно, как странно это звучало. Моя жена пошла на свидание с другим. – По договору мы не лезем в личную жизнь друг друга.

– Прекрасно. Вы живёте как соседи. – отозвалась Вивиана рядом с Орли.

– Если бы существовало что-то хуже, чем "соседи" я бы так и сказал.

– Живёте как кошка и пылесос: мирно, пока никто не начинает шуметь. – не теряя момента высказался Орл. Что на самом деле прозвучало логично.

Парочка на заднем сидении залилась хохотом. – Главное, чтобы однажды пылесос не всосал кошку. В переносном смысле, конечно. Хотя кто вас знает... – добавила Ви. Я в очередной раз убеждаюсь, что эти два человека друг друга стоят.

– Спокойно, этот пылесос давно не включается.

– Оо, это прозвучало как диагноз вашему браку. – высунул голову друг между сидениями.

– Это не брак. Скорее сожительство с маркетинговой целью.

– С нотками безразличия и ароматом одиночества? – задумчиво произнесла девушка и я словил её взгляд в зеркале.

– С лёгким послевкусием сожаления, но зато в красивой упаковке.

Дальнейшая дорога прошла без подколок и прочих неуместных фраз. Дождь не на шутку разыгрался. Машина паркуется у дома. Карлос стоит с двумя зонтами около двери, я сообщил ему, что мы приедем. В паре с Карлосом, под одним зонтом проходим в дом, Вивиана и Орландо следом. Тепло помещения сразу же покрывает тело, дрова в камине трещат. Тишина окутывает всё пространство.

– Всё в порядке? – тихо спрашиваю камердинера. Тот лишь молча кивает и слегла улыбается.

Мокрая верхняя одежда покидает тело. Глаза сразу же бегают по территории на наличие каких-то изменений, но всё так же, как когда я уходил. Орландо и Вивиана остались в холле, а я пошёл в кухню, где были слышны какие-то звуки. Дверь открылась и перед глазами показалась картина. Амели сидит на столе и болтает ногами. Дебора месит тесто, явно прикидываясь, что не замечает происходящего.

– За столом едят, Амели. Не сидят, как беспризорники на стройке. – грубый голос эхом разнёсся по комнате. Фиолетовые глаза лениво взглянули на меня.

– О, начальник вернулся. Всем встать, выпрямиться, прекратить дышать.

– Хотя бы спрыгни, ты выглядишь как избалованная кошка на мебели. – скрещивая руки смотрю на неё сверху-вниз.

– Если бы я была кошкой, ты бы давно выгнал меня с тапком. Но, увы, я в договоре. – девушка отвернулась в сторону Деборы и нахально продолжила болтать ногами.

– Тебя в договоре не было, ты - бонусный уровень к моему нервному срыву. – фиолетовые глаза скользят по мне.

– Тогда стой подальше от кухни. Тут и так пицца сгорает, теперь ещё и ты закипаешь. – Амели кивнула в сторону Деборы.

Я услышал как Дебора хмыкнула и не поворачиваясь раскатывала тесто. – Я всё слышу, синьора Амели.

Белые волосы заплетённые в косу уложены на левое плечо девушки. Она наклонилась в сторону Деборы и стала шептать, так будто я не услышу:

– Хорошо, что не нюхаешь, тут сгорело кое что другое - настроение Энрико.

– Господи, дайте мне просто расслабится. Без философий, огня и ваших театральных реплик. – Ухмылка покрывает лицо Амели. Она наконец спрыгивает со стола и осматривает меня.

– Ты выглядишь как реклама шампуня после торнадо. Тебя промочило или ты так страдаешь сильно?

– Не переживай, это всего лишь несколько капель. А вот твой сарказм... его не вытерпеть.

Амели скрестила руки на груди и снова обвела меня взглядом. – Ладно, пойду. Но знай - в следующий раз я сяду в раковину. И там не написано, что нельзя. — Девушка прошла мимо меня к двери.

– Специально для тебя, напишу. – она ухмыльнулась и закрыла дверь с другой стороны.

Далеко ей уйти всё равно не получится, там сидят Вивиана и Орландо. Они не пропустят её мимо себя. – Как мне это вытерпеть, Дебора? – вздыхая, проговариваю смотря на дверь, за которой только что скрылась Амели.

– Это не самая тяжёлая работа, Энрико. Главное - не забывать, что у вас ещё есть выбор. – мягкая улыбка озаряет её лицо.

– Выбор? Похоже, его почти не осталось, когда речь заходит об Амели. 

– Вы, мужчины, все одинаковые. Думаете, что выбор это только про вас, а на самом деле - это она решает. – я усмехаюсь её ответу.

– Всё так сложно, когда кто-то постоянно меняет правила.

– Правила никогда не бывают простыми, но иногда стоит просто расслабиться и играть по ним.

Дебора попросила подождать пока до готовиться первая пицца, что уже находилась в духовке. Я решил вернутся к гостям. Орландо сидел на чёрном, кожаном диване и смотрел на огонь, на горизонте не было видно не Амели, не Вивианы.

– Куда делась твоя мисс-полисс? – усевшись рядом, устремил взгляд туда же куда и друг.

– Пошла общаться с Амели, хочет проверить точно ли ей ничего не угрожает. – бровь изогнулась в непонимании.

– Ты считаешь она в опасности? Здесь? Со мной?

– Нет, но она несовершеннолетняя, а я прекрасно помню что мы делали в детском доме.

Усевшись удобнее смотрел на Орландо так будто пере до мной не человек которого я знаю большую часть своей жизни, а незнакомец. В голубых глазах отражался огонь, он выплясывал и откидывал на лицо различные тени. Бушующее цунами в его глазах перевелось на меня, не поворачивая голову.

– Я не причиню ей вреда.

– Ви - лейтенант полиции, ей просто нужно убедится в этом самостоятельно.

– Она знает, про то что мы делали в детском доме?

– Боже упаси, конечно нет. Мы не настолько долго состоим в отношениях, чтобы я ей это рассказал. Она лейтенант! Как ты представляешь буду я выглядеть в роли её парня, но в наручниках? – наши голоса затихли, мы опасались на случай если не заметим, как кто-то выйдет из комнаты и сможет подслушать.

– Почему ты не говорил, что она полицейская?

– Я сам только узнал. Мы познакомились в клубе, а потом вместе гуляли. Она не уточнила где работает, да я и не спрашивал.

Кивнув головой снова уставился на огонь. Тёплый тени бегали по стенам. Дождь всё так же тарабанил по окнам, будто кто-то просто не умеет играть на барабане.

– Кода я был ребёнком, думал, что в камине живёт маленькое чудовище, которое ест деревяшки и дышит светом. – между нами повисла небольшая пауза, я знал, что он продолжит. Поэтому ждал. Всё так же неотрывно смотря на огонь. – Теперь иногда хочется быть этим чудовищем.

Я усмехнулся и обдумал его слова. – А я, наоборот, всегда хотел быть тем, кто гасит огонь. Иронично, учитывая мой темперамент. – Орли переводит взгляд голубых глаз на меня.

– Нет, брат, ты не гасишь. Ты просто превращаешь пожар в искусство. В этом вся суть.

– Иногда мне кажется, что я сам сгорю в нём. А иногда - что мне просто нравится смотреть, как горят другие. – я перевожу взгляд на друга. Его бровь изгибается в дугу.

– И в этот момент ты звучишь, как психопат с поэтической душой. – это наблюдение выбивает из груди смешок.

– Лучше, чем просто психопат.

– Ну да. Так хотя бы есть шанс, что твоя автобиография станет бестселлером.

– Только не дай ей название "Как стать золой и не пожалеть".

Орландо лишь усмехается и кивает в сторону огня. – Или "Инструкция по выживанию рядом с Энрико".

– Там должен быть целый раздел про огнетушители.

– И про то, как не под жарится под его взглядом.

Мягкая улыбка играет на лице. Я дома. Тишина опускается на нас, в воздухе гуляет приятное тепло от огня. Слышно только потрескивание поленьев.

– А если серьёзно... ты ведь знаешь, что я всегда рядом, да? – словно боясь нарушить приятную тишину, почти шёпотом спрашивает друг. Его глаза наполнены любовью и взволнованностью.

– Знаю. Вот поэтому я ещё не пепел.

Ладонь Орли падает на моё плечо и в поддерживающей манере сжимает. Звук открывающей и закрывающейся двери на втором этаже выбивает нас из атмосферного купола, что сами только что построили.
Вививана спускалась по ступенькам смотря под ноги, рядом шла Амели, как и всегда не показывая не каких эмоций. Руки в карманах толстовки, босые ноги ступали по холодному полу. Белоснежные волосы всё так же заплетены в косу.

– Ты не имела права допрашивать её без моего участия. Она несовершеннолетняя, а я её отец. Это против закона. – Вививана остановилась возле меня. Мы стояли плечо к плечу, Амели молча прошла дальше.

– Это был не допрос, Моретти, просто девчачий диалог. Тем более, я помогла тебе со школой, на твоём месте, я бы перестала так кидаться на людей.

– Я уже сказал спасибо! – раздражённо выплюнул девушке которая уже направлялась за моей спиной, к своему парню.

Глаза упали на спину Амели, дверь кухни закрылась за ней и мне на миг стало тоскливо. Она не сказала ни слова. Тяжело выдохнул обернулся к друзьям и уставился на Вивиану. – Спасибо. – тихо, с искренностью в голосе произнёс девушке. Её карие глаза потеплели и мягкая улыбка растянулась на лице. Пошатнувшись на ногах вперёд-назад всё же развернулся и пошёл за Амели. За одно и проверю как там пицца, что готовит Дебора.
Подходя к двери слышу голос лакея – Аккуратнее с ножом, милая. Порежешься - опять не дашь себя перевязать. – ручка тихо опускается и дверь открывается. Меня не заметили сразу, прислушиваюсь к их разговору. Он звучит очень тихо, видимо чтобы мы не слышали.

– Да пусть режет. Я люблю боль. Она единственное, что всегда честна. – отвечает Амели и складывает руки на груди.

В меня словно вонзили тысячу ножей, дрожь прошлась под кожей. Я услышал как Дебора тяжело выдохнула, но не как это не прокомментировала. Решив не заострять на этом внимание и не подавать виду, что я слышал этот краткий диалог, вошёл в комнату как не бывало. – Ну как тут наша пицца? – Две пары глаз обернулись на меня, выдавил из себя лживую улыбку и уставился на Амели.

– Вторая только пошла в духовку, одна уже полностью готова. Синьор Энрико, вы с гостями будете на кухне или в холле?

Амели бегала глазами между нами сохраняя безразличие на лице. Все присутствующие сидят за столом. Вививана и Орландо что-то щебечут, но мои мысли блуждают в фразе, что сказала Амели. Девушка с белыми волосами сидит по левую руку от меня, она так же не поддерживает разговор двух людей. Я лишь изредка выдавливаю из себя улыбку и "угукаю". Фиолетовые глаза скользят по моему лицу, ощущение будто после их следа остаётся морозный холод. Она выглядит как снег, как мрамор. Сколько тайн хранит в себе эта девочка.

Каждый разбегается по комнатам. Любовная парочка друзей занимает одну из гостевых спален. К счастью, я не зря делал ремонт с большим количеством гостевых. За окном уже темно. Карлос и Дебора уехали домой. Дождь затих пару минут назад, только капли с крыши касаются изредка стекла и скатываются по нему. Тёплый душ ласкал кожу, влажные волосы, не до конца высушенные, зализаны назад.
Ночь поглощает всё здание и вместе с ней накрывает тишина. Бокал с красным вином в руке. Тепло от камина в который я только что подкинул свежих дров ласкает голый торс. Тени от огня гуляют по бронзовой коже, очерчивая чернильные тату. Я сижу в спальных штанах, босые ноги касаются пола, тело расслабленно. В голове – туман. Аэтос и Альден спят в комнате с Ами, она забрала их к себе сразу же, после того, как все разошлись. Входная дверь открывается. Входит она, Валенсия. Каблуки стучат по полу, а потом тишина. Всё как всегда, поздно. Она входит с лёгкой походкой, уже не торопясь. Её волосы не такие, как были раньше – слегка растрёпанные, макияж который уже не выглядит идеальным, как это было по началу. Я это замечаю, хотя и не хочу.

– Ты не спишь? – скидывая пальто спрашивает жена.

Я не отвечаю сразу, продолжаю смотреть в огонь. Это уже не первый раз. Не первый раз она приходит домой ночью. Холодная лёгкость дурманит разум. – Ты поздно или наоборот, рано. Как обычно. – девушка усмехается и присаживается рядом на кожаный диван, немного ближе чем нужно.

– Ну, ты всегда так холоден. Как пламя, только не тянет. Ты всегда был таким горячим, но на меня не реагируешь.

Ощущаю её взгляд, всё ближе и ближе. Она как огонь, который хочет меня поглотить, но я не могу позволить. Даже если огонь знаком. Лишь своему пламени я могу довериться на все сто. Она тянется ко мне, её касания - это как попытка разрушить стены, которые я возводил годами. Ногти красного цвета касаются торса и медленно поднимаются вверх.

– Ты был всегда таким горячим, Энрико, и красивым. Так много страсти в тебе... что ты с ней делаешь? – голос Валенсии перешёл на шёпот, интимный, возбуждённый с небольшой хрипотой.

Я не двигаюсь, чувствую её дыхание близко. Оно струится по шеи и поднимается вверх, почти ощущаю её губы, но не позволяю себе погружаться в этот момент. Она – как огонь, и я – не готов сгореть. – Страсть? Я не знаю, что это такое. Я знаю, что она жжёт. Ты уж слишком поздно это поняла. – почти саркастически отвечаю на её попытку вывести меня из контроля разума.

Валенсия почти касается моих губ. Почти. Но я отстраняюсь, плавно, не резко, но достаточно отчуждённо. Вижу как её зелёно-голубые глаза темнеют от недовольства, но она ничего не говорит. Всё оставшееся молчание как тонкая нить напряжённая между нами.

– Ты никогда не даёшь себе права на ошибку, верно? Никогда не позволяешь себе быть слабым, быть настоящим. И всё же ты остаёшься горячим... даже если держишь себя в руках.

– Я не могу позволить себе быть слабым, это не для меня. А ты... ты не стоишь того, чтобы быть слабым рядом с тобой.

Она встаёт, тени играют на её лице на котором играет обида, но не злость. Глаза зелёного цвета медленно, нежно проходят по моему лицу, опускаются по телу. Я словно чувствую их, как руки, которые гладят гладкую кожу. Жена разворачивается и идёт в сторону лестницы. Поднявшись на несколько ступеней, оборачивается. Я плохо вижу её тело в темноте, но знаю, что она смотрит на меня. – Спокойной ночи, муж. И будь осторожен с огнём, ты можешь сгореть.

Устремивши взгляд на пламя мысли словно кружили голову. Детские воспоминания прорывались наружу, словно всплывали из огня и производились как фильм.

Ночь. Мы с Орли сидим на полу в комнате. Жаркая, летняя ночь просачивается через деревянные стены и греет комнату, создавая эффект бани. Окно открыто настежь, ночной ветер колышет старую тюль. Лампа светит на прикроватной тумбочке Орли.

– Ты когда-нибудь заметил, как ты всегда выглядишь? Как огонь. Твои глаза... такие яркие, как раскалённый янтарь. Даже когда ты мочишь, они всё равно горят. Не могу понять, как ты можешь быть таким, Генрих. Всё вокруг будто плавится.

– Мне плевать, как я выгляжу, я не выбирал быть таким.

– Но ты не можешь это скрыть, понял? Ты -  пламя. Даже в этой тени, просто так и есть.

Я навсегда запомнил этот диалог. Но мне казалось лишь Орландо видит это, пока в дальнейшем дети из детского дома не стали обсуждать это между собой.

Девочка и парень из более младшей группы идут по коридору. Золотистые волосы девочки завязанные в два хвостика колышутся от ходьбы. Замечая нас она притупляется ближе к своему другу. – Орландо тихий, но Энрико... Он не такой. Он может сжечь тебя одним взглядом. Мне кажется, он самый опасный человек здесь.

Глаза парнишки косятся на нас, они вместе ускоряют шаг. – Ты что, с ума сошла? Я не хочу, чтобы меня вообще заметит тот, кто так на нас смотрит. Эти глаза, они словно жгут. Понимаешь? Жгут.

Эти двое не знали, что Орландо лишь прикидывается тихим. Его нож украденный из столовой всегда находился рядом, уверен даже сейчас этот парень носит его где-то под боком. Я вернул его ему при нашей первой встрече, после моего выпуска из детского дома.

– Софи оставалась с ним наедине. Она сказала, что его кожа пылает под пальцами. Интересно, на сколько это правда. – стоя за углом слушал диалог двух подружек. В руках лежит ручка, которую кручу между пальцев. Я не вижу лица девочек, но мне достаточно лишь слов.

– Он и правда как огонь. Я видела, как от его рук исходит тепло. Когда он прикасается к холодному стеклу, оно запотевает. И его глаза... они как два огненных угля, когда он злится. Ты не можешь не почувствовать этого жара, даже если просто рядом с ним стоишь. – отозвался второй голос, более писклявый.

– Но он ведь не показывает этого. Он же холодный, не так ли?

– Он не холодный, он скрывает всё это  Снаружи он как лёд, но стоит ему что-то почувствовать или загореться, и ты не знаешь, что с тобой будет. Ты даже не заметишь, как сгоришь, если будешь рядом слишком долго.

– Как бы не стать тем, кто попробует это понять...

Я лишь усмехнулся и пошёл в сторону своей комнаты, оставляя двух сплетниц позади.

– Ты видела, как Энрико прошёл? Он прям как огонь... Жар от него такой, что прямо внутри тебя начинает гореть. Говорят, если ты его разозлишь, не останется ничего. Он сжигает всё. Как дракон. – шепталась девочка с рыжими волосами, новенькой. Их глаза были прикреплены к нам с соседнего столика в столовой.

– Он такой... страшный. Я не хочу знать, что с тобой будет, если он начнёт что-то делать.

Орландо лишь ухмыляется дожёвывая помидор. Глаза снова улавливают огонь в камине и я словно возвращаюсь из прошлого. Уже во взрослом возрасте понимаю, что большинство слов были детскими выдумками, ведь даже иногда приходилось слышать, что я умею стрелять огнём из рук, что конечно же не являлось правдой. Но вот, что действительно не отнять это то, что мой темперамент является самим воплощением пожара.

Машина останавливается около школы. Множество детей входят в здание, общаются, куда-то спешат. Амели не моргая смотрит в окно перед собой, ремень безопасности обнимает её тело.

– Так, мой номер телефона у тебя есть. Телефон Деборы и Карлоса тоже. Если что-то произойдёт - звони.

– Волнуешься?

– Видимо, по сравнению с тобой, да.

Кончик губы дернулся в намёке на улыбку. Белые волосы завязаны в низкий хвост, розовая блестящая помада красуется на пухлых губах. Белая рубашка и чёрные брюки красиво сидят на теле. Чёрный галстук свисает.

– И ещё – вынув из внутреннего кармана банковскую карточку протянул её Ами. – Это на личные расходы. Там ограниченный баланс на день, трать с умом. – Девушка кивнула и вынула у меня из рук поливинилхлоридную карточку и покинула салон машины

Я наблюдал за колышущимися волосами пока они не скрылись за дверью школы.  Мысленно надеясь, что всё действительно будет хорошо выехал на главную трассу и помчал в сторону рабочей студии.

– Мистер Вацетти, скажите пожалуйста, какого чёрта Вы делаете на моей работе? Я конечно знал, что Вы мазохист, но не до такой же степени. – меняя объектив сказал другу, который нахально осматривал помещение.

– Спокойно, Генри, я не собираюсь красть твои секретные снимки и продавать их конкурентам. – голубые глаза бегали по штативу со светом. – Просто стало любопытно, где именно ты сжигаешь свои нервы и добиваешься репутации ледяного тирана.

– Осторожно, здесь всё конфиденциально. Если ты хоть глазом моргнёшь не туда - тебя вынесут в плёнка.

– В плёнке? – Орландо театрально выглянул из-за стойки и с видом мученика продолжил. – Надеюсь, глянцевой. Я всегда мечтал быть в модном журнале. Может подпишешь: "Здесь покоится Орландо Вацетти. Умер за кадром"?

– Не испытывай моё терпение, это не прогулка, а работа. – прошипел сквозь зубы. – Где Вивиана, почему ты не с ней?

Орли опёрся руками об подоконник и начал осматривать улицу. Сегодняшняя погода была явно лучше чем вчера. – Начальник вызвал. Прости конечно, но оставаться наедине с твоей женой, я не хотел. Ты сообщал мистеру Луку Ферретти о том, что выполнил свою часть.

Камера легла на стол, протирая руки салфеткой наблюдал за кучерявой головой друга, что вертелась туда-сюда, словно кот наблюдал за птицами. – Писал, сразу как ты привёз Амели. Он так ничего и не ответил. – За дверью послышались голоса клиентки и визажистки. – Орландо, убирайся! – сквозь зубы прошипел другу. Тот обернулся на меня, голубые глаза бегали от двери ко мне. Я махнул ему рукой и дверь открылась.

– Мистер Моретти, добрый день. – Орландо стоял позади них, я улыбнулся двум пришедшим девушкам и указал рукой в сторону зеркала.

– Проходите.

Две девушки перекидываясь фразами прошли вперёд не замечая моего замешательства. Скользнув мимо них, прошёл к Орландо. – Чего ты, давай как в старые добрые? – успел сказала Орли и не дожидаясь моего ответа запорхал в сторону девушек. – Дамы, я Орландо Вацетти, помощник фотографа. Какой макияж вы сегодня предпочитаете, давайте подберём бельё.

Руки сжались в кулаки. Вивиана будет счастлива, Орландо. Пробежались мысли в моей голове. Девушки захихикали и подхватили его настроение. Орландо предлагал моей модели несколько видов белья. Белое, голубое. Сеточкой, кружевное. Иногда обращаясь ко мне: "Что Вы думаете, мистер Моретти, по этому поводу?". А я лишь думал, как бы его не придушить прям здесь.
Пока два человека обхаживали молодую девушку с крашеными красными волосами, на телефон пришло сообщение.

– После школы пойду прогуляюсь, если нужно будет забрать позвоню. – первый день в школе и уже не возвращается вовремя домой. Что ж, я сам согласился на это.

Визажист покинул студию и мы приступили к работе. – Орландо, подержи рассеиватель около левой стойки света. – Выпроводил друга, лишь бы не мешался мне под рукой. Держа в руках полукруглую оправу внутри которой белая ткань, Орландо успевал ещё комментировать всё что видит. После нескольких щелчков Вацетти подошёл снова ко мне.

– Мистер Вацетти, Вы не могли бы хотя бы пять минут просто стоять и молчать? – Раздражённо сквозь зубы процедил.

– Я просто вдохновляюсь, видите, у модели заиграли скулы. Это талант, мистер Моретти, Вам не понять.

Нажимая кнопку проносятся звуки затвора и щелчков. – Стоим так же. – Крикнул модели и понизил голос до шёпота. – Я понимаю только одно: если ты скажешь "ножку повыше" ещё раз - я разобью об тебя софтбокс. – Кинув мимолётный взгляд на Орландо снова сделал щелчок. Друг поглаживая подбородок.

– Между прочим, "ножку по выше" - это классика. Ты попробуй, вдруг модель засияет как никогда. – театрально сказал Орли специально для меня, пока вспышки мерцали со стороны модели. – Великолепно! Просто божество света! Не слушайте этого брюзгу в чёрном, Вы потрясающая. – орал Орл на всю студию. Эхо отбивалось от стен.

– Орландо... – нервы были на взводе.

– Да-да, я понял тише воды, ниже травы. – шёпотом в мою сторону проговорил помощник и снова повернулся к модели. – Но, честно, мистер Моретти, если бы Вы улыбались хотя бы как Ваша камера - клиентов бы было в два раза больше. – снова громко проговорил Вацетти. Девушка с красными волосами улыбалась его речам и наблюдала за моей реакцией.

– Ты хочешь быть следующим в кадре?

– Смотря кто фотографирует. Если Вы - пас. Если модель - можно обсудить. – Орли награждает девушку подмигиванием и та смеётся ему в ответ.

Клиентка покинула студию в прекрасном настроении, а вот я наоборот, был полностью раздражённый. Складывая всю аппаратуру на свои места, Орландо всё так же гулял по студии, словно не делал это как только сюда вошёл. – Учти, я расскажу Вивиане, чем ты тут занимался. – наши взгляды встречаются.

– Тогда ты расторгнешь клятву братьев. – хватаясь за сердце сказал Орли.

– Чего? Я не давал не какую клятву.

– Ну всё, это удар ниже пояса.

Не став ничего отвечать, закатил глаза и продолжил разбирать аппаратуру.
Сидя в машине тихо играла джазовая музыка, руки крепко сжимали руль. Орландо что-то печатал на своём телефоне, а мои глаза падали на часы. Ещё два урока и я должен был бы забрать Ами с учёбы.

– Не злись, девушке понравилось. Мы ведь работали вместе в детском доме.

– Просто... заткнись. – тяжело выдохнул сжал руль сильнее.

Оставшуюся дорогу провели молча, нужно было успокоить свой бушующий пожар внутри. Машина затормозила у дома. – Прости. – тихо сказал Орли и покинул машину. Фигура парня шла к двери. Чувство вены словно цунами накрыло меня, всё ведь действительно было не так плохо. Дверь машины хлопнула.

– Орли! – откликнул друга, который уже собирался открыть входную дверь и войти в дом. Голубые глаза уставились на меня, в них не было злобы или обиды, просто спокойный океан. Подойдя к другу заключил крепкие объятия. Напряжение ощущалось каждой клеточкой тела, но уже спустя секунду Орландо расслабился и ответит взаимностью. – Ты меня прости, всё было супер. – запах его одеколона ударил в ноздри. Как утро в старой кофейне: горьковатый кофе, тёплый, с лёгкими деревянными нотками. Где-то на границе аромата таился дымок – тонкий, почти неуловимый, как напоминание о холодных пальцах и зажжённой спичке. Такой родной аромат. Этот одеколон ему подарили родители на его первое день рождение в их семье. Девятнадцать лет, и вот уже по сей день он снова и снова покупает их, когда старый флакон заканчивается.

Войдя в дом на кожаном, чёрном диване сидела Валенсия. Альден лежал рядом с ней свернувшись калачиком. Аэтос был ближе к камину. Когда мы вошли внутрь два пса бросились в нашу сторону. Глаза зелёного цвета в примесь с голубым уставили на Орландо.

– Ты наконец нашла с ними общий язык? – скидывая своё пальто интересуюсь у жены. Ведь она не как не могла найти ладу с собаками, они ну не как не хотели подпускать её к себе.

– Да, Амели помогла сегодня утром.

– Амели? – брови сошлись к переносице.

– Пока ты был в тренажерном зале с утра, мы встретили на кухне. Аэтос и Альден пришли следом за ней.

Я лишь угукнул и повесил ключи на крючок. Орландо прошёл мимо Валенсии и выхватил её бокал с вином.

– Ты всё ещё здесь? – равнодушно спросил у девушки, что уже хотела начать кидать реплики в сторону друга.

– Представь себе. – саркастически ответила жена.

– Да уж, особенно если в доме есть бесплатный алкоголь и драма. Ты прямо как сериал - невозможно выключить. – надпивая её вино проговорил Орландо. Валенси прикрыла глаза и усмехнулась.

– А ты всё шутишь, Орландо. Когда-нибудь тебя за это кто-то и задушит.

– Только если с любовью.

– Если закончили играть в театр, я бы предпочёл тишину. – бросая на обоих злобный взгляд, уловил хорошее настроение Орли и уже испорченное Валенсии.

– Конечно ты ведь без неё не умеешь. – девушка поднялась с дивана и забирая бокал пошла в сторону лестницы.

Через час жена уехала на работу, Ордандо сидел на полу пока я делал очередной подход. Его работа тренера выливается на мне, какие-то новые идеи, новые упражнение. Я словно его собачка для опытов. Он считает, – Семь... восемь – а я делаю очередное отжимание на напольных брусьях, вниз головой. В ушах пульсирует. – И что она просто пошла гулять после школы? – в перерывах между счётом спрашивает Орли. Я лишь одобрительно промычал. – Отдыхаем! И ты ей не позвонишь не узнаешь где она? Ты всё же отец? – уволившись на пол пытался отдышаться.

– Договор... – тяжело выдохнул и закрыл глаза. Пот медленно стекал с лба и переходил на затылок. – Она может... спокойно покидать дом после учёбы... и мероприятий – тяжёлый выдох и я переворачиваюсь на живот. Наши глаза встречаются. – без необходимости моего разрешения.

– Настолько всё серьёзно.

– Более чем. – забирая у Орландо воду поднимаюсь на ноги. – Продолжим.

Вивиана приехала сразу же после роботы, Орландо в этот момент уже готовил блины на кухне, пока я сушил волосы после душа. Мой дом превратился в общежитие. Чёрные волосы струились по спине, она осмотрела помещение и ласково мне улыбнулась. – Орл на кухне. – Она молча кивнула и пошла в сторону нужной двери.

Запах кофе разносился по комнате, свежие блины стояли посреди стола, а вокруг маленькие блюдца с налитыми внутри различными сладостями. Варенье, сгущёнка, арахисовая паста, шоколадная паста, мёд. Вививана рассказывала про их дела на работе, Орландо же поделился своим сегодняшним опытом помощника. К счастью его девушка спокойно отреагировала, на его помощь, хоть и не до конца была в курсе всех событий.

Машина покинула территорию дома, Аэтос и Альден кружились у моих ног. Карлос сегодня не вышел на работу по состоянию здоровья, но вот Дебора с самого утра помогала Амели в сборах. Они явно имеют отношения лучше, чем у меня с Ами.
Ноги принесли меня к конюшне, две лошади поприветствовали меня своими кивками и взвизгами. Погладив Виолу и Моттео по шеи, осмотрел конюшню. Внутри было куда теплее чем на улице. Виола затопала копытами на месте и я усмехнулся. – Прости красотка, сегодня ты просто гуляешь. Тебе уже нужно заменить подковы. – два коня грациозно вышли из стойла и прошли на газон.

Коричневая, коротко стриженая грива Моттео колыхалась на ветру, хвост развивался. За своим конём вышла грациозная, чёрная лошадь. Сейчас мы как в старые добрые, одни дома.

– Прокатимся? – поглаживая Моттео смотрел в его кофейные глаза. Конь фыркнул и толкнул меня носом.

Оседлав коня набирая скорость, мчали против ветра по территории усадьбы. Альден бежал около нас уверено, не отставая. Наклонившись вперёд конь набирал скорость. Декабрьский ветер жалил лицо и руки. Копыта стучат по газону откидывая в сторону грязь, что образовалась после вчерашнего дождя. Ощущение легкости и свободы переполняет внутренности. Улыбка расползается на лице.

Я приготовил суп из рыбы. Валенсия вошла в дом после работы. Смотрю на время. Лёгкая усталость после продуктивного дня.

Суп остывает слишком быстро. Я чувствую, как пар исчезает с поверхности, как ложка, только что горячая, становится прохладной на ладони. Напротив Валенсия, она говорит. Уже давно. Я не различаю слов, только ритм, словно капает. Пикает. Отмеряет время.

– ... и представляешь, она пришла в шёлке, в белом, под дождём. Как будто снимается в дешёвом кино, я ей говорю: "Ты забыла, что у нас грязь, а не красная дорожка?" А она стоит, губы трясутся - я даже почти пожалела.

ПИК

Голос проникает сквозь барабанные перепонки, но не задерживается в голове. Я будто сижу под водой, а она снаружи, и её речь преломляется, искажается, теряет смысл. Я смотрю на дверь. Амели не пришла. Мог бы написать, позвонить, но это было бы... навязчиво. Глупо. Слабость. Она не обязана приходить. Не обязана есть.

... и она продолжает.

– А потом я встретила её через два дня с тем же мужиком! Вид у него был, как у той курицы из рекламы замороженного гриля. Почему женщины выбирают таких? Это ведь загадка.

ПИК ПИК

Я не двигаюсь, тело деревянное. Словно я не здесь. Стул напротив пуст, чёрт возьми, всё ещё пуст. Четыре ножки, одна тарелка, ложка аккуратно лежит. Никто её не тронул.

ПИК

Я моргаю, ложка застывает в руке. Суп остыл.

ПИК

Капля сбегает по стеклу окна, я не слышал, когда начался дождь.

ПИК

– ...и потом она вцепилась в меня, как будто я должна была её спасать! Я же не терапевт, не спасатель, не её мать. Люди думают, что если ты выслушал их раз - ты обязан делать это вечно.

ПИК ПИК ПИК

Сквозняк качнул занавеску, я даже этого не заметил сразу. Ветер пахнет сыростью. Камень, дождь, страх.

Не туда ушёл, стоп. Думай о другом.

Валенсия смеётся, я не слышу почему. Голос как дрель в бетон.

ПИК

Я не слышу сам себя, внутри пусто. Словно кто-то вынул всё тёплое, мягкое, живое, а потом натянул кожу обратно и сказал: "Вот, живи..."

ПИК ПИК ПИК

И вдруг – ЗВОН. Не реальный, не физический. Где-то внутри словно взорвался хрустальный шар. Я поднимаю голову. – Ты закончила? – я не знаю сколько говорил я или говорил ли я вообще. Просто голос сам прорезал воздух.

– Что? – девушка быстро моргает.

– Ты говорила пятнадцать минут. Ни одного вопроса, ни одного взгляда, только шум. – она слегка усмехается, но не так как обычно.

– А я думала, ты любишь, когда рядом кто-то есть. – тяжело выдохнув, встаю.

– Я люблю, когда рядом кто-то молчит.

Стул скрепит, мои шаги глухие. С той стороны стола так никто и не сел.

Я не слышал ничего от Валенсии оставшийся день, закрывшись в комнате наслаждался спокойным одиночеством. На электронную почту пришёл ответ от Лука Ферретти, как я и ожидал он пригласил всю нашу семью на торжественное мероприятие, где хочет поближе со мной пообщаться.
За окном темнело, пока я редактировал фотографии на ноутбуке. Амели так и не вернулась домой.

Глаза раскалённого янтаря упали на настольные часы, почти половина одиннадцатого вечера. Валенсия давно спит у себя в постели, жена старается придерживаться графика, хотя обычно сама же его и нарушает. Накинув на тело белую майку вышел на кухню за коньяком. Огонь в камине вот-вот погаснет, дождь тарабанит по окнам. Наливая в бокал янтарного цвета алкоголь в холле послышалась закрывающаяся дверь. Взгляд упал на всё ещё стоящую тарелку с супом, к которой так не кто и не притронулся. Бутылка встала на своё место, пальцы обхватили бокал и я вышел в тёмную комнату, где лишь огненные лучи играли на стенах.

На кожаном диване завернувшись в плед сидела девушка. Пройдя мимо забросил в камин свежее полено, огонь сразу же перескочил на дрова и стал вытанцовывать, разогревая комнату ещё сильнее. Развернувшись на месте осмотрел Амели. Поджатые ноги, воткнутый кос в плед. Мокрые, белоснежные волосы липли к лицу. Фиолетовые глаза устремлены на огонь.

– Ты весь день где была? – строгость звенела по холлу отскакивая от стен. 

– На прогулке. Не волнуйся, я не убежала продавать органы. – не поднимая взгляда проговорила девушка.

– Было бы проще, если бы ты просто говорила куда идёшь. Это... разумно и безопасно. – Амели фыркнула.

– Разумно это когда не забываешь купить молоко три дня подряд, а я просто гуляла.

– Я не твой надзиратель, – тяжело выдохнул и сел рядом с ней. Глаза упали на бокал с коньяком. – Иди переоденься, заболеешь.

Девушка ухмыльнулась, скинув с себя плед, потянулась. В движении рукав рубашки сдвинулся. Совсем чуть-чуть – но достаточно. На запястье мелькнуло что-то чёрное, не браслет, не украшение. Бинт или напульсник, слишком плотно намотанный. Взгляд прикипел к месту где только что была её рука.

– Это что? – Амели машинально поправила рукав, без взгляда, без слов. – Ты ударилась?

– Что-то вроде. – Она пошла в сторону лестницы. – Не задавай вопросов на которые не хочешь ответов, Энрико. – не оборачиваясь, в пустоту проговорила девушка и не дожидаясь ответа стала подниматься по ступенькам прочь.

__________________________

Вся информация о выходе глав, спойлеры и многое другое в Тгк: Тени страниц🪶

Люблю каждого💋
© Али Райвен