Глава 2
День убийства Зака Лонга:
— Зак, ну хватит, — Зиринити звонко смеялась с шутки своего друга, пальцы ее легко скользили по завиткам узора на выцветшей футболке.
— Харпер еще не пришла? — резко сменив тему, нетерпеливо спросил парень, его голос выдавал скрытую тревогу.
— Наверное, опять где-то прячется с Лео, — Зи закатила глаза, во взгляде мелькнула тень раздражения. — Эти двое... вечно у них тайны.
Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вихрем ворвалась Харпер, лицо ее сияло безумной улыбкой.
—Ты просто не представляешь, что случилось! — воскликнула она, голос ее дрожал от возбуждения, почти срываясь на крик.
— О, — протянула Зиринити, в голосе слышалась натянутая ирония. — Неужели у кого-то украли первый поцелуй?
— Откуда ты узнала? — прошептала Харпер, щеки ее вспыхнули румянцем. Она отчаянно пыталась скрыть смущение, но выходило это неуклюже и жалко.
Девушки завизжали, и принялись прыгать на кровати, сотрясая мебель.
— Ой, я же с Заком разговаривала, — спохватилась Зи, ее смех слегка утих.
Харпер схватила телефон.
— Ну что, Лонг, теперь и мои губы не девственны, — промурлыкала она в трубку.
В ответ послышался тяжелый вздох. Зеринити и Харпер недоуменно переглянулись.
— Харпер, мы ведь с Лео учимся вместе... Понимаешь, он не совсем... хороший человек, — начал было Зак, робко подбирая слова. Его голос дрожал от дурного предчувствия.
— Не хочу ничего слушать, Зак! — оборвала его Харпер, ее тон стал жестким. — Знаю, ты его недолюбливаешь, но не надо очернять его. Я люблю его, понятно? Люблю! Уже представляю, какое свадебное платье надену. Кружевное или...
— Харпер, я должен это сказать... Он опасен, — продолжал Зак, несмотря на ее протесты.
Идальго протянула телефон подруге, словно избавляясь от ядовитой змеи, и уткнулась лицом в подушку.
— Зак, да ты просто с ума сошел! Что этот голубоглазый красавчик может сделать нашей подруге? — недоуменно спросила девушка, пытаясь скрыть тревогу в голосе.
— Мне нужно идти, — уклончиво ответил Зак. — Расскажу позже. Как только узнаю все наверняка...
Вскоре после этого Харпер позвонила Лео и рассказала ему о разговоре с Заком. В трубке воцарилось молчание, а затем Лео монотонно произнес: «Разберемся». Холод в его голосе мог заморозить кровь.
От лица автора:
— Сегодня был безумный день, Лео, — прошептала Харпер, прислонившись к холодному стеклу окна машины.
Они ехали домой к девушке. Ей следовало быть там уже давно, отец всегда бывает в ярости, когда его дочери опаздывают к ужину.
— Зи на тебя давит, это очевидно, — с возмущением выдавил Лео. — Хватит за ней бегать, как преданный щенок! Неужели ты не видишь, что она тебя не ценит? Ты всегда рядом, готова поддержать, а она... Порой мне кажется, что ты ей просто не нужна. А теперь еще этот Зак... из-за него она готова разорвать с тобой все связи. — Лео резко нажал на педаль газа, ярость клокотала в нём.
— Ну перестань, они мои друзья, — попыталась оправдаться Харпер, но голос ее звучал неуверенно.
— Друзья? Да таких друзей врагу не пожелаешь! Просто мечта, а не компания, — саркастично бросил Лео.
Харпер взглянула на парня с нечитаемым выражением в глазах — то ли со злостью, то ли с грустью. Она хотела защитить своих бывших друзей, но в глубине души понимала, что Лео прав.
Губы её дрогнули, готовые выдать гневную речь в защиту Зака и Зи, но она передумала. Сжавшись в комок, девушка прижалась к двери, мечтая лишь об одном — оказаться в своем убежище, подальше от этого гнетущего разговора.
От лица Китнисс Грэм:
Вечер сковал меня в ледяных объятиях. Я должна найти виновного. Эта мысль не дает мне покоя. Разговор с Харпер заставил меня взглянуть на убийство Зака под другим углом. Боже, какое мне дело до этого? Почему я так одержима этой правдой...
От лица автора:
— Кит, я дома! Помоги мне с пакетами, пожалуйста, — услышала девушка уставший, надломленный голос матери. Она тут же вскочила с продавленного дивана, словно ее ударило током.
— А где Эван и Райан? — спросила она, стараясь скрыть зарастающее в душе раздражение, от предвещающего ответа матери.
Оливия, скидывая пальто, тяжело вздохнула — то ли от изнеможения, то ли от безысходности.
— Я отдала этих маленьких разбойников Дэниэлу.
— Мама, ты шутишь? Ты оставила моих братьев с человеком, который бросил нас ради какой-то смазливой студентки? — Китт с раздражением выхватывала из рук матери полные пакеты, торопливо расставляя продукты по полкам.
Оливия устало опустилась на стул, и ее голос окреп. Не от злости, а от отчаяния.
— А чего ты хотела? Ты целыми днями пропадаешь в школе, а мне, между прочим, надо оплачивать счета, смотреть за твоими братьями и держать в порядке этот дом. Не смей меня осуждать!
Девушка опустилась на колени перед матерью, бережно взяв ее руки в свои.
— Мам, ты же знаешь, я стараюсь в школе, чтобы получить хорошие оценки и поступить на бюджет. Мне тоже нелегко, но это не повод отдавать наших мальчиков этому... человеку. В следующий раз, когда устанешь, просто скажи, я займусь братьями.
Оливия вырвала руки, резко встала и, пройдя мимо дочери, бросила через плечо:
— Учись, Кит. Просто хорошо учись. Большего мне от тебя и не нужно.
Оставшись одна, Кит без сил опустилась на стул и, закрыв лицо ладонями, беззвучно заплакала. Это стало ее ежедневным ритуалом с тех пор, как отец ушел к своей бывшей студентке ровно год назад. С тех пор ее мать словно подменили: из любящей и нежной женщины она превратилась в замкнутую и отчужденную.
И девушка не винила ее. Старалась не замечать, когда мать срывалась и говорила гадости.
«Сосредоточься, Китт, тебя не должен волновать этот Зак. Думай об учебе...»
Но тщетные попытки заглушить навязчивые мысли оказались безуспешными. В голове вновь и вновь всплывали обрывки разговоров. Что-то не давало покоя. Интуиция, обычно тихая и незаметная, на этот раз кричала о том, что правда где-то рядом, в самой глубине лжи и недомолвок.
Словно загипнотизированная, Кит поднялась со стула,попутно накидывая на себя легкую куртку, вышла из дома. Ночной воздух обжег лицо, прогоняя остатки сна. В районе было тихо и мрачно, лишь редкие фонари бросали тусклый свет на пожелтевшую листву.
Как раз неподалеку и от дома Грэм, находилось жилье Брианны. Эти двое жили в не самом благополучном районе Лондона.
От лица Брианны Торрес:
После изматывающего дня я вернулась в этот унылый, ненавистный съемный дом. Как же тоскую по Мексике...
Только я переступила порог, как мама, обрушилась на меня с расспросами о первом дне в новой школе.
Я слышала ее голос, но слова тонули в гулкой пустоте. В голове, словно заезженная пластинка, крутилась смерть этого Зака. Может, и мои провалы памяти как-то связаны с ним?
— Бри, — позвала мама, — ты где вообще витаешь? Что у тебя за взгляд... — Она взяла мое лицо в ладони, словно пытаясь разглядеть мою душу.
Не желая ни с кем делиться своей тревогой, я лишь отмахнулась и побрела к своей комнате. Но не успела коснуться дверной ручки, как на меня налетел брат, не вписавшийся, видимо, в поворот.
— Бри, сегодня столько всего произошло, ты даже представить себе не можешь...- Айзек запинаясь, начал было вещать своей сестре о своем первом дне в школе.
Опустившись перед ним на колени, чтобы наши глаза были на одном уровне, я перебила его:
— Дорогой, я очень устала, давай в другой раз.
Брат, кажется, обиделся, но виду не подал. За спиной послышался голос матери:
— Милая, хотя бы поешь перед тем, как идти в свою комнату.
— Сегодня поужинайте без меня, мне нужно отдохнуть.
С этими словами я вошла в свою комнату, закрыла дверь и с облегчением сползла по ней на пол. Нужно просто лечь и постараться, наконец, собрать расползающиеся мысли воедино.
Тишина комнаты обволакивала, а навязчивые мысли в голове всё не давали покоя. Зак. Его имя эхом отдавалось в голове, вызывая мучительное жжение в сознании. Кто он? Почему его гибель терзает меня, словно я причастна к ней? И почему я ничего не помню?
С трудом поднявшись, я подошла к окну. За ним виднелся чужой город, незнакомые улицы, чужие люди. Ничего родного, ничего, что могло бы успокоить. Я чувствовала себя потерянной, вырванной из привычной среды и брошенной в водоворот неизвестности.
Нужно было что-то предпринять. Нельзя просто сидеть и ждать, пока воспоминания сами собой вернутся.
Решившись, я встала с пола и направилась к столу. Открыв ноутбук, я впервые за долгое время почувствовала прилив энергии. Нужно начать с малого. Ввести в поисковую строку имя. Зак Лонг. И посмотреть, что выдаст этот безжалостный, но всезнающий интернет. Пусть это будет отправной точкой. Пусть это будет началом моего возвращения к себе.