Глава 6
От удара Альфа Ромео тряхнуло с новой силой и в салон, вместе с ворвавшимся ветром и снегом, посыпались осколки стекла со стороны водителя. Тут же Алекс почувствовал, как по щеке к подбородку потекло что-то горячее, скрываясь где-то под воротом пальто и впитываясь в ткань. Но на этом Брандтнер заострил внимание лишь на долю секунды, поскольку ситуация на дороге, да и в салоне машины, начала накаляться.
По приказу хозяина, Рекс спрыгнул на пол, пытаясь вжаться в него как можно сильнее, поскольку, он был единственным членом семьи, кто не был пристегнут ремнем безопасности. От визга Марион проснулся Мартин, огласив салон своим пронзительным криком, явно имея преимущество над силой голоса сестры. И во всей этой какофонии на переднем сидении металась Габриэлла. Она вертела головой по сторонам, глядя то на мужа, то на ехавший рядом внедорожник, то на детей, и совершенно не знала, что делать. Пару раз Габи пыталась отстегнуться, чтобы попробовать перелезть назад, но Алекс останавливал ее, закрывая на секунду замок ремня своей ладонью.
А гонки на выживание продолжались. Огромные, по сравнению с Альфа Ромео, машины продолжали двигаться рядом, пытаясь все сильнее зажать автомобиль комиссара между собой. И тогда по салону разносился противный скрежет, словно машину сейчас могло раздавить, превратив в груду металла. Иногда внедорожники отъезжали в стороны, но тут же съезжались снова, ударяя Альфа Ромео с новой силой.
Салон трясло, трещало, скрипело. Визжали дети, скулил Рекс.
— Габи, - не отрываясь от дороги и стараясь вырваться из ловушки, поспешно сказал Алекс, - звони Бёку. Скорей!
Но девушка будто не слышала его. Стеклянными глазами, полными ужаса, она смотрела в свое окно, чувствуя, как сердце вот-вот остановится, поскольку машина, ехавшая с ее стороны, проехала вперед и из-за тонированного стекла, чуть опущенного вниз, показалась кисть руки, сжимающей пистолет. И Габриэлла, сама того не осознавая, на секунду засмотрелась на эту картину, стоящую перед глазами, которая могла быть последней в ее жизни. Сильные пальцы, смуглая кожа, под которой виднелись выступающие вены, и как довершение ко всему – пистолет. «Как в фильме», - пронеслось в голове Габриэллы, прежде чем рука мужа резко пригнула ее туловище вниз, а затем раздался хлопок. И теперь стекло со стороны Габи разлетелось на мелкие кусочки.
— Марион, возьми пледы, - прокричал Алекс, стараясь, чтобы его голос был громче шума ветра, залетевшего в салон, и рева моторов. – Укройтесь и укройте Рекса. Габи, звони Бёку! Звони Бёку, Габи! – последнюю фразу он выкрикнул на пределе возможности своего голоса.
Крик, который весьма редко слышался от Алекса, подействовал как нельзя лучше. Габи, словно очнувшись, схватила свой телефон, лежавший рядом в подстаканнике, и судорожно начала искать номер Кристиана. Благо номер друга был в первых трех вызовах, совершенных девушкой за последнее время. Поэтому, когда Бёк ответил на звонок, Брандтнер едва не закричала.
— Кристиан, нам нужна помощь. Северная трасса на подъезде к городу.
— Что у вас происходит?! – взволнованно спросил Бёк, слыша в динамике странные звуки и крики детей.
— Бёк, скорее!!! – это все, что успела сказать Габриэлла.
От нового удара, машину тряхнуло с новой силой, и телефон выпрыгнул из рук Габи, скрывшись где-то под сиденьем.
— Алекс, сделай что-нибудь! – закричала Габриэлла, наблюдая за тем, как машины снова сжимают их.
Нервы были на пределе, адреналин зашкаливал, но мозг все еще был способен мыслить трезво. И Алекс, который уже давно пытался вырваться из ловушки, понял, что нужно действовать сейчас, иначе, будет поздно.
— Держитесь! – сквозь зубы процедил Брандтнер и крепко вцепился пальцами в руль.
Тут же послышался визг тормозов, машину тряхнуло, раздался скрежет и зеркала заднего вида, которые уже едва держались под натиском тонированных «танков», рухнули на асфальт, прокатившись по нему и скрывшись где-то под колесами машин, оставшихся на пару метров впереди. Но этой разницы хватило на то, чтобы развернуть автомобиль и помчаться в обратном направлении. А где-то вдалеке уже слышался вой сирены, с каждой минутой становившийся все громче и громче. И Алекс даже не понял, когда два преследователя скрылись из вида, наконец, оставляя полицейских в покое.
Остановив машину, хотя покореженное транспортное средство уже трудно было назвать таковой, Брандтнер перевел дыхание и опустил руль, чувствуя, как онемели побелевшие пальцы.
— Все в порядке? – осведомился комиссар, оглядывая свою семью.
— Д-да, - шмыгнув носом и вытерев последние капельки слез, кивнула Марион, принявшаяся успокаивать брата. – Не плачь. Не плачь. Смотри, вот твой мишка.
— Рекс, ты как?
В ответ на вопрос из-за сидений показалась морда пса. Он огляделся по сторонам и, встав на лапы, кое-как уместившись между рядами сидений, гавкнул.
— Отлично, - кивнул Алекс и перевел взгляд на жену. – Габи.
Девушка усердно закивала, успокаивая мужа немым ответом, что с ней все хорошо. Но ее вмиг побледневшее лицо говорило об обратном. И в следующий момент Брандтнер опрометью выскочила из салона, едва успев добежать до края обочины и убрать с лица растрепавшиеся волосы, как желудок начал выворачиваться наизнанку. Поэтому когда Петер, Кристиан, машина с патрульными и скорая помощь затормозили возле машины Алекса, картина была довольно удручающая.
— Что произошло? – кинулся к другу Бёк, заострив внимание на Альфа Ромео, пробегая мимо.
— Ничего себе! – Петер окинул взглядом автомобиль и, присвистнув, тоже подошел к другу.
— Могло быть и хуже, - усмехнулся Алекс, который держал на руках Мартина.
Марион же жалась к комиссару, обхватив его ручками за пояс, и подрагивала, то ли от холода, то ли от пережитого.
— А ну-ка, иди сюда, - улыбнулся Хел Мартину и забрал ребенка у Алекса, который выглядел довольно нервозно, хотя и старался не показывать своего состояния. – Так что у вас произошло?
— Да мы сами не поняли, - пожал плечами Брандтнер, поглаживая Марион по шапке, надетой на голову. – Ехали с виллы Герхарда, а тут две тонированные машины, как из-под земли выскочили. Кажется, марки Джип. Начали нас зажимать. Потом стрелять пытались.
— Ты запомнил номера? – поинтересовался Петер.
— Не уверен, - помотал головой Алекс.
Все это время Кристиан, слушая друга, поглядывал в сторону все еще стоящей на краю обочины Габриэллы, возле ноги которой преданно сидел Рекс, пытаясь своим присутствием поддержать хозяйку.
— Я схожу к Габи, - махнул рукой Бёк и направился к девушке. - Габи... - подойдя к ней, начал говорит Кристиан, но та его перебила.
— Все нормально, - на выдохе ответила Брандтнер и, выпрямившись, вытерла губы платком, вынутым из кармана куртки. – Это просто испуг, - заверила она и, глубоко вдохнув морозный воздух, направилась к мужу.
— Точно все хорошо? – продолжал осведомляться Бёк. - Там врачи подъехали. Могут...
— Спасибо, Кристиан, - снова перебила его Габриэлла, - со мной все... - она неожиданно резко остановилась и, приложив пальцы к виску, закрыла глаза.
— Габи? – нахмурился Бёк.
— Все хоро...шо, - проговорила та тяжело и глубоко дыша. – Воздуха что-то не хватает, - она оттянула ворот куртки, пытаясь освободить шею. – Дышать тяжело.
Махнув рукой медикам, стоящим у своей машины, Кристиан снова перевел обеспокоенный взгляд на Габриэллу, и едва успел коснуться ее руки, чтобы поддержать, как девушка неожиданно закатила глаза и медленно начала оседать прямо в руки друга, теряя сознание.
***
Открыть глаза было не так уж легко, но после второй попытки Габриэлла все же смогла увидеть помещение, в котором находилась. Это была их с Алексом спальня, окутанная приглушенным светом двух ночников, стоящих на прикроватных тумбочках по обе стороны кровати. Из приоткрытого окна подувал морозный ветерок, обеспечивая комнату необходимым свежим воздухом. А кругом стояла тишина, нарушаемая лишь странным звуком где-то под самым боком. И Габи поспешила повернуть голову. Рядом с ней лежал Рекс. Вытянув передние лапы и положив на них голову, пес смотрел на Габриэллу, которая сразу же догадалась, что Рекс не отходил от нее с самого приезда в дом и сейчас исполнял роль охранника. Но как только пес заметил пробуждение хозяйки, то тут же вскочил на лапы, спрыгнул с кровати и унесся из комнаты, едва не снеся дверной косяк. Появился он снова через секунду, забравшись на свое место, отведенное ему для охраны, и развалившись возле Габи, закрыл глаза, передавая свой пост Алексу, который вошел следом за собакой, приведя за собой Хела и Кристиана.
— Алекс, - позвала Габриэлла, пытаясь приподняться.
— Лежи, лежи, тебе нельзя вставать, - предупредил Брандтнер. - Врач запретил.
— Что произошло? – девушка поморщилась, чуть поднявшись на локтях, давая мужу приподнять свою подушку, чтобы устроиться поудобней.
— Ты потеряла сознание, - пояснил Алекс, присаживаясь рядом с женой и беря ее руку в свои ладони.
— Я же говорил, что ей нужно больше отдыхать, - напомнил Хеллерер, стоящий в дверном проеме.
— Она обещала, что с завтрашнего дня так и сделает, - ответил ему Алекс.
— Что-то с трудом в это верится, - скептически произнес Бёк. – Сколько она должна быть в отпуске? И сколько из него она провела на работе?
— Эй, - с возмущением помахала рукой Габриэлла, привлекая внимание мужчин на себя, - я все еще здесь. Не забыли?
— Габи, это не шутки, - помотал головой Кристиан, пытаясь вразумить девушку. – Нельзя шутить со своим здоровьем. Неизвестно, чем это может обернуться.
— Спасибо, Кристиан, за беспокойство, - мягко улыбнулась Габриэлла. – Я, правда, с завтрашнего дня буду отдыхать. Клянусь!
И она клятвенно подняла ладонь вверх.
— Будем надеяться, - закивал Петер.
— А где дети? – вдруг спросила Брандтнер.
— Спят, - Алекс чуть улыбнулся. – С ними все хорошо. Напугались, конечно. Но медики их осмотрели. Ничего страшного.
Но на последней его фразе девушка неожиданно нахмурилась, внимательно разглядывая лицо мужа и, приподнявшись повыше, протянула руку, дотрагиваясь до левой щеки комиссара от скулы до подбородка заклеенной узкой медицинской повязкой.
— Что это?
— Осколком задело.
— А те машины...
— Номеров нет ни в одной базе, - помотал головой Хел, дернув при этом плечами. - Видимо поддельные.
— Я до сих пор не пойму, что они от вас хотели? – развел руками Кристиан, наваливаясь на дверной косяк.
— Не знаю, - пожал плечами Алекс. – Я сам об этом думаю последние несколько часов. Но ничего вразумительного так в голову не пришло.
— Может они перепутали? – предположила Габи.
— Ага, - усмехнулся Бёк. – Это какими надо быть идиотами, чтобы так перепутать?!
— В жизни всякое бывает, Бёк, - Хел похлопал друга по плечу, пытаясь остудить его пыл. – Алекс, ты все еще не передумал?
— Нет. Мы сами справимся.
— О чем не передумал? – поинтересовалась Габи, понимая, что она что-то пропустила.
— Мы предложили взять вам пару ребят для охраны, а твой муж отказывается, - пояснил Кристиан.
— И правильно делает, - коротко кивнула Габи, наваливаясь на мужа, подсевшего ближе, и прижимаясь к его груди. – Мы ведь даже толком не знаем, что от нас хотели. Возможно это и правда была ошибка. Чего ребят зря гонять. Тем более, у нас есть самый лучший в Мире охранник. Правда, Рекс?! - и девушка подмигнула псу, который открыл на секунду один глаз и, довольно заурчав, снова погрузился в сон.
— Ну, как знаете, - развел руками Петер. – Мы тогда поедем. А вы, если что, звоните. Пока.
— Хорошо, - кивнул Алекс.
— Пока, - махнул рукой Кристиан.
— Спокойной ночи, - сказала вслед друзьям Габриэлла и, тяжело вздохнув, подняла взгляд на Алекса, - Ты устал, ложись спать, - проговорила она, видя, как муж устало потирает переносицу.
— Да, - закивал Алекс. – Денек выдался еще тот, - усмехнулся он и, поднявшись, направился в ванную. – Рекс, ты за старшего, - сказал он псу, прежде чем скрыться за дверью.
Пес тут же открыл глаза и снова уставился на Габриэллу, словно мог пропустить что-то важное.
— Спи, Рекс, - подавляя зевоту, сказала Габи и поудобней устроилась на кровати, закрывая глаза и совершенно не слыша звук перезаряжаемого пистолета, донесшийся из ванной комнаты.
Ночью Габриэлла проснулась от того, что под одеялом вдруг стало холодно. Открыв глаза девушка пристально вгляделась в темноту, и когда глаза привыкли, обнаружила, что ни Рекса, ни Алекса на кровати нет. Осторожно сев, Габи прислушалась к своему организму и, убедившись, что не чувствует ничего странного, свесила ноги и, встав на пол, медленно направилась на поиски мужа.
В кухне горел свет, но в доме было тихо, поэтому, заглянув в комнату Рекса, которая временно была оборудована под детскую, и, убедившись, что дети спят, Габи направилась дальше.
Алекс сидел за столом, развернувшись к нему боком, и задумчиво поглаживал пса, положившего голову на колени хозяина. Услышав тихие шлепанья босых ног, Брандтнер поднял взгляд.
— Я тебя разбудил? – извиняющимся тоном спросил он у жены, которая присела на стул, стоящий напротив.
— Нет, - мотнула головой та. – Просто без тебя стало холодно. Почему ты не спишь?
Брандтнер пожал плечами:
— Думаю. Все никак из головы не выходит то, что произошло сегодня.
— И что надумал?
— Все так же – ничего.
— Может, кто-то пытается отомстить? – предположила Габриэлла, подперев щеку рукой.
— Я думал об этом, - закивал Алекс. – Все, кто в этом заинтересован, отбывают свой срок.
— Ну, в таком случае, у меня тоже никого, - передернула плечами Габи. – Зоннер и Райхель мертвы, Штайнер в тюрьме. Так что, те, кто имеют на меня зуб, не смогут сделать это еще лет так десять. Если только...
— Если только у них не остался кто-то по эту сторону решетки, - перебив жену, закончил Брандтнер. – Нужно будет проверить окружение всех тех, кто имеет счеты со мной или с тобой. Если ничего не найдем, то я соглашусь с тобой, что это была ошибка. Другого объяснения пока я не вижу.
— А что будем делать с агентством? – вдруг спросила Габи, решив, что раз уж они не спят, то нужно обсудить рабочие моменты, пока есть свободное от детских криков время. – Честно скажу, мне не очень нравится идея Евы. К тому же, вряд ли можно воспользоваться этой услугой просто так. Наверное, кого попало они не обслуживают.
— Ты права, - согласился Алекс. – Я тоже думал над этим, - и он замолчал, задумавшись на минуту, а потом взглянул на жену, все так же продолжая поглаживать Рекса, начинающего дремать. – Ты говорила, что друг твоего одноклассника работает в мэрии.
— Ага.
— А что, если договориться с ним? – предложил Алекс. – Он сделает заказ, встретится с девушкой, а мы поговорим с ней.
— Я позвоню завтра Штефану, - согласилась Габриэлла. – Узнаю, что можно сделать. А теперь пойдем спать, - сказала она, поднимаясь со стула.
— Пойдем, - кивнул Алекс, вставая следом за женой. – Рекс, пошли, - позвал комиссар собаку.
Довольно завиляв хвостом, пес побежал следом за хозяевами, и через минуту дом погрузился в темноту и тревожный сон.
***
Стеклянный стакан с золотистым горячительным напитком разлетелся вдребезги, едва достигнув стены, где на обоях тут же расплылось темное пятно. Следом за стаканом отправился и телефон, поскольку судья Бауэр был вне себя от ярости.
Известия о том, что полицейским удалось остаться живыми и невредимыми, что нельзя было сказать об их машине, весьма не обрадовали мужчину, давая лишний повод потрепать свои нервы. Крепко сжав кулаки и немного успокоившись, сделав несколько глубоких вдохов, Манфрэд опустился на диван и откинувшись на спинку, взглянул на часы, которые, по его мнению, начали быстро отсчитывать время до окончания его карьеры, да и жизни в целом. А виной всему были двое полицейских, которые так яро принялись за расследование дела обыкновенной проститутки, совершенно ненужной этому обществу. И Манфрэд был уверен, что двое сотрудников комиссариата знают то, что знать им не положено. Отсюда и такое рвение к работе. Но как быстро они доберутся до него? Этого Бауэр не знал. Поэтому оставался лишь один выход.
Неохотно поднявшись с дивана, поскольку от пережитых эмоций начало сжиматься и покалывать в груди, судья медленно добрел до противоположной стены, стараясь не наступить на осколки стакана, и поднял с пола телефон, осторожно вставив вылетевшую батарею и закрыв заднюю крышку. Дождавшись, когда устройство снова вернется к жизни, Манфрэд быстро набрал номер своего подчиненного и, едва услышав его голос, начал говорить.
— Что ты там предлагал? – уточнил судья, который в прошлый раз, из-за переизбытка эмоций не дослушал своего человека. - ... Уверен, что в этот раз справитесь? ... Хорошо. Только чтобы все чисто.
С этими словами он отключил телефон и прерывисто вздохнул, осторожно кладя руку на грудь и успокаивая себя тем, что сейчас должно все получиться и его жизнь скоро снова станет спокойной и безмятежной.
***
Габриэлла Брандтнер уже около получаса сидела в кабинете УЗИ и пыталась успокоить кричащего и вырывающегося Мартина, которому процедура совсем не нравилась. Моника, которая приехала в клинику вместе с падчерицей, поскольку свою машину Габи отдала Алексу, быстро поднялась со стула, стоящего у двери, решив помочь Габриэлле. Подойдя к кушетке, женщина принялась ласково поглаживать малыша по голове, но такие действия мало чем помогли и Мартин продолжал голосить на весь этаж.
— Еще пару минут, - сказала врач, продолжая выполнять свою работу.
Габи обреченно взглянула на Монику, чувствуя, что ее состояние снова ухудшается, и тяжело вздохнула. Сегодняшняя ночь прошла почти без сна. Габи часто просыпалась, потом засыпала на несколько мину и вновь сон обрывался. Поэтому сейчас девушка чувствовала себя как разбитое корыто, которое требовало немедленной починки. И Габриэлла прерывисто выдохнуло, что не осталось незамеченным Моникой.
— С тобой все в порядке? – чуть нахмурилась она, надеясь, что ее тихий голос будет услышан сквозь крик Мартина.
— Да. Я просто устала, - кивнула Габи, даже не собираясь рассказывать Монике о произошедшем накануне, чтобы не беспокоить ни ее, ни отца. – Спасибо, что приехала.
Моника лишь успела кивнуть, прежде чем врач закончила обследование и Мартин быстро перекочевал на руки Габриэллы, обхватив ее ручками за шею и постепенно начиная успокаиваться.
— Ну что могу сказать? – подвела итоги врач, выключая монитор. – Кишечник слегка раздражен. Это может быть вызвано несбалансированным питанием. Но все это поправимо. Соблюдайте диету и принимайте лекарства. Через месяц покажетесь снова. Я вас уже записала.
— Через месяц? – испуганно переспросила Габи.
Только сейчас девушка задумалась, что будет дальше. Чем закончится расследование? Где окажутся дети? Но Габи тут же мотнула головой, совершенно не желая думать и даже про себя произносить название того места, куда попадают сироты. За короткий срок Габи успела привязаться к детям подруги. Крики Мартина раздражали все реже, и инспектор с безумной нежностью и заботой старалась успокоить малыша. И это получалось все лучше и лучше, чему Габи была несказанно рада. А Марион... Это была отдельная тема, поскольку таких идеальных детей Габриэлла в своей жизни еще ни разу не видела. Умная, самостоятельная девочка сама настолько привязалась к Габриэлле и Алексу, что все свободное время проводила рядом с ними, будто боясь даже на секунду отойти от них. Особенно после вчерашнего происшествия. Поэтому сейчас она сидела в коридоре вместе с врачом, который был хорошим приятелем Моники, и ждала окончания обследования брата.
— Через месяц? – переспросила Габи, уже решив все для себя за эти пару минут, которые она провела в раздумье. – Хорошо, мы придем. Спасибо вам.
— Пожалуйста, - кивнула врач.
Перехватив Мартина поудобнее и дождавшись Монику, которая что-то уточнила у врача, Брандтнер вышла из кабинета, тут же заметив поднимающихся из кресел Монику и доктора.
— Ну что? – поинтересовался врач.
— Ничего ужасного, - улыбнулась Моника и протянула заключение. – Спасибо, что помог.
— Не за что, - кивнул мужчина, вчитываясь в каждое слово. – Замечательно. Все это лечится. Так что питайтесь правильно и про лекарство не забывайте. На контрольное УЗИ обязательно. А так, обращайтесь, если что.
— Можно прямо сейчас? – вдруг спросила Моника, чем весьма удивила Габи. – У Габи небольшие проблемы со здоровьем.
— Моника, - нахмурилась Брандтнер, недовольно скривившись.
— Ты молчи, - отмахнулась от нее мачеха и продолжила разговор с доктором. – В силу своей занятости она не может пройти обследование, которое ей крайне нужно. А раз уж мы здесь, ты не мог бы...
— Конечно, - тут же закивал мужчина. – Но думаю, что нам с Габриэллой лучше обсудить все наедине. Ты согласна? – обратился он к Габи.
Но та только пожала плечами.
— Мы подождем тебя внизу, - предупредила Моника, забрав у Габи малыша и взяв за руку Марион, попрощалась с другом и направилась к лифту.
— Пойдем в мой кабинет, - предложил врач и указала рукой вперед, приглашая Габриэллу.
Эмигрант из Турции доктор Ахмет Элмас был довольно приятным человеком. Смуглая кожа контрастировала с посеребренными сединой темными волосами. Карие глаза были настолько добрыми, что спорить с этим человеком или не доверять ему свои секреты было просто не возможно. А мягкий спокойный голос... Если бы Габи не знала специализацию этого врача, то вполне бы могла подумать, что перед ней стоит психотерапевт. Именно из-за его этой способности располагать к себе людей, Брандтнер беспрекословно последовала за доктором Элмасом, начиная рассказывать ему о свои проблемах со здоровьем, которые начали беспокоить ее не так давно.
— Да, - согласился доктор Элмас, когда дослушал девушку, - бесспорно последствия такой травмы могут быть весьма неприятные, но бесплодие с этим не связано. А сбой в работе твоей репродуктивной системы просто наслоился на все остальное. Переутомление, нервы... Поэтому предлагаю сделать следующее. Сейчас мы с тобой сдадим анализ крови, а через неделю придешь на УЗИ. Там как раз возвращается из отпуска очень хороший специалист, вот и посмотрит, как у тебя обстоят дела. Ну, а томограмму сделаем после. Согласна?
— А куда ж деваться? – пожала плечам Габи и чуть улыбнулась.
— Ну и отлично, - улыбнулся ей в ответ доктор.
Его улыбка тут же подействовала лучше успокоительного и Габи почувствовала, как настроение медленно ползет вверх от данной ей надежды в том, что скоро все проблемы уйдут и спокойствие вернется в их семью, в которой Габриэлла для себя насчитывала уже четверых человек и пушистого четвероногого проказника. Вот только об этой численности предстояло поговорить с Алексом, ответ которого Габриэлла так и не смогла предсказать.