Глава 17
Оставалось всего несколько часов до отъезда.
Гермиона уже собрала все свои вещи, и после обеда они должны были выезжать.
Сидя в Большом зале за завтраком, она нервно водила пальцем по краю чашки, время от времени бросая взгляды в сторону слизеринского стола.
Драко там не было.
— Что с ней? — послышался тихий голос Рона.
Гермиона моргнула, возвращаясь в реальность. Он говорил о Лаванде.
Рон морщился, ловя на себе её злые взгляды.
— Что опять случилось?
Гарри отложил ложку и осторожно взглянул сначала на Гермиону, потом снова на Рона.
— Ты в общем... эм... — он запнулся. — Когда был в лазарете, ты сказал ей много чего обидного, и она убежала.
Рон удивлённо вскинул брови.
— Правда? Я не помню такого.
Гарри только пожал плечами.
— Ну, если ты не помнишь, может, и не говорил, — усмехился он.
Рон покачал головой и вернулся к еде, но Гермионе было не до их разговора.
Эти два дня она старалась избегать его.
И он тоже.
Драко начал реже выходить, почти не появлялся на занятиях у Слизнорта и вообще держался в тени.
— Гермиона?
Она вздрогнула и резко подняла глаза. Гарри смотрел на неё с беспокойством.
— Ты в порядке?
— Да, — быстро ответила она.
— Ты выглядишь... задумчивой, — подметил он, прищурившись.
— Всё нормально, — отмахнулась она, пряча письмо в карман мантии. — Просто думаю о поездке.
Гарри не выглядел убеждённым, но не стал настаивать.
Она снова посмотрела в сторону слизеринского стола, где всё ещё не было Малфоя.
Чёрт.
***
Оставался всего час до отъезда.
Мальчики всё ещё собирали вещи, переговариваясь и перекладывая что-то из сундуков в последнюю минуту, а Гермиона сидела в общем зале, устроившись в глубоком кресле у окна. За стеклом медленно темнело небо, а редкие снежинки уже начинали кружиться в воздухе, словно зима действительно решила заявить о себе раньше срока.
Она ждала их, машинально сжимая в руках книгу, но взгляд то и дело соскальзывал с текста.
Гермиона была рада. По-настоящему рада тому, что наконец сможет отдохнуть на каникулах, вырваться из напряжения последних недель, из бесконечных тревог и разговоров о войне.
И всё же что-то не отпускало.
Мысли упрямо возвращались к одному и тому же.
Она так и не понимала, что делать с этими чувствами — неожиданными, пугающими и совершенно неуместными.
Зачем он её поцеловал?
Это же Малфой.
Она резко перевернула страницу, даже не осознав, что читает, и раздражённо выдохнула. Всё это не имело смысла. Он был последним человеком, о котором ей стоило думать.
Посидев ещё несколько минут, Гермиона услышала голоса.
С противоположной стороны зала показалась компания слизеринцев. Впереди шёл Нотт, рядом с ним — Дафна, за ними ещё несколько студентов. Они что-то оживлённо обсуждали, перебивали друг друга и смеялись слишком громко, нарушая привычную атмосферу зала.
Когда они устроились неподалёку, шум стал почти невыносимым.
Гермиона невольно напряглась. Их смех резал слух, слова сливались в раздражающий гул, а ощущение покоя, которое она так пыталась удержать, рассыпалось.
В какой-то момент Теодор Нотт поднял голову.
Его взгляд остановился на ней.
Он смотрел внимательно, слишком пристально, будто разглядывал что-то интересное, и Гермионе это не понравилось. Она отвела глаза, сделав вид, что полностью погружена в книгу, но ощущение чужого взгляда не исчезло.
Шум, смех, разговоры — всё это окончательно вывело её из равновесия.
Гермиона захлопнула книгу, поднялась с кресла и, не оглядываясь, направилась к выходу из зала. Ей срочно нужен был воздух. Тишина. Хоть несколько минут без людей.
Она вышла в коридор первого этажа. Здесь было заметно спокойнее: каменные стены отдавали прохладой, шаги гулко разносились по полу, а высокие окна пропускали тусклый зимний свет.
Гермиона шла медленно, пытаясь привести мысли в порядок, когда позади раздался голос:
— Грейнджер.
Она замерла.
Гермиона медленно обернулась, уже зная, кому принадлежит этот голос.
Перед ней стоял Нотт.
В полутёмном коридоре он выглядел спокойнее, чем в общем зале. В одной руке он держал книгу с потёртым коричневым переплётом.
Гермиона удивлённо вскинула брови и настороженно посмотрела на него.
— Зачем ты за мной идёшь? — спросила она прямо, скрестив руки на груди.
Нотт усмехнулся.
— Грейнджер, брось. Я не иду за тобой. Так вышло... случайно.
Она лишь закатила глаза, ясно давая понять, что не верит ни единому слову. Развернувшись, Гермиона уже собиралась уйти, когда его голос снова прозвучал за спиной — тише, но серьёзнее.
— Я хотел извиниться.
Она остановилась.
— За то, что рассказал про тебя, — добавил он после короткой паузы.
Гермиона медленно обернулась, удивление отразилось на её лице.
— Ты уже извинился, — сказала она настороженно. — Зачем снова поднимать эту тему?
Нотт ничего не ответил сразу. Вместо этого он сделал шаг ближе и протянул ей книгу. Потёртый корешок, чуть надорванные уголки — видно было, что её часто держали в руках.
— С ранним Рождеством, — спокойно сказал он.
Гермиона растерялась.
— Не нужно, ты что... — начала она, инстинктивно отодвигая руку.
Но он не дал ей договорить — просто вложил книгу ей в ладонь, словно не оставляя выбора. Лёгкое, почти дружеское похлопывание по плечу — и он уже развернулся.
— Увидимся, Грейнджер.
И ушёл обратно по коридору, не оглядываясь.
Гермиона осталась стоять на месте, сжимая книгу в руках.
Её удивление смешалось с растерянностью.
— Что за... — тихо пробормотала она.
Коридор снова погрузился в тишину.
***
Дом Уизли, или, как его ещё называли, Нора, был таким же уютным, как она его запомнила. В воздухе витал запах свежей выпечки, дерева и чего-то ещё родного, напоминающего о доме. Стены были украшены множеством фотографий, на которых улыбались рыжеволосые Уизли в разные годы. Повсюду стояли крошечные магические безделушки: маленькие механические человечки, которые махали ручками, или чайник, сам наполняющий чашки.
Гермиона даже не успела сделать и шага внутрь, как её схватили крепкие руки.
— Гермиона! — радостно крикнул Джордж, поднимая её в воздух и закручивая вокруг своей оси.
Она вскрикнула и рассмеялась.
— Джордж, поставь меня на место! — захохотала она, вцепившись в его плечи.
— Ой, ну ладно, ладно, а то ещё закружится голова у нашей умницы! — Джордж аккуратно поставил её на пол, всё ещё улыбаясь.
— Ты совсем одичал! — укоризненно сказала миссис Уизли, выглядывая из кухни. — Перестань хватать гостей и кружить их по всему дому!
— Но, мама, Гермиона не просто гость! — возмутился Джордж, плюхаясь за стол.
— Да, она почти член семьи, — поддакнул Фред, подмигивая Гермионе.
— О, спасибо, теперь я чувствую себя как ваша сестра, — закатила глаза Гермиона, но всё равно улыбнулась.
— Ну уж нет, — фыркнул Рон, садясь рядом. — Ты бы в детстве тогда тоже таскалась за нами, а я что-то не припомню такого ужаса.
— Всё впереди, Уизли, — усмехнулась Гермиона.
На столе уже стояли блюда: жаркое, домашний хлеб, пирожки и большая тарелка с пряниками в форме звёзд и снеговиков.
— Гермиона, дорогая, как дорога? Надеюсь, всё прошло спокойно? — заботливо спросила миссис Уизли.
— Да, всё прекрасно, миссис Уизли, спасибо, — кивнула Гермиона, благодарно принимая чай.
— Вот и хорошо, а то после последнего раза с этими дементорами я до сих пор нервничаю! — женщина вздохнула и посмотрела на Гарри. — Ты-то как, дорогой?
Гарри кивнул, но было видно, что он не хочет развивать эту тему.
— Ладно, хватит разговоров! — воскликнул Джордж, потирая руки. — Где у нас праздник? Мы будем веселиться или что?
— О да, без шуток близнецов Рождество не Рождество, — проворчал Рон, закатывая глаза.
— Ты просто не понимаешь искусства, младший, — надменно сказал Фред.
— Я вот только хочу спокойно съесть пирожок, — пожаловалась Гермиона, откусывая кусочек.
— Ну, пока тебе в рот не прилетела какая-нибудь волшебная хлопушка, пользуйся моментом, — хохотнул Гарри.
Они продолжили весело болтать, обсуждать школьные события, смеяться над проделками Фреда и Джорджа. Атмосфера была лёгкой, тёплой, уютной — именно такой, какая и должна быть перед Рождеством.
Но внутри у Гермионы всё было не так спокойно.
Каждый раз, когда разговор заходил о школе, она вспоминала ледяной взгляд Драко Малфоя.
Она не думала о нём.
Не позволяла себе думать.
Но мысли всё равно приходили.
***
Ночью, когда дом уже погрузился в сон, Гермиона никак не могла заснуть. Она ворочалась, перебирала в голове разговоры за ужином, вспоминала Рона, который постоянно шутил, Джорджа, который не упускал возможности её подразнить, и Гарри, который всё ещё выглядел немного потерянным.
Ей хотелось немного свежего воздуха.
Аккуратно поднявшись с кровати, она натянула тёплый кардиган и босиком спустилась вниз.
Дом был окутан тишиной, слышался только слабый потрескивающий звук от угасающего камина в гостиной.
Она вышла во двор. Лёгкий морозец приятно обжёг кожу, но воздух был свежий, чистый. Она сделала несколько шагов по снегу, обхватив себя руками.
И тут услышала шёпот.
Гермиона замерла.
Скрывшись за стеной, она осторожно выглянула вперёд.
На небольшом заснеженном участке двора, среди теней, стояли двое.
Гарри и Джинни.
Гермиона даже не сразу поняла, что видит.
Гарри наклонился ближе, а Джинни приподнялась на носочки, встречая его. Их губы сомкнулись в лёгком, осторожном поцелуе, и всё вокруг будто растворилось.
Но в следующую секунду тишину разорвал резкий треск.
Громкий крик пронзил ночь.
Гарри и Джинни тут же отпрянули друг от друга, резко обернувшись в сторону звука.
Темнота сгущалась вокруг, а холодный воздух стал будто бы тяжелее.
Что-то было не так.