ориджинал #7
Ещё несколько секунд Макс сидит на кровати, а затем пересаживается на его колени полностью, обхватив его ноги своими бёдрами и опустив руки на плечи.
- А у тебя ёкает, когда ты со мной? - должно было прозвучать, как неудачный дебильный, шуточный флирт, но прозвучало до того просто, наивно и глупо, что Максу даже неловко стало и до такой степени, что щеки набрались румянцем.
- Ёкает, солнце, - кивает Андрей, глядя ему в глаза и обнимает его обеими руками; тот же обнимает в ответ, обхватив всеми четырьмя конечностями.
- И у меня ёкает, - шепчет он, и несколько секунд они сидят так, ближе некуда, обнимаясь, чувствуя дыхание и тепло друг друга. Затем Макс вплетает палицы в его волосы, отстраняется и целует, чувствуя привкус сигарет на губах. И это нравится ему до дрожи. Горячие ладони скользят по его спине, пробираясь под футболку, касаясь голой кожи и Макс обнимает его за шею, прижимаясь крепче и крепче, касаясь пахом его паха.
- Мась, я ж не для этого пришел, - выдыхает Андрей, между поцелуями, чувствуя его руки на своих щеках и шее.
- Ты уже второй раз так говоришь. Тебя что-то беспокоит? Лучше скажи мне сразу, - Макс отстраняется, все ещё держа его лицо в своих руках.
- Я не хочу выглядеть каким-то озабоченным в твоих глазах, не хочу тебя торопить. Это я - блядь виды видавшая, а ты немного другой.
- Я чувствую такое сильное взаимное желание впервые в жизни и не хотел тебя смутить этим, - отвечает Макс, глядя куда угодно, только не ему в лицо, - может я и правда сильно тороплюсь? Просто не знаю, как это контролировать пока.
- Если тебя не смущает физическая близость, я не стану больше поднимать эту тему.
- Меня ничего не смущает, и никакой ты не озабоченный. А если и так, то я озабочен ничем не меньше.
Дальше говорить уже не о чем; они снова находят губы друг друга и целуют, с ещё большим напором и страстью, полностью открываясь друг перед другом, доверяя и привыкая. И хорошо вот так, просто чувствовать его губы на своих губах, руки в волосах и на бедрах, на спине и на заднице. Дыхание на шее, заставляющее покрыться мурашками, хриплое дыхание и тихие стоны-выдохи. Хорошо просто быть вместе вот так близко.
Когда трение члена о член через одежду становится невозможным, Макс отстраняется, завершив поцелуй укусом в нижнюю губу Андрея и тот непроизвольно тянется за ним, ища нового соприкосновения.
- Притормозим на этом, - выдыхает Макс, - я уже не могу. Боюсь, родители услышат.
- Тут согласен, ты очень громкий, - Андрей чмокает его в губы, - обними меня лучше. Так полежим.
Макс ложится набок, Андрей - рядом, утыкась лицом ему в грудь и тот обнимает его обеими руками за шею; перебирает волосы пальцами, целует виски и куда вообще придется.
- Завтра у нас соревнования по баскетболу. Ты участвуешь?
- Не, меня же дисквалифицировали после того, как я ударил тренера команды противников.
- А, ещё в прошлом году? Я слышал об этом. До сих пор путь заказан?
- Именно.
- А я так и не знаю, что у вас тогда случилось?
- Да боже, я просто разок приложил его сыночка, допизделся. Ну, а потом и его самого, тоже допизделся. Что-то про нашу команду говорил, мол, не понимает, как такой сброд можно было на поле выпустить. Я тоже не понимаю, и что, не пизжу же.
Макс смеётся, утыкась носом ему в волосы и тот, услышав его хохот, прижимается покрепче, осознавая, насколько он, всё-таки счастлив.
- А ты в команде, Мась?
- Ага.
- Буду за тебя болеть. Напишу на лбу "Макаровский пиздюк - мой" и буду свистеть тебе, кричать. Песню спою, хочешь? Гопака спляшу. Ты только скажи, я все могу. А чего не могу - так научусь. Для тебя что угодно, Максим.
Макс поднимает его лицо и целует в губы, от всей души радуясь, что этот простой наивный идиот - для него одного.
- Ты просто посиди где-то среди зрителей с полчасика, я буду очень рад.
- С полчасика, ага. Я тебя ещё с игры встречу, в душ провожу. Спинку помою.
- За что нас и попрут из школы, извращенцев этаких. Как представлю нас обоих, голых, наедине, так сразу вижу школьные ворота, в которые мы никогда больше не войдем.
Андрей смеётся и согласно кивает.
Ещё какое-то время они лежат вот так, в тишине или о чем-то переговариваясь, как вдруг их уединение прерывает телефонный звонок, пришедший на телефон Андрея.