Phantom h.s. [продолжение]

  Стою перед зеркалом, аккуратно вынимая ромашки из волос. Делаю это с большой осторожностью и ноткой грусти, поскольку мне вполне нравится, как они смотрятся в моих волосах. Кроме того, мне нравится тот факт, что их засунули туда два человека — Гарри и Уэсли.

Мне почти показалось, что умершие дети с кладбища были маленькой семьей, застрявшей в одной лодке. Думала над тем, как Гарри вел себя с Эм и Уэсли: будто это были его брат и сестра, которых у него никогда не было. Он рассказал мне, что никогда не хотел, чтобы его родители брали кого-то из детдома. Похоже, он поняла, как это глупо только тогда, когда умер.

Мне, как единственному ребенку в семье, всегда хотелось брата или сестру. Может именно для того, чтобы они смогли составить мне компанию, когда родители заняты или просто не в настроении. Точно не знаю, почему они не пытались завести второго ребенка. Думаю, для них и одного было достаточно, и я понимаю это. Каждая семья разная.

Линией раскладываю ромашки на комоде. Они выглядят так простенько: нежно-белые лепестки вокруг солнечно-желтого центра. Тем не менее, они настолько красивы. Каждая немного отличается, несмотря на их единое «оформление».

Убираю волосы с плеч и собираю в хвостик. Если бы я смогла помочь каждому из этих мертвых детей, то обязательно бы сделала это.

***

В обед пятницы я была приглашена на еще одну вечеринку.

Скрещиваю руки на груди и смотрю на Макса и Дженну, вскинув бровь.

— Нет, — наотрез отказываюсь я.

— Почему? — спрашивает Дженна, выпячивая верхнюю губу вперед и делая вид, будто дуется.

— Меня только недавно освободили от домашнего ареста, поэтому я не хочу, чтобы мои родители снова злились на меня.

— Мы позаботимся о том, чтобы ты не напилась, — ухмыляется Макс, а я вздыхаю.

— Зачем мне идти? — спрашиваю.

— А это я устраиваю ее и настаиваю, чтобы ты пришла, — говорит Макс.

Мой интерес достиг своего пика. Пожалуй, если схожу на эту вечеринку, то смогу побольше узнать о Максе и его семье, а еще и о его возможной причастности к смерти Гарри.

Переминаюсь с ноги на ногу и отвечаю:

— Хорошо. Думаю, я смогу прийти.

Макс широко улыбается, а Дженна хлопает в ладоши с восторгом.

— Отличненько. Я зайду за тобой в восемь, — оповещает она.

— Хорошо, — отвечаю и закатываю глаза, пока Макс игриво приобнимает меня за плечи.

— И Максу сразу стало веселее, — говорит он, пока мы втроем идем через двор к школьной парковке.

— Хватит так радоваться, меня это раздражает, — смеется Дженна, а Макс щекочет меня, заставляя извиваться от его прикосновений.

Отталкиваю его от себя, не в силах сдержать улыбку из-за смеха этих двух.

Мы расходимся, как только доходим до парковки. Роюсь в сумке в поисках ключей и не удивляюсь, когда чувствую холод в машине.

Когда сажусь за руль, слышу голос Гарри:

— Ты влюблена в него, так ведь?

Хмурюсь, поворачиваюсь и смотрю на него в замешательстве.

— В Макса?

— Нет, в Джорджа Вашингтона, — ехидно насмехается Гарри, закатывая глаза.

— Во-первых, не груби, — резко отвечаю ему.

Он уже хочет что-то сказать, но я поднимаю руку, делая знак, чтобы он не перебивал меня.

— Во-вторых, мне не нравится Макс, — заканчиваю и стараюсь не улыбнуться.

— Ага, это видно, — хмурится он.

— Ты же знаешь, к чему приводят преждевременные выводы, — отвечаю ему и пристегиваюсь ремнем безопасности. Гарри непонимающе смотрит на меня.

— Из-за них мы можем оказаться в дураках, — ухмыляюсь.

Гарри пытается сдержать улыбку, но у него не получается: на одной из щек появляется ямочка.

— Ты сейчас что, решила поиграть в «игру слов»?

— Возможно, — говорю. — Только потому, что ты ревнуешь.

— Ревную? Ха, нет!

Смотрю на него, а каким взглядом...

— Хорошо, — сдается он и опирается на переднюю консоль, смотрит на меня. — Я признаю это.

— Не переживай, — улыбаюсь, — я бы не влюбилась в потенциального подозреваемого.

Гарри выпрямляется.

— Мы это уже проходили. Макс не делал этого.

— У тебя нет доказательств.

— А у тебя нет доказательств того, что он это сделал.

— Ты не можешь просто взять и вычеркнуть его из списка подозреваемых.

— Могу и сделаю, — Гарри скрещивает руки на груди. Прямо как маленький ребенок.

Вздыхаю и завожу машину. Боюсь, что Макс был способен на большое, о чем Гарри даже и не знал, а когда узнает, то будет просто подавлен.

Понимаю, что могу полностью изменить мнение Гарри насчет Макса, если расскажу о том, что услышала в библиотеке. Но, с другой стороны, он прав. У нас еще нет каких-нибудь веских доказательств.

Так что пока я буду держать рот на замке

***

Пишу родителям записку и прикрепляю к кухонному шкафчику.

Их еще нет дома, ибо допоздна задержатся на работе из-за каких-то встреч. Надеюсь, они не будут злы на меня, когда узнают, что я пошла на вечеринку.

Слышу, как Дженна сигналит мне с подъездной дорожки, поэтому хватаю вещи и спешу ко входной двери.

Забираюсь на заднее сиденье, поскольку пассажирское уже занятое Рией. Она слегка улыбается мне.

— Вау, как же долго я здесь не была, — говорит Дженна, окидывая взглядом дом, когда мы подъезжаем.

Риа опускает взгляд на свои колени, а на лице Дженны мгновенно проскальзывает сожаление о сказанном.

Рассматриваю их лица и эмоции, которые вдруг появились, но ничего не говорю.

Доезжаем мы до дома Макса, нарушая все возможные правила дорожного движения, а Риа объясняет мне, какой же на самом деле из Дженны плохой водитель, попутно говоря об этом и самой Дженне. Это очень смешно, честно.

— Ты только что проехала знак «стоп», — ругается Риа.

— Какой знак «стоп»?

Риа подносит ладони к лицу, изображая что-то типа «фейспалма».

— Ты ужасный водитель! — восклицает Риа из-под руки.

— Нет, не ужасный, — отнекивается Дженна, когда пропускает еще один стоп-знак. — Ведь так, Джейн?

Удерживаю смешок и пожимаю плечами.

Наконец мы добираемся до дома Макса. Моментами мне казалось, что мы точно попадем в аварию.

Он не такой большой, как дом Нейта, но все равно превыше любых стандартов. Такой же старомодный, как и все особняки в этом районе. На парковке уже слышится музыка, играющая в доме.

Выбираемся из машины и идем ко входной двери. Риа хватается за дверную ручку и открывает дверь.

Люди толпятся в гостиной, но их тут не так много, как у Нейта. Я рада, что эта вечеринка не такая уж и большая.

Дженна и Риа здороваются с людьми, которых знают, пока мы через гостиную идем на кухню. Запах сигаретного дыма и алкоголя только придают вечеринке атмосферы.

Оливер стоит на кухонном столе и с улыбкой смотрит на нас. Эстелла стоит рядом с ним, только вот облокотившись на этот самый стол, и накручивает русую прядь своих волос на палец.

— Могу ли я вам что-то предложить, ребятки? — спрашивает Оливер указывая на бутылки с алкоголем. Что-то мне подсказывает, что Макс прокрался в отцовский тайник с дорогими спиртными напитками.

Однако судя по декору этого дома, я не скажу, что они не в состоянии прикупить себе еще этого удовольствия.

Вежливо отклоняю предложение Оливера, и он кивает. Если я хочу сегодня что-то разузнать, то должна быть трезвой.

Дженна, Риа и Эстелла завязывают разговор, а я оглядываюсь через плечо и смотрю на толпу, ища Макса.

Мои глаза останавливаются на ком-то в блестящем топе, и я узнаю Аву. Она держит напиток в руке и разговаривает с Нейтом, а рядом стоит Макс. Никто из них даже не смотрит на меня. Макс разговаривает с ней, скрестив руки на груди, но на ее лице виднеется недовольство, когда она что-то яро отвечает ему. Нейт похоже и не слушает — постоянно оглядывается по сторонам.

Ава ударяет его по руке, и он сразу смотрит на нее. Говорит что-то, а он закатывает глаза и поворачивается к Максу. Тот говорит что-то Аве, но она качает головой. Нейт щурится и указывает пальцем в противоположном направлении. Ава пристально смотрит на них, после чего проходит мимо, через толпу, и выходит из комнаты.

Быстро оборачиваюсь, когда взгляд Макса останавливается на кухне.

О чем они так напряжено говорили? Почему Ава ушла?

Гляжу на стол из гранита, считая секунды до того, как Макс появится на кухне. Досчитываю до сорока пяти, после чего слышу его громкий голос позади себя.

— Джейн! Ты пришла!

Оборачиваюсь, чтобы кивнуть ему.

— У тебя потрясающий дом.

— Спасибо, — отвечает он, все еще широко улыбаясь. — Может ты хочешь что-нибудь покушать? Выпить?

— Нет, все нормально, — качаю головой.

Когда все оказываются у стола, громко разговаривая, я начинаю подумывать насчет того, как выведать заветную мне информацию сегодня. Как я могу выбраться из толпы и пойти осматривать этот чертов дом?

Вау, какая миленькая идея.

Стучу пальцем по столу и думаю, что всегда могу воспользоваться старой проверенной отмазкой с уборной. Раньше это срабатывало.

— Где уборная? — спрашиваю Макса.

Он указывает на дверь, идущую вниз по коридору, рядом с кухней, пока делает глоток своего напитка. Киваю, будто поняла, и иду в том направлении.

Иду по коридору до тех пор, пока не достигаю фойе. Переступаю через две ступеньки сразу, надеясь, что никто меня не заметит.

Когда достигаю верхней части дома, осматриваю двери, на которые падает свет, освещающий коридор. Одна из них должна быть комнатой Макса, если этот дом построен по традиции.

Тихонько открываю несколько дверей, но это либо гостевые, либо ванные комнаты. Наконец, я достигаю конца коридора, находя комнату Макса.

Когда захожу внутрь, везде темно, лишь свет луны из окна составляет мне компанию. Не могу сказать, какого цвета стены, но комната достаточно большая. Кровать прижата к стене, комод с телевизором, стоящим на нем, находятся рядом с кроватью. Рядом с комодом расположись фотографии в рамках.

Подхожу ближе, чтобы посмотреть на фотографии.

На многих из них Макс с людьми, которых я узнаю: Нейт, Дженна, Риа, Оливер. Но Гарри нигде нет.

Странно, учитывая тот факт, что они были лучшими друзьями.

Отказываюсь верить, что у Макса нет совместных фотографий с Гарри, поэтому подхожу к комоду. Открываю верхний ящик — футболки и свитера заполняют его доверху.

Я хмурюсь. Уже собираюсь закрывать ящик, но что-то из-за света луны виднеется под белой футболкой. Хватаю эту штуку. Это как раз то, что я искала. Фотографии. Много фотографий.

Пачка где-то в три дюйма толщиной. Сажусь на кровать и просматриваю их под светом луны.

Все фотографии одинаковы: Макс и Гарри обнимают друг друга за плечи, как братья, улыбаются и делают смешные рожицы. Некоторые из них были сделаны тогда, когда они были маленькие, а другие — когда были в подростковом возрасте. Вот пару фотографий, на которых они в одинаковой футбольной форме, а на вид им не более восьми. Вот фотографии, где они одеты в костюмы уголовников, наверное, на Хэллоуин. Тут им тринадцать. Каждый счастливый момент жизни запечатлен на этих фотографиях.

Так почему же они были так хорошо спрятаны в комоде Макса? Одно очень интересное фото бросается в глаза.

Оно было сделано недавно (ну, перед самой смертью Гарри). Они вместе сидят на диване, в руках красные стаканчики. Макс смеется, а Гарри широко улыбается. Оба смотрят на кого-то в стороне.

То, что привлекает мое внимание — одежда Гарри.

Черные джинсы и белый свитер.

Может ли это фото быть с той ночи, когда он умер?

Аккуратно складываю ее и прячу в карман.

Ну, а теперь, как я уже видела в сериалах, тебя обычно ловит тот, в чьих вещах ты роешься, да и еще на месте преступления. В любую минуту Макс может зайти сюда и словить меня за таким вот занятием. Поэтому я аккуратно беру пачку и перемешиваю фотографии, чтобы они выглядели так, как раньше. Собираюсь встать и положить все обратно, как вдруг из пачки выпадает белый листок.

Аккуратно разворачиваю ее. Тут написана простая фраза: PPD.

PPD?

Кладу записку в карман, а пачку фотографий в комод, поверх кладу футболки и аккуратно все разглаживаю.

Закрываю за собой дверь спальни и иду по коридору, сердце бешено колотится, несмотря на то, что меня не поймали. До сих пор не поймали.

Наверху не такая оживленная атмосфера, как снизу, поэтому я пользуюсь этим и быстренько шагаю на кухню. Все на своих местах, но Нейт присоединился к остальным. Похоже, ему скучно.

— Чего-то слишком долго ты справляла свою нужду, — говорит мне Риа.

— Ну-ну, посмотрю я на тебя потом, — пожимаю плечами.

К моему удивлению, все начинают смеяться. Кажись, с чувством юмора у меня прогресс.

Прекрасно помню, что в кармане у меня фотография с запиской. Нужно скорее возвращаться домой и показать их Гарри. Он, должно быть, знает, что означает это PPD. Может быть, увидев эту фотографию, воспоминания той ночи вернутся к нему.

И снова: фотография может быть не с той ночи. Он мог носить этот свитер и на другие вечеринки или встречи.

Кажется, тут слишком много совпадений. Многие из них еще расплывчатые, вот поэтому так много неясностей.

Помогать Гарри с каждой минутой становится все сложнее и сложнее.