Глава 23
Лето Гарри выдалось довольно насыщенным. За это лето он успел сделать многое. Первым делом он утешал мать, которая хотела проводить больше времени с Эдрианом, и это действительно подняло Лили настроение. Женщина не могла не приободриться от той непоколебимой любви и преданности, которую Гарри ей демонстрировал.
Ремус начал жить у них — по всей видимости, он потерял работу, потому что кто-то проговорился о том, что он оборотень. Гарри не мог удержаться от смеха из-за того, что люди считали Ремуса угрозой для детей. Единственными, кому он когда-либо представлял опасность, были злые люди, или люди, которые съедали его шоколад, или злые люди, которые съедали его шоколад.
Они также отправились в Гринготтс, чтобы Джеймс и Сириус могли вернуть себе лордства, которые ранее передали Гарри, однако оба согласились оставить леди Лонгботтом и Андромеду в качестве своих представителей. Гарри это не слишком волновало — у него всё ещё оставалось лордство Флайт, и он по-прежнему оставался наследником этих родов.
По-настоящему его удивило другое: когда отец сказал гоблинам изъять решение по брачному контракту из его собственных рук и навсегда передать его Гарри. Гарри был ошеломлён — теперь только он мог решать, хочет ли он жениться на Дафне. И своё отношение к этому он выразил тем, что крепко притянул Джеймса в объятия.
Они также посетили ещё один японский турнир военных дуэлей. Лили явно чувствовала себя неловко из-за этого, поэтому Гарри решил покончить с этим как можно быстрее. Он буквально смёл соперников, вызывая восхищение публики и своей семьи.
И снова он заметил в зале Дамблдора. Если бы не защитные барьеры, Гарри, вероятно, «случайно» запустил бы в него блуждающее заклинание. О да, он ещё отомстит Дамблдору — просто подождёт подходящего момента.
В финальный матч он вошёл с той же мыслью, что и в предыдущие: закончить всё как можно быстрее. Он вышел на арену и посмотрел на соперников. Один — японский парень с торчащими волосами. Другая — та самая девушка, которую он победил в прошлый раз.
— Эй, смотрите, — прошептал Сириус Джеймсу, Роуз, Ремусу и Лили. — Это та девчонка, которая в прошлый раз пыталась его мечом убить.
— Это вообще не помогает, Сириус! — прошипел Джеймс, а Лили посмотрела на девушку прищуренными глазами, будто готова была выпрыгнуть с трибун и напасть на неё за попытку навредить её сыну. Однако, в отличие от одной совершенно другой рыжеволосой матери, у неё всё же было немного самоконтроля.
Трое участников поклонились, и матч начался.
Гарри с молниеносной скоростью выхватил палочку и обезоружил девушку, затем послал оглушающее в парня. Тот в последний момент успел поднять щит. Девушка рванула к Гарри, как и в прошлый раз вытащила меч и попыталась лишить его головы.
Гарри пригнулся, и девушка пронеслась мимо него. Она развернулась, снова замахнулась, а в это же время японец послал в них заклятие ломания костей.
Гарри перекатился в сторону, а вот девушке повезло меньше — заклятие попало ей в руку.
Гарри не особо её жалел. Она знала, на что идёт, к тому же он был просто рад, что не оказался на её месте. И, если честно, он считал, что она это заслужила — за попытку его убить… снова.
Гарри мгновенно воспользовался ситуацией: схватил её сломанную руку, выпрямил её, несмотря на её крик боли, затем схватил за плечо и выбил ноги из-под неё. Когда она упала, он завершил всё быстрым ударом, отправив её в нокаут.
— Равноправие — та ещё сука, — прокомментировал Сириус.
— Давай, Гарри! — крикнула Лили. — Остался один! Разбей его!
Гарри не успел ответить на похвалу матери — ему пришлось уклоняться от убийственного заклятия последнего соперника.
— Эй! — крикнул Гарри. — Я хочу попасть на турнир в следующем году, а ты мне не помогаешь! Мама точно не отпустит меня на ещё один, если ты будешь разбрасываться Непростительными!
— Приятно знать, что он больше переживает о тебе, чем о Непростительных, — заметил Сириус Лили.
— Бродяга, клянусь Мерлином, я тебя прокляну, — пригрозил Джеймс.
Гарри рванул к сопернику, на бегу подхватил камень, уклоняясь от Непростительных. Он оттолкнулся от выступа скалы и швырнул камень в парня. Тот почти не успел, но в последний момент разбил камень заклинанием — однако пыль попала ему в глаза и рот.
Он закашлялся, протирая глаза, затем направил палочку себе в лицо и с помощью магии избавился от пыли. Он огляделся, но Гарри нигде не было.
— Ты его нашёл? — раздался голос позади него.
— Пока нет, — ответил парень с сильным акцентом.
Его глаза расширились. Он резко обернулся — и увидел Гарри. Гарри мгновенно схватил его, швырнул на землю и ударил оглушающим.
— Жаль, — сказал Гарри, когда толпа взорвалась аплодисментами.
Он не смог сдержать улыбки, когда увидел родителей, Сириуса, Роуз и Ремуса, которые болели за него. Каждый по-своему.
Ремус и Роуз просто хлопали.
Сириус прыгал на месте и орал: — Это мой крестник! Сосите, сучки!
Джеймс выбрал похожую стратегию: — Это мой сын! Сосите, сучки!
Но больше всего его удивила реакция Лили.
— Да! Мой сын лучше всех ваших! Сосите это, сучки! Молодец, Гарри! — гордо кричала она.
— Ну всё, это точно воспоминание для патронуса, — пробормотал Гарри себе под нос, улыбаясь так широко, как только мог.
***
Вскоре Поттеры и их друзья оказались снаружи, и Лили тут же втянула Гарри в объятия.
— Гарри, я так тобой горжусь! — сказала она, в то время как Джеймс и Сириус хлопали его по спине.
— Да… я это примерно понял в тот момент, когда ты называла всю аудиторию сучками, — сухо ответил Гарри, но эффект был испорчен сияющей улыбкой на его лице от похвалы.
— Ну, нас немного захлестнуло моментом, — стал оправдываться Джеймс. — Ты был великолепен! Готов поспорить, даже старый Грюм был бы впечатлён.
— Точно, — согласился Сириус. — Ты был потрясающим, щенок!
— Он прав, детёныш, ты был великолепен, — добавил Ремус с улыбкой.
— Спасибо, — улыбнулся Гарри, когда Роуз обняла его. Гарри мягко поцеловал Роуз в лоб.
Лили не смогла удержаться от улыбки при этом зрелище. Когда она смотрела на Роуз и Гарри, она невольно представляла, что было бы, если бы они не впали в кому. Возможно, у Гарри была бы сестра.
— Ах, здравствуйте, — знакомый голос испортил момент.
С тяжёлым вздохом все повернулись и увидели Дамблдора.
— Вы опять меня преследуете? — спросил Гарри. — Я польщён, но, к сожалению, это перекрывается всем тем сильным отвращением и дискомфортом, которые я сейчас испытываю.
— И мне приятно тебя видеть, Гарри, — улыбнулся Дамблдор, проигнорировав как комментарий Гарри, так и его требование называть его мистером Поттером или Хэдрианом. — Рад видеть вас всех снова.
— Рад? — Лили приподняла бровь. — Чего вы хотите, Дамблдор? Пришли сказать нам, что делать? Дайте угадаю — теперь вы хотите забрать у нас Сириуса и Ремуса ради их «здоровья»? Или хотите забрать Гарри ради его «безопасности»?
— Сука может попробовать, я эмансипирован, — ответил Гарри.
— Лили, — начал Дамблдор, игнорируя то, что его только что назвали сукой. — Я не за этим. Я хотел сообщить вам, что опека над Эдрианом будет возвращена вам через две недели, так как именно тогда состоится следующее заседание Визенгамота.
— Какое совпадение, — прокомментировал Гарри. — Это примерно за день до того, как нам нужно возвращаться в Хогвартс, да, мам? Забавно.
— Да, действительно забавно, — Лили бросила на Дамблдора тяжёлый взгляд.
— Лили, уверяю вас, я не имею к этому никакого отношения, — ответил Дамблдор.
И действительно, напрямую — нет. Он подкупил нескольких людей, которые подкупили других, чтобы изменить дату, но это ведь не считается.
На самом деле он хотел, чтобы Эдриан провёл время с Уизли, чтобы убедиться, что тот остаётся под его контролем. Между героическим обожанием со стороны Молли и временем, проведённым с друзьями, Эдриан должен был оставаться под большим пальцем Дамблдора. Он даже подумывал о том, чтобы подмешивать Эдриану зелья верности, но проблема была в том, что Северус, скорее всего, отказался бы их варить, распознал бы эффект и доложил бы об этом Лили.
— Конечно, не имеете, — саркастично ответила она. — Если больше ничего, мы возвращаемся праздновать победу Гарри.
— Ах да, Гарри, — Дамблдор повернулся к нему.
— Клянусь, если вы ещё раз назовёте меня по имени, я засуну ногу вам в задницу, — спокойно пригрозил Гарри.
— Нет нужды в угрозах насилием.
— Я нахожу их весьма полезными, когда глухие и забывчивые люди игнорируют вежливый вариант.
— Во-первых, позволь поздравить тебя с победой, — проигнорировал Дамблдор.
— Можно пропустить остальное? Я хочу поесть.
— Во-вторых, — продолжил Дамблдор, — я хотел спросить, не пересмотришь ли ты своё решение насчёт тренировок с братом.
— Нет, — немедленно ответил Гарри.
— Но мне сообщили, что ваши отношения улучшились.
— Улучшились. Но я сказал вам в прошлый раз, что не собираюсь возобновлять занятия, и я человек слова. Возможно, в будущем я изменю своё мнение. Однако я не буду начинать их снова только потому, что вы этого хотите. Если Эдриан сам придёт ко мне — и под «сам» я имею в виду без вашего давления — тогда я подумаю.
— Мой мальчик, я думаю, что…
— Дамблдор, — перебил Гарри, — моя нога сейчас опасно близка к тому, чтобы что-нибудь сломать, и сломает, если вы ещё раз назовёте меня «моим мальчиком». Мы даже отдалённо не родственники, и каждый раз, когда вы это говорите, у меня ощущение, что вы собираетесь меня похитить.
— Хватит, — сказала Лили. — Мы уходим. До свидания, Дамблдор.
— Лили, я знаю, что вы на меня сердиты, — начал Дамблдор, — но всё, что я делал, было ради всеобщего блага, и я…
Он не договорил.
Вспышка заклинания ударила его прямо между ног. Он рухнул на землю, тонко пискнув от боли.
Все посмотрели на Лили Поттер, которая медленно убирала палочку обратно в кобуру, не отрывая холодного взгляда от Дамблдора.
Сириус и Ремус сделали шаг назад вместе с Роуз. Гарри и Джеймс смотрели на неё. Джеймс — с уникальной смесью страха и влечения, причём влечение побеждало. Гарри же смотрел на неё с восхищением и гордостью. Он никогда не испытывал столько гордости за другого человека.
— Упс, — спокойно сказала Лили, натянув фальшивую улыбку. — Палец немного дёрнулся и коснулся палочки.
— Палочки так не работают! — пискнул Дамблдор высоким голосом.
— Правда? — с притворным удивлением спросила Лили. — Каждый день узнаёшь что-то новое. Пойдёмте.
Никому не пришлось повторять дважды. Все пошли за этой женщиной, и каждый из них не удержался от того, чтобы оглянуться на перекошенное от боли лицо Дамблдора.
— Мам, — медленно произнёс Гарри, — просто хочу, чтобы ты знала: моя любовь к тебе увеличилась примерно на миллион.
— Спасибо, малыш, — она похлопала его по плечу. — А теперь идём домой.
***
В ту ночь, в полночь, Лили сидела на кухне, закрыв лицо руками, и слёзы капали с её щёк. Она была расстроена по многим причинам. Первая — она не могла проводить время со своим вторым сыном, потому что Дамблдорк решил, что будет отличной идеей держать их раздельно.
А ещё был Гарри — милый, чудесный Гарри! Мальчик так сильно её любил, и Лили не могла избавиться от чувства, что не заслуживает той любви и нежности, которую он ей дарил. О, как же она любила этого мальчика. Он был умным, добрым, заботливым и невероятно талантливым. Она так переживала, позволяя ему участвовать в том турнире. В её голове проносились самые разные мысли. Сначала она не могла поверить, что вообще разрешает ему участвовать. Потом начала думать, что она плохая мать за это. Затем — страх, что он получит травму. И наконец — абсолютная гордость.
Её угнетало то, что она не знала, что происходило в жизни её детей. Ни одного из них. Всё, что ей было известно — один был избалован, а другой страдал. Хотя она испытывала некоторое удовлетворение от мысли, что Гарри, возможно, смог помочь Эдриану.
— Мам.
Голос Гарри вырвал её из мыслей. Она подняла голову и увидела, как он стоит перед ней на коленях.
— Ты в порядке?
— Я в порядке, малыш, — ответила она, шмыгнув носом.
— Правда? — Гарри приподнял бровь и вытер её слёзы. — Я не знал, что люди в порядке, когда плачут. Или это какая-то женская штука, о которой я не в курсе — типа раз в неделю нужно выпускать жидкость из глаз?
— Гарри, — Лили покачала головой с лёгкой улыбкой. — Правда, я в порядке.
— Мы оба знаем, что если бы всё было наоборот, ты бы мне не поверила. Так что происходит на самом деле, мам?
— Просто… слишком много всего, — вздохнула Лили.
— Ладно… могу предположить, что это не связано ни с Бродягой, ни с папой — они оба живы, — пошутил Гарри. — Лунатик слишком умный, чтобы тебя злить. Роуз слишком застенчивая.
— О, я обожаю эту девочку, — сказала Лили. — Она такая милая. Жаль, что так нервничает рядом с людьми. Я не могу не…
— Хотеть её защитить, — закончил за неё Гарри. — Понимаю это чувство. Теперь скажи, это из-за меня? Из-за турнира?
— Нет, малыш, — Лили покачала головой и взяла его за руки. — Ты тут ни при чём. Это… это я.
— Ты не больна? — глаза Гарри расширились.
— Нет, ничего такого. Просто… просто…
— Просто что?
— Я плохая мать, — сказала Лили.
— Нет! — Гарри отреагировал мгновенно. — Нет! Ты не плохая мать! Ты многое, но ты не плохая мать!
— Гарри, я пропустила столько лет твоей жизни.
— Только потому, что тот тёмный придурок выбрал отвратительный момент, чтобы явиться и поздороваться!
— Ты страдал, потому что я была слишком слаба, чтобы его остановить.
— Мам, если бы его было так легко остановить, кто-нибудь уже сделал бы это. Даже с учётом того, что Дамблдор — ленивый ублюдок.
— Я позволила Дамблдору забрать Эдриана!
— Нет. Ты знала, что это временно, и не хотела устраивать скандал при Эдриане. Мы оба знаем: если бы Дамблдор попытался удержать его навсегда, ты бы его прокляла. Как сегодня. Кстати, отличная работа.
— Спасибо, Гарри, — она улыбнулась, но снова всхлипнула. — А потом есть ты… Я… я позволила тебе участвовать в турнире, где ты мог погибнуть! Разве это не делает меня плохой матерью?!
— Нет! Это значит, что ты верила, что я смогу победить! Если тебя это так расстраивает, я больше никогда не буду участвовать в этом турнире.
— Я не понимаю, Гарри, — слёзы снова покатились по её щекам.
— Я тоже. Я уверен, что говорю правильные вещи, но ты продолжаешь расстраиваться.
— Почему ты так сильно меня любишь? — спросила Лили. — Я отсутствовала большую часть твоей жизни. Ты страдал из-за моей сестры. И с тех пор, как я очнулась, я ничего хорошего не сделала!
— Твоей улыбки мне всегда достаточно, — Гарри взял её руки в свои. — А почему — потому что ты почти умерла ради меня.
Лили моргнула.
— Когда папа велел тебе подняться наверх, он сражался с Волдемортом за нас обоих. Когда Волдеморт приказал тебе отойти, ты не сделала этого. Ты предложила свою жизнь вместо моей. В моих глазах ты — не меньше, чем герой. Мой герой. И ты никогда не будешь для меня ничем иным.
— Гарри! — заплакала Лили. — Я не заслуживаю такого сына!
— Ты заслуживаешь лучшего, — сказал Гарри.
Лили посмотрела на него так, будто он сошёл с ума.
— Я не идеален, мам, веришь или нет. Я сделал в своей жизни плохие вещи. То, чем я не горжусь.
— Какие вещи? — в её голосе появилась тревожная любознательность.
— То, в чём я не хочу признаваться, — глаза Гарри наполнились влагой. — Я… я боюсь, мам. Мне страшно… Я в ужасе от мысли, что будет, если ты узнаешь. Боюсь… что ты узнаешь и перестанешь меня любить.
— Нет, малыш, — Лили отпустила его руки и взяла его за плечи. — Я всегда буду тебя любить. Всегда. Что бы ни случилось!
— Я знаю. Чёрт, ты чуть не умерла, спасая меня, — Гарри опустил голову. — Ты заслуживаешь лучше, чем я.
— Нет, малыш, — Лили подняла его подбородок. — Ты мой сын. Мой идеальный, добрый, заботливый и любящий сын. Я горжусь тобой. Я бы ни на кого тебя не променяла. Я люблю тебя. Ты — моя жизнь. И я бы с радостью снова встала перед Волдемортом, если бы это означало, что ты в безопасности.
— Я… я верю тебе, мам, — ответил Гарри, сдерживая слёзы. — Я тоже тебя люблю. И я знаю, тебе не понравится это слышать… но я с радостью отдал бы свою жизнь, если бы это сделало тебя счастливой.
— Милый, тебе никогда не нужно этого делать.
— Мам, я не как другие дети. Я знаю настоящую ценность матери, отца, семьи. Я сделаю всё, что потребуется, чтобы вы были в безопасности и счастливы.
— О, Гарри!
Лили притянула его к себе. Гарри обнял её в ответ. Ни один из них не хотел отпускать другого. Они не знали, сколько так просидели — секунды, минуты, а может, и час. Но этого хватило, чтобы Лили начала клонить в сон.
Гарри осторожно убрал одну руку с её спины, просунул её под её ноги и поднял мать на руки. Он вынес её с кухни.
— Гарри, — прошептала Лили.
— Тсс, — прошептал он в ответ, поднимаясь по лестнице. — Спи, мам. Поговорим завтра. Обещаю.
Он внёс её в спальню. Отец уже спал. Гарри аккуратно уложил её на кровать и накрыл одеялом.
— Гарри, — Лили схватила его за руку. — Я люблю тебя. Люблю тебя.
— Я знаю, мам, — он поцеловал её в лоб. — Я тоже тебя люблю.
Он медленно высвободил руку.
— Я тоже тебя люблю, — прошептал он, выходя из комнаты.
Он остановился в коридоре. Посмотрел направо — в конце виднелось окно. Он достал палочку и произнёс заклинание, открывая его. Затем убрал палочку в кобуру и побежал.
Он разогнался и выпрыгнул в окно. Прыгнул достаточно далеко, чтобы ухватиться за высокий серый фонарный столб перед домом. Он схватился за него и соскользнул вниз на землю.
После этого он пошёл прочь, в ночь.
***
На следующее утро Лили проснулась и спустилась вниз. После разговора с Гарри она чувствовала себя намного лучше. Мерлин, как же она любила этого мальчика. Если он стал таким замечательным без неё, то каким бы он мог быть, если бы она была рядом? Ей очень хотелось поговорить с ним о его жизни до её пробуждения, но она решила повременить — подождёт, пока Гарри станет более открытым и сам будет готов говорить.
Спустившись, она увидела голову Ремуса в камине — он разговаривал с кем-то по каминной сети. Гарри в это время играл в шахматы с Сириусом, Джеймс стоял рядом и подбадривал их, а Роуз сидела позади Гарри.
— Давай, Бродяга! — подбадривал Джеймс. — У тебя получится!
— Чёрт возьми, Сохатый! — кивнул Бродяга, двигая коня. — Ха! Получай, Сохатик! Ты выиграл все наши прошлые партии, но на этот раз встретил равного! Меня! Преклонись перед славой Бродяги! Если сдашься сейчас — не пострадаешь! Клянусь! Преклонись и капитулируй перед гением по имени Сириус «Бродяга» Блэк!
— Мат, — скучающим тоном сказал Гарри, передвинув ферзя.
Через секунду Сириус перевернул доску и начал уходить прочь.
— Твой сын такой же умный, как ты! — бросил он Лили. — И я ненавижу вас обоих за это!
Он драматично удалился.
— Я тоже тебя люблю, Сириус! — крикнула ему вслед Лили.
— Сириус! Тащи свою задницу обратно! Я не собираюсь подбирать это дерьмо! — Гарри указал на шахматные фигуры на полу.
— А почему это?! — донёсся голос Сириуса из коридора.
— Потому что ты их перевернул, ты, колоссальный придурок! — крикнул в ответ Гарри.
Сириус вернулся.
— Наглый сопляк.
— Толстяк.
— Маленький паразит.
— Больший паразит.
— Прохвост.
— Долбоёб.
— Придурок.
— Инфантильный болван.
— Маменькин сынок.
— Сучка Сохатого.
— О-о, вот тут он тебя сделал, — рассмеялась Лили.
— Что? Сегодня национальный день «достань Бродягу»? — возмутился Сириус.
— Нет, это завтра, — ответил Джеймс. — А теперь подбери фигуры, сучка.
— Поттеры сведут меня в могилу, — вздохнул Сириус, начиная собирать шахматы.
— Да ладно тебе, — фыркнул Гарри. — Ты всех нас переживёшь просто назло.
— Верно, — согласился Сириус, расставляя фигуры обратно.
— Ну что, кто следующий? — спросил Гарри. — Роуз?
— Э… хорошо, Гарри, — тихо ответила она и заняла место напротив.
Игра началась.
Как только они начали, Ремус вышел из камина и отправился куда-то, а Лили велела эльфам готовить завтрак.
Через несколько минут все наблюдали, как Роуз едва-едва обыграла Гарри.
— Она выиграла?! — ошарашенно выпалил Сириус.
— Да! — Джеймс захлопал в ладоши. — Она его сделала!
— Не обращай внимания на этих придурков, — сказала Лили Роуз. — Отличная партия, дорогая.
— С… спасибо, — прошептала Роуз.
— Пожалуйста, милая, — Лили подошла ближе и мягко поцеловала её в лоб.
Роуз покраснела и опустила глаза.
— Эй, Роуз, — сказал Гарри.
Она чуть подняла взгляд.
— Ты, как всегда, великолепна.
— Спасибо, Гарри, — пробормотала она.
— Ремус, — обратилась Лили, когда тот вернулся. — Куда ты ходил?
— Немного поговорил с Дамблдором, — ответил он.
— Чего этому мудаку понадобилось? — спросил Гарри.
— Гарри, — предупредила Лили.
— Ладно. Чего этому тупому грёбаному старому мудаку понадобилось? — исправился Гарри.
— Весь в мать, — с гордостью сказал Джеймс Роуз.
— Похоже, дом семьи Уизли прошлой ночью был повреждён, — ответил Ремус. — И они попросили разрешения пожить здесь.
— Это значит, что Эдриан будет с ними? — с надеждой спросила Лили.
— Да, — кивнул Ремус, улыбнувшись, когда лицо Лили просияло. — Эдриан приедет сюда.
— Ура! — закричали Сириус и Джеймс.
— Гарри, можно тебя на минуту? — сказала Лили.
— Конечно, мам, — Гарри поднялся и пошёл за ней в коридор.
Лили наложила заклинания приватности.
— Ты к этому причастен? — спросила она.
— Не понимаю, о чём ты, — безэмоционально ответил Гарри.
— Гарри. Вчера я без Эдриана, а сегодня он внезапно переезжает к нам.
Она посмотрела на него, и на его лице медленно появилась лёгкая улыбка.
— Ну… доказать никто ничего не сможет, — пожал плечами Гарри.
— Ты сделал это ради меня? — спросила Лили недоверчиво.
— Да, — кивнул он. — Это сделало тебя счастливой. И я бы сделал это снова, если бы ты захотела.
— О, Гарри…
Она обняла его, и он обнял её в ответ.
Через минуту она отпустила его и посмотрела ему в глаза.
— Рада ли я, что ты занялся вандализмом? Нет. Но ты вернул мне моего сына и сделал это из добрых побуждений. Поэтому я закрою на это глаза. Один раз. Один. Понял?
— Абсолютно, — кивнул Гарри.
***
Позже в тот же день Эдриан прибыл вместе с семьёй Уизли. Все они направились на кухню, где увидели Гарри, сидящего в конце стола. Справа от него сидели Джеймс и Лили, слева — Бродяга и Роуз.
— Привет всем, — поздоровался Эдриан.
Все подняли головы, и Гарри приподнял бровь. Эдриан выглядел иначе. Он больше не был пухлым, но и таким худым, как Гарри, тоже не стал — однако было очевидно, что он сбросил вес.
— Ты выглядишь по-другому, — заметил Гарри.
— Я тренировался, — с гордостью ответил Эдриан. — Вставал рано и бегал круги.
— Что ж, брат, ты только что заслужил немного моего уважения. Не потеряй его.
— Привет, Гарри, — поздоровался Фред.
— Всё нормально? — добавил Джордж.
— Великолепно, парни, — ответил Гарри, поднимаясь.
— Гарри! — Джинни подбежала к нему и крепко обняла. Затем отпустила и посмотрела на него.
— Ну, выглядишь ты, как всегда, блестяще.
— Спасибо, — улыбнулся Гарри. — Как ты?
— Всё хорошо. Ты знаешь, как там Астория и Дафна?
— Я переписывался с ними, а на днях даже переместился по камину к ним домой, — ответил Гарри. — У них всё отлично. О, кстати, ты ведь уже на третьем курсе? Выбрала предметы? Я знаю, что Астория взяла арифмантику, древние руны и уход за магическими существами — как я и Дафна.
— Я выбрала то же самое, — ответила Джинни.
— У меня остались книги за прошлый год, если хочешь.
— Это было бы замечательно! — улыбнулась Джинни.
— С каких это пор вы вообще знакомы?! — возмутился Рон.
— С конца моего первого курса, — ответила Джинни. — Гарри поговорил со мной после истории с Тайной комнатой и помог мне почувствовать себя лучше.
— Что? Как он это сделал?
— Я использовал древнюю технику, берущую начало ещё в каменном веке, — ответил Гарри, и все уставились на него. — Слова. Я нахожу их весьма полезными. И, Джинни, я думал, твой брат знает о твоей дружбе со мной и остальными змеями?
— Нет. Ему нет до меня дела, пока я не начинаю общаться с мальчиками, — раздражённо покачала головой Джинни.
— Эй, это неправда! — возразил Рон.
— Рон, ты игнорировал меня на первом курсе и делал то же самое на втором. Если это неправда, тогда скажи, кто мои друзья?
— Откуда я должен знать?
— Луна Лавгуд из Когтеврана и Астория Гринграсс из Слизерина. По крайней мере, это те, кого я знаю, — сказал Гарри.
— Да, это мои лучшие подруги.
— Но Гринграсс — слизеринка! — выпалил Рон.
— Очень умно, Рон, — саркастично сказала Джинни.
— Тихо, вы оба, — вмешалась Молли Уизли, затем посмотрела на взрослых. — Мы хотели бы поблагодарить вас за то, что приютили нас.
— Не за что, — сказала Лили, вставая и подходя обнять Эдриана.
— Как фактический владелец дома, хочу сказать — не беспокойтесь, — добавил Бродяга.
— Посмотри на себя, — Лили оглядела Эдриана с головы до ног. — Ты выглядишь намного лучше. Бег пошёл тебе на пользу.
— Да, я бегал и стал меньше есть, — улыбнулся Эдриан. — Думаю, через пару месяцев у меня даже появятся кубики пресса.
— У тебя уже есть пресс, — заверил его Гарри. — Просто нужно сжечь весь этот жир, чтобы их увидеть. Но если серьёзно — молодец.
— А у тебя, Гарри? Есть пресс? — поддразнила Джинни.
В ответ Гарри поднял рубашку, демонстрируя прекрасно очерченные кубики, которые мгновенно вызвали зависть у остальных мужчин в комнате.
— Чёрт, — у Джинни отвисла челюсть.
Гарри лишь рассмеялся и опустил рубашку.
— Гарри, пообещай, что скажешь мне первой, если расстанешься с Дафной Гринграсс, — добавила Джинни в шутку.
— Извини, но ты уже одиннадцатая по счёту, кто это сказал, — ответил Гарри. И он не шутил.
— Ничего себе… Интересно, смогу ли я когда-нибудь добиться таких кубиков? — Эдриан посмотрел на себя и слегка смутился.
— Конечно сможешь, малыш, если приложишь усилия, — улыбнулась Лили.
— Я не думаю, что тебе стоит к этому стремиться, дорогой, — сказала Молли. — Ты и так ешь меньше. А вот твоему брату стоило бы есть больше.
— Со мной всё в порядке, — ответил Гарри. — Один сплошной мускул и почти никакого жира.
Молли посмотрела на него неодобрительно, словно хотела немедленно его накормить.
— Кричер, Добби, — позвал Гарри, и домовые эльфы появились. — Подготовьте комнаты для наших гостей.
— Гарри, право же, в этом нет необходимости, — перебила Молли. — Мы вполне способны подготовить комнаты сами.
— Но мам, — заныл Фред.
— У них есть домовые эльфы, — сказал Джордж.
— Да, им нравится работать, — добавила Джинни.
— Мы прекрасно можем справиться сами, — повторила Молли.
— Добби, Кричер, — продолжил Гарри, — смена плана. Подготовьте одну комнату для близнецов и другую для Джинни. Надеюсь, вы убрали все тёмные предметы из всех комнат?
— Да, хозяин, — кивнул Добби. — Мы убрали все плохие предметы в подвал.
— Хорошие эльфы, — сказал Гарри. — Подготовьте комнаты.
— Да, хозяин.
Эльфы исчезли.
— Спасибо, Гарри, — одновременно сказали близнецы и Джинни.
— Пожалуйста, — ответил Гарри. — А Эдриан, твоя комната с прошлого раза готова.
— А я? — спросил Рон.
— Ты будешь жить с Эдрианом, — перебила Молли. — И, Гарри, правда нет необходимости привлекать эльфов.
— Не всё обязано быть необходимым, — пожал плечами Гарри, поднимая тарелку и чашку и относя их к раковине.
— Г… Гарри, — нервно сказал Эдриан.
— Да? — Гарри поставил посуду.
— Т… ты можешь снова начать меня тренировать?
Он выпалил это, собрав остатки гриффиндорской храбрости.
— Что?! — Рон резко обернулся. — Ты с ума сошёл?! В прошлый раз это была пытка!
— Я… я хочу этого, — сказал Эдриан, обращаясь и к Рону, и к Гарри. — Пожалуйста, Гарри.
Гарри вздохнул и посмотрел на брата.
— Это Дамблдор тебе велел попросить?
— Что? Нет, — Эдриан покачал головой. — Я правда хочу снова тренироваться.
В комнате повисла тишина.
— Завтра, — наконец сказал Гарри. — Я разбужу тебя в пять утра. Последний шанс отказаться.
— Я буду, — твёрдо сказал Эдриан.
— Только ты. Не твои друзья, — добавил Гарри.
— Будто я вообще хотел бы, чтобы ты меня тренировал, — фыркнул Рон.
— Будто я хотел бы находиться рядом с тобой, — парировал Гарри. — Пойдёмте, мы с Эдрианом покажем вам комнаты.
***
Позже тем же вечером Гарри постучал в дверь комнаты Эдриана. Дверь открыл Рон Уизли. Гарри заглянул внутрь и увидел Эдриана, сидящего на кровати с книгой по дуэлингу в руках. Эдриан поднял взгляд на него.
— Чего тебе надо?! — потребовал Рон.
— Мне нужно поговорить с братом. Выйди, — ответил Гарри.
— Не указывай мне, что делать!
— Выйди — или я тебя вырублю, — спокойно пригрозил Гарри, сузив глаза.
— Рон, — сказал Эдриан, — всё нормально, просто выйди.
— Ты серьёзно?! — Рон повернулся к нему.
— Нет, он в другой комнате, — ответил Эдриан. — Но серьёзно, впусти его.
— Ладно, — Рон злобно посмотрел сначала на Эдриана, затем на Гарри и вылетел из комнаты.
Он попытался толкнуть Гарри плечом, но эффект был испорчен тем, что Гарри даже не сдвинулся. Рон лишь злобно зыркнул и ушёл.
— Болван, — покачал головой Гарри и вошёл в комнату.
Он закрыл дверь и наложил запирающие и заглушающие чары. Затем сел напротив Эдриана.
— Привет, Гарри, — тихо сказал Эдриан.
— Привет, Эдриан. Вижу, читаешь.
— А… да. Ремус дал мне её после того, как я извинился за историю с боггартом, — Эдриан отложил книгу. — Она действительно интересная. И это странно.
— Странно в каком смысле? — спросил Гарри.
— Раньше меня никогда не интересовали книги… М-могу я задать тебе несколько вопросов?
— Сначала ответь на мои, — сказал Гарри. — Во-первых, как тебе жилось у Уизли?
— Было… нормально, — ответил Эдриан. — Я… я сразу извинился перед Джинни за всё, как я с ней раньше обращался. Она подумала, что это какая-то шутка, и я не могу её винить. Миссис Уизли немного расстроилась, что я стал меньше есть. Думаю, она винит в этом тебя. Хотя тебе всё равно.
— Верно, мне всё равно. Продолжай.
— Рон… ну, мы с ним больше не совсем на одной волне. Когда я хотел заниматься или тренироваться, он хотел играть в шахматы или квиддич. Он немного разозлился, когда я стал меньше проводить с ним времени. Думаю, он винит тебя. Может что-нибудь выкинуть.
— Ты за него переживаешь или за меня?
— Определённо за него, — ответил Эдриан. — Ты бы его разжевал и выплюнул.
— Не-а. Единственное рыжее, что разрешено у меня во рту — это имбирное печенье, — ответил Гарри. — Должен сказать, брат, ты изменился.
— Знаю, — кивнул Эдриан. — Можно теперь мои вопросы?
— Давай.
— Что ты со мной сделал? — Эдриан смотрел ему прямо в глаза.
— С чего ты решил, что я вообще что-то сделал?
— С тех пор как я пожил у тебя, я изменился, — медленно произнёс Эдриан. — Я лучше всё запоминаю, меньше злюсь и могу нормально учиться. Я сам сделал домашку по зельям. Обычно я бы попросил Гермиону помочь.
— Эти изменения тебя расстраивают? — спокойно спросил Гарри.
— Честно? Нет. Сначала было немного странно. Но благодаря лучшей памяти я вспомнил почти всё, что делал… и понял, что ты был прав. Я вёл себя как придурок. Мама и папа были бы разочарованы… И… я хочу поблагодарить тебя… за то, что бы ты ни сделал.
— Ты честен со мной?
— Да… обещаю. Я правда благодарен.
Гарри вздохнул и посмотрел Эдриану прямо в глаза. Эдриан почувствовал что-то странное в голове. Ему это не понравилось, и он быстро вытолкнул ощущение прочь. Подняв взгляд, он увидел, что Гарри смотрит на него с изумлением и радостью.
— О Мерлин… — выдохнул Гарри.
— Гарри, ты в порядке? — спросил Эдриан с тревогой.
— Чёрт! — рассмеялся Гарри.
Он вскочил на ноги, поднял Эдриана и крепко обнял его.
— Гарри?! — ошарашенно выдохнул Эдриан.
— Это потрясающе!
Гарри отпустил его, позволив снова сесть, и сам сел напротив.
— Ты прирождённый мастер окклюменции! У тебя естественные барьеры и защита!
— Окклюменции?
— Да! Это искусство защиты разума от вторжения. Благодаря твоим природным барьерам никто не может читать твои мысли!
— Но… я никогда не учился…
— Природные барьеры! Ты родился с ними!
— Тогда почему они появились только сейчас?
Гарри всё ещё улыбался.
— Потому что я их для тебя разблокировал.
— Разблокировал?
— Объясню. В прошлый раз, когда ты оставался у нас, я обнаружил, что на тебе стоят блоки. Магические и ментальные.
— Блоки?
— Да. Один понижал твою магическую силу, второй блокировал естественные защитные механизмы разума.
— Но… кто бы это сделал?! Зачем?!
Гарри перестал улыбаться.
— Ответ тебе не понравится.
— Гарри, скажи!
— Эдриан, тебе не…
— Гарри, пожалуйста!
— Ладно, — вздохнул он. — Только не взрывайся. Это пока лишь теория.
— Говори.
— Дамблдор.
— Дамблдор?! — выпалил Эдриан.
— Просто выслушай. Ты нужен ему как Мальчик-Который-Выжил. Но ему нельзя, чтобы ты стал слишком сильным и вышел из-под контроля. Поэтому он держал тебя занятым подарками и Уизли, вместо того чтобы позволить тренироваться. И поставил блок. А ментальные блоки — чтобы ты не замечал, когда он читает твои мысли.
— Дамблдор читает мои мысли? — сглотнул Эдриан.
— Думаю, да. Именно поэтому он и заблокировал твою естественную защиту. А даже если нет — у него есть Грейнджер и Уизли.
— В каком смысле?
— Разум Грейнджер — как открытая книга. Хорошо организованная, но от этого только легче читаемая. А мысли Рона настолько просты, что их тоже легко читать.
— Подожди… ты читал наши мысли?!
— Один раз, — поднял руки Гарри. — Я только научился и экспериментировал. Это было на первом курсе. Больше не делал. В основном потому, что не хотел снова лезть в разум твоего друга.
— Почему?
— Скажем так… твой лучший друг слегка извращенец.
Эдриан поморщился.
— В любом случае, даже если он не читает их мысли, есть шанс, что они шпионят.
— Нет. Они бы не стали.
— Разве? Есть способ проверить. Я могу прочитать их мысли, если хочешь.
— Нет. Не смей.
— Как скажешь, — вздохнул Гарри. — В общем, я пробрался в твою комнату и начал снимать блоки. Полностью убрал их за день до нашего разговора. Именно поэтому ты тогда смог выслушать меня. Раньше ты бы просто заорал и ушёл.
— Как ты понял, что на мне были блоки?
— Не могу сказать.
— Почему?
— Это секрет, который можно обсуждать только с теми, кто знает секрет.
— Это… глупо.
— Я правила не придумывал, — рассмеялся Гарри. — Ты злишься на меня?
— За что?
— За то, что снял блоки без разрешения. Я бы спросил. Просто решил, что ты бы не поверил.
— Это правда. И мне не нравится, что ты не спросил… но я понимаю.
— Ого, целое предложение. Ты и правда поумнел.
— А ты всё ещё придурок.
— Начинаю тебя любить, брат, — признался Гарри.
— Взаимно.
Они вышли из комнаты.
— Где Рон?
— Наверное, ворует еду у какой-нибудь собаки, — пожал плечами Гарри.
Они спустились вниз — и им совсем не понравилось то, что они увидели.
Их мать наклонилась, чтобы поднять что-то с пола, а Рон стоял и откровенно пялился на неё. Он был настолько увлечён, что не заметил, как братья подкрались.
— Привет, Рон, — Гарри положил руку ему на плечо.
— Привет, Рон, — Эдриан положил руку на другое.
— Нам нужно поговорить, дорогой брат?
— Да, старший брат, полагаю, нужно.
— А? О чём вы?
— Пойдём наверх, объясним, — зловеще улыбнулся Гарри.
— Да, пойдём, — ответил Эдриан той же улыбкой.
И они потащили Рона наверх.
— Нашла, — сказала Лили, протягивая близнецам одну из их фальшивых палочек.
— Спасибо, миссис Поттер.
— Не за что. В следующий раз, пожалуй, просто призову её — так одежда меньше пачкается.
— Почему вы так не сделали?
— Маглорождённая. Мы просто привыкли делать всё руками, — она стряхнула пыль. — Хм… а где ваш брат?
— Рон?
— Да.
— Ну… ваши сыновья, — начал Фред.
— Увели его наверх, — продолжил Джордж.
— Может, чтобы побить.
— Может, чтобы пытать.
— Может, даже убить.
— Хотя последнее — это скорее мечты.
— Можно узнать, за что? — спросила Лили.
— Скажем так… он это заслужил, — ответила Джинни.
— Да, — кивнул Фред—очень.
— Заслужил — закончил Джордж.
***
Недели проходили одна за другой, пока не пришло время возвращаться в школу, и за это время случались неловкие моменты. Миссис Уизли, казалось, была разочарована практически всем. Гарри казалось, что она думает, будто может распоряжаться здесь так же, как у себя дома. Однако постепенно она начала понимать, что в этом доме главные — Гарри и Лили.
Рон тоже становился всё более раздражённым каждый раз, когда видел, что Эдриан проводит время с Гарри. Не имело значения, возвращались ли они вместе после пробежки, занимались ли учёбой или даже просто ели. Рон постоянно пытался разлучить их.
Семья Уизли собиралась на чемпионат мира по квиддичу и предложила Поттерам поехать с ними. Гарри отказался, сказав, что хочет провести время с Роуз и мамой дома, потому что знал — Роуз не понравится толпа, а мама не любит квиддич. Затем Сириус, Джеймс, Ремус и Эдриан тоже сказали, что хотят остаться дома с семьёй. К большому раздражению Рона, Уизли отправились на чемпионат, а Поттеры остались дома и провели приятный вечер в обществе друг друга.
Вскоре пришло время возвращаться в школу. Обе семьи прибыли на вокзал. Прямо перед поездом Гарри внезапно был сбит с ног блондинистой ракетой, которая врезалась в него и притянула в долгий поцелуй.
Гарри и Дафна оторвались друг от друга, когда услышали рвотный звук со стороны Рона, свист Джеймса и Сириуса, звук того, как Джинни отвесила Рону подзатыльник, а также звук того, как Лили и Ремус отвесили подзатыльники Сириусу и Джеймсу, в то время как Эдриан смеялся.
В поезде Гарри сидел в купе, Дафна устроилась у него на коленях и положила голову ему на плечо. Оба читали книгу, которую Гарри держал в левой руке, в то время как правой он обнимал Дафну за талию. Роуз сидела напротив и читала ту же книгу.
Внезапно они услышали голоса.
— Все остальные купе заняты, — раздался знакомый командный голос.
— Это — нет, — послышался голос Эдриана, и дверь купе открылась. — О, привет, Гарри.
— Всё нормально, брат? — спросил Гарри.
— Да. Не против, если мы сядем здесь? — вежливо спросил Эдриан.
Эта вежливость удивила и Дафну, и Гермиону — обе не до конца верили словам Гарри и Рона о том, что Эдриан изменился.
— Я не против, — Гарри повернулся к своей девушке. — А ты, Даф?
— Мне всё равно, — Дафна пожала плечами.
Гарри посмотрел на Роуз — та кивнула.
— Заходите, — пригласил Гарри.
— Спасибо, Гарри, — Эдриан вошёл и сел рядом с Роуз.
Гермиона осторожно вошла следом и села напротив Эдриана, рядом с Гарри и Дафной. Рон неохотно вошёл и сел рядом с Эдрианом. Вскоре поезд тронулся.
— Что вы трое читаете? — спросила Гермиона.
— Маггловскую фантастику, — ответила Дафна. — Называется «Проклятие молнии».
— Правда? — Гермиона посмотрела на них с недоверием.
— Да, — кивнула Дафна. — Она так и называется — «Проклятие молнии».
— Я не об этом. Я о том, что вы вообще читаете маггловскую литературу.
— Не все чистокровные ненавидят магглов, знаешь ли, — ответил Гарри, переворачивая страницу пальцами.
— Но ты слизеринец, — заметил Рон.
— А ты рыжий. Это не значит, что я должен предполагать, будто дементору нечего будет у тебя съесть.
— Что? — Рон растерянно посмотрел на друзей.
— Он пошутил про «у рыжих нет души». Не очень смешно, кстати, — сказал Эдриан, повернувшись к Гарри. Тот лишь улыбнулся и пожал плечами. — Кстати, Гарри, кажется, я случайно оставил книгу по древним рунам в твоём сундуке.
— Хм. Ладно, отдам тебе завтра утром, — сказал Гарри, когда Дафна перевернула страницу за него. — Спасибо, любовь.
— Пожалуйста, — Дафна поцеловала его в щёку.
Они продолжили читать.
Гермиона смотрела на них с явным неодобрением — выражение её лица говорило всё о её отношении к их публичным проявлениям чувств. Рон выглядел так, будто опасался, что Гарри и Дафна вот-вот начнут размножаться прямо здесь. Эдриан не мог не подумать, что они слишком драматизируют.
— Книга хорошая? — спросил Эдриан.
— Хм, неплохая, — ответила Дафна.
— Да, — согласился Гарри. — Есть пара орфографических ошибок, но в остальном — очень хороша.
— Подожди-ка, — перебила Гермиона. — Древние руны? Ты ведь не изучаешь руны, Эдриан.
— Теперь изучаю, — ответил Эдриан. — Я бросил прорицание и взял руны. Я бы взял ещё и арифмантику, но не думаю, что это моё.
— Что?! — Рон явно не знал об этом. — Ты бросил прорицание? Зачем? Это же лёгкая оценка!
— Почему ты начал изучать древние руны? — спросила Гермиона, и в её голосе звучало «отвечай немедленно».
— Гарри посоветовал бросить прорицание. Сказал, что это бесполезно и лучше выбрать что-то стоящее, — ответил Эдриан. — Он рассказал мне о занятиях и показал свои старые книги. Мне понравились руны, и я отправил Макгонагалл сову, чтобы изменить предмет.
— Но… зачем ты вообще ему об этом сказал? — Гермиона посмотрела на Гарри.
— Потому что я его старший брат. И моя задача — проследить, чтобы он не облажался.
— Следи за языком! — одёрнула Гермиона.
— Ты старше всего на несколько минут, — напомнил Эдриан.
— Всё равно старше, — ухмыльнулся Гарри, закрывая книгу. — Дочитаем вечером, Даф?
— Конечно, — кивнула Дафна.
— Но почему тебя вообще волнует, что делает Эдриан? — спросила Гермиона.
— Потому что он мой брат, и моя задача — присматривать за ним.
— Раньше тебя это не волновало.
— Раньше я его не любил, — спокойно ответил Гарри. — Теперь, когда я знаю, что он не полный идиот, я нахожу его терпимым.
— Хм, комплимент, — сухо заметила Дафна. — Похоже, ты и правда начинаешь его любить.
— Эдриан, завтра тренируешься или хочешь выходной? — спросил Гарри.
— Буду тренироваться, — ответил Эдриан. — Если ты не против.
— Что?! Он снова тебя тренирует?! — Гермиона посмотрела на Эдриана как на сумасшедшего.
— Да, — кивнул тот.
— Я всё равно не понимаю, зачем тебе это, — сказал Рон.
— Во-первых, посмотри на меня, — Эдриан показал на себя. — Я стройнее, чем когда-либо.
Все вынуждены были признать, что он действительно похудел.
— И я здоровее и быстрее. И к этому моменту я уже привык к тренировкам.
— В этом и была идея, — сказал Гарри. — Тренировать тебя, пока это не закрепится в голове — что нужно тренироваться каждый день.
— Да, и Гарри уже научил меня кое-чему. Я умею обезоруживать без своей палочки, могу бить и пинать с «правильной техникой», и даже одному броску научил. А ещё Гарри сказал, что в Хогвартсе начнёт учить меня дополнительной магии.
— И сколько ты ему платишь? — спросила Гермиона.
— Нисколько, — ответил Эдриан.
— Нисколько? — она посмотрела на Гарри.
— Мама бы меня убила, если бы я взял с него деньги, — пожал плечами Гарри.
— Значит, ты будешь учить и меня с Роном?
— Нет, — покачал головой Гарри.
— Почему?
— Всё просто. Я не хочу.
— Это нечестно! — возмутилась Гермиона. — Почему Эдриан может учиться, а мы нет?!
— Эдриан — мой брат, и он повзрослел за лето, — ответил Гарри. — Он старается, и я нахожу его терпимым. Вы мне не родственники, и у меня нет причин вам помогать. Я учу Эдриана. Если он захочет учить вас — это его дело.
— И чему именно ты собираешься его учить? — Гермиона скрестила руки.
— Немного боевых искусств, совмещённых с магией.
— Какой магии?
— Помогу ему с тем, что даётся тяжело в школе, и научу атакующим и защитным заклинаниям — оглушающим, щитам и так далее. Обучу дуэлям. Может, если он быстро продвинется, покажу кое-что из того, чему научился в других странах.
— Но это нечестно! — почти по-детски заныла Гермиона. — Почему только Эдриан?!
— Дай уже передохнуть, Грейнджер! — резко сказала Дафна. — Мой парень не платный преподаватель. Всё, чему он учит, он делает в своё свободное время. У него есть дела поважнее, чем обучать весь курс.
— Вот это я понимаю, — Гарри чмокнул Дафну в губы.
— Фу, снимите номер, — простонал Рон.
— Оставь их в покое, Рон, — сказал Эдриан.
Он хотел добавить что-то ещё, но почувствовал, как кто-то тянет его за рукав. Он посмотрел на Роуз — она, как обычно, выглядела нервной.
— Т-ты… хочешь почитать? — она протянула ему книгу. — Я закончила.
— Спасибо, — улыбнулся Эдриан и осторожно взял книгу.
— Пожалуйста, — прошептала Роуз.
— Серьёзно? Ты правда хочешь это читать? — Рон посмотрел на книгу.
— Да. О чём она? — спросил Эдриан у Гарри.
— О герое, который имеет дело с манипулятивным стариком, злодеем и парой придурков.
— Описательно, — прокомментировал Эдриан и начал читать.
***
Вскоре все прибыли в Хогвартс и были проведены в Большой зал. Золотое трио направилось к столу Гриффиндора, в то время как Серебряное трио село за стол Слизерина. Вскоре Дамблдор начал свою ежегодную речь.
— Добро пожаловать, добро пожаловать, — громко произнёс Дамблдор со своего места во главе зала. — Добро пожаловать в ещё один год в Хогвартсе. У меня есть несколько важных объявлений. Как вы знаете, магия в коридорах запрещена. Также с сожалением сообщаю вам, что в этом году квиддич отменяется.
Зал взорвался возмущением и криками. Послышались «бу!» от близнецов, а кто-то крикнул Дамблдору «отвали и сдохни» — этим человеком, скорее всего, был Гарри.
— Это связано с новым мероприятием, которое пройдёт в Хогвартсе.
Внезапно двери зала распахнулись, и внутрь вошёл человек. Не просто человек — это был Грозный Глаз Грюм. Его легко было узнать по деревянной ноге, трости и магическому глазу. Гарри посмотрел на Грюма, и на его лице появилась насмешливая улыбка.
— Рад представить вам нашего нового преподавателя Защиты от тёмных искусств — Аластора Грюма, — сказал Дамблдор. — Итак, как я уже говорил, мне приятно объявить, что в этом году школа будет принимать Турнир Трёх Волшебников.
— Вы шутите! — выкрикнул Фред среди ахов.
— Нисколько, мистер Уизли. Хотя я недавно слышал замечательную шутку про карлика, соты и шакал…
Макгонагалл кашлянула.
— Возможно, в другой раз, — продолжил Дамблдор.
Он стал объяснять детали турнира, после чего отпустил учеников в гостиные.
В гостиной Слизерина Гарри вышел в центр комнаты и встал на стул, чтобы быть выше всех.
— Эй! — крикнул Гарри. — Эй, все сюда!
Вся гостиная повернулась к нему.
— Для тех, кто меня не знает, я — Гарри, мать вашу, Поттер. И у меня есть объявление. У каждого из нас в этой школе есть враги, но одного из них я теперь снимаю с рынка. С этого момента никто не поднимет руку и не направит палочку на Эдриана Поттера.
— Ты с ума сошёл, Поттер?! — потребовал Малфой.
— Да, — спокойно ответил Гарри. — С этого момента, если у кого-то есть проблемы с Эдрианом Поттером, вы решаете их через меня. Если мой брат каким-то образом вас обидел — приходите ко мне, и мы обсудим это как цивилизованные ведьмы и волшебники. Но если кто-то из вас решит взять дело в свои руки, я с радостью покажу вам, как выглядит нецивилизованный и очень злой волшебник.
— Да кто ты вообще такой, чтобы указывать нам, что делать?! — закричал Малфой. — Ты не особенный, Поттер, ты просто…
Он не договорил — Гарри ударил его заклинанием через всю комнату. Малфой врезался в стену и рухнул на пол без сознания.
Гарри оглядел общую комнату.
— Вопросы есть? — спросил он.
Никто не ответил.
— Так и думал. Спокойной ночи.
A/N:
Вау, это было утомительно. Надеюсь, вам понравилось. Следующее обновление будет скоро (надеюсь). Но сначала я выложу ещё одну главу «Chaos», чтобы никто не подумал, что я про неё забыл, а потом выйдет следующая глава этой истории. Надеюсь, вам понравилось — оставляйте отзывы.