1 глава.
Афелия медленно спускалась по широкой лестнице, пальцами касаясь холодных перил. Волосы карамельные, волнистые, немного запутавшиеся, спадали на плечи мягким водопадом. В полумраке утреннего света её глаза цвета мокрого серебра казались почти прозрачными.
На кухне уже сидела семья.
Когда-то в этом доме звучал смех, запах свежего хлеба наполнял коридоры, а в камине всегда горел огонь.
Теперь только холод, натянутая тишина и взгляды, полные вины, злости и усталости.
После смерти бабушки всё изменилось.
Каждый из них будто утратил часть себя. И никто не понимал на кого злиться. На судьбу? На магию? Или на себя?
В первые дни дом был похож на руины. Стены трещали, хрусталь взрывался от переполненной боли. Их магия, некогда благородная и сильная, теперь вырывалась наружу, как зверь из клетки.
За столом Дэмиан, старший брат Афелии, смотрел в тарелку, но даже не прикасался к еде.
Рядом отец, Радомир, с каменным лицом, повторял одно и то же «ешь, сын, не доводи мать до слёз».
Мама, Марианна, молча помешивала чай из редких трав, которые больше напоминали зелье для исцеления души, чем обычный напиток.
Афелия села на своё место, чувствуя, как сердце снова сжимается.
В памяти всё ещё стоял её сон.
Бабушка.
В том же платье, в котором её видели в последний раз.
Лицо наполовину тень, наполовину свет.
Голос тихий, как дыхание ветра:
«Афелия... закрой дверь. Закрой её... пока не поздно».
В доме Де Морелей царила тревожная тишина, похожая на передышку между грозами. Воздух казался тяжёлым, пропитанным магией, которая больше не слушалась своих хозяев. Первым заговорил ее брат Дэмиан.
— Я больше не могу управлять своей силой. Она у меня пропала.
Эти слова прозвучали глухо, почти безжизненно, но ударили по всем присутствующим.
Марианна, их мать, резко подняла голову. Её лицо исказилось смесью страха и ярости.
— Афелия, ты должна немедленно это исправить! Ты впуталась в это, не предупредив нас! Хотела воскресить бабушку, но испоганила всё!
Радомир, глава семьи, закрыл глаза, устало выдохнув.
— Мэри, не стоит снова кричать.
— Это было безрассудно, — не унималась она. — Глупо и опасно! Афелия, ты даже не до конца постигла свои силы, чтобы решаться на подобное.
— Мам, я знаю, — тихо произнесла Афелия. — Хватит. Я понимаю свою ошибку.
Но её голос дрогнул. Ошибка стоила слишком дорого, и все это знали.
В этот момент дверь тихо скрипнула, и на пороге появился Аурелиус, их дед. Старый, ослабевший, он всё ещё сохранял величие, словно само время боялось его тронуть. Его шаги были медленными, дыхание глубоким, но взгляд оставался ясным и твёрдым.
— Я знаю решение этой проблемы, — сказал он, подходя ближе. — Афелия должна починить маховик. Он был не завершён. Она вернётся в прошлое и исправит то, что натворила. После закроет ворота между потусторонним и этим миром.
Радомир поднял на него взгляд, в котором смешались сомнение и усталость.
— Вы говорите об этом так, будто это просто.
— Но мы все понимаем, что это не просто, — спокойно ответил Аурелиус.
Афелия сжала пальцы, чувствуя, как по коже пробежал холод.
— Но как мне исправить маховик?
Дед посмотрел на неё долгим, испытующим взглядом.
— Ты будешь учиться в Хогвартсе.
На мгновение дом будто оглох. Потом все, как по команде, заговорили разом.
— Что?!
Аурелиус не отвёл взгляда.
— Я знаю, наш род никогда не учился в магических школах. Но сейчас всё иначе. Мы слабеем. И только ты ещё можешь изменить то, что происходит. В библиотеке Хогвартса хранится нужная информация о маховике. Запретная, спрятанная глубоко под заклинаниями. Чтобы добраться до неё, тебе придётся искать, рисковать и, возможно, лгать. Но только там ты найдёшь ответы.
Дэмиан усмехнулся, будто пытаясь скрыть страх.
— Слава Мерлину, что всё это натворил не я.
Марианна резко повернулась к нему.
— Ещё слово, и ты отправишься с ней.
Он опустил взгляд, смолкнув.
Афелия молчала. Мысли путались, сердце билось гулко.
Хогвартс.
Школа, в которую никто из Де Морелей не осмеливался ступить. Место, где смешиваются судьбы, где магия живёт в каждом камне.
Теперь ей предстояло переступить этот порог.
— Но... как они среагируют, если я появлюсь там? — Афелия нахмурилась, теребя край рукава. — Многие ведь знают, кто мы. Про наш род ходят легенды.
— А они не узнают, — произнёс дедушка спокойно, будто говорил о чём-то до смешного простом. — Ты притворишься грязнокровкой. Девушкой с Шармбтона. Скромной, тихой... никому и в голову не придёт связывать тебя с нашим именем.
— С Шармбтона? — переспросил Дэмиан, приподняв бровь. — Даже звучит подозрительно.
— Главное, чтобы звучало правдоподобно, — сдержанно ответил Аурелиус. — Остальное дело манер и хорошего обмана.
Афелия хотела возразить, но слова застряли в горле.
Дедушка медленно поднялся со стула, опираясь на трость.
— Если хочешь исправить содеянное, — произнёс он устало, — тебе придётся научиться быть кем-то другим. Иногда именно в чужой маске мы находим своё истинное лицо.
— Я поговорю с Альбусом Дамблдором, — наконец произнёс Радомир, нарушая напряжённую тишину. Его голос был низким, уверенным, как всегда, когда решение уже принято. — Он один должен знать, кто ты на самом деле.
Афелия вскинула взгляд.
— Значит... никто больше?
— Никто, — подтвердил отец. — Только Дамблдор и, возможно, пара его самых преданных учителей. Те, кому он доверяет так же, как самому себе. Для остальных ты обычная ученица. Афелия Де Морель должна остаться призраком, понимаешь?
Дедушка кивнул, удовлетворённо щурясь.
— Так будет безопаснее. И для неё, и для нас.
Афелия молча кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается.