Falling Slowly

- Мне пора домой, чтобы выспаться перед работой, а Элис, как будущей маме, уже давно пора отдыхать, - сказала я, продолжая сидеть в потертом кресле в крошечной теплой гостиной ребят.

Я допила уже третью чашку чая и, поставив ее на журнальный столик, собралась вставать, когда краем уха услышала, как ведущий ток-шоу произнес знакомые имена. Не обращая внимания на улыбку Элис, я откопала пульт в груде диванных подушек, лежавших на полу, и сделала громче. Парни сидели в гостях у Джонатана Росса, который с присущим ему остроумием задавал им стандартные вопросы. Сама того не заметив, я, как загипнотизированная, слушала каждое слово. Марк шутливо поводил рукой перед моим лицом, а я лишь отмахнулась, немного смутившись.

- Итак, парни, интересующий всех вопрос: кто свободен? - ведущий игриво повел бровями и оглядел ребят.

Гарри и Найл подняли руки.

- Погодите, когда вы были у меня год назад, все было точно так же. Найл, в чем дело?

Парень с улыбкой пожал плечами.

- Как насчет тебя, Гарри? Вы двое все продолжаете кружить дамам головы?

Гарри рассмеялся и неодобрительно покачал головой. Зрители в зале тоже перестали шуметь в ожидании его ответа. Задумавшись на пару секунд, он сказал:

- Мы очень заняты работой, на самом деле, - он замолчал, нахмурившись. - Тяжело быть в отношениях, когда каждый день просыпаешься в новом городе и не бываешь дома месяцами.

Я сощурилась, чтобы лучше видеть, и ловила каждое мелкое движение и каждое словечко.

- Не хочу ставить тебя в неловкое положение, но у нас есть пара фото, где ты с девушкой. Ходят слухи, знаешь ли, - он игриво подмигнул Гарри. Тот едва заметно насторожился и ждал, что последует дальше. Как и я.

А дальше на экране появилось несколько фото, где был он и... я? Казалось, я и вовсе перестала дышать.

- Кэр? - позвал Марк озадаченно.

Я шикнула на него, чтобы не мешал слушать, и, не оборачиваясь, неопределенно махнула рукой для убедительности.

Были фото из Чикаго, где мы гуляли по парку, фото на фоне какого-то поезда, очевидно, из той ночи, когда мы ездили по всей Великобритании. На одном из снимков мы были в кофейне недалеко от моей квартиры, около месяца назад, когда он приезжал на день или два. Я смеялась, крепко зажмурившись, а он с улыбкой смотрел на меня. Абсолютно обескураженная, я обернулась к Элис и Марку, которые уставились в экран телевизора в не меньшем замешательстве. Одновременно они перевели взгляды на меня. Я сглотнула и снова вернулась к ток-шоу.

- Это моя подруга, - сказал Гарри, не оставляя сомнений, что все так и есть.

Джонатан молча пристально смотрел на него с озорной полуулыбкой, ожидая, что Гарри не сдержится и рассмеется. Ждать долго не пришлось, его старания пошли псу под хвост, и он смущенно рассмеялся.

- Ну, так? Уверен? - ведущий снова поиграл бровями, жест был его фирменным трюком.

- Уверен, просто хорошая знакомая, - в этот раз Гарри сдержанно улыбнулся.

Я поняла, что все это время сидела, затаив дыхание, когда, шумно вздохнув, выключила телевизор. Повисло гробовое молчание. Медленно развернувшись к ребятам, я увидела их расширившиеся от удивления глаза и озабоченные взгляды.

- Это ведь правда только что было? - просипела я.

- Да, - усмехнулась Лис и кивнула.

- Это так странно, - потерянно произнесла я и встала с кресла.

- Очень, - откликнулся Марк.

- Теперь мне точно пора домой.

Я наконец получила права и села за руль старенького Ауди, было здорово не зависеть от ребят и быть способной передвигаться самостоятельно, когда бы и куда бы ни захотелось. На часах было без четверти одиннадцать, а я делала уже третий круг по соседнему району, наслаждаясь последним альбомом Касэбиан и прокручивая в голове каждое слово из того, что услышала около часа назад.

«Подруга, просто хорошая знакомая».

Если быть честной, то это именно то, о чем мы договорились около четырех месяцев назад. Я попросила дать мне время привыкнуть, а он пообещал не торопить. Было очень не комфортно и чуждо видеть себя на экране телевизора, да еще и при таких обстоятельствах. Как бы Гарри ни старался избежать фотографов, но мы все-таки попали в объективы камер. Да и что в этом было такого, мы ведь и правда хорошие приятели, мы просто проводили время вместе.

Перед глазами вновь и вновь возникал его образ, когда он говорил о том, что они так заняты работой, что не остается времени на отношения, но я раз за разом отгоняла его и вглядывалась в дорогу, напоминая себе о том, что за рулем я не больше месяца и нужно быть предельно внимательной. Если верить спидометру, то я ехала со скоростью шестьдесят пять километров в час. Сделав музыку громче, я тряхнула головой, отгоняя глупые мысли. Мое внимание отвлек мигающий экран телефона на пассажирском сидении: звонил Гарри. Не сумев перебороть себя, я решила не отвечать. Пусть это и глупо, да и не было особой причины этого делать, но я проигнорировала звонок. Машин почти не было, а узкую дорогу освещали невысокие фонари.

Внезапно меня ослепил яркий свет фар, я попыталась понять, как поступить, но машина двигалась слишком быстро, обгоняя белый Форд впереди себя. Водитель выехал на встречную полосу, и расстояние между нами стремительно сокращалось, а я лихорадочно пыталась сообразить, действительно ли это все происходит. Вцепившись в руль, я резко вывернула его влево. Но не успела я обрадоваться тому, что избежала страшной аварии, как заметила фонарный столб прямо перед собой буквально в трех метрах. Спохватившись, я нажала на тормоз что было сил, но было поздно. Автомобиль с шумом въехал в столб, и последним, что я помнила, был сильный толчок и звук глухого стука от того, как я ударилась головой о лобовое стекло. А еще то, как сработала подушка безопасности пассажирского сиденья.

***

Было тихо и темно. И немного прохладно. Больше я ничего не могла сказать с закрытыми глазами, которые совсем не хотели слушаться: веки были просто свинцовыми. Я попыталась повернуть голову, но это малейшее движение отозвалось резкой пульсирующей болью в висках. Застонав, я приняла исходное положения и сжала зубы от боли.

- Кэри, тебе больно?

Я хотела кивнуть, но вовремя вспомнила, что лучше мне не шевелиться. Сделав над собой огромное усилие, я все-таки сумела открыть глаза, но все равно ничего не увидела.

- Как ты себя чувствуешь? - это был голос Люка, его я узнаю из миллиона.

Попытка дать внятный ответ провалилась из-за пересохшего горла и заплетающегося языка. Предплечья невесомо коснулась чья-та холодная рука, и по телу побежали мурашки.

- Холодно, - еле слышно выдавила я.

Через пару секунд послышалось, как открылась и закрылась дверь. Но я отчетливо слышала приближающиеся шаги.

- Кто здесь? - осторожно спросила я.

- Это я, Кэр, - Гарри. Не знаю, сколько я была в бессознательном состоянии, но он должен был быть во Франции или в Италии. - Как ты себя чувствуешь? Позвать медсестру?

- Нет, я в порядке.

Сфокусировав взгляд на темном силуэте, слегка нависшем над моей кроватью, я различила его черты, и это действительно был он. Волосы спадали на лицо, а между бровей пролегла глубокая складка.

- Тебе нужно спать, препараты должны были действовать до обеда, - обеспокоенно произнес он, убирая волосы с лица.

Дверь снова открылась.

- Я принес плед, - сказал Люк, и я почувствовала, как он накрыл меня им.

Глаза закрывались сами собой, а противиться было не в моих силах. Перед тем, как снова провалиться во тьму, я лишь увидела, как Люк кивнул Гарри и снова вышел из палаты.

- Засыпай, Кэр, - хрипло прошептал Гарри совсем близко. В следующее мгновение я снова почувствовала, как его холодные пальцы слегка сжали мою ладонь. А после снова перестала ощущать реальность.

В следующий раз, когда я пришла в себя, было светло: я понимала это даже сквозь закрытые веки; слишком жарко из-за второго пледа. Тихо доносились приглушенные голоса и шаги. То, что я находилась в больничной палате, было очевидно. Вопрос был в том, насколько все серьезно и когда я смогу отсюда свалить. И, самое главное, какого черта я здесь делаю?

С трудом открыв глаза, я стала осматривать палату в поисках кнопки вызова врача. В голове все еще проходила вечеринка динозавров, но было терпимо. Поморщившись от боли, я отыскала заветную кнопку. Минуты через три, что показались мне часами, вошел доктор, высокий сутулый мужчина лет пятидесяти в белоснежном халате, а следом за ним прошмыгнули Марк и Люк. Когда дверь уже почти закрылась, ее вновь отворили, и зашел Гарри, помятый и взъерошенный. У всех троих были синяки под глазами и жутко усталый вид.

- Доброе утро, мисс, - мужчина заглянул в карточку, поправив круглые очки, - Эддисон. Как Вы себя чувствуете?

- Паршиво, - вымученно улыбнулась я. - Что я сломала, когда перестанет болеть голова и скоро меня выпустят отсюда?

Ребята улыбнулись, а доктор понимающе кивнул и усмехнулся.

- Вы помните, что с Вами случилось?

- Я помню, как ехала домой, а после этого проснулась здесь.

- Вы попали в аварию, Кэролайн. К счастью, отделались лишь сотрясением, несколькими ссадинами и ушибами. Но есть и не очень хорошая новость: пришлось наложить вам шесть швов, возможно, вы чувствуете, как немного саднит над левой бровью.

Я нахмурилась и почувствовала, как слегка печет там, где сказал доктор. В голове не укладывалось то, что я действительно попала в аварию. Сотрясение, швы, ушибы... это про меня вообще?

- Кто-нибудь еще пострадал? - хриплым голосом спросила я.

- Да, фонарный столб придется ремонтировать, - улыбнулся доктор. - Вам придется полежать еще несколько дней, нужно провести еще пару процедур для анализов и пройти реабилитацию после черепно-мозговой травмы.

- И как долго это будет длиться?

- Не меньше четырех дней. Что ж, мне пора, а вы, молодые люди, не задерживайтесь, мисс Эддисон необходим покой, - кивнув мне, он вышел.

Я тяжело вздохнула и закрыла лицо рукой.

- И давно я здесь?

- Тебя привезли около полуночи, - сказал Марк. - Мы не стали говорить твоим родителям пока, ты ведь не любишь их тревожить, и Элис тоже не знает, в ее положении лучше не волноваться.

- Спасибо, дорогой, - улыбнулась я. - Ну, и чего вы такие взъерошенные, подумаешь какое-то сотрясение, - я тихо рассмеялась.

У Люка было такое выражение лицо, что мне казалось, если бы я была парнем, он бы мне сейчас разбил нос.

- Не смешно, Кэри, ты нас жутко напугала. Помнишь, как это случилось? - Люк потрепал волосы на затылке.

- Я помню, как ехала домой, очень смутно помню то, как меня везли сюда, потом что-то и вовсе несвязное, на

этом все. И помню, что ночью просыпалась и было холодно.

Гарри прокашлялся, напоминая о своем присутствии.

- Ребят, не хочу мешать, но, - он замолчал многозначительно посмотрев на Марка и Люка. Те кивнули и, сказав, что зайдут позже, вышли. У Люка был недовольный вид.

Красные от недосыпа глаза и редкая щетина выдавали то, что он не спал всю ночь. Длинные волосы были небрежно убраны в сторону и то и дело падали на глаза.

- Как ты здесь оказался? То есть понятно, что самолетом, но, - я пыталась сформулировать вопрос, но голова так гудела, будто я стояла под огромным чугунным колоколом. Бросив это гиблое дело, я просто вопросительно уставилась на Гарри, который после некоторых размышлений присел на краешек моей кровати.

- Ты не брала трубку, когда я звонил, потом раза с четвертого ответил Марк и рассказал, что случилось. В пять утра я был уже здесь, - он смущенно улыбнулся.

Я не знала, что ответить, это было так неожиданно и так чертовски приятно. Прочистив горло, я уставилась на краешек телефона, торчащего из кармана парня.

- Как ты себя чувствуешь?

- Как желе, - улыбнулась я.

- Голова сильно болит? - что странно, от его манеры речи и тягучего голоса меня снова клонило в сон, а в

висках не пульсировало, как это обычно бывает при головной боли.

- Терпимо.

- У меня самолет через два часа, и я очень рад, что все-таки успел застать то, что ты пришла в себя.

Я протянула руку, чтобы дотронуться до его слегка шершавой ладони.

- Спасибо, Гарри.

- Ты чего плачешь? - испуганно спросил он, а я и не заметила, что из глаз текут слезы.

- Я не плачу, - снова улыбнулась я. - Просто... мне очень приятно, что ты приехал и, - я сглотнула, - что ты волновался. Это так мило с твоей стороны.

Я просто мастерски могла загнать себя в неловкое положение. Шмыгнув носом, я склонила голову, надеясь на то, что так он перестанет меня видеть.

Медленно протянув руку, он неуверенно вытер слезы со щек и заправил выбившуюся прядку волос за ухо. Широко распахнув глаза от удивления, я наблюдала за его действиями, боясь даже вздохнуть. И только тогда заметила, какой он был бледный, особенно в сравнении со своей черной футболкой, парень почти сливался с больничной стеной.

- Мне нужно идти, - очень тихо произнес Гарри.

Я кивнула с пониманием, но все еще держала его ладонь.

- Приеду при первой возможности, - вымученно улыбнулся он.

- Хорошо, - одними губами ответила я.

Поколебавшись несколько секунд, он наклонился и коснулся теплыми губами моего лба.

- Береги себя и поправляйся скорее, - он напоследок еще раз сжал мою ладонь и вышел из палаты.

Марк, Люк и подошедший только что Эд строго-настрого запретили мне в ближайшее время садиться за руль, по крайней мере, одной. Первые двое были по неизвестной мне причине уверены, что у нас с Гарри серьезные отношения, после чего я долго и нудно объясняла, что у нас и несерьезных-то отношений нет. На это они безапелляционно ответили, что просто так люди не срываются из другой страны и не нервничают до того, что чуть ли не волосы с головы выдирают. Это они, конечно, утрировали, но суть была ясна. Эд молча слушал наше обсуждение, меряя шагами палату, что неимоверно раздражало, после чего выдал:

- Ненавижу гребаные больницы.

Каждый из нас всеми фибрами своей души не переваривал это заведение. Слишком много слез и отчаянья было в ее стенах. Часы, сутки и недели, проведенные в палате Джеймса, когда каждая минута могла стать последней. Никто из нас не питал особой любви к больницам.

- Мы заберем тебя, как только будет можно, Кэр, - сказал он чуть позже. - А если этот петух тебя обидит, я лично ощипаю его и пущу на наггетсы, - нахмурившись, добавил Эд грозно.

Не сразу поняв, о ком говорит друг, я задумалась, а когда дошло, стала едва ли не истерично хихикать, а Марк и Люк ко мне присоединились.

- А мне он нравится, - сказал Марк.

- Да мне тоже, но нужно ведь показать Кэри, что мы о ней заботимся, да? - он посмотрел на меня.

Перестав хихикать, я медленно кивнула, чтобы было не очень больно.

Мы еще некоторое время шутили и смеялись, пока не пришла медсестра и не разогнала ребят. Сказав мне держаться подальше от всяких фонарных столбов, они покинули палату, а я снова осталась наедине со своими мыслями. Хотя они составляли мне компанию недолго: я, незаметно для себя, снова провалилась в сон.

***

Хэллоуин наступил через девять дней после аварии, пять из которых я провела уже в своей квартире. Родителям и Элис я так и не сказала, в моей палате в любом случае всегда был кто-то из ребят. Гарри приезжал после этого два раза, что было немного неловко, потому что одно дело - говорить что-то, еще не отойдя от действия наркоза, а другое - не трезвую голову встречаться с последствиями этого.

Доктор Эванс пришел бы в ужас от нашей затеи, но мы не сумели устоять перед таким соблазном и решили пойти на вечеринку в честь Хэллоуина. Гарри пригласил нас всех к своему другу на студенческую тусовку, на что ребята согласились, особо не раздумывая.

Мы ехали на машине его друга, которую он взял, чтобы никто не узнал его по уже знакомому всем Рендж Роверу. Я сидела на переднем сидении, как и всегда, Люк и Эд расположились сзади. Последний раздраженно ерзал, ему определенно не нравилось ехать в чужой машине, и его можно было понять, если учесть то, что последние несколько лет он вряд ли передвигался на чем-то, кроме своего мотоцикла. Гарри и Люк о чем-то говорили, а я вглядывалась в дорогу, пытаясь игнорировать дискомфорт от целой тонны макияжа. После долгих лихорадочных раздумий я остановилась на Трупе невесты. Я потихоньку восстановила в памяти почти все, что произошло в ночь, когда случилась авария, и в голове все крутились те фото, которые мы увидели в передаче. Мне не очень хотелось пополнить эту коллекцию, поэтому было очень важно, чтобы меня никто не узнал. Гарри заверил, что никто не знает о его приезде, кроме того самого приятеля, а ребята успокоили тем, что в таком виде ни меня, ни Гарри даже наши мамы сразу не узнали бы. Он был загримирован под скелет, было жутковато, казалось, что у него вместо щек и на самом деле отверстия в черепе; волосы он как-то так уложил гелем, что не было понятно, какой они длины. Эд из года в год продолжал выбирать таких персонажей, которые нравились девушкам, в этом году его выбор пал на вампира Лестата. Не очень оригинально, но смотрелся он довольно эффектно. Люк же был Вилли Вонкой.

Мы подъехали к большому коттеджу, вокруг которого собралась вся нечисть из фильмов. Музыка играла так громко, что даже в машине было слышно. Было немного волнительно, я не была на вечеринках уже года два, не меньше. Люк и Эд, громко переговариваясь и смеясь, растворились в толпе впереди. Возможно, заметив мое волнение, Гарри взял меня за руку и, озорно подмигнув, повел за собой в дом.

Такого хаоса я давно не видела. Разве что на люстрах не раскачивался Крюгер, зато с них свисали жуткие лохмотья; стены были в зеленой слизи, воздух был тяжелым, успев пропитаться сигаретным дымом и алкоголем. Я поняла, что зря переживала, потому что в этом бедламе даже собака не распознала бы своего хозяина. Наверное, поэтому Гарри не стал искать хозяина дома, а просто решил влиться в общий хаотичный поток из вампиров, пиратов, мертвецов и зомби. Через несколько минут мы отплясывали под гаражный панк-рок вместе со всеми. Улыбающийся скелет смотрелся жутковато, но в то же время очаровательно. Не думала, что мне так понравится, но это было умопомрачительно весело. Никогда не видела, чтобы мертвецы так живо зажигали под рок-н-ролл шестидесятых, но увидеть это определенно стоило. Я боялась, что мне станет плохо, но пару часов пролетели безо всяких головных болей и слабости; даже немного алкоголя не спровоцировали ничего такого. Музыка постоянно сменялась, разные стили разных времен разных исполнителей - я бы пожала руку ди-джею, но боюсь, что даже не доберусь до него. Когда мы с Гарри шли к выходу, чтобы немного подышать, я увидела Люка, вернее, Вилли Вонку, целовавшегося с некой женщиной-кошкой.

- Тебе нравится? - спросил Гарри, когда мы уселись на лужайке метрах в сорока от дома.

- Очень! - восторженно воскликнула я. - Честно говоря, не помню, когда в последний раз так веселилась.

Гарри просиял.

- Нормально себя чувствуешь? Ничего не болит?

- Все в полном порядке.

- Я рад, что вы согласились прийти. Хочется, как мои сверстники, ходить на студенческие вечеринки, но это редко получается. А Хэллоуин - отличный шанс повеселиться и остаться незамеченным.

Посидев еще немного на газоне, мы вернулись в дом. Казалось, это место было создано для того, чтобы вся нечисть отжигала здесь каждые выходные.

Когда Гарри нужно было отойти, я напросилась и пошла с ним: оставаться одной не хотелось совсем, а искать

парней было гиблым делом. Я стояла недалеко от дверей туалета на втором этаже, когда ко мне нетвердой походкой подошел какой-то тип, одетый, как мне показалось, в пирата. Если быть точнее, то на нем были только ободранные штаны, треуголка, и бутафорская шпага болталась на поясе.

- Чего скучаешь, крошка? - выдохнул мне прямо в лицо. От запаха меня чуть не вывернуло прямо на месте.

- Я не скучаю, я жду своего приятеля.

- Зачем кого-то ждать, пойдем, я знаю, как развлечься, - он потянул меня за руку.

- Отвали, чувак, тебе не поздоровится, - я выдернула руку и отошла на шаг назад.

- Да ладно, тебе понравится, - он снова взял меня за руку и в этот раз потянул настойчивее.

- Убери руку, - злобно прошипела я, сузив глаза, на что он мерзко расхохотался.

- Не ломайся, - я уперлась ногами в пол, а этот кретин продолжал тянуть.

Я знала, что вот-вот должен выйти Гарри, но чувствовала, как начинала паниковать. В коридоре было еще несколько человек, но вряд ли целующимся парочкам или загашенным парням было интересно, что со мной происходило.

- Кэри? - я выдохнула и почти расслабилась.

Развернувшись, я увидела, как к нам стремительно приближается Гарри. Теперь скелет уже совсем не улыбался.

- Отвали, парень, - он отпихнул нетрезвого горе-пирата, который, пошатнувшись, шлепнулся на зад. После этого я поняла, что при желании, возможно, и сама могла бы его уложить. Хотя вряд ли, этот кретин выглядел довольно внушительно.

Разозленный, Гарри вел меня за собой по лестницам, затем к выходу, наконец, мы оказались на улице. Я не придала особого значения случившемуся, но парень чуть ли не метал молнии, и я думала, что еще чуть-чуть, и он перекрошит мои пальцы в своей ладони.

- Сильно перепугалась? Мне стоило сначала найти ребят, чтобы ты не оставалась одна, - он сокрушенно запустил руку в уложенные волосы, растрепывая их.

- Забудь, я бы с ним разделалась, - я рассмеялась над собственной шуткой, пытаясь разрядить обстановку.

Гарри чертыхался себе под нос и не слушал меня.

- Хочешь остаться или хватит на сегодня веселья? - спросил он, глядя на меня.

- Можно и домой, я думаю, - ответила я ему, вспомнив, что уже около трех, а это означало, что мы провели здесь больше четырех часов.

- Парни ведь позаботятся о себе?

- Да, к тому же, я сомневаюсь, что мы их найдем в этом хаосе.

Несмотря на позднее время, спать совсем не хотелось, но голова все же начала болеть, не сильно, но ощутимо. Оказалось, что Гарри не пил, поэтому он смело сел за руль, чтобы отвезти меня домой. Пытаясь отвлечь его от той нелепой ситуации, я болтала о всякой чепухе, это сработало, потому что уже на полпути он перестал так хмуриться и начал улыбаться.

Ровно в половину пятого мы припарковались у моего подъезда. И меня посетила мысль, которая казалась на тот момент чуть ли не самой правильной. Я давно хотела это сделать, но все откладывала. Мы были знакомы уже полгода, я знала, что симпатична ему, и было глупо отрицать то, что он тоже мне нравился. А это висело грузом, не давая мне покоя. Выдохнув, я произнесла:

- Гарри, мне нужно кое-что тебе рассказать.

Парень кивнул и внимательно посмотрел на меня.

- Если ты не очень спешишь, то мы могли бы поговорить у меня.

- Конечно, без проблем.

Больше ничего не сказав, мы поднялись ко мне, я поставила чайник и села за кухонный стол напротив Гарри.

- Я не знаю, с чего начать и как обычно говорят о таком, - я замолчала, подбирая слова. - Просто хочу, чтобы ты знал, потому что мы много времени проводим вместе, и я привязалась к тебе, - не подумала бы, что смогу вот так без смущения говорить об этом, но алкоголь сыграл определенную роль, скорее всего.

Гарри улыбнулся. Я даже привыкла к его гриму.

- Я хочу рассказать о человеке, который значил для меня все. И лучше начать с начала, я думаю. Мы познакомились, когда мне было шестнадцать и я училась в школе. Ему был двадцать один год, и поначалу это жутко пугало меня, для меня он был совсем взрослым, но... просто нужно было знать этого человека лично, чтобы понять, насколько он был замечательным. Сразу после того, как я окончила школу, Джеймс забрал меня к себе в Лондон. Почти в то же время переехал и Марк, он почти ровесник Джея, но мы знакомы с ним с детства, он был мне старшим братом с тех пор, как я научилась стрелять из рогатки. Так случилось, что он влюбился в Элис, родную сестру Джейми. Буквально за год собралась вся наша компания: я, Джеймс, Марк, Элис, Эдвард, Люк и Стэн. Парни собрали группу, Джеймс осуществил свою детскую мечту и открыл магазин виниловых пластинок, мы жили одной большой семьей, словно во сне, мечтали, строили планы, ездили на фестивали, пока в один день наша сказка не обернулась самым жутким ночным кошмаром, который только можно было представить.

Я сглотнула и, почувствовав, как в носу защипало, встала, чтобы налить себе воды. Прочистив горло, я продолжила:

- Чуть меньше двух лет назад я узнала, что у Джеймса рак. Люк тогда не сумел соврать и выложил все. Пару недель я не знала ничего, в то время как все вокруг ходили с натянутыми улыбками и по просьбе Джея скрывали от меня правду. Я не хочу описывать все, что я чувствовала в тот момент, потому что словами я этого передать не смогу. Около недели я ходила как во сне, даже сейчас я смутно помню, что происходило тогда, я помню лишь свои ощущения. Было слишком поздно что-то делать, потому что у него была уже четвертая стадия. Мы все буквально поселились в его палате, он таял на глазах, и это просто убивало нас. Медленно и нечеловечески мучительно, - не знаю, когда я начала плакать, но меня начинало уже трясти.

Гарри встал со стула и сел на корточки передо мной, взяв меня за руки.

- Ты можешь не продолжать, - сипло произнес он, обеспокоенно вглядываясь в мое лицо в свете уличным фонарей. Я не стала включать свет на кухне.

Лицо было мокрым от слез, и мне совсем не хотелось думать о том, что с моим гримом, да и не до этого было.

- Это продолжалось 131 день. Я даже сейчас могу слышать, как он кричал от боли, когда обезболивающие уже не помогали, - меня била крупная дрожь.

- Пойдем, - Гарри потянул меня, и я встала. - Не плачь, пожалуйста, я знаю, что что бы я ни сказал, это не поможет тебе сейчас, - он крепко обнял меня, шепча это мне в макушку.

- Я должна была тебе сказать, - дрожащим голосом произнесла я.

- Ты ничего не должна, милая, только не плачь.

Он гладил мою спину и без остановки говорил что-то успокаивающее, а я наконец почувствовала, как стало легче.

И стало тепло и спокойно в его руках.

- Тебе нужно смыть все это и лечь спать, - сказал он после минутного молчания.

- Ты можешь остаться, если хочешь, - ответила я тихо.

Я приняла душ первой и лежала в пижаме, уставившись в потолок. На часах было уже почти шесть. Я слышала, как за стеной шумела вода, потом звук прекратился, и через пару минут вышел Гарри. Помявшись пару секунд, он пожелал мне спокойной ночи и пошел к двери.

- Оставайся здесь, - выпалила я.

Он замер и развернулся.

- С тобой?

Захотелось съязвить, но было лень выдумывать что-то остроумное.

- Да, со мной.

Может, это была игра теней, но мне показалось, что он улыбнулся. Гарри лег рядом, и я, недолго думая, придвинулась ближе и положила голову на его грудь.

- Я виделся с ним однажды.

- С Джеймсом?

- Да. Как-то нас познакомил Том. Я очень смутно помню, если честно.

В это верилось с трудом, в голове был целый рой мыслей, они все жужжали и жалили больно-больно. Я так устала.

Слишком много всего.

- Спи сладко, Кэри.

Я не смогла заставить себя ответить, отключившись, словно по щелчку.