[RUS] - cherry wine (h.s) - вишневое вино

16 апреля

Вспоминая то, что было раньше и что сейчас.

Селин сидела на краю кровати со слезами на глазах и волосами, влажными, как земля после предыдущего ливня. У нее было четыре часа, чтобы уйти из дома. Вещевой мешок рядом с ней был пуст и открыт, ни одного предмета одежды не было упаковано.

Как вы эвакуируете свою жизнь?

Автобус приедет в половине третьего, до остановки идти ровно десять минут, то есть она уедет в два пятнадцать с одной сумкой в руке, чтобы никогда не оглядываться. Однако, сидя на кровати, в которой едва могла заснуть, она оглядывалась на всю свою жизнь, потому что через четыре часа вся ее жизнь изменится.

Родители Селин поженились поздно, и ее мать также забеременели позже, чем они надеялись. Ее отец уже страдал от проблем со здоровьем, но известие о Селин отвлекло его и стало радостью, в которой они нуждались. Она росла со всей любовью, которую могли предложить ей родители, но всегда чего-то не хватало.

В возрасте четырех лет она научилась ездить на своем розовом велосипеде, раскрашенном яркими цветами, в паре с плетеной белой плетеной корзиной и раздражающим колокольчиком, над которым она хихикала. Ей потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к этому, поэтому она упала и немного поцарапала руку, но ее отец поощрял ее продолжать идти, потому что небольшое неудобство не должно мешать ей достичь конечной цели.

В возрасте одиннадцати лет мать Селин заметила что-то странное в своей дочери. Как будто она хотела почувствовать счастье, которое было вне ее досягаемости, и это беспокоило ее мать, поэтому, когда ей было тринадцать, мать отвела ее к врачу, где ей поставили диагноз депрессии.

Это было управляемо с терапией и регулярным приемом ее рецепта, но затем проблемы со здоровьем ее отца стали более распространенными. Отец Селин скончался, когда ей было шестнадцать лет. Это было ужасно и для нее, и для матери.

Она окончила школу в семнадцать лет и начала работать в магазине, который продавал припасы для дня на реке. Через месяц после своего восемнадцатилетия Селин потеряла мать из-за аневризмы головного мозга. Она потеряла себя, и все стало плохо из-за этого.

Она спокойно работала в магазине и жила в доме, оставленном родителями. Магазин принадлежал дяде Николаса, поэтому, когда он закончил школу и приехал навестить Селин, ей был двадцать один год, и она не была уверена, что у нее будет с кем-то роман, но он был очарователен и умел сладко говорить, чтобы она смогла попасть на небеса.

День за днем Селин жалела, что не встретила его раньше, потому что было что-то в том, как он, казалось, ценил ее и лелеял. Через восемь месяцев после знакомства он нашел работу неподалеку и попросил ее переехать к нему. Дом на ее любимой улице был выставлен на продажу, они купили его, и она продала свой дом.

Было так много ночей, когда они не спали, смеясь над тем, что влюблены друг в друга. Чтобы привести новый дом в порядок, Селин согласилась сократить часы работы, чтобы все шло так, как они хотели. Она бы предложила Николасу свое счастье, если бы он этого хотел.

Большой вопрос должен был изменить все для них обоих наилучшим образом, но вместо этого кольцо на ее пальце сочилось ядом, которое изменило всю их жизнь.

Это было не похоже на него - придираться к ее стараниям по дому ради собственного удовольствия. Ей было неприятно чувствовать, что она ничего не может сделать правильно, и ее разум начал темнеть. Вскоре после этого он предложил ей не ходить на терапию так часто, начав свои усилия по контролю.

С уходом терапии из ее жизни, следующим делом была ее работа. Контроль Селин над собственной жизнью начал ускользать из ее рук, но она отдавала предпочтение Николасу, а не себе, попавшей прямо в его ловушку. Ее деньги действительно стали его деньгами, и это означало, что она запуталась в узле, который нельзя развязать, только разрезать.

Селин никогда не представляла себя в том положении, в котором оказалась. Она не могла подготовиться к тому, что его рука впервые коснется ее кожи во имя Фьюри. Это было похоже на прыжок в воду, холоднее, чем воздух вокруг нее; пробуждение, которое держало ее в кошмаре. Но, по ее словам, кошмар был на ней самой, потому что вина пала на нее, когда ее можно было возложить только на Николаса.

Ее разум стал очень громким местом, его крики из предыдущих встреч повторялись и преследовали ее, когда она закрывала глаза. Она начала терять сон из-за мыслей, которые проносились в ее голове.

С каждым воспоминанием о его руках, крепко обхвативших ее руку, слезы вырывались наружу. Временами, когда он яростно тряс ее, потому что был разочарован собой, она забывала об этом, качая головой, пока запихивала самые важные вещи в спортивную сумку.

У нее оставалось двадцать минут до того, как все будет готово, поэтому Селин взяла себя в руки и прислушалась.