Люпин

После того, как ребята встретили в Хогсмиде Люциуса Малфоя, Лили стала пристально следить за тем, кто из слизеринцев и о чём разговаривает со Снейпом. Римусу даже начало казаться, чересчур пристально.

- Не хочу, чтобы Сева втянули во что-нибудь плохое! - сказала ему Лили воскресным вечером за игрой в плюй-камни.

- Но почему ты думаешь, что он позволит себя втянуть?

- Потому что он считает Люциуса Малфоя приятным человеком, а Мальсибера и его дружков - вполне нормальными парнями.

Но в своём желании оградить Снейпа от дурной компании Лили действовала не слишком тонко. Стоило ей заметить, что какой-нибудь однокурсник долго беседует с её другом в коридоре, она обязательно спрашивала, кто это был и чего хотел. После пары таких допросов даже Римуса начало это раздражать. Снейп тем не менее отвечал спокойно, хоть и сухо, что-то вроде: «Эндрю Уилкис. Просил объяснить кое-что по трансфигурации». К счастью, к нему не так часто обращались другие ребята, чтобы расспросов Лили стало нестерпимо много.

В Хэллоуин в замке с самого утра витала атмосфера праздника. В Гриффиндорской гостиной на столе появились ваза с яблоками и миски с ирисками, а на стенах - гирлянды с фигурками бумажных пауков и призраков, которые время от времени тихонько хихикали. По коридорам школы летали зачарованные летучие мыши, доспехи кричали: «Сладость или гадость!» - а Пивз, нахлобучивший на голову пыльный цилиндр и надевший чёрную вуаль вместо плаща, с улюлюканьем набрасывал на студентов клоки паутины. В Большом зале под потолком парили тыквенные фонарики, а стены украшали пышные венки из жёлтых, красных и бурых листьев на фоне драппировок из чёрной ткани.

За завтраком, в качестве праздничного сюрприза, привидения затянули унылую песню, повествующую о Сером Человеке, что стоял на горе Бен-Макдуи и ждал ветра с Северного моря. Серый Монах так проникся тоской героя, что на середине последнего куплета зарыдал и уткнулся в жабо Почти Безголового Ника, откуда продолжать глухо выть, пытаясь попадать в мелодию.

В учебных аудиториях декорации были совсем скромными: одинокие тыквы или яркие букеты сушёных трав - они не шумели и не двигались, чтобы не нарушать дисциплину.

Профессор Кеттлбёрн, стараясь сделать урок одновременно полезным и развлекательным, развёл прямо на столе маленький костёр, чтобы продемонстрировать классу рождение пламенной саламандры, и только когда огонь быстро распространился по деревянной столешнице, понял, что забыл защитить её жароотталкивающими чарами. Пока профессор, крича: «Агуаменти!» - тушил стол, на другой стороне охваченной пламенем поверхности выросла раскалённая ящерка. Она испугалась воды, спрыгнула на пол и заметалась по классу, оставляя опалины там, где касалась лапками.

Студенты вскакивали с мест, отбегали в сторону и жались к стенам, чтобы не оказаться на её пути. Тем временем чёрный дым постепенно заполнял класс, кто-то начал кашлять, кто-то догадался смочить рукав мантии и дышать через него, и остальные последовали его примеру. Когда Кеттлбёрн залил последнюю искру пожара, саламандра, успевшая выжечь на полу петляющие дорожки следов, опалить больше половины парт, а также несколько стульев и сумок, с шипением испарилась. Профессор произнёс: «Аэрем пурус!» - и вскоре дым исчез, а в воздухе запахло свежей травой и влагой.

- Садитесь, садитесь, - попросил сконфуженный преподаватель. - Гм... Да. Давайте запишем наблюдения. Тема: «Пламенная саламандра»...

В полной тишине студенты конспектировали лекцию профессора. Никто не позволял себе и тени улыбки, чтобы не обидеть его. В конце концов, хотя урок пошёл совсем не по плану, он определённо не был скучным.

Профессор Слизнорт тоже решил поддержать дух праздника и поручил студентам смешать зелье огоньков Уилла, которое при правильном приготовлении испускает шарики фосфоресцирующего света. Во второй половине урока из булькающей в котлах густой жидкости вместо пузырей воздуха начали медленно подниматься жёлтые, зелёные и голубые огоньки. Скоро класс стал похож на заколдованное болото - это было красиво и немного зловеще.

Римус тронул один из огоньков пальцем, и тот лопнул, разлетевшись искрами.

- Ни в коем случае не пробуйте это зелье, если не хотите заблудиться в собственной гостиной! - предупредил профессор Слагхорн. - Впрочем, в сопровождении надёжного товарища прогулка под действием этого напитка может стать отличным приключением... Как-то раз я принял целый стакан и, хотя даже не перешагнул порога моего скромного жилища, испытал от путешествия из комнаты в комнату не меньше впечатлений, чем от поездки в Маргейтский грот!

- Не следовало ему это говорить, - шепнула Лили сидевшим по обе стороны от неё Снейпу и Люпину. - Могу поспорить, кто-нибудь уже готовит второй пузырёк, чтобы взять с собой пару глотков. Да вон, смотрите...

Она кивнула в сторону Мальсибера, который держа на виду пузырёк для сдачи профессору, вливал в него зелье, но делал черпаком по несколько движений мимо - похоже, наполняя какую-то ещё ёмкость.

- Интересно, для чего это ему дезориентирующее зелье? - Лили спросила словно бы саму себя, но многозначительно наклонилась в сторону Снейпа. Мальсибер был одним из тех, кто угощался в компании Малфоя.

- Как ты верно заметила, - ответил Северус со вздохом, по-видимому, уловив намёк, - Слагхорн только что вызвал интерес к тому, чтобы хлебнуть этого зелья и прогуляться по замку. И, честно говоря, я бы тоже не отказался...

- Сев!

Снейп рассмеялся:

- Ладно, ладно! Видишь, я не беру его с собой! Я всегда смогу смешать его заново.

- Сев!!!

- Да брось. Даже Люпин наверняка подумывает о том, чтобы попробовать.

- Я способен найти занятие поинтересней, чем бродить по Хогвартсу, не понимая, где нахожусь.

- И Римус совершенно прав! - Лили одобрительно сжала его руку. - А Мальсибер, скорее всего, собирается напоить какого-нибудь младшекурсника!

- С чего ты это взяла? - тон Снейпа стал жёстче.

- С того, что он хулиган. И он уже делал подобные вещи. Вспомни случай с Ленни Эйбсом!

- А ты вспомни, как Поттер подшутил над Лиамом Уесли! Кажется, именно Уесли, а не Эйбс попал в больничное крыло!

- Я не собираюсь сравнивать хулиганов! - гневным шёпотом ответила Лили.

- А также, как я вижу, ты не собираешься указывать Люпину, общаться ли ему с Поттером. Интересно, почему?

- Потому что... - Лили неловко замолчала и насупилась.

Как только Слизнорт закончил предаваться воспоминаниям о Хэллоуинах его юности и разрешил сдать образцы зелий, она вскочила и, разбивая по пути флуоресцирующие шарики, пересекла класс, вставила свой пузырёк в ячейку штатива и вылетела в коридор.

- Северус, - осторожно сказал Римус, - Лили просто переживает...

- Не лезь не в своё дело, Люпин! - оборвал его Снейп. - Мы с Лили сами разберёмся!

Он тоже вихрем пронёсся через завесу огоньков, разбрызгивая разноцветные искры, сдал зелье и скрылся в коридоре.

Римус пожалел, что вздумал вмешаться. Действительно, их споры - только их дело.

После обеда Люпин решил затеряться где-нибудь вне замка: Лили и Северус, скорее всего, встретятся в библиотеке за тяжёлым разговором, и меньше всего хотелось быть тому случайным свидетелем. А вот бездумно посидеть на трибунах, пока Джеймс тренируется к предстоящему матчу, выглядело привлекательной идеей.

Когда Римус проходил мимо живой изгороди к входу на стадион, его вдруг окликнули. Из-за изгороди показался Хагрид с огромными садовыми ножницами в руках.

- Привет! - улыбнулся ему Люпин.

- Как жизнь? Что-то не видать тебя в последнее время.

- Да... Ничего.

Хагрид недоверчиво покачал головой:

- Зайдёшь, может, на чашечку чая?

- С радостью! - пожалуй, поболтать с Хагридом было лучше, чем следить за подготовкой к квиддичу.

Поставив на стол миску с каменным печеньем и разлив по большим кружкам чай, Хагрид сел напротив Римуса и серьёзно сказал:

- Я слышал, вы с Сириусом поссорились.

Тот кивнул.

- Джеймс сказал?

- Угу. И сам Сириус. Они у меня тут недавно чаёвничали. Расскажи-ка ты, что у вас стряслось, а то Сириуса не понять совсем. Ворчит только.

Люпин коротко поведал всю историю, начиная с того дня, когда он принял решение заступиться за Снейпа. Выслушав, Хагрид ненадолго задумался и сказал:

- С Сириусом я потолкую. Глядишь, и образумится.

- Спасибо, но не нужно, наверное...

- Нужно! Неправильно это, такую ссору из глупости раздувать. Да, главное, на нём самом-то лица нет - а на примирение не идёт!

Римус попробовал было откусить печеньице, но оно не поддалось, а зубы заныли. Пришлось обмакнуть его в чай.

- А Северус - парень неплохой, нравится мне.

- Нравится? - печенье упало в кружку и медленно пошло ко дну.

- Да! Он, конечно, себе на уме, но, по мне, славный парень. Приходит иногда травки какие для зелий пощипать. Порой в такую рань тут шебуршит, что диву даюсь, - Хагрид посмеялся, оглаживая усы. - Да вон, в прошлом году подсказал мне, как сделать питательный раствор для семян. Так у меня, гляди, ни одна тыковка не погибла!

Люпин усмехнулся: то, что Снейп так сошёлся с лесничим, было забавной новостью.

Хагрид пустился дальше говорить о своём огороде, перечисляя, что там растёт и какого требует ухода, пока гость вылавливал ложкой затонувшее печеньице и допивал чай.

Люпин простился с Хагридом, когда небо налилось тяжёлым серым цветом, а порывистый ветер загремел жестянками на руках пугала, охраняющего грядки. Воодушевлённый беседой, он захотел немного поработать перед ужином и, собрав всё необходимое, поспешил в библиотеку. Там его взгляд сразу привлекла река рыжих волос: за столом, спиной к нему, сидела Лили, а рядом с ней мирно устроился Северус. Оба сосредоточенно делали записи. Римус решил не привлекать их внимания. Он быстро разыскал подходящую книгу и скрылся за стеллажами.

В начале восьмого Люпин завершил конспекты и направился на праздничный пир. После спокойствия библиотеки весёлая кутерьма в коридорах показалась ему особенно шумной и пёстрой, а в Большом зале украшения ещё ярче играли под потолком, перенявшим тёмно-синий оттенок неба. На столах теснились тарелки с жареными куриными ножками и запечёнными овощами, а также разнообразные блюда из тыквы: рулетики с беконом, жаркое и не сладкие тыквенные кексы. Даже на десерт, кроме привычных пирога с патокой, эклеров и пончиков, подали маленькие тыковки, запечённые с изюмом, мёдом и пряностями.

- Попробуй вот эти эклеры, они с тыквенным кремом! - воскликнул Римус, подвигая к Лили блюдо с десертом.

- Угу, спасибо, - ответила она машинально. Она застыла, как статуя, глядя на слизеринский стол. Римус посмотрел тоже. Мальсибер в этот раз сел рядом со Снейпом и что-то ему говорил, активно жестикулируя. Тот слушал молча и без эмоций, а когда собеседник замолчал, кивнул.

- Что ты сказал? - очнулась Лили.

- Эклеры вкусные. Вот, - у него вдруг пропало настроение.

Закончив ужин, Лили подождала, пока Снейп встанет из-за стола, и направилась к нему. Они вместе вышли. Римус, хотя тоже уже наелся, не спешил покидать своё место: он знал наверняка, что сейчас за дверями Большого зала опять разгорается спор.

Через пару минут он затерялся в большой группе студентов и проследовал в холл. Там и правда разыгралась буря. Раскрасневшиеся от злости Лили и Северус кричали друг на друга.

- Потому что я им не доверяю! - взвизгнула девушка.

- Тебе следовало бы доверять мне! - юношеский голос Снейпа надломился.

- Но...

- А ещё - ну, может, изредка - учитывать не только собственные желания, но и мои!

- Например, какие?

- Например, выбор круга общения! Не навязывать мне... - Снейп заметил Люпина и пригвоздил его к месту взглядом, полным боли и неприязни, - А вот и он кстати! Оставлю вас.

Толкнув Римуса плечом, Северус широкими шагами устремился к подземельям. Когда Лили повернула лицо к Римусу, в её глазах стояли слёзы.

- Я лишь спросила, чего Мальсиберу было нужно... Он сказал, Мальсибер позвал его вместе с ещё одним парнем запускать шутихи. Просто веселье, ничего особенного. Но я не понимаю, с чего вдруг им звать с собой Сева - они ведь не друзья, они почти не разговаривают никогда! И я так и сказала, что, может, они замышляют что-то. Ну и... - слёзы скатились по щекам, она утёрла их рукавом. - Как думаешь, я перегнула палку, да?

- Думаю, да, - честно ответил Римус. - Мне кажется, ты за последние дни слегка переборщила с подозрениями.

Лили снова смахнула слёзы. И снова. И вот она уже плакала навзрыд, прижавшись лбом к груди друга и уперевшись в него крепко сжатыми кулаками.

Люпин впервые был в ситуации, когда у него искала поддержки плачущая девушка - и он совершенно не понимал, что делать. В его груди будто вырос пылающий узел из противоречащих друг другу чувств. Ему вдруг захотелось проклясть каким-нибудь жестоким сглазом и Снейпа, и Мальсибера, и всех остальных, кто стал причиной слёз Лили - и в то же время он желал сказать ей что-то ободряющее и мягко оградить от всех невзгод. В растерянности он взял её за плечи, едва дотрагиваясь, и негромко предложил:

- Пойдём в гостиную?

Девушка согласно хмыкнула и немного отстранилась. Римус повёл её по лестнице, легко приобнимая за плечи - так что она могла чувствовать не столько прикосновение, сколько тепло его руки.

В гостиной друзья сели на диванчик у камина, и Лили расслабленно прислонилась к Римусу, борясь с последними нервными всхлипами и шмыгая носом. За окном взрывались и с диким визгом взмывали в небо шутихи.

***

Следующим утром, когда все собрались в Большом зале, профессор Дамблдор, осунувшийся и серьёзный, поднялся с места и взял слово:

- Прошу внимания, дамы и господа. Случилось происшествие, о котором я считаю важным проинформировать всех вас, - его грозный голос раскатился по залу, вызывая неприятные мурашки.

- Этой ночью двое первокурсников с факультета Когтевран более трёх часов после отбоя блуждали по территории школы под действием зелья Огоньков Уилла. Одного студента помогли выследить портреты, и профессор МакГонагалл перехватила его по пути на Астрономическую башню. Другого на границе Запретного леса остановил мистер Хагрид. Излишне объяснять, что каждый из них был на волоске от смертельной опасности. Когда мадам Помфри привела мальчиков в чувства, они сообщили, что после ужина ходили смотреть, как старшие ребята запускают шутихи. После чего эти ребята угостили их соком.

Студенты испуганно притихли. Профессор Слизнорт сидел, держа вилку в кулаке и глядя перед собой с простоватым изумлением, будто не мог осмыслить сказанное директором. Дамблдор обвёл ледянным взглядом каждый из четырёх факультетских столов и произнёс:

- На данный момент нам неизвестно, кто именно опоил ребят зельем. Однако столь тяжёлый проступок не может оставаться безнаказанным. Поэтому я обращаюсь, в первую очередь, к виновникам происшествия: у вас есть сутки, чтобы сознаться по своей воле. А также я обращаюсь ко всем остальным: если у вас есть какие-либо сведения, которые могут пролить свет на личности хулиганов, я настоятельно прошу вас сообщить их деканам ваших факультетов.

Примечания

1. Серый Человек. Существует шотландская легенда о Сером человеке, который обитает на горе Бен-Макдуи. Он наводит ужас на путников.

2. Пламенная саламандра. Саламандра, как в алхимии, так и в мире Роулинг - дух огня. Однако трактовки температуры её тела и её взаимодействия с огнём в версии Роулинг и в алхимических мифах расходятся. Согласно последним, саламандра очень холодная, поэтому пламя ей не страшно. Более того, если бросить её в огонь, она может его потушить. У Роулинг саламандра горячая, как само породившее её пламя. Я взяла на себя смелость классифицировать роулинговскую саламандру как отдельный вид.

3. Заклинание "Аэрем пурус". От лат. "Aerem purus" - "чистый воздух". В каноне отсутствует.

4. Зелье Огоньков Уилла. Огни Уилла («Will-o'-the-wisp») - одно из названий блуждающих огоньков. Данное зелье в каноне отсутствует.

5. Маргейтский грот - грот, выложенный ракушками, в г. Маргейт, графство Кент, Англия. Дата его создания и его назначение точно неизвестны.