Люпин

Римус быстро умылся, переоделся в пижаму, плотно задёрнул балдахин и лёг. Несмотря на усталость, нервное напряжение не давало уснуть. Он лежал на спине и думал, что скажет завтра Джеймс и как поведёт себя при встрече Сириус. Римус чувствовал, что история со Снейпом затянула его в какой-то немыслимый социальный клубок, а распутывать такие клубки он не умел.

Вдруг он услышал, как кто-то крадучись идёт по лестнице в спальню и подходит к самой его кровати.

- Римус, ты спишь? - раздался полушёпот Питера Петтигрю. - Да?

Питер замолчал, прислушался.

- Ну, если вдруг не спишь... хочу сказать, что я с тобой. Если Сириус тебя обидит, я буду за тебя, да... Ты спишь?

Он подождал ответа, но Римус продолжал изо всех изображать ровное дыхание спящего. От этих слов поддержки стало почему-то ещё хуже на душе. Петтигрю ведь даже не стоял рядом. Он не знает точно, что произошло и почему!

Питер прокрался к своему месту и стал укладываться, а Люпин с трудом подавил желание ударить подушку от досады. Когда на соседнюю кровать резко приземлился Джеймс, Римуса настиг новый укол волнения и стыда. Казалось, друг вот-вот встанет, отдёрнет балдахин и накричит на него. Но тот лежал не шевелясь.

- Джеймс, мне очень жаль, - тихонько сказал Питер. Ответа не последовало.

Проснувшись утром, Люпин несколько минут сидел поверх одеяла, прежде чем нашёл в себе силы открыть балдахин. Первым, что он увидел, было хмурое лицо Поттера. Он уже стоял у застеленной кровати полностью одетый, повязывая форменный галстук.

- Привет, - осторожно сказал Люпин.

- Привет, - Джеймс серьёзно посмотрел на друга. - Я собираюсь навестить Сириуса перед завтраком. Пойдёшь со мной?

- Да, конечно! - Римус вскочил и начал одеваться. Не всё ещё потеряно, если Джеймс позвал его с собой, а не ушёл один.

В молчании двое направились по пробуждающемуся замку. Люпин чувствовал: нужно что-то сказать, но фразы не склеивались в его голове. Поттер же выглядел так, будто тишина его не тяготила. На втором этаже он вдруг бросил:

- Здорово вы спелись.

Римус остановился. Джеймс тоже.

- Это вовсе не так.

- Разве? Сперва ты просишь меня не трогать Снейпа, потом вы вместе бьёте Сириуса оглушающим заклинанием. Что дальше? Перейдёшь на Слизерин? Займёшься тёмной магией? Примкнёшь к...

- Ты в своём уме?! - перебил Римус. - Послушай. Я ужасно раскаиваюсь в том, что выбрал именно это заклинание. И мне очень стыдно за то, что я вскипел из-за глупых шуток Сириуса и стал подначивать его в ответ. Мне правда очень, очень жаль, что не смог удержать себя в руках!

Мучившее Люпина чувство вины наконец нашло выход в словах. Ему стало немного легче.

- Но я не жалею о том, что вступился за Снейпа!

Джеймс ошеломлённо глянул на него и отпрянул на шаг. От возмущения он не мог найти слов. Римус продолжил твёрже:

- Потому что Сириус просто отыгрался на нём из-за того, что был зол на меня! И то, что Снейп оглушил его в ответ - совсем не удивительно. Скажешь, ты иначе поступил бы, если бы кто-то без всякой причины тебя атаковал?

Джеймс нервно хохотнул:

- Да, наверное, я бы так и сделал. Но друзья этого кого-то вряд ли поддерживали бы меня, как думаешь?

- Я думаю, это зависит от контекста. Если бы ты был прав...

- А! То есть, по-твоему, Снейп прав!

- По-моему, мы все трое не правы. Но у Снейпа хотя бы была причина драться: он постоял за себя.

- Помнится, совсем недавно ты говорил, что нужно ставить щит, а не отвечать ударом на удар. Не проходит и дня, как ты делаешь ровно наоборот, да к тому же оправдываешь Снейпа, который Сириуса тоже далеко не щитом огрел! Тебе не кажется, что это странно выглядит? И... немного не по-дружески, а?

Повисла тяжёлая пауза. Римус заговорил.

- Ты и Сириус - мои самые близкие люди в Хогвартсе. Вы оба мне очень до́роги. Но я не стану потакать тому, с чем принципиально не согласен. И я бы не хотел потерять вас из-за этого.

Джеймс задумчиво провёл рукой по волосам, взвешивая свой ответ.

- Я понял тебя, Римус, - он подошёл ближе и хлопнул друга по плечу. - И никто никого терять не собирается.

Они двинулись вперёд по коридору. Чем дальше, тем явственнее становилось беспокойство. Джеймс, не сводя глаз с приближающегося входа в больничное крыло, пробормотал: - Надеюсь, с ним уже всё в порядке.

Римус кивнул и постучал в дверь.

Скоро скрежетнул засов, створка открылась, и из-за неё выглянула мадам Помфри.

- Доброе утро, - начали друзья.

- А! Вы к Блэку, - она впустила их и повела в лазарет. - Имейте в виду: ему всё ещё не рекомендовано волноваться.

Мадам Помфри оставила посетителей у постели больного и скрылась в своём кабинете.

Сириус, несмотря на ранний час, выглядел уставшим.

- Привет, дружище, - улыбнулся Джеймс и сел на стул у кровати. - Как ты?

- Привет. Что этот здесь забыл? - буркнул тот, смерив Римуса брезгливым взглядом.

- Мы очень волновались за тебя и пришли проведать, - мягко проговорил Джеймс, - Так что? На какое число нам заказывать гроб?

- На сегодня, - мрачно проговорил Сириус, - Для Сопливеруса. Вот только встречу его. А если этот, - он обратил к Люпину пышущее яростью лицо, - не уберётся отсюда сейчас же, то и для него тоже!

Римус словно оцепенел. Он стоял молча и неподвижно, не зная, что сказать и что сделать. Он не ожидал от Сириуса такого приёма. Тот вдруг рявкнул:

- Уходи отсюда! - и дёрнулся в его сторону, так что Джеймс едва успел удержать друга в кровати. Сириус закричал, с каждым словом пытаясь вырваться и лягнуть Римуса: - Убирайся! Иди скажи своему новому приятелю, чтобы не показывался мне на глаза!

- Что за шум?! - мадам Помфри ринулась к ним, обеспокоенная и раздражённая, - Я же предупреждала вас: его нельзя волновать! Всё! Визит окончен!

Она произнесла заклинание, от которого Сириус перестал кричать и биться и слабо опустился на подушки, живо выпроводила обоих посетителей и закрыла за ними дверь.

Друзья с минуту потерянно стояли у входа в больничное крыло.

- Всё наладится, - наконец выдавил Джеймс. - Со временем.