Колыбельная для Драко
В Выручай-комнате было тихо.
Только потрескивал камин да за окном тихо шуршал снег. Драко так и сидел на полу, прижавшись к Лилит, и его плечи время от времени вздрагивали. Он не плакал — по крайней мере старался не плакать. Но напряжение, страх, отчаяние — всё это выплёскивалось наружу этой дрожью, которую он не мог контролировать.
Лилит молчала. Просто гладила его по голове, по волосам, по спине. И думала.
Думала о том, что скажет его матери, когда вернётся в Мэнор. Думала о клятве, которую дала. Думала о том, что сделает всё, чтобы этот мальчик, её мальчик, выжил.
А потом она запела.
Тихо, почти неслышно. Голос у неё был негромкий, но чистый — она никогда не пела при людях, только иногда, когда думала, что никто не слышит. Но сейчас было можно. Сейчас нужно.
— Спи, мой мальчик, ночь пришла,
Тени спрятала ветра.
За окошком снег идёт,
Тот, кто любит, не уйдёт.
Ты не бойся темноты,
За спиной увидишь ты
Тех, кто верит, тех, кто ждёт,
Кто с тобой и кто спасёт.
Пусть дорога тяжела,
Пусть судьба тебя вела
По колючим, злым камням,
По несбывшимся мечтам.
Но запомни: ты не сам.
Я по тёмным берегам
За тобой пойду, любя,
Не оставлю я тебя.
Спи, мой мальчик, всё пройдёт,
Чёрный ворон не клюёт.
Тот, кто верит, тот спасёт,
Тот, кто любит, не уйдёт.
Голос стих, растворился в тишине.
Драко не шевелился. Лилит думала, что он уснул — так ровно стало его дыхание. Но через минуту он тихо спросил:
— Это ты придумала?
— Да.
— Красиво.
— Спи.
Он помолчал.
— Лилит?
— М?
— Не уходи.
— Не уйду.
И она осталась сидеть с ним на полу, обнимая его, пока за окнами кружил снег и ночь укутывала Хогвартс в своё холодное одеяло.
Филин сидел на подоконнике и смотрел на них.
Он знал. Понимал. Молчал.