Окклюменция
Вечер выдался холодным и ветреным.
Лилит спускалась в подземелья на дополнительное занятие по тёмным искусствам. Отец наконец получил этот предмет — после ухода Амбридж Дамблдор назначил его преподавателем защиты. Снейп был доволен, хоть и не показывал.
Она уже открывала дверь, когда услышала голоса. Знакомые.
— Ещё раз, Поттер. Защити свой разум.
— Я пытаюсь...
— Пытаешься недостаточно.
Лилит замерла на пороге. Гарри Поттер сидел на стуле напротив отца, бледный, потный, с расширенными от боли глазами. Снейп стоял над ним с палочкой.
Окклюменция.
Она тихо прикрыла дверь и осталась ждать в коридоре. Филин сидел на плече и молчал.
Через полчаса Гарри вылетел из кабинета, шатаясь. Увидел Лилит, замер на секунду, но ничего не сказал — просто убежал.
Лилит вошла.
— Я пришла на занятие, — сказала она.
Снейп стоял у стола, перебирая бумаги. Выглядел уставшим.
— Сегодня не до занятий.
— Я видела Поттера. Ты учишь его Окклюменции.
Он поднял глаза.
— Это не твоё дело.
— А может, и моё.
Она подошла ближе. Села на стул, только что освобождённый Гарри.
— Научи меня.
Снейп удивлённо посмотрел на неё.
— Зачем?
— Затем, что теперь я часть тьмы, — спокойно ответила Лилит. — Если я не научусь контролировать эмоции, Тёмный Лорд просто залезет ко мне в голову. А если что-то пойдёт не так... если мне придётся врать, скрывать, притворяться — я должна уметь менять воспоминания так, чтобы он не понял.
Снейп молчал.
— Ты учил Поттера, потому что его разум открыт для Лорда. Но я ношу метку. Я в большей опасности. Если я предам — метка подействует, он узнает сразу. Но если я научусь контролировать... если смогу подменить воспоминания...
— То для него это не будет предательством, — закончил Снейп.
— Да.
Она посмотрела на него в упор. Чёрные глаза в чёрные глаза.
— Ты владеешь Окклюменцией в совершенстве. Я знаю. Научи меня.
Снейп долго смотрел на неё. Что-то мелькнуло в его взгляде — уважение? Боль? Гордость?
— Хорошо, — сказал он наконец. — Научу.
Лилит кивнула.
— Спасибо.
— Не за что. Ты права — тебе это нужно. Больше, чем Поттеру.
Она встала.
— Когда начнём?
— Завтра. В это же время.
— Договорились.
Она пошла к двери, но остановилась.
— Пап.
— М?
— Я справлюсь.
Он не ответил.
Лилит вышла в коридор и прикрыла за собой дверь.
Филин каркнул.
— Я знаю, — сказала она. — Я справлюсь.
Она пошла в свою комнату, и мысли её были спокойны.
Никто не узнает, что она знает об отце. Никто не узнает, что она хранит эту тайну уже пять лет. Но Окклюменция поможет ей сохранить и это.
На всякий случай.