Декабрь. Снег и тишина
Декабрь в Хогвартсе был прекрасен.
Замок укутало снегом, окна заиндевели, а в Большом зале поставили огромные ели, украшенные живыми снежинками и мерцающими огоньками. Даже в подземельях стало как-то светлее — видимо, магия праздника проникала сквозь камень.
Но Лилит это не трогало.
Она сидела в Выручай-комнате и читала. Филин дремал на спинке кресла, изредка вздрагивая во сне. За окном кружился снег, и это зрелище завораживало — белые хлопья падали бесконечно, укрывая землю мягким одеялом.
— Лилит!
Драко ворвался без стука — он уже знал, как открывать эту комнату. В руках у него была метла, глаза горели азартом.
— Там снег! На улице! Пошли играть!
— Холодно.
— Там весело! Все слизеринцы на поле! Даже Пэнси пришла!
— Тем более не пойду.
Драко вздохнул и плюхнулся в соседнее кресло.
— Ты невозможна. Все дети как дети, а ты сидишь с книжкой.
— Я люблю книжки.
— Я знаю. Но хоть иногда можно вылезать из норы?
Лилит подняла на него глаза. В его серых глазах было столько надежды, что она не выдержала.
— Хорошо. Ненадолго.
Драко засиял.
---
На улице было морозно, но весело.
Вся школа, кажется, высыпала на замковый двор. Лепили снеговиков, кидались снежками, катались на зачарованных санках. Слизеринцы оккупировали правую часть поля, гриффиндорцы — левую. Между ними шла вялотекущая снежная война.
— Лилит! Драко! Сюда! — крикнул Блейз, запуская снежком в Теодора.
Лилит стояла в стороне, наблюдая. Она не любила шумные игры, но видеть, как Драко носится по сугробам, красный от мороза и счастливый, было приятно.
— Лилит, лови!
Снежок прилетел ей прямо в плечо. Она обернулась — Драко стоял в десяти шагах и хохотал.
— Ах так, — тихо сказала Лилит.
Она нагнулась, слепила снежок идеальной формы и запустила в него. Снежок попал Драко в лоб.
— Ай! — заорал он, но тут же расхохотался. — Вот это бросок! Тренируйся, станешь ловцом!
— Не стану.
— Ну и ладно. Давай ещё!
Они кидались снежками, пока не замёрзли окончательно. Потом сидели на скамейке у входа, пили горячий шоколад, который принесла заботливая Нарцисса (прислала Драко с совами целый термос), и молчали.
— Хорошо, — сказал Драко. — Когда мы вместе — всегда хорошо.
Лилит кивнула.
Она не сказала, что внутри неё живёт страх. Что после каждого нападения она ждёт нового. Что она знает больше, чем говорит.
Она просто сидела рядом и грела руки о кружку.
---
Через три дня случилось третье нападение.
Пострадал Джастин Финч-Флетчли из Пуффендуя. Его нашли окаменевшим рядом с привидением — Почти Безголовым Ником, который тоже почернел и застыл.
Школа замерла в ужасе.
— Это уже серьёзно, — шептались ученики. — Наследник нападает на всех, кто не чистокровный. Пуффендуйцы, гриффиндорцы... кто следующий?
Лилит сидела в гостиной Слизерина и слушала эти разговоры. Драко рядом нервничал:
— Надо что-то делать! Нельзя же просто сидеть!
— А что ты предлагаешь? — спокойно спросила Лилит.
— Ну... не знаю. Пойти к Дамблдору? Потребовать объяснений?
— Дамблдор и так знает больше нас. Если он молчит — значит, так надо.
Драко хотел возразить, но промолчал.
В этот момент в гостиную вошёл Северус Снейп.
Все затихли. Профессор зельеварения редко появлялся в гостиной — это было негласное правило, что преподаватели не вмешиваются в жизнь факультета. Но сейчас он был здесь.
— Мисс Снейп, — сказал он холодно. — Пройдёмте со мной.
Лилит встала и пошла за отцом, чувствуя на себе любопытные взгляды слизеринцев.
---
В коридоре, подальше от посторонних ушей, Снейп остановился и повернулся к ней.
— Ты в порядке? — спросил он тихо.
— Да.
— Ты не выходишь одна?
— Нет.
— Ты ничего не знаешь о том, что происходит?
Лилит посмотрела ему в глаза. Чёрные глаза в чёрные глаза.
— Нет, — сказала она. — Не знаю.
Снейп кивнул. Он выглядел уставшим — под глазами залегли тени, лицо было бледнее обычного.
— Хорошо. Держись подальше от всего этого. Обещай мне.
— Обещаю.
Он хотел уйти, но замер на секунду.
— Лилит... если что-то случится — ты знаешь, где мой кабинет. Приходи в любое время.
— Знаю.
Он ушёл, а Лилит осталась стоять в коридоре.
— Я знаю больше, чем ты думаешь, пап, — прошептала она. — Но ты не узнаешь. Никогда.
---
На следующий день в школе объявили, что занятия отменяются.
Ученики сидели по гостиным, преподаватели совещались. Слухи росли как снежный ком. Говорили, что школу могут закрыть. Говорили, что Дамблдора отстраняют. Говорили, что Наследник — это Поттер.
— Это абсурд, — сказала Гермиона, когда они встретились в библиотеке (несмотря на запреты, Лилит всё равно пришла). — Поттер не может быть Наследником. Он гриффиндорец!
— Люди верят в то, во что хотят верить, — ответила Лилит.
— Но это же глупо!
— Глупость не мешает вере.
Гермиона вздохнула и откинулась на спинку стула.
— Я боюсь, Лилит. Честно. Каждый раз, когда иду по коридору, жду, что на меня нападут.
— Ты магглорождённая?
— Да.
— Я полукровка. Тоже цель.
Гермиона посмотрела на неё с удивлением.
— И ты не боишься?
— Боюсь. Но страх не помогает.
Они помолчали.
— Знаешь, — тихо сказала Гермиона. — Ты самая странная слизеринка, которую я знаю. Но с тобой почему-то спокойно.
Лилит чуть заметно улыбнулась.
— Это комплимент?
— Наверное.
---
Вечером того же дня Лилит сидела в Выручай-комнате и играла на скрипке.
Она играла ту самую мелодию — весёлую, рождественскую, которую разучила с Гермионой. Звуки лились легко, свободно, словно снег за окном.
Филин сидел на подоконнике и слушал. Иногда он покачивал головой в такт.
Когда музыка стихла, Лилит долго сидела неподвижно.
— Я никому не скажу, — прошептала она. — Ни о дневнике. Ни о Тайной комнате. Ни о своих догадках. Пусть думают, что я просто тихая девочка, которая любит музыку.
Ворон каркнул.
— Это не ложь. Просто не вся правда.
Она убрала скрипку, подошла к окну и прижалась лбом к холодному стеклу.
Снег всё падал. Белый, чистый, скрывающий всё тёмное под собой.
— Я справлюсь, — сказала Лилит. — Мы справимся.
За дверью послышались шаги — Драко пришёл звать её на ужин. Лилит улыбнулась — про себя, незаметно — и пошла открывать.
Второй курс продолжался. Впереди было ещё много испытаний.
Но она была готова.