22
Возвращение в Хогвартс после рождественских каникул 1997 года было не просто возвращением в школу - это был первый официальный выход «пришельцев» в мир, который они переписали. Платформа 9 и ¾ больше не была местом тревожных прощаний и патрулей мракоборцев. Напротив, она сияла чистотой, родители обнимали детей, а на первой полосе «Ежедневного Пророка» вместо списков погибших красовалась статья о новых успехах Регулуса Блэка в международной торговле.
Гарри, Алекса, Стелла, Кристина и Тедди заняли отдельное купе. Они сидели в тишине, глядя на проносящиеся за окном заснеженные холмы. Каждый из них чувствовал странное раздвоение: в их головах всё еще звучали взрывы осады Хогвартса из «той» реальности, но тела помнили годы спокойных тренировок по квиддичу и беззаботных вечеринок в гостиной Гриффиндора.
- Странно это, - нарушил тишину Тедди, чьи волосы сегодня приобрели спокойный коричневый оттенок. - Папа утром давал мне советы по трансфигурации так, будто мы никогда не обсуждали его ликантропию в теплицах 77-го. Он помнит меня как сына, который рос у него на глазах. Но он не помнит «того» Тедди, который пришел из будущего.
- Я заметила это еще дома, - Алекса прислонилась головой к плечу Гарри. - Папа... Сириус. Он любит нас до безумия, но когда я попыталась в шутку напомнить ему о том, как он чуть не свалился со стремянки, украшая зал в семьдесят седьмом, он посмотрел на меня так, будто я перепутала даты. Для него всё наше пребывание там - белое пятно.
Гарри невольно сжал руку Алексы. Её ладонь была теплой и реальной.
- Нам нужно поговорить с директором. Если кто и знает, что произошло с мировой памятью, так это он.
* * *
Хогвартс встретил их привычным гулом. Но стоило им переступить порог, как их перехватила профессор Макгонагалл. Она выглядела строго, но в её глазах не было той вечной скорби, которую Гарри помнил по шестому курсу старой реальности.
- Поттер, Люпин, Блэки - директор ждет вас немедленно. Пройдите в его кабинет.
Они поднялись по движущейся лестнице. Горгулья отпрыгнула в сторону еще до того, как они произнесли пароль - «Лимонный сорбет».
Альбус Дамблдор сидел за своим столом. Он выглядел почти так же, как в 78-м, только борода стала длиннее, а серебра в ней прибавилось. Увидев их, он не просто улыбнулся - его глаза вспыхнули тем самым пронзительным светом, который означал: он всё знает.
- Мои юные путешественники, - мягко произнес Дамблдор, жестом приглашая их сесть. - Или мне стоит называть вас спасителями эпохи?
- Профессор, вы... вы помните? - выдохнул Гарри, чувствуя, как гора сваливается с его плеч.
- Помню, Гарри. Каждое мгновение. Каждое ваше слово и каждый аккорд того замечательного концерта, - директор откинулся на спинку кресла. - Видите ли, Время - субстанция ревнивая. Она не любит, когда в её дела вмешиваются, и еще меньше любит, когда об этом помнят многие. Она стерла память вашим родителям, Сириусу, Ремусу... Всем. Для них реальность сложилась так, как вы её изменили, естественным путем.
- Но как они тогда объясняют падение Волдеморта? - спросила Кристина. - Ведь он был велик и ужасен.
- В их памяти, - Дамблдор лукаво прищурился, - всё произошло «в один прекрасный день». В октябре 1977 года группа молодых и дерзких Мародеров вместе с Лили Эванс и Регулусом Блэком решила, что с них хватит. Они совершили серию дерзких рейдов, уничтожили крестражи - о которых они «чудесным образом» узнали - и покончили с Реддлом раз и навсегда. Это стало легендой об их юности. Никаких пришельцев из будущего. Никаких Мостов Хроноса. Только их собственная доблесть.
- Значит, мы - единственные носители истины? - Гарри посмотрел на свои руки.
- Не только вы. Я оставил себе эту память, потому что кто-то должен присматривать за тем, чтобы ошибки прошлого не повторились, - Дамблдор подался вперед. - Вы совершили невозможное. Вы подарили им жизнь. И то, что они не помнят вашей жертвы - высшая милость времени. Теперь вы можете просто быть студентами. Без груза Избранности.
* * *
На следующий день жизнь в Хогвартсе закипела. Оказалось, что в этой реальности Гарри - капитан команды Гриффиндора по квиддичу, а Алекса - его лучший загонщик. Но было еще кое-что.
В Большом зале во время обеда к ним подошел Рон Уизли. Он выглядел счастливым, без тени той вечной неуверенности, которую порождала бедность и война.
- Эй, Крис, Стелла, Лекс! Вы не забыли, что через месяц у вас концерт в школе? Весь замок ждет возвращения Crash Mode.
Гарри переглянулся с Алексой.
- Концерт?
- Ну да! - вклинилась Гермиона, которая сидела рядом с Роном и читала какую-то продвинутую книгу по нумерологии. - Вы же выиграли «Битву Групп» в прошлом году. Алекса, ты обещала написать новую песню к Рождеству.
Они конечно знали что их музыка популярная, но чтобы её знала и слушала сама Гермиона Грейнджер.
В этой реальности Алекса, Кристина и Стелла начали играть еще на втором курсе, вдохновленные старыми пластинками Сириуса. И Гарри, в отличие от старого мира, не просто наблюдал, а помогал им с магическими эффектами и организацией.
- Кажется, наше прошлое догнало нас даже здесь, - шепнула Стелла, подсаживаясь к ним. - Только теперь у нас нормальные инструменты, а не трансфигурированные обломки мебели.
* * *
Вечером Гриффиндорская гостиная наполнилась уютом. Гарри сидел в своем любимом кресле, Алекса устроилась на подлокотнике, перебирая его волосы. Невилл Лонгботтом показывал всем редкое растение, которое прислали ему родители из своей экспедиции в Бразилию.
Гарри смотрел на всё это и чувствовал, как две линии его памяти окончательно срастаются. Да, мир забыл о том, как пятеро подростков прыгнули в прошлое. Мир забыл о Мосте Хроноса. Но этот мир был плодом их воли.
- О чем ты думаешь? - спросила Алекса, наклоняясь к его уху.
- О том, что Дамблдор прав, - ответил Гарри. - Время - субстанция ревнивая. Но иногда оно делает подарки тем, кто был готов рискнуть всем.
Он посмотрел на Тедди, который о чем-то весело разговаривал с Полумной, на Кристину и Стеллу которые перешёптывались над чертежами новых заклинаний для музыки.
- Мы это сделали, Алекса. Мы действительно это сделали.
- Мы только начали, Гарри Поттер, - она хитро улыбнулась. - Завтра у нас первая тренировка по квиддичу, не забыла? Мы тут звёзды квиддича.
Сказав это он рассмеялся. И потянул её к себе, обнимая. В камине потрескивали дрова, за окном падал снег, а впереди была целая жизнь - длинная, яркая и, самое главное, их собственная.
В углу гостиной на столике стояло старое фото в рамке. На нем молодые Мародеры, Лили и Регулус смеялись, глядя в камеру. Гарри показалось, что на секунду Лили на фото подмигнула ему, а Джеймс показал большой палец.
Они не помнили. Но они знали. Любовь, которая спасла мир в 77-м, продолжала греть его и в 97-м.
* * *
В четверг в Выручай-комнате, которая теперь служила их постоянной репетиционной базой, Crash Mode собрались в полном составе.
Кристина взяла Электоро-гитару - ту самую, из будущего, которая каким-то чудом «синхронизировалась» с этой реальностью. Алекса проверила микрофон. Стелла села за барабаны.
- Что будем играть? - спросила Стелла. - Старое или то, что мы привезли «оттуда»?
- Давайте то, что мы пели для них, - предложил Гарри, стоя у пульта управления светом. - В память о том, что они забыли.
Кристина ударила по струнам. Звук рок-н-ролла снова заполнил пространство. Но на этот раз это не был крик отчаяния. Это был гимн победителей.
Алекса играла, глядя на Гарри, и в каждом её движении была такая уверенность и страсть, что Гарри понял: он никогда не пожалеет о том выборе, который сделал в кабинете Дамблдора в 78-м.
Они переписали симфонию своей жизни. И теперь каждая нота была на своем месте.
- Нас не остановить! - выкрикнула Алекса в микрофон.
И весь Хогвартс, от подземелий до самых высоких башен, казалось, подхватил этот ритм. Мир был спасен. Семьи были вместе. А любовь... любовь просто стала их новой магией.