21
16 января 1978 года. Полночь.
Большой зал Хогвартса никогда не выглядел так величественно и одновременно так пугающе. Потолок больше не отражал снегопад - он превратился в окно в глубокий космос. Планеты, выстроившиеся в идеально ровную линию, сияли холодным, пульсирующим светом. От центральной оси Парада Планет вниз, к самому полу зала, спускался столб призрачного, серебристо-голубого сияния. Это был Мост Хроноса - нестабильный, ревущий от избытка энергии коридор, который должен был вернуть пятерых путников в их обновленное будущее.
Защитные чары замка гудели так сильно, что у присутствующих закладывало уши. Все столы были убраны. Студенты и преподаватели стояли вдоль стен, образуя живой коридор. В центре, прямо перед сияющим столбом света, стояли две группы людей: те, кто уходил, и те, кто оставался хранить этот мир.
* * *
Альбус Дамблдор стоял во главе круга, его палочка испускала тонкие золотые нити, которые сплетались с энергией планет, стабилизируя проход.
- Время пришло, - голос директора звучал гулко, проникая в самое сознание. - Магия времени капризна, но сегодня она подчиняется закону любви. Вы изменили прошлое, и теперь будущее тянется к вам навстречу.
Гарри, Тедди, Алекса, Стелла и Кристина стояли плечом к плечу. На них была их привычная одежда, но в руках каждый сжимал что-то бесценное: подарки, письма, амулеты - частички этого 1978 года, которые они заберут с собой.
- Алекса, Стелла! - Сириус Блэк не выдержал и шагнул вперед, нарушая торжественность момента. Он выглядел отчаянно, словно всё еще не верил, что это происходит. Он схватил дочерей за руки. - Слушайте меня. Я найду вас. В 1991-м, на платформе... или раньше. Я буду тем отцом, которого вы заслуживаете. Я обещаю вам, что Азкабан останется лишь страшной сказкой.
- Мы знаем, пап, - Стелла крепко обняла его, уткнувшись носом в его кожаную куртку. - Просто будь собой. Громким, невыносимым и самым лучшим Сириусом Блэком.
Мэри Макдональд подошла к ним, обнимая всех троих. Она не плакала - она улыбалась той самой улыбкой, которую девушки запомнили на всю жизнь.
- Летите домой, девочки. Мы скоро увидимся. Для нас это будут годы, для вас - одно мгновение. Но мы будем ждать.
Ремус Люпин и Софи Бирн стояли перед Тедди и Кристиной. Ремус положил руки на плечи сына и дочери.
- Вы спасли меня, - просто сказал он. - Не только от одиночества, но и от ненависти к самому себе. Я проживу эти годы так, чтобы вам не было за меня стыдно.
- Ты уже лучший, пап, - Тедди сжал его руку. - Увидимся в Поттер-мэноре на каникулах.
* * *
Гарри стоял последним. Перед ним были Лили и Джеймс. В этот момент Мост Хроноса издал резкий, свистящий звук - энергия достигла пика. У них оставалось не более двух минут.
Джеймс Поттер смотрел на сына. В его глазах было столько невысказанных слов, что воздух вокруг него, казалось, искрился. Он снял свои очки, протер их и снова надел — жест, который Гарри выучил наизусть.
- Гарри... я не мастер прощальных речей, - начал Джеймс, и его голос сорвался. - Я просто хочу, чтобы ты знал. Тот парень, которым я был до твоего прихода... он был мальчишкой. Ты сделал меня мужчиной. Ты показал мне, что значит быть отцом. Спасибо тебе за это.
- Береги её, пап, - прошептал Гарри, кивнув на Лили.
- Своей жизнью, - твердо ответил Джеймс.
Лили Эванс шагнула к Гарри. Она взяла его лицо в свои ладони. Её руки были теплыми, пахнущими зельями и весной. Гарри закрыл глаза, стараясь запечатлеть это ощущение в каждой клетке своего тела. В той, прошлой жизни, он видел это только в зеркале Еиналеж. Теперь это было реальностью.
- Гарри, - Лили смотрела ему прямо в душу. - Есть кое-что, что я не успела сказать. Все эти месяцы я смотрела на тебя и видела не только своего сына, но и великого человека. Ты перенес столько боли, сколько не вынес бы ни один взрослый. Но ты остался добрым. Твое сердце - это самое сильное оружие, которое когда-либо было у Поттеров.
- Мам, я... - Гарри почувствовал, как слезы обжигают глаза.
- Слушай меня внимательно, - перебила она его, и в её голосе прозвучала сталь. - Когда ты откроешь глаза там, в будущем... не ищи нас. Мы сами найдем тебя. Мы будем там, Гарри. Живые. Настоящие. У нас будет огромный завтрак, мы будем спорить о квиддиче, и я буду ворчать на Сириуса. Это будет обычная, скучная, прекрасная жизнь. Ты заслужил её больше всех.
Мост Хроноса вспыхнул ослепительно-белым светом. Дамблдор закричал:
- СЕЙЧАС! ПЕРЕХОДИТЕ!
Тедди, Кристина, Алекса и Стелла уже шагнули в сияние, их фигуры начали медленно растворяться, становясь полупрозрачными.
Гарри в последний раз взглянул на родителей.
- Я люблю вас, - выкрикнул он, перекрывая рев магии. - Я всегда вас любил!
- И мы тебя, Гарри! Навсегда! - крикнул Джеймс, обнимая Лили за талию.
Гарри сделал шаг назад. Холодное серебристое сияние поглотило его. Последнее, что он увидел в 1978 году - это Лили и Джеймс, стоящие плечом к плечу, Сириус, машущий рукой, и Регулус Блэк, который стоял чуть поодаль и торжественно кивнул ему.
* * *
Прыжок не был похож на портал или трансгрессию. Это было ощущение того, что тебя разбирают на атомы и собирают заново, но в другом порядке. Гарри видел, как мимо него пролетают десятилетия - серые, мрачные тени старой реальности рассыпались прахом. Он видел, как исчезает сцена в Годриковой Впадине 81-го года. Как исчезает зеленая вспышка. Как Сириус не идет к Петтигрю, а возвращается домой к Мэри. Как Ремус не остается один, а держит на руках близнецов.
Мир переписывался прямо на его глазах. Золотые нити новой истории сплетались в гобелен, в котором не было места чулану под лестницей и одиночеству.
Внезапно наступила абсолютная тишина. И темнота.
* * *
Гарри открыл глаза и первым делом почувствовал запах. Это не был запах старых подземелий Хогвартса или пыли Выручай-комнаты. Это был аромат свежей хвои, дорогого табака, корицы и домашнего уюта.
Он лежал на огромной кровати с темно-красным балдахином. Подушки были мягкими, а одеяло - тяжелым и теплым. Гарри сел, потирая глаза. В голове еще звенело эхо Парада Планет, но реальность вокруг была пугающе материальной.
Комната была залита мягким утренним светом. За окном падал густой снег, укрывая сад белым ковром. На спинке стула висела мантия из тончайшей шерсти с гербом Поттеров. На тумбочке - живое фото, где он, Джеймс и Сириус смеются на фоне гоночных метел. Он подошел к зеркалу. Из него на него смотрел семнадцатилетний юноша. Тот же шрам, те же зеленые глаза, но в них была мудрость и усталость человека, который прожил две жизни одновременно.
Дверь спальни тихо открылась.
- Гарри? Милый, ты всё еще спишь? - в комнату вошла Лили.
Она выглядела божественно. Волосы стали чуть темнее, в уголках глаз появились тонкие морщинки, которые только добавляли ей благородства. На ней был домашний кардиган глубокого зеленого цвета. Она подошла к нему и ласково коснулась его щеки.
- Сегодня Рождество, Гарри. Твой отец и Сириус уже полчаса спорят внизу о том, чья индейка была вкуснее в прошлом году. А Тедди и девчонки уже оккупировали гостиную.
Гарри смотрел на неё, боясь дышать. В его сознании бились два потока памяти: один - где она погибла в детской, и другой - где она учила его летать, лечила его разбитые коленки и провожала в Хогвартс каждый сентябрь.
- Мам... - его голос прозвучал хрипло.
- Ты какой-то сонный, - Лили улыбнулась и поправила ему очки. - Тяжелый семестр в Хогвартсе, я понимаю. Подготовка к Ж.А.Б.А. выматывает. Но сегодня забудь о книгах. Сегодня только семья.
Гарри кивнул, не в силах вымолвить ни слова о том, что он только что вернулся из её прошлого. Он помнил наказ Дамблдора: некоторые вещи должны остаться тайной, чтобы магия времени не дала трещину.
- Я сейчас спущусь, мам. Просто... нужно прийти в себя.
- Хорошо, дорогой. Не заставляй нас ждать. Подарки под елкой уже начинают дымиться от нетерпения Сириуса.
Она поцеловала его в лоб и вышла. Гарри остался стоять один, чувствуя, как бешено колотится сердце. Он был в 1996 году, переходящем в 1997-й. Ему было семнадцать. И его родители были живы.
* * *
Гарри быстро оделся и вышел в коридор Поттер-мэнора. Дом был огромным и живым. Портреты предков приветственно махали ему руками, а домовик в чистой ливрее поклонился, проходя мимо.
Спустившись на первый этаж, он остановился перед дверями главной гостиной. Оттуда доносился смех, треск поленьев в камине и звуки знакомой музыки - Кристина явно нашла способ протащить рок-н-ролл и в это будущее.
Гарри толкнул двери.
Гостиная была украшена так, как он и мечтать не мог. Огромная ель до самого потолка была усыпана живыми феями и серебряными нитями. У камина на диване сидели они.
Тедди Люпин, теперь сделавший свои волосы как у Римуса. Рядом с ним на ковре устроилась Кристина Люпин - её электрогитара лежала рядом. Алекса и Стелла Блэк сидели в креслах, перебрасываясь магическими хлопушками.
Когда Гарри вошел, все четверо одновременно подняли на него глаза. В этот момент время словно остановилось. В их взглядах не было праздной веселости детей из благополучных семей. В них была та самая сталь, то самое знание.
- Гарри... - Тедди встал первым.
Гарри прошел в центр комнаты. Они окружили его.
- Вы... вы тоже это помните? - прошептал Гарри, глядя на друзей.
- Каждую секунду, - Алекса Блэк сжала его руку. - Каждое заклинание, каждый аккорд на том концерте. Мы только что проснулись с двойной памятью.
- Это сработало, Гарри, - Кристина прижала руку к сердцу. - Посмотри вокруг. Наш папа... Ремус. Он в соседней комнате с мамой. Он не прячется от мира. Он - декан Гриффиндора.
- А Сириус... - Стелла хихикнула сквозь слезы. - Он только что пытался поджечь бороду Римусу своим новым изобретением из магазина приколов. Он свободен. У него никогда не было Азкабана. У нас с Алексой была лучшая детская комната в Блэк-хаусе.
Гарри сел на диван, чувствуя, как его накрывает волна облегчения.
- Значит, всё, что мы сделали в 77-м... оно укоренилось. Регулус?
- Жив, - кивнул Тедди. - Он Министр Магии, Гарри. Он провел такие реформы, что Люциус Малфой теперь боится даже громко чихнуть в сторону магглорожденных. Тёмный Лорд... он так и не возродился. Его дух окончательно развеялся в 81-м, когда он попытался напасть на Мэнор, но столкнулся с защитой, которую вы с Дамблдором укрепили заранее.
* * *
Они сидели в кругу, говоря шепотом, пока взрослые суетились в столовой. Это было странное чувство - быть семнадцатилетними подростками, имея за плечами опыт войны и путешествия во времени.
- Что с Невиллом? - спросил Гарри.
- Невилл - звезда гербологии, его родители в порядке, - ответила Алекса. - Судя по воспоминаниям которые нам всем передались. Мы выросли вместе, Гарри. У нас были общие каникулы, общие праздники.
Гарри закрыл глаза, пытаясь осознать масштаб изменений. В этой реальности он не был сиротой. Он не жил в чулане. Он был наследником древнего рода, сыном героев.
- Но мы помним войну, - тихо произнесла Кристина. - Мы помним смерть Сириуса. Мы помним смерть у родителей Гарри. Это знание... оно никуда не делось. Оно делает нас сильнее других.
- Мы - Crash Mode, - улыбнулась Стелла, поглаживая барабанные палочки. - И в этом мире мы тоже создали группу. Только теперь у нас есть фанаты по всей магической Британии, а не только испуганные студенты в 70-х. - добавила Кристина
- Эй, вы там! Хватит секретничать! - в гостиную заглянул Сириус Блэк.
Он выглядел великолепно. Длинные волосы ухожены, дорогая мантия, а в глазах - тот самый мародерский огонек, только без тени безумия, которое принес бы Азкабан. За его спиной стоял Джеймс Поттер.
Гарри замер. Джеймс был именно таким, каким Гарри видел его в 78-м, только повзрослевшим. На нем были очки в тонкой оправе, а в волосах играла проседь.
- Гарри, Сохатый-младший, если ты сейчас не пойдешь есть индейку, я лично скормлю твой подарок Живоглоту Гермионы! - Сириус подмигнул ему.
Джеймс подошел к сыну и просто положил руку ему на плечо. Этот жест был идентичен тому, что был в теплицах Хогвартса за день до перехода.
- Ты в порядке, Гарри? - спросил Джеймс тихо, глядя сыну в глаза. - Ты сегодня какой-то... другой. Будто повзрослел за одну ночь.
Гарри посмотрел на отца, на Сириуса, на друзей. Он чувствовал, что за этим вопросом скрывается что-то большее. Возможно, Дамблдор рассказал им что-то? Или они тоже чувствовали отголоски той реальности?
- Я в порядке, пап, - Гарри улыбнулся, и это была самая искренняя улыбка в его жизни. - Просто это лучшее Рождество, которое я могу вспомнить.
- Ну еще бы! - воскликнул Сириус, обнимая за плечи сразу Алексу и Стеллу. - Ведь сегодня мы празднуем не только Рождество, но и то, что мы - Блэки, Люпины и Поттеры - всё еще вместе. Несмотря ни на что.
Они пошли в столовую. Там уже сидели Ремус и Софи, Лили, Мэри и даже Регулус, который зашел поздравить племянниц. Стол ломился от яств. В воздухе летали магические хлопушки, а за окном Хогвартс-экспресс (Гарри знал это) ждал их, чтобы через неделю отвезти обратно в школу, где больше не было Кэрроу, не было Амбридж и не было страха.
Гарри сел между Лили и Джеймсом. Он посмотрел на Тедди, Кристину, Алексу и Стеллу. Они подняли бокалы с тыквенным соком.
Они сделали это. Они не просто спасли отдельных людей - они спасли саму душу своего мира. И хотя шрамы памяти останутся с ними навсегда, теперь эти шрамы были лишь свидетельством их победы.
- За семью! - провозгласил Джеймс.
- За семью! - эхом отозвались все.
Гарри Поттер, семнадцатилетний юноша с глазами старика и сердцем ребенка, впервые почувствовал, что он действительно дома. Навсегда.
________________________
:)