глава 40
***
— Приветствую, — сказал Гюнтер. — Ты один?
— Да, мои родные не смогли прийти. Но они передают вам свои наилучшие пожелания.
— Спасибо, сынок. Проходи за тот стол. Там есть табличка «Семья Трюмпер», — мужчина указал на стол сбоку и подмигнул.
«Почему Трюмпер?» — подумал Том.Но потом до него дошло...
— Она ещё не знает, что я буду здесь? — спросил он, но Гюнтера уже и след простыл. В руках Тома словно по волшебству появился бокал шампанского — вероятно, его всунул ему виновник торжества.
Зато он сможет наблюдать за всеми с безопасного расстояния, не нагнетая обстановку. Том нашёл стол, познакомился с сидящими рядом гостями и сел.
Он принялся искать глазами Эллен. В зале было многолюдно: люди вставали из‑за столов, чтобы потанцевать, и ходили туда‑сюда — из‑за этого разглядеть кого‑то было непросто.
Заиграла медленная музыка, и семейные пары стали плавно покачиваться под мелодию. Том заметил ведущего: тот пригласил на танец девушку, сидевшую к нему спиной. Парень пригляделся — и понял, что это она, его Эллен.
Сердце пропустило удар и ухнуло вниз.
Он долго смотрел на неё. Она и вправду не изменилась — просто стала увереннее. И, чего уж греха таить, была прекрасна, как богиня. Шёлковый молочный костюм потрясающе сидел на её фигуре, подчёркивая смуглую кожу.
Тома немного злило, что она танцует не с ним, а с другим. Он дал себе время разглядеть её получше.
Пара покачивалась в такт музыке. Ладонь рыжего ведущего лежала на талии Эллен. Том старался не смотреть на его руки — вместо этого он изучал лицо девушки.
Она не изменилась… А стала в сто раз привлекательнее. Движения — плавные и уверенные, осанка — естественная, улыбка — чарующая. Он завидовал этому парню: тот мог касаться её, вести непринуждённый разговор… Они улыбались, глядя друг на друга. Рыжий нахал что‑то сказал, и Эллен рассмеялась. Том фыркнул про себя.
К ним подошёл диджей и увёл ведущего.
Том не растерялся. Он быстро подошёл к Эллен, боясь, что её вот‑вот уведут с танцпола. Она как раз собиралась уходить, когда он пригласил её:
— Можно пригласить вас на танец?
— Конечно, — не глядя, согласилась она. Вид у неё был растерянный и подавленный. Потом она подняла карие глаза — и всё.
/lil Uzi vert- what you saying (slowed) /
В её взгляде, казалось, отражались тысячи звёзд — словно они преломились в тысячах лампочек над головой.
Эллен хотела отвернуться, но Том перехватил её ладонь и притянул к себе. Пальцы коснулись шёлка на её талии. Он почувствовал, что она вот‑вот упадёт в обморок: Эллен часто задышала, ей будто не хватало воздуха, глаза расширились от удивления.
— Том… Это ты? — не веря своим глазам, проговорила она и стала вглядываться в его лицо.
— Привет, — улыбнулся он. — Скучала по мне? — кокетливо поинтересовался Том, слегка поглаживая её талию. Он сам не верил своим глазам. Глупая мальчишеская улыбка не сходила с его лица, в ушах звенела кровь. Давно забытые чувства нахлынули волной — и он не мог их сдержать.
Вокруг танцевали пары, совершенно не обращая на них внимания.
— Нет, — ответила она, стараясь сохранить невозмутимый вид.
— А я скучал, — шепнул он ей на ухо.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она, глядя ему в глаза.
— Пришёл познакомиться.
Эллен остановилась и сильно сжала его ладонь. Она посмотрела влево — туда, где играли дети.
— Откуда… Впрочем, неважно… Мой ответ — нет.
Том проследил за её взглядом.
К ним, расталкивая танцующие пары, уже спешили двое малышей.
— Осторожно! — крикнул им кто‑то из гостей.
Они подбежали — и Том едва сдержался от изумления. Крошки были так похожи на Эллен и на него самого.
— Mom, when will there be cake?(Мам, когда будет торт?) — спросила девочка, придерживая своё оранжевое платье с двух сторон.
Мальчик прищурился и посмотрел на Каулитца. Кудрявые волосы чуть спадали на глаза. Он оглядел Тома с ног до головы и, видимо, сделал какую‑то оценку.
— They’ll take it out soon, but first, Grandpa has to blow out the candles(Скоровынесут , но сначала дедушка должен задуть свечи) , — ответил она.
— Хорошо, — вздохнула девочка.
Возникла пауза. Все смотрели друг на друга, не зная, что сказать. Детей заинтересовала рука Тома, лежащая на талии их матери. Эллен откашлялась и убрала её.
— Гарри и Клео, познакомьтесь. Это мой старый знакомый — Том.
«Знакомый…» — парень едва не прыснул от смеха, поймав неодобрительный взгляд Эллен.
Том опустился на корточки и протянул руку. Глаза детей — точь‑в‑точь как у Эллен: карие. А волосы отливали золотом.
— Добрый вечер, Клео… Добрый вечер, Гарри.
Двойняшки переглянулись, но потом подали свои маленькие ладошки для рукопожатия.
— Здравствуйте, Том, — хором произнесли дети.
Сердце парня сделало кувырок. Неизвестное доселе чувство поселилось в нём — что‑то тёплое и родное.
— Идите поищите дедушку, — Эллен потрепала детей по головам и похлопала по спинкам. — Я вас догоню.
Дети скрылись в толпе. Эллен и Том продолжили покачиваться в такт музыке — но уже не для танца, а чтобы поговорить.
Лицо Эллен сменилось: с весёлого на озадаченное.
— Слушай, давай не будем усложнять всё… Я не хочу ворошить прошлое и возвращаться в тот кошмар, — прошептала она, стараясь не смотреть ему в глаза, будто сама память причиняла ей боль.
— Я понимаю. Просто дай мне шанс…
«Теперь я понимаю, почему ты ушла», — хотел добавить Каулитц, но передумал.
— Ты ещё юн... А дети — это не игрушка, — сказала она.
На этом песня закончилась, и Эллен ушла вглубь толпы — туда, где ещё пару минут назад мелькали маленькие ножки.