глава 29
***
Они прибыли в столицу к половине девятого вечера.
— Где у вас тут реанимация? — произнес запыхавшийся мужчина.
— Идите налево, и прямо до конца, — указала рукой медсестра.
И они побежали.
Когда они вошли в отделение реанимации их встретила санитарка:
— Вы к кому?
— В какой палате лежит Эллен Шульц? — спросил Том, чувствуя как его начинает тошнить от запаха больницы.
— Вход только для родных! -тоном не терпящим возражений.
— Мы родные. Я ее отец, — Гюнтер указал на себя. — Он… ее парень, — положил он ладонь на плечо Тома.
Том с благодарностью посмотрел на Гюнтера.
— Только родственники, — с этими словами санитарка, вытолкала Каулитца за дверь.
«Все хорошо. Я буду ждать тут,» — хотел сказать он отцу Эллен.
Дальше Том видел только удаляющийся силуэт сквозь заблюренное стекло.
Он долго стоял под дверью но потом вспомнил о сигаретах и пошел на улицу.
На улице уже давно стемнело. В воздухе пахло сыростью и дождём. Вдалеке доносился легкий гул машин. Он глубоко затянулся. Дым клубился в холодном воздухе.
Он ощущал себя, будто остался один в этом проклятом мире. Кругом темнота, дождь, только один он один. И никто кроме него…
Его взгляд приклеился к окнам. За стеклом то темнело, то мелькали силуэты медсестёр, спешащих по палатам.
Том представил худшее и уже почти поверил в это.
Время тянулось медленно, словно оно весило тонну.
Он вернулся обратно в коридор больницы и сел на скамью. На фоне усталости, недосыпа, дождя и сигарет парень просто не выдерживает и отключается прямо там.
И просыпается только утром, когда дверь распахивается, и выходит Гюнтер.
— Так и просидел тут всю ночь…- Констатируя факт говорит мужчина и присаживается рядом.
— Она очнулась.
Том вскакивает:
— Когда? Как она?
— Тише… Тише… Она заснула.
Том с облегчением сел обратно. Он закрыл лицо ладонями и тихо заплакал.
Гюнтер озадаченно посмотрел на парня:
— Хочешь увидеть ее?
Том кивнул не веря своим ушам:
— Очень.
Они вошли в отделение. Было тихо.Ночные медсестры заполняли отчеты. И этой заминки хватило, чтобы провести Тома в отделение.
Вошли в палату.
На стульчике сидела мать Эллен-Моника.
Она недоуменно посмотрела на мужа затем на парня:
— Зачем ты его привел?
Том вспомнил их встречу в эти выходные. И просто кивнул ей.
— Я не надолго, — сказал Том тихо.
Спустя минуту Моника сдалась и вышла из палаты с Гюнтером под руку.
Том сел на краешке кровати и наконец посмотрел на нее:
Эллен лежала в голубой сорочке. На лице была уродливая кислородная маска. Каштановые волосы были распущены. Кожа имевшая лёгкий загар сейчас казалась почти прозрачной. Ресницы подрагивали. Под глазами залегли мрачные тени.
— Привет…- сказал он тихо, касаясь ее руки.
К венам на руках были прикреплены капельницы.
Монитор отбивал семьдесят восемь ударов в минуту.
— Ты меня здорово напугала…- горько усмехнулся парень поправляя брейды.
— Зачем же ты сбежала, глупышка…- гладил ее руку Том большим пальцем.- Он больше не тронет тебя, я обещаю…
И на этом родители Эллен вошли.
— Тебе пора, сынок, — похлопал его по плечу Гюнтер и вывел из палаты.
Каулитц в последний раз оглянулся к девушке и дверь захлопнулась.
— Давай езжай домой. И отдохни, хорошо?
— Я понял… И спасибо Гюнтер.
Мужчина вновь посмотрел на Тома своими голубыми глазами и по-отечески обнял парня.